От публикатора

Руководство Петра Петровича Коломнина (1849—1915) «Краткие сведения по типографскому делу» вышло в трех изданиях и двух редакциях:

Здесь приводится текст первого издания 1899 года. Из текста исключены иллюстрации декоративного характера (заставки, концовки). Для контроля приводится электронное факсимиле издания: kolomnin_svedeniia-po-tipografskomu-delu_1899.djvu. В нем же присутствуют все иллюстрации в лучшем качестве.

Для корректного отображения символов старославянского алфавита (при отсутствии соединения с интернетом) предварительно установите один из предложенных шрифтов: sci.ponomar.net/fonts.html.

Второе издание 1929 года, переработанное И. Д. Галактионовым, будет опубликовано отдельно.


[ Передняя сторонка обложки ]


[ I ]

КРАТКІЯ СВѢДѢНІЯ ПО ТИПОГРАФСКОМУ ДѢЛУ


[ II ]


[ III ]

КРАТКІЯ СВѢДѢНІЯ ПО ТИПОГРАФСКОМУ ДѢЛУ

(съ 450 рисунками).

СОСТАВИЛЪ ПЕТРЪ КОЛОМНИНЪ.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ

ТИПОГРАФІЯ А. С. СУВОРИНА. ЭРТЕЛЕВЪ ПЕР., Д. 13.

1899


[ IV ]

Дозволено цензурою 1 февраля 1899 г. С.-Петербургъ.

[ V ]

СОДЕРЖАНІЕ.


[ СОДЕРЖАНІЕ. VI ]


[ СОДЕРЖАНІЕ. VII ]


[ СОДЕРЖАНІЕ. VIII ]


[ IX ]

ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ СЪ УКАЗАНІЕМЪ СТРАНИЦЪ, НА КОТОРЫХЪ ОНИ ПОМѢЩЕНЫ.


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. X ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XI ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XII ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XIII ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XIV ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XV ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XVI ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XVII ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ РИСУНКОВЪ. XVIII ]


[ XIX ]

ПЕРЕЧЕНЬ ИЗДАНІЙ, ПОСЛУЖИВШИХЪ ПОСОБІЕМЪ ПРИ СОСТАВЛЕНІИ НАСТОЯЩЕЙ КНИГИ.1


1 Звѣздочкою (*) обозначены сочиненія, изъ которыхъ заимствованы рисунки.


[ ПЕРЕЧЕНЬ ИЗДАНІЙ. XX ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ ИЗДАНІЙ. XXI ]


[ ПЕРЕЧЕНЬ ИЗДАНІЙ. XXII ]


[ XXIII ]



ПРЕДИСЛОВІЕ.

Наборщиковъ обыкновенно принято причислять къ разряду интеллигентныхъ рабочихъ, ставя ихъ, такъ сказать, особнякомъ среди прочихъ ремесленниковъ. Такого рода мнѣніе, очевидно, сложилось еще въ старину, въ то время, когда не существовало точнаго разграниченія между типографомъ и наборщикомъ, когда во главѣ книгопечатныхъ заведеній стояли не только превосходные практики и знатоки техники типографскаго дѣла, но зачастую лица съ высшимъ образованіемъ, а нерѣдко и извѣстные ученые и писатели, когда типографское искусство пользовалось особымъ почетомъ и знаменитые профессора, литераторы, различнаго рода высокопоставленныя лица (кардиналы, епископы и проч.) находили возможнымъ заниматься корректурою не только своихъ собственныхъ произведеній, но и сочиненій постороннихъ авторовъ.

Первые типографы не преслѣдовали исключительно однѣхъ матеріальныхъ выгодъ, любили свое дѣло, отлично сознавали все его значеніе и старались совершенствовать по мѣрѣ силъ и возможности.

Съ развитіемъ книгопечатанія типографское дѣло утрачиваетъ, такъ сказать, свою чистоту, свое главное назначеніе — служить культурнымъ цѣлямъ человѣчества, и становится для большинства типографовъ, а нерѣдко и издателей и авторовъ, исключительно орудіемъ и средствомъ для легкой наживы. Ни для кого не секретъ, что въ настоящее время во главѣ типографій стоятъ зачастую лица, не имѣющія ничего общаго съ книгопечатнымъ дѣломъ. Понятно, что при такихъ условіяхъ не можетъ быть и рѣчи о совершенствованіи изобрѣтенія Гутенберга.


[ ПРЕДИСЛОВІЕ. XXIV ]

Съ переходомъ книгопечатнаго дѣла въ руки типографовъ-барышниковъ, развелось огромное количество тѣхъ никуда негодныхъ наборщиковъ, которые составляютъ сущее горе каждой порядочной типографіи. Въ теченіе почти двадцатилѣтняго завѣдыванія (до августа 1898 г.) моего типографіею «Новаго Времени», я имѣлъ полную возможность убѣдиться, насколько недостаточна, прямо ничтожна, теоретическая и практическая подготовка тѣхъ молодыхъ людей, которые выбираютъ въ настоящее время своею спеціальностью типографское дѣло.

Столяръ, сапожникъ, кузнецъ, слесарь изучаютъ свои ремесла цѣлыми годами и, пробывъ въ ученьѣ не менѣе 4—5 лѣтъ, дѣйствительно усваиваютъ себѣ извѣстные практическіе пріемы и затѣмъ уже въ состояніи работать самостоятельно, не обращаясь ежеминутно къ завѣдующему мастерскою за указаніями, современный-же молодой наборщикъ (русскій) ограничивается лишь знаніемъ самаго простого, такъ называемаго «сплошного» набора, да и того зачастую не можетъ выполнить какъ слѣдуетъ, благодаря своей поразительной безграмотности и невѣжеству.

Не спрашивайте отъ него знанія болѣе или менѣе сложнаго набора (математическаго, таблицы, вывода и проч.): онъ не въ состояніи выполнить его безъ подробныхъ указаній и постояннаго надзора метранпажа. Развѣ не звучитъ смѣшно: «безграмотный наборщикъ»! А между тѣмъ такихъ въ настоящее время большинство. Научныя познанія и развитіе наборщиковъ настолько ничтожны, что ихъ затрудняютъ, при работѣ, самые обыкновенные выраженія и термины, хорошо знакомые каждому гимназисту третьяго класса. Я врядъ-ли ошибусь, если скажу, что письменныя «упражненія» по крайней мѣрѣ половины наборщиковъ могли бы съ успѣхомъ фигурировать въ музеяхъ рѣдкостей или во всякомъ случаѣ конкурировать съ тѣми знаменитыми іероглифическими начертаніями, которыя расходятся по всей Россіи изъ нашихъ селъ и деревень, приводя въ изумленіе и наводя на грустныя мысли каждаго, кому они попадаются на глаза. Безъ сомнѣнія, встрѣчаются и между наборщиками люди развитые, вполнѣ грамотные, любящіе и знающіе наборное дѣло, но они представляютъ, къ сожалѣнію, весьма рѣдкія исключенія и совершенно теряются среди большинства сотоварищей-невѣждъ.

Я вовсе не укоряю наборщиковъ за ихъ плохое знаніе дѣла и безграмотность: — имъ негдѣ учиться. Общедоступныхъ школъ для наборщиковъ почти не существуетъ, а въ типографіяхъ мальчики рѣшительно никакихъ научныхъ познаній не пріобрѣтаютъ, знакомятся крайне поверхностно и неудовлетворительно лишь съ одною техническою стороною набора и прекрасно выучиваются... пить водку. Если я добавлю къ этому, что, въ большинствѣ случаевъ, все научное образованіе наборщика ограничивается, на всю жизнь, тѣми обрывками свѣдѣній, которыя вы-


[ ПРЕДИСЛОВІЕ. XXV ]

несены имъ, еще до поступленія въ типографію, изъ начальнаго двухкласснаго народнаго училища, то, мнѣ кажется, всякому станетъ понятно, что, если къ наборщикамъ и можно примѣнить эпитетъ «интеллигентные рабочіе», то развѣ въ ироническомъ смыслѣ. Не подлежитъ сомнѣнію, что школа печатнаго дѣла Императорскаго Русскаго Техническаго Общества, основанная въ 1884 г. соединенными усиліями нѣсколькихъ лицъ, причастныхъ типографскому искусству, оказала и окажетъ еще въ будущемъ огромныя услуги всѣмъ петербургскимъ типографамъ. Еще большею признательностью весь русскій типографскій міръ обязанъ, конечно, Алексѣю Сергѣевичу Суворину, первому изъ всѣхъ частныхъ типографовъ не только у насъ въ Россіи, но и во всей Европѣ, учредившему при своей типографіи «Новаго Времени» (одновременно со школою печатнаго дѣла) общеобразовательную и профессіональную безплатную школу для наборщиковъ. Школа эта повлекла за собою открытіе другихъ частныхъ школъ при типографіяхъ.1 Дай Богъ, чтобы благой починъ А. С. Суворина принесъ плоды сторицею! Дай Богъ, чтобы у насъ поболѣе было такихъ просвѣщенныхъ типографовъ, которые не только свято блюдутъ даръ, завѣщанный имъ великимъ Гутенбергомъ,2 но и по-человѣчески, съ любовью и состраданіемъ относятся къ тѣмъ мелкимъ труженикамъ печатнаго дѣла, которые безропотно несутъ свой тяжелый крестъ и изо дня въ день выполняютъ свою невидимую ни для кого и скромную работу — по зернышку, по литерѣ собирать и соединять въ одно цѣлое тотъ матеріалъ, который затѣмъ подъ видомъ книгъ расходится по всему міру, внося всюду свѣтъ и просвѣщеніе.

А. С. Суворинъ, сознавая, что безграмотный и невѣжественный наборщикъ представляетъ явленіе совершенно анормальное, не замедлилъ учредить при своей типографіи школу, въ которой въ теченіе четырехъ лѣтъ учениками изучаются не только теорія и практика типографскаго дѣла, но также общеобразовательные предметы. Изъ этой школы не выходятъ готовые метранпажи, но молодые люди, очень нерѣдко, безусловно грамотные и получившіе основательную теоретическую и практическую подготовку для самостоятельной работы въ типографіяхъ. Лучшимъ подтвержденіемъ сказаннаго можетъ послужить то, что нѣкоторые изъ окончившихъ курсъ школы, совсѣмъ еще юноши, занимаютъ уже отвѣтственныя мѣста метранпажей и выполняютъ свои обязан-


1 Успѣхи и значеніе школы «Новаго Времени» оффиціально признаны присужденіемъ ей на Нижегородской выставкѣ диплома 1-го разряда, т.-е. награды высшей, чѣмъ золотая медаль.

2 Типографія «Новаго Времени», не смотря на свое короткое существованіе, уже имѣетъ двѣ большихъ золотыхъ медали, изъ которыхъ одна присуждена ей на Парижской Всемірной Выставкѣ 1889 г., а другая — на Всероссійской Выставкѣ печатнаго дѣла въ С.-Петербургѣ въ 1895 г.


[ ПРЕДИСЛОВІЕ. XXVI ]

ности вполнѣ удовлетворительно, обѣщая въ недалекомъ будущемъ прекрасныхъ и всюду желанныхъ работниковъ. Многіе изъ бывшихъ учениковъ школы работаютъ въ типографіи «Новаго Времени» въ качествѣ наборщиковъ и своимъ умственнымъ развитіемъ и качествомъ работы выдаются даже среди старыхъ и опытныхъ сотоварищей по искусству.

Преподаваніе въ русскихъ школахъ печатнаго дѣла крайне затруднено тѣмъ, что у насъ, русскихъ, нѣтъ подходящихъ учебниковъ типографскаго дѣла и ученикамъ приходится учиться «съ голоса». Понятно, что ни одинъ изъ нихъ не въ состояніи удержать въ памяти всего, что ему передаетъ и объясняетъ преподаватель.

Сами преподаватели (русскіе) тоже стѣснены отсутствіемъ руководствъ, такъ какъ имъ приходится выдумывать собственныя системы преподаванія, собственные термины и опредѣленія, а это вовсе не такъ легко, какъ кажется многимъ съ перваго взгляда. Я даже скажу прямо, что это очень и очень трудно. У нѣмцевъ, итальянцевъ, французовъ существуетъ цѣлая масса учебниковъ и нѣкоторые изъ нихъ нужно признать превосходными. У насъ, помимо руководства А. Д. Путяты1 и «Руководства для типографщиковъ» гг. Н. Ф. и Р. Н. — нѣтъ ничего.

Книга А. Д. Путяты не есть полное руководство типографскаго дѣла и заключаетъ въ себѣ лишь изложеніе одного математическаго набора. Написана она прекрасно: просто, сжато, но вполнѣ удобопонятно. Для школъ печатнаго дѣла, метранпажей и наборщиковъ, интересующихся своимъ дѣломъ, руководство г. Путяты имѣетъ первостепенное значеніе и принесетъ несомнѣнную пользу.

„Руководство для типографщиковъ“ — весьма почтенный трудъ, дѣлающій честь его скромнымъ авторамъ, укрывшимся за иниціалами Н. Ф. и Р. Н., — но оно уже устарѣло и для школъ мало пригодно по своему изложенію, почти полному отсутствію рисунковъ и чертежей и недостатку наглядныхъ примѣровъ. Уже давно признано, что всякое руководство должно непремѣнно изобиловать примѣрами и, по возможности, рисунками, пояснительными чертежами и проч. Дѣтей необходимо учить „забавляя“. Если среди взрослыхъ иллюстрированныя изданія имѣютъ бо́льшій успѣхъ, сравнительно съ другими, то тѣмъ болѣе для дѣтей и юношей необходимы всякаго рода рисунки, гравюры, схематическіе чертежи, которые значительно облегчаютъ пониманіе текста и легко запечатлѣваются въ памяти.

Если нѣтъ пригодныхъ полныхъ учебниковъ по техникѣ наборнаго дѣла, то, къ счастію, по исторіи книгопечатанія имѣется превосходная книга, написанная2 Ѳедоромъ Ильичемъ Булгаковымъ и изданная


1 Математическіе знаки и формулы. Руководство для наборщиковъ, составилъ А. Д. Путята. 1896.

2 По порученію школы «Новаго Времени».


[ ПРЕДИСЛОВІЕ. XXVII ]

А. С. Суворинымъ. Полное ея заглавіе: Иллюстрированная исторія книгопечатанія и типографскаго искусства. Томъ 1-й. Съ изобрѣтенія книгопечатанія по XVIII вѣкъ включительно. С.-Петербургъ. 1889.

Книга роскошно иллюстрирована, съ 6-ю хромолитографіями и нѣсколькими сотнями образцовъ историческихъ шрифтовъ, заглавныхъ листовъ, украшеній, портретовъ типографщиковъ, первопечатныхъ изданій заграничныхъ и русскихъ, иниціаловъ, заставокъ и проч. По богатству матеріала «Исторія книгопечатанія» Ѳ. И. Булгакова должна быть поставлена несомнѣнно на ряду съ самыми лучшими заграничными изданіями, разрабатывающими одинъ и тотъ же предметъ. Книга эта должна быть настольною во всѣхъ школахъ печатнаго дѣла и у спеціалистовъ типографскаго искусства. Не подлежитъ сомнѣнію, что она займетъ видное мѣсто и въ библіотекѣ каждаго образованнаго человѣка.

Завѣдуя школою „Новаго Времени“, я отлично видѣлъ, съ какимъ трудомъ усвоивается учениками теорія типографскаго искусства и какъ легко все понятое и усвоенное ими забывается по неимѣнію руководства, которое давало-бы возможность возобновлять (по временамъ) въ памяти объясненія преподавателя. Отсутствіе учебника тормозило и самое преподаваніе, такъ какъ вмѣсто дальнѣйшихъ и новыхъ объясненій безпрестанно приходилось повторять то, что уже было разсказано и даже не одинъ разъ.

Давно уже задумалъ я написать нѣчто вродѣ учебника типографскаго дѣла, спеціально для школы, и сталъ подготовлять необходимый матеріалъ. Его набралось такъ много, что я могъ-бы написать 100 съ лишнимъ листовъ. Непредвидѣнныя обстоятельства заставили меня, однако, сократить мою работу до объема этой книги.

Я писалъ вовсе не для метранпажей и опытныхъ типографовъ, а для учениковъ типографскихъ школъ и тѣхъ малосвѣдущихъ, но любознательныхъ наборщиковъ, которые не довольствуются свѣдѣніями, пріобрѣтенными ими въ типографіяхъ и рады-бы поучиться бо́льшему, да не́ по чему. Я старался излагать кратко, но, по возможности, понятно и не сухо, такъ какъ типографское дѣло само по себѣ довольно скучно. Я не скуплюсь на рисунки, пояснительные чертежи и многочисленные наглядные примѣры, не избѣгаю иностранныхъ и всякаго рода „мудреныхъ“ словъ, вошедшихъ въ составъ современнаго русскаго языка, но обязательно поясняю ихъ, равно какъ объясняю рѣшительно всѣ имена и термины, встрѣчающіеся въ текстѣ. Мнѣ не одинъ разъ приходится повторяться, но врядъ-ли это можетъ быть поставлено въ укоръ. Болѣе половины всѣхъ рисунковъ сдѣланы нарочно для этой книги и никогда ни въ одномъ изданіи не появлялись.

Считаю умѣстнымъ и необходимымъ замѣтить здѣсь, что безъ содѣйствія А. С. Суворина, предоставившаго мнѣ полную возможность пользо-


[ ПРЕДИСЛОВІЕ. XXVIII ]

ваться всѣми обширными средствами его типографіи со всѣми ея разнообразными спеціальными мастерскими, моя книга не могла-бы появиться въ свѣтъ. Мнѣ, конечно, нечего добавлять, насколько я ему за это благодаренъ и обязанъ.

Мнѣ посчастливилось также встрѣтить сочувствіе къ моей работѣ среди бывшихъ моихъ сослуживцевъ по типографіи. Приношу искреннюю мою благодарность Андрею Афанасьевичу Филиппову — за оказанную мнѣ помощь при чтеніи корректуръ, Филиппу Михайловичу Михайлову — за многочисленные и прекрасные фотографическіе снимки съ натуры и изъ изданій, Михаилу Александровичу Александрову — за нѣкоторые любезно сообщенные мнѣ интересные примѣры. Особенную мою благодарность и признательность я долженъ высказать многоуважаемому Илларіону Федоровичу Богданову. Его превосходное знаніе техники типографскаго искусства, разносторонняя практика, долголѣтній опытъ и любовь къ дѣлу доставили ему давно мѣсто преподавателя въ школѣ «Новаго Времени», которое онъ и занимаетъ съ честью и несомнѣнною пользою для дѣла вотъ уже 14 лѣтъ. Я, лично, обязанъ И. Ф. Богданову за живое участіе, которое онъ принималъ въ моей работѣ, за его полезные совѣты и указанія и наконецъ за принятый имъ на себя трудъ по версткѣ настоящаго изданія.

Самое названіе «Краткія свѣдѣнія по типографскому дѣлу» показываетъ, что я не придаю моей книгѣ значенія полнаго руководства и вовсе не претендую, какъ принято говорить, на какой-либо «вкладъ» въ литературу типографскаго искусства. Я поставилъ себѣ скромную задачу: облегчить, по возможности, русскимъ наставникамъ преподаваніе въ школахъ теоріи типографскаго дѣла и дать ученикамъ и малосвѣдущимъ наборщикамъ такого рода справочную книгу, которая помогла-бы имъ избѣгать, при самостоятельныхъ работахъ, крупныхъ промаховъ и не обращаться ежеминутно за указаніями къ метранпажу. Насколько мнѣ это удалось — судить не мнѣ.

Уходя изъ школы «Новаго Времени», которою я завѣдывалъ съ самаго ея основанія, мнѣ все-таки пріятно сознавать, что я настоящею книгою оставилъ въ ней по себѣ слѣдъ.

Дай Богъ, чтобъ мой трудъ послужилъ на пользу юношамъ — будущимъ типографамъ — и внушилъ имъ любовь и уваженіе къ тому искусству, изобрѣтеніе котораго единогласно признается величайшимъ открытіемъ всѣхъ временъ и народовъ.


[ 1 ]

Каждый грамотный человѣкъ не затруднится въ настоящее время записать любую свою мысль такъ, что мысль эта станетъ вполнѣ понятною для всякаго умѣющаго читать. Если я напишу, напримѣръ, что первая книгопечатня въ Россіи была основана въ Москвѣ, при царѣ Иванѣ IV, то каждому будетъ совершенно ясно, о чемъ идетъ рѣчь; иначе говоря: мысль, выраженная мною письменно (записанная на бумагѣ), одинаково прочтется и будетъ понята тѣми, кому мои строки попадутся на глаза. Мы записываемъ наши мысли при помощи письменъ или буквъ. Буква есть условное начертательное изображеніе или знакъ какого-нибудь одного опредѣленнаго звука человѣческой рѣчи. Если я напишу (нарисую или начерчу) на бумагѣ такіе значки о у и попрошу прочитать ихъ и произнести вслухъ, то каждый изъ насъ, русскихъ, при взглядѣ на первый значекъ, произнесетъ звукъ о, а при взглядѣ на второй — звукъ у. Почему такъ? Потому, что всѣ мы, русскіе, извѣстные звуки изображаемъ (записываемъ) совершенно одинаково и непремѣнно одними и тѣми же значками. Такъ, если я захочу записать звукъ о, то долженъ нарисовать на бумагѣ значекъ въ видѣ простого кружка о, а не могу поставить изображенія, хотя бы и того же кружка, но съ черточкою съ лѣвой стороны — р, потому что послѣдній значекъ — р — соотвѣтствуетъ уже новому звуку,— звуку «еръ» (или «ръ»), а не звуку о. Для того, чтобы записать слогъ «но», мнѣ нужно нарисовать на бумагѣ двѣ черточки рядомъ и соединить ихъ между собою, посрединѣ, третьей черточкою — н, а затѣмъ нарисовать кружочекъ — о. Кого бы я ни попросилъ написать слогъ «но», всякій напишетъ его совершенно такъ, какъ написалъ я, т.-е. нарисуетъ на бу-


[ ПИСЬМЕНА. 2 ]

магѣ тѣ же значки. Если показать значки о у французу, то, при взглядѣ на первый изъ нихъ, онъ произнесетъ звукъ о, а при взглядѣ на второй — звукъ и (игрекъ). Это потому, что французы условились записывать (изображать) нѣкоторые звуки своего родного языка не тѣми значками, какими мы записываемъ. Оттого-то и опредѣляютъ букву, какъ «условное» (условленное, принятое) изображеніе какого-нибудь звука. У каждаго народа — свои звуки и свои значки; иначе говоря, — каждый народъ рисуетъ или пишетъ буквы по-своему. Чтобы читать и правильно произносить письмена или буквы, необходимо ихъ изучать, иначе они будутъ казаться намъ просто въ видѣ какихъ-то непонятныхъ черточекъ и значковъ. Такъ, напримѣръ, для русскаго, хотя и грамотнаго человѣка, но незнакомаго съ письменными знаками французовъ, начертанія буквъ L N D совершенно непонятны, т.-е. онъ не сумѣетъ ихъ выговорить, равно какъ и для француза русскія буквы Ж Ы Ъ Д Э Ѣ представляютъ не больше, какъ непонятное соединеніе черточекъ и закругленій, хотя многія изъ приведенныхъ начертаній соотвѣтствуютъ звукамъ, имѣющимся также и во французскомъ языкѣ. Все дѣло здѣсь въ томъ, что одни и тѣ же звуки, какъ сказано выше, каждый народъ записываетъ (изображаетъ) по-своему, своими знаками. Только знакомый съ письменами восточныхъ народовъ разберетъ нижеприводимыя строчки:

Арабское и турецкое письмо.

Бирманское письмо.

Санскритское письмо.


[ ФИГУРНОЕ ПИСЬМО. 3 ]

Для большинства же изъ насъ строки эти представляютъ просто непонятное сочетаніе (соединеніе) различнаго рода черточекъ, кружочковъ и крючковъ.

До искусства записывать отдѣльныя слова и цѣлыя рѣчи посредствомъ извѣстныхъ знаковъ человѣкъ додумался не скоро и не сразу: на это потребовались цѣлыя тысячи лѣтъ. Въ самыя отдаленныя времена люди вовсе не умѣли писать. Все, что́ нужно было сдѣлать кому-либо извѣстнымъ, передавалось на словахъ, или лично, или черезъ посланныхъ, какъ это дѣлается бо́льшею частью и теперь среди нашего неграмотнаго народа, въ деревняхъ. Первобытный человѣкъ разсчитывалъ исключительно на свою память. Всѣ свои ограниченныя знанія онъ пріобрѣталъ личнымъ опытомъ или съ чужого голоса, а если что́ позабывалъ, то безъ посторонней помощи не въ состояніи былъ возстановить забытаго. Понятно, что ни одинъ человѣкъ не могъ и не можетъ запомнить всего, что́ ему необходимо, и вотъ эта-то ограниченность человѣческой памяти и повела къ изобрѣтенію письменъ, съ помощью которыхъ мы не только записываемъ всѣ необходимыя намъ свѣдѣнія и, вообще, любую нашу мысль, но при нуждѣ, безъ посторонней помощи, по одной записи, возстановляемъ въ памяти то, что́ желаемъ вспомнить. Не умѣя записывать отдѣльныхъ звуковъ, человѣкъ прибѣгнулъ, прежде всего, къ такъ-называемому фигурному письму. Вмѣсто того, чтобы написать, какъ это дѣлаемъ мы теперь, напримѣръ, слово «мамонтъ», первобытный охотникъ просто рисовалъ или нацарапывалъ какимъ-нибудь остріемъ на камнѣ, деревѣ или глинѣ фигуру самаго животнаго. Грубыя изображенія звѣрей, найденныя на стѣнахъ пещеръ, сохранившихся до нашего времени отъ самаго каменнаго періода,1 служатъ нагляднымъ образчикомъ первобытнаго письма. Весьма вѣроятно, что всѣ народы, дѣлавшіе самостоятельныя попытки писать, начинали именно съ фигурныхъ начертаній. Прослѣдить шагъ-за-шагомъ постепенное развитіе такихъ письменныхъ изображеній и указать съ точностью, въ какое именно время и кѣмъ были сдѣланы тѣ или другія ихъ усовершенствованія, — едва ли возможно. Мы можемъ только дѣлать болѣе или менѣе вѣрныя предположенія. Нѣкоторые народы, начавъ съ начертаній отдѣльныхъ фигуръ, перешли къ такъ-называемому картинному письму, т.-е. стали изображать по нѣскольку различныхъ фигуръ вмѣстѣ и въ разнообразныхъ положеніяхъ. Постепенно развиваясь, картинное письмо еще въ глубокой древности достигло у египтянъ и китайцевъ


1 Каменнымъ періодомъ называется то отдаленное время, когда человѣкъ не имѣлъ еще понятія о металлахъ и всѣ необходимыя орудія (ножи, топоры, наконечники стрѣлъ и проч.) изготовлялъ изъ камня.


[ КАРТИННОЕ ПИСЬМО. 4 ]

большого совершенства. Многочисленные образцы такого письма, сохранившіеся до нашего времени, передаютъ намъ иногда цѣлыя бытовыя сцены настолько ясно и понятно, что не оставляютъ ни малѣйшаго сомнѣнія, о чемъ именно идетъ рѣчь. Картинное письмо встрѣчается и теперь у многихъ мало развитыхъ племенъ всѣхъ частей свѣта. Эскимосы и индѣйцы Сѣверной Америки записываютъ свои подвиги и различныя приключенія охотничьей жизни точно такъ же, какъ изображали и записывали аналогичныя1 сцены нѣкоторые народы, жившіе за нѣсколько тысячъ лѣтъ тому назадъ. По словамъ Леббока,2 эскимосы особенно искусны въ изображеніи охотничьихъ сценъ и животныхъ. Сопоставляя ихъ начертанія одно съ другимъ, мы получаемъ какъ бы маленькіе разсказы, отлично характеризующіе ихъ нравы и обычаи. Хотя картинное письмо представляетъ въ исторіи развитія письменъ важный шагъ впередъ, тѣмъ не менѣе удовлетвориться имъ вполнѣ могъ только человѣкъ далеко не требовательный. Нельзя не признать, что значеніе и смыслъ начертанныхъ фигуръ, въ большинствѣ случаевъ, были понятны только тому лицу, которое воспроизвело эти фигуры, другимъ же приходилось угадывать. Пока люди вели одинъ и тотъ же образъ жизни, угадываніе это отчасти облегчалось тѣмъ, что представленія и понятія людей были общи, а самый кругъ ихъ знаній — крайне ограниченъ. Съ теченіемъ времени, однако, съ накопленіемъ личнаго опыта, разница въ умственномъ развитіи отдѣльныхъ лицъ и отдѣльныхъ народовъ стала сказываться все болѣе и болѣе, и, такъ какъ человѣкъ стремился всегда пользоваться разъ пріобрѣтенными и почему-либо необходимыми ему свѣдѣніями и уже ни въ какомъ случаѣ не желалъ ихъ утрачивать, зная по опыту, какъ трудно они достаются, то, понятно, онъ пытался найти такой способъ закрѣплять свои мысли, который позволилъ бы ему записывать все, что́ онъ считалъ необходимымъ, и, затѣмъ, по записи возстановлять въ своей памяти забытое. Въ помощь фигурнымъ начертаніямъ человѣкъ изобрѣлъ чисто условные знаки. Чтобы выяснить пользу такихъ знаковъ, я приведу слѣдующій, грубый примѣръ. Положимъ, какой-нибудь охотникъ желалъ записать, что онъ убилъ цаплю, двухъ бѣлыхъ лебедей и одного чернаго. Фигуры лебедей и цапли онъ могъ начертить, и, при взглядѣ на нихъ, всякій, безъ особаго труда, угадалъ бы, что рѣчь идетъ именно о лебедяхъ и цаплѣ, но — какъ записать цвѣтъ птицъ? Вотъ тутъ-то охотника и могли выручить «условные знаки».


1 Аналогичный — сходный, подобный.

2 Джонъ Леббокъ — извѣстный англійскій ученый (естествоиспытатель и археологъ) и писатель, авторъ сочиненій «До-историческія времена» и «Начало цивилизаціи и первобытное состояніе человѣка».


[ УСЛОВНЫЕ ЗНАКИ. 5 ]

Если онъ уговорился (условился) заранѣе со своими товарищами означать (записывать) бѣлый цвѣтъ, положимъ, крестикомъ (+), а черный — кружочкомъ (○), то ему легко было справиться со своею записью. Онъ чертилъ сначала двѣ фигурки лебедей () и рядомъ ставилъ крестикъ + (т.-е. бѣлый), потомъ снова нацарапывалъ одну фигуру лебедя и присоединялъ къ ней кружочекъ ○ (т.-е. черный), далѣе рисовалъ цаплю. Получался приблизительно слѣдующій рисунокъ, который вполнѣ передавалъ мысль охотника и могъ быть разобранъ (прочтенъ) и понятъ его товарищемъ:

(Два лебедя, бѣлый, одинъ лебедь, черный, цапля). Въ этой надписи два фигурныхъ знака () и два чисто условныхъ (+○).

Черты углемъ или зарубки на деревѣ, которыми неграмотный крестьянинъ въ деревнѣ отмѣчаетъ число убранныхъ съ поля копёнъ или вымолоченныхъ четвертей и мѣръ хлѣба, а самоѣдъ или камчадалъ — число оленей или убитыхъ на охотѣ звѣрей, представляютъ образцы самаго примитивнаго (простого) письма при помощи условныхъ знаковъ, равно какъ и такъ-называемыя «бирки»,1 не такъ давно бывшія на Руси въ большомъ ходу, да и теперь еще кое-гдѣ не вышедшія изъ употребленія. Лопари, живущіе на крайнемъ Сѣверѣ Россіи, вырѣзаютъ на стѣнахъ своихъ жилищъ и на доскахъ фигурки оленей, собакъ, домашнихъ и дикихъ птицъ, а также разнаго рода черточки и значки, имѣющіе чисто условное значеніе.

Помимо чисто условныхъ знаковъ, съ опредѣленнымъ и неизмѣннымъ значеніемъ, еще въ очень древнія времена человѣкъ сталъ пользоваться для своихъ записей такъ-называемыми символическими знаками, съ помощью которыхъ онъ ухитрялся передавать и записывать отвлеченныя


1 Бирка — это небольшая, круглая или плоская, деревянная палочка, на одной сторонѣ которой дѣлаются тонкія нарѣзки въ видѣ черточекъ и крестиковъ. При выдачѣ кому-нибудь хлѣба изъ запаснаго магазина въ деревнѣ, хранитель амбара отмѣчаетъ на биркѣ число выданныхъ четвертей или мѣръ и, затѣмъ, расколовъ бирку вдоль (по оси), одну половину бирки отдаетъ крестьянину, взявшему хлѣбъ, а другую оставляетъ у себя. Половины эти служатъ квитанціями въ пріемѣ и выдачѣ. При возвращеніи хлѣба крестьянинъ предъявляетъ хранителю амбара свою половину бирки; тотъ прикладываетъ ее къ бывшей у него половинѣ, и, если нарѣзки приходятся одна къ другой, то это служитъ доказательствомъ подлинности бирки и правильности записи (см. рис. на стран. 7).


[ СИМВОЛИЧЕСКІЕ ЗНАКИ. 6 ]

понятія. Символическіе знаки или письмена — это такого рода фигурныя начертанія, которыя, помимо представленія о самомъ предметѣ, переданномъ рисункомъ, невольно вызываютъ въ нашемъ умѣ извѣстныя отвлеченныя идеи, находящіяся въ тѣсной связи съ тѣмъ реальнымъ предметомъ, фигуру котораго они передаютъ. Иначе говоря, письменный символическій знакъ есть начертаніе съ переноснымъ, иносказательнымъ значеніемъ. Такъ, напримѣръ, изображеніе креста вызываетъ въ нашемъ умѣ, помимо представленія о самомъ крестѣ, еще мысль о христіанствѣ вообще; терновый вѣнецъ — мысль о мученичествѣ, страданіи; изображеніе скелета или гроба — мысль о смерти; изображенія круга (○) или знака въ видѣ цифры 8 могутъ навести насъ на мысль о безконечности (такъ какъ въ этихъ фигурахъ нѣтъ ни начала, ни конца); фигуры солнца, луны и звѣздъ порождаютъ мысль о свѣтѣ или блескѣ и т. д.

Египтяне понятіе о письмѣ передавали съ помощью начертанія кисти и тростниковой палочки (калама).1 Иногда къ этимъ, фигурамъ присоединяли еще изображеніе чернильницы. Понятіе о силѣ выражалось начертаніемъ передней части льва;2 понятіе о прожорливости передавалось изображеніемъ крокодила; понятіе о власти надъ жизнью и смертью — фигурою аспида.3

Когда и кѣмъ изобрѣтены условные знаки — мы не знаемъ. Не знаемъ также и того, въ какой формѣ они были примѣнены въ первый разъ: въ формѣ ли графическихъ4 знаковъ или иныхъ. Въ глубокой древности у персовъ и китайцевъ были въ ходу особые условные знаки: узелки на веревочкахъ, съ помощью которыхъ они записывали все, что имъ было нужно, и производили свои торговые расчеты. Это — такъ-называемое узловое письмо. Особеннаго развитія оно достигло у жителей Перу. Перуанцы брали тонкую веревку, длиною въ сажень и болѣе, и прикрѣпляли къ ней, въ видѣ бахромы, множество разноцвѣтныхъ шнурковъ, на которыхъ завязывали различной формы узелки, а самые шнурки переплетали между собою. Такая веревка, съ навязанными по шнурку узлами, называлась «квипу» и вѣсила иногда болѣе пуда. Здѣсь


1 Въ то время писали кистью или тростникомъ, который очинивали на подобіе нашихъ гусиныхъ перьевъ.

2 Вмѣсто цѣлой фигуры въ символическомъ письмѣ допускались сокращенія: вмѣсто изображеній цѣлыхъ фигуръ, брались части фигуръ, однако съ непремѣннымъ соблюденіемъ того условія, чтобы взятая часть передавала самыя характерныя черты (особенности) изображаемаго предмета. Такъ, вмѣсто цѣлаго слона или крокодила — рисовали ихъ головы; въ изображеніи гіены сохраняли лишь характерный наклонъ спины, не заботясь объ остальныхъ подробностяхъ, и т. д.

3 Аспидъ — ядовитая змѣя.

4 Графическій — чертежный, начертательный.


[ УЗЛОВОЕ ПИСЬМО. 7 ]

все имѣло условное значеніе: форма, число и величина узловъ, цвѣтъ шнурковъ, ихъ сплетеніе и т. д. Въ настоящее время никто не можетъ разобрать (прочесть) эти квипу (ихъ много въ музеяхъ Америки и Испаніи); условное значеніе всѣхъ цвѣтовъ, узелковъ и сплетеній забыто и смыслъ записей потерянъ для насъ, вѣроятно, навсегда. Узловые условные знаки, однако, и теперь еще въ ходу у многихъ американ-

Цѣлыя бирки.

Расколотая бирка.

скихъ и африканскихъ дикарей, у островитянъ Тихаго океана и у нашихъ сибирскихъ бурятъ. Леббокъ полагаетъ, что завязываніе узелка на платкѣ ведетъ свое начало по прямой линіи отъ этого столь распространеннаго прежде способа помогать памяти. Нѣкоторыя индѣйскія племена Сѣверной Америки (гуроны, ирокезы и друг.) дѣлаютъ свои записи съ помощью распиленныхъ и просверленныхъ раковинъ, которыя они нанизываютъ извѣстнымъ образомъ на ремешки или проволоку. Каждая раковина, форма ея и цвѣтъ имѣютъ, подобно узелкамъ, опре-


[ ФОНЕТИЧЕСКІЕ ЗНАКИ. 8 ]

дѣленное и условное значеніе. Пользованіе условными знаками настолько удобно и выгодно, что даже съ изобрѣтеніемъ письменныхъ фонетическихъ1 знаковъ, при посредствѣ которыхъ мы можемъ записывать каждое слово, всякій членораздѣльный звукъ человѣческой рѣчи, чисто условные знаки не вывелись окончательно изъ употребленія и всѣ образованные народы пользуются ими ежедневно и въ самыхъ широкихъ размѣрахъ. Цифры, знаки препинанія, математическіе, астрономическіе, метеорологическіе, типографскіе, музыкальные и проч., — все это чисто условные знаки, которые мы ставимъ вмѣсто того, чтобы написать цѣлое слово или даже цѣлую фразу. Зачастую въ математическихъ книгахъ одна строка, формула или выводъ, составленные изъ условныхъ знаковъ, совершенно ясно и понятно выражаютъ то, что словами могло бы быть объяснено лишь на нѣсколькихъ страницахъ текста. Кто не знаетъ также, что въ театрахъ одобреніе или порицаніе выражается публикою хлопаньемъ въ ладоши или шиканьемъ, — это тоже условные звуковые знаки. Можно было бы привести еще много примѣровъ въ подтвержденіе того, что условные знаки, бывшіе въ ходу до изобрѣтенія буквенныхъ начертаній, не вышли изъ употребленія и въ наше время.

Когда изобрѣтены письменные фонетическіе знаки, съ помощью которыхъ каждый народъ записываетъ звуки своего родного языка, — неизвѣстно. Ранѣе всего мы встрѣчаемъ записываніе отдѣльныхъ звуковъ у египтянъ. Египетъ лежитъ въ сѣверо-восточномъ углу Африки и тянется отъ Средиземнаго вдоль Краснаго или Чермнаго моря, образуя узкую долину, которая отдѣляется скалистыми горами съ востока отъ Краснаго моря, а съ запада — отъ восточной Сахары или Ливійской пустыни. Орошается Египетъ рѣкою Ниломъ. Только на протяженіи 150-ти миль долина Нила образуетъ продольную полосу, пригодную для хлѣбопашества. О древнѣйшей исторіи Египта извѣстно очень мало. Основателемъ египетской монархіи (т.-е. первымъ царемъ), построившимъ городъ Мемфисъ, былъ Менесъ, жившій за 3890 лѣтъ до Р. X. Уже въ глубокой древности литература, науки и искусства у египтянъ достигли большого совершенства. Въ настоящее время отъ всего великаго прошлаго Египта остались лишь развалины памятниковъ, храмовъ, дворцовъ и пирамидъ, но даже и эти развалины краснорѣчивѣе всѣхъ описаній свидѣтельствуютъ намъ о той высокой степени культуры,2 которая царила у египтянъ уже за нѣсколько тысячелѣтій до Р. X. Почти всѣ памятники (обелиски, гробницы, развалины храмовъ и дворцовъ) покрыты


1 Фонетическіе — звуковые, отъ слова «фонетика» — ученіе о звукахъ.

2 Культура — образованіе, просвѣщеніе, развитіе и совершенствованіе духовной жизни народа.


[ ЕГИПЕТСКІЕ ІЕРОГЛИФЫ. 9 ]

изображеніями различнаго рода знаковъ и фигуръ, извѣстныхъ подъ именемъ іероглифовъ.1 Долгое время полагали, что всѣ эти начертанія фигуръ, перепутанныхъ между собою и представлявшихъ, повидимому, лишь безпорядочное смѣшеніе самыхъ несовмѣстимыхъ изображеній, служили только для украшенія; однако, ученымъ удалось неопровержимо доказать, что большая часть знаковъ и фигуръ на памятникахъ, находимыхъ въ Египтѣ, вовсе не украшенія, а письмена. Разборомъ іероглифовъ въ особенности прославился (въ началѣ нынѣшняго столѣтія) французъ Шамполліонъ-младшій,2 составившій египетскую грамматику

Іероглифическія надписи на египетскихъ постройкахъ.

и положившій начало словарю іероглифовъ. Въ настоящее время іероглифы легко разбираются и читаются учеными египтологами.3 Египетскія письмена были троякаго рода:

Іероглифическія письмена состояли изъ однихъ фигурныхъ знаковъ, при чемъ фигуры: 1) вызывали иногда представленіе именно о томъ


1 Іероглифы — греческое названіе шрифта древне-египетскихъ надписей.

2 Шамполліонъ, Жанъ-Франсуа, французъ (род. въ 1791 г. † 1832 г.),— извѣстный египтологъ.

3 Египтологи — лица, занимающіяся изученіемъ древняго Египта. Помимо Шамполліона-младшаго, знамениты: Лепсіусъ, Бругшъ (нѣмцы), Маріеттъ, де-Руже, Масперо (французы) и Бёрчъ (англичанинъ).


[ ІЕРОГЛИФЫ. 10 ]



Іероглифическія надписи на египетскихъ постройкахъ.

предметѣ, изображеніемъ котораго онѣ служили, или 2) имѣли символическое значеніе, т.-е. порождали мысль, которая, такъ или иначе, была въ связи съ тѣмъ реальнымъ, дѣйствительнымъ предметомъ, который изображался фигурою, или, наконецъ, 3) были просто буквами (фонетическими знаками).


[ ІЕРОГЛИФЫ. 11 ]

Чисто фигурные и символическіе знаки имѣли меньшее примѣненіе, чѣмъ іероглифы (фигуры) буквенные. Іероглифъ-буква изображался фигурою предмета, названіе котораго на разговорномъ египетскомъ языкѣ начиналось именно съ извѣстнаго опредѣленнаго звука или слога. Оттого-то одна и та же буква изображалась не всегда одною и тою же фигурою, а различными, названія которыхъ, однако, начинались всегда съ одного и того же звука.

Это открытіе сдѣлано Шамполліономъ, который, сравнивая два текста, написанныхъ іероглифами и іератическими знаками, не разъ находилъ, что въ іератическомъ текстѣ буква представляла не сокращенное изображеніе іероглифа, которому она соотвѣтствовала, но сокращенное изображеніе гомофоническаго (созвучнаго, начинающагося съ того же звука) іероглифа. Напримѣръ, если въ іероглифическомъ текстѣ стоялъ сегментъ (соотвѣтствующій буквѣ Т въ фонетическихъ знакахъ), то въ іератическомъ текстѣ на соотвѣтственномъ мѣстѣ стояла не буква, представляющая сокращенное изображеніе сегмента, а другая буква, напримѣръ, сокращенное изображеніе открытой руки. Это изображеніе (открытой руки) также соотвѣтствуетъ звуку Т.

Для болѣе нагляднаго объясненія египетскаго письма при помощи іероглифическихъ буквъ я приведу слѣдующій, грубый примѣръ: если бы мнѣ нужно было написать слово «столъ» іероглифами, то я нарисовалъ бы такія фигуры:

Первыя буквы каждаго названія дадутъ мнѣ необходимые звуки С Т О Л. Я могъ бы ограничиться и тремя фигурами, выкинувъ изображеніе окна, такъ какъ фигура топора даетъ мнѣ слогъ ТО. Вмѣсто фигуры стрѣлы я могъ бы начертить саблю, названіе которой начинается тоже звукомъ С (гомофоническій іероглифъ).

Шамполліонъ раздѣляетъ іероглифическіе фигурные знаки на іероглифы чистые и линейные. Чистые іероглифы — это фигуры, выполненныя особенно отчетливо, съ соблюденіемъ мелкихъ деталей (подробностей); линейные же іероглифы, для ускоренія работы, исполнялись въ однихъ контурахъ (абрисахъ).


[ ІЕРАТИЧЕСКІЕ ПИСЬМЕНА. 12 ]

Іероглифическое письмо — чрезвычайно сложное и представляетъ крайнее разнообразіе въ изображеніяхъ.1

Іероглифическіе знаки располагались или вертикальными колоннами (столбцами), или горизонтальною линіею. Іероглифы читаются съ той стороны, въ которую обращены головы фигуръ людей и животныхъ или выдающіяся, угловатыя части неодушевленныхъ предметовъ. Самое обыкновенное расположеніе іероглифовъ — вертикальными столбцами.

Не слѣдуетъ смѣшивать іероглифовъ съ простыми изображеніями, въ формѣ картинъ, разнаго рода сценъ: религіозныхъ, военныхъ, охотничьихъ, изъ домашняго быта и т. п. Въ такихъ картинахъ долгое время доискивались какого-либо скрытаго смысла, тогда какъ назначеніе ихъ было — наглядно показать именно то, что́ было изображено.

Іератическія письмена, которыми пользовались жрецы (почему они и называются «жреческими»), представляютъ собою скоропись іероглифическихъ знаковъ. Такъ какъ воспроизведеніе іероглифическихъ начертаній (чистыхъ или даже линейныхъ) требовало значительной траты времени, то жрецы упростили эти письмена и стали передавать ихъ въ сокращенномъ видѣ. Они брали только главную, существенную часть іероглифической фигуры, и то сохраняя въ ней лишь самыя характерныя черты. Въ іератическомъ письмѣ попадаются иногда знаки, такъ сказать, произвольные. По предположенію Шамполліона, это — просто знаки, утратившіе свой первоначальный видъ отъ безпрестанныхъ сокращеній. Въ іератическомъ письмѣ встрѣчается менѣе символическихъ и фигурныхъ знаковъ, чѣмъ въ іероглифическомъ письмѣ.


1 Между іероглифическими знаками мы находимъ фигуры: 1) небесныхъ тѣлъ (солнца, луны, звѣздъ, неба и т. д.); 2) человѣка разныхъ половъ, въ различные годы жизни, въ различныхъ соціальныхъ (общественныхъ) положеніяхъ, въ разнообразныхъ позахъ; 3) отдѣльныхъ частей человѣческаго тѣла; 4) животныхъ домашнихъ (быка, коровы, теленка, барана, козы, козла, лошади, свиньи, верблюда и т. д.); 5) животныхъ дикихъ (льва, пантеры, шакала, носорога, гиппопотама, жираффа, тушканчика, зайца, обезьяны и т. д.); б) отдѣльныхъ частей животныхъ; 7) птицъ, между которыми всего чаще: перепела, ястреба, орла, коршуна, ласточки, гуся, ибиса, пигодицы и т. д.; 8) отдѣльныхъ частей птицъ; 9) пресмыкающихся (лягушки, ящерицы, крокодила, аспида, рогатой змѣи, ехидны, ужа и т. д.); 10) различныхъ рыбъ, которыя и теперь водятся въ Нилѣ; 11) насѣкомыхъ (пчелъ, жуковъ, муравьевъ и проч.); 12) овощей, плодовъ, цвѣтовъ и проч.; 13) зданій и проч.; 14) мебели и предметовъ искусства; 15) обуви, оружія, причесокъ и украшеній; 16) орудій и инструментовъ ремесленныхъ; 17) вазъ, чашъ и проч.; 18) геометрическихъ фигуръ (прямой линіи, кривой, ломанной, угла, треугольника, квадрата, параллелограма, сегмента, круга, сферы, многоугольника); 19) фантастическихъ фигуръ.


[ ІЕРОГЛИФЫ. 13 ]



Чистые іероглифы (священное письмо).



Линейные іероглифы (священное письмо).



Іератическое (жреческое) письмо.



Іератическое (жреческое) письмо.



Демотическое (народное) письмо.


[ ДЕМОТИЧЕСКІЯ ПИСЬМЕНА. 14 ]

Такъ какъ жреческое письмо, несмотря на упрощенія и сокращенія, было все-таки слишкомъ сложно (Шамполліонъ насчитываетъ въ немъ болѣе 500 знаковъ), то, понятно, оно не годилось для обычныхъ житейскихъ сношеній. Невольно пришлось прибѣгнуть къ новымъ письменамъ, которыя бы давали возможность дѣлать записи быстро и, вмѣстѣ съ тѣмъ, не требовали слишкомъ много времени для изученія. Такими именно письменами были демотическія или народныя, образовавшіяся изъ іератическихъ. Демотическое письмо состояло почти изъ однихъ фонетическихъ знаковъ, фигурные же знаки были исключены почти всѣ.



Картина, изображающая перевозку статуи.

Сами египтяне называли демотическое письмо «сехи ен шаи» — письмо для обыкновенныхъ рукописей.

Всѣ три рода письма были распространены по всему Египту. Чистые іероглифы служили для надписей на общественныхъ сооруженіяхъ (храмахъ, дворцахъ, обелискахъ и т. д.). Для обыкновенныхъ манускриптовъ примѣнялись линейные іероглифы; для священныхъ свитковъ, въ которыхъ жрецы записывали священные и погребальные обряды, разнаго рода религіозные и научные трактаты, гимны въ честь боговъ и царей, употребляли іератическія письмена; въ повседневной же жизни


[ АЗБУКА ЕГИПЕТСКАГО ЯЗЫКА. 15 ]

пользовались демотическими знаками. Въ настоящее время не подлежитъ сомнѣнію, что чисто іероглифическое письмо, такъ-называемое священное, — самое сложное изъ всѣхъ трехъ способовъ письма, — вовсе не было какимъ-то таинственнымъ, секретнымъ письмомъ, доступнымъ однимъ жрецамъ, какъ это долгое время полагали: іероглифическіе знаки изучались и были вполнѣ понятны образованнымъ лицамъ всѣхъ сословій. Когда именно введены фонетическіе знаки въ графическую систему письма египтянъ, — неизвѣстно.

Нѣкоторые ученые полагали, что фонетическія письмена могли появиться только съ Псамметиха І-го (664—610), въ царствованіе кото-



Картина, изображающая рыбную ловлю.

раго былъ открытъ доступъ въ Египетъ грекамъ, имѣвшимъ уже фонетическій алфавитъ,1 но Шамполліону удалось разобрать начертанное на развалинахъ храма Амада (между Ибсамбуломъ и Дерри) имя фараона Тутмозиса (ХVІІІ-й династіи), изображенное символическими и фонетическими знаками. Такимъ образомъ, не подлежитъ сомнѣнію, что фонетическіе письменные знаки употреблялись египтянами еще за восемнадцать столѣтій до Р. X.

Шамполліонъ опредѣлилъ въ египетскомъ письмѣ 25 фонетическихъ знаковъ, соотвѣтствующихъ, согласно Плутарху, 25 звукамъ египетскаго языка, т.-е. полной азбукѣ (см. рис. на стран. 17).


1 Алфавитъ или азбука есть собраніе или рядъ письменныхъ знаковъ, расположенныхъ въ извѣстномъ, постоянномъ порядкѣ и выражающихъ отдѣльные звуки даннаго языка.


[ ЦАРСКІЯ КАРТУШИ. 16 ]



Царскія картуши въ Абидосскомъ храмѣ.



Имена Клеопатры, Птоломея и Береники, изображенныя іероглифами.


[ АЗБУКА ІЕРОГЛИФОВЪ. 17 ]



Составленная Шамполліономъ таблица демотическихъ и іероглифическихъ знаковъ для чтенія собственныхъ именъ греческихъ и римскихъ.

ВъIграфѣпомѣщеныбуквы греческаго алфавита.
»II»»демотическіе знаки.
»III»»іероглифическіе знаки.

[ АЗБУКА ЕГИПЕТСКАГО ЯЗЫКА. 18 ]

Первоначально каждое слово выписывалось, бо́льшею частью, со всѣми знаками; позднѣе вошло въ употребленіе письмо слоговое, при чемъ очень часто выписывались однѣ согласныя буквы, а гласныя пропускались. Такъ, вмѣсто того, чтобы писать ΒeΡeΝiΚΣ, писали ΒΡΝΚΣ.

Не лишнимъ будетъ упомянуть здѣсь о томъ, какъ удалось Шамполліону разобрать іероглифы и составить азбуку египетскаго языка.

Въ августѣ 1799 г., французскіе солдаты, насыпая, подъ наблюденіемъ инженера Буссара, валъ въ фортѣ St.-Julien въ Розеттѣ, нашли черную четырехугольную гранитную плиту, 10-ти футовъ высоты и 3½ футовъ ширины, съ тремя надписями: іероглифическою, демотическою и греческою. Греческая надпись въ 54 строки отлично сохранилась и была легко прочтена. Содержаніе ея выяснило, что всѣ три текста представляли одно и то же: постановленіе жрецовъ помѣстить въ храмѣ, на видномъ мѣстѣ, статуи фараона Птоломея V Епифана, въ благодарность за многочисленныя милости, оказанныя имъ жреческой кастѣ, съ обнародованіемъ этого постановленія письменами священными, народными (демотическими) и греческими. Іероглифическій текстъ не могъ быть разобранъ, такъ какъ на розеттской плитѣ оба верхнихъ угла камня отбиты, а уцѣлѣвшіе знаки сильно попорчены. Къ счастью, на стѣнахъ храма въ Филэ была найдена (Лепсіусомъ) копія розеттскихъ надписей и на этотъ разъ съ отлично сохранившимися текстами — іероглифическимъ и демотическимъ.

Теперь уже явилась полная возможность сличать и изучать всѣ три надписи. Шамполліонъ выдѣлилъ въ іероглифическомъ текстѣ два несомнѣнно царскихъ имени — такія имена заключались всегда въ картуши (овальные ободки съ черточкою внизу) — Птоломея и Клеопатры; сравнивая начертанія и подставляя подъ каждый знакъ его названіе на коптскомъ языкѣ, сходномъ съ древне-египетскимъ (копты — потомки древнихъ египтянъ), онъ получилъ слова, первые звуки которыхъ дали ему буквы: А О Е К Л П С Т Р (см. рис. на стран. 16).

Послѣ именъ Птоломея и Клеопатры, Шамполліонъ разобралъ имена Александра и Береники и выдѣлилъ еще нѣсколько буквъ. Изъ сравненія именъ выяснилось, что одинъ и тотъ же звукъ изображался разными знаками. Такъ, звукъ Т передавался въ именахъ Птоломея и Клеопатры фигурою открытой руки и изображеніемъ сегмента. Подставляя постепенно звуки подъ іероглифическія фигуры въ картушахъ, Шамполліонъ прочелъ множество именъ царей, фараоновъ и боговъ и составилъ полную азбуку іероглифическихъ знаковъ (см. табл. на стран. 17).

Почему египтяне, умѣя записывать отдѣльные звуки съ помощью соотвѣтственныхъ знаковъ, не перешли всецѣло къ фонетическому письму, а пользовались фигурными, символическими и звуковыми на-


[ ФИНИКІЙСКІЙ АЛФАВИТЪ. 19 ]

чертаніями одновременно, — неизвѣстно. Честь примѣненія исключительно фонетическихъ (звуковыхъ) знаковъ къ письму принадлежитъ финикіянамъ.1

Въ ряду различнаго рода изобрѣтеній нѣтъ ни одного такого, которое, по своей важности и пользѣ для рода человѣческаго, могло бы сравняться съ изобрѣтеніемъ звуковой азбуки. Какъ люди дорожили этимъ открытіемъ, можно судить уже по тому, что звуковая азбука, разъ выдуманная, была принята всѣми культурными народами и вытѣснила другія письмена.

Древнѣйшій изъ извѣстныхъ образцовъ финикійскаго письма — столбъ съ надписью, сдѣланный по приказанію данника царя израильскаго Ахава, царя Мезы, который увѣковѣчилъ этою надписью побѣду, освободившую его отъ подчиненія Ахаву (около 895 г. до Р. X.). Столбъ этотъ находится въ Луврѣ, въ Парижѣ.

Финикійскій алфавитъ состоялъ изъ двадцати двухъ буквъ. Каждой буквѣ финикіяне дали особое названіе.

Греки заимствовали свою азбуку вмѣстѣ съ названіями буквъ отъ финикіянъ.

Начало греческой письменности относится ко второй половинѣ Х-го вѣка до Р. X. Самыя древнія греческія надписи, дошедшія до насъ (ХІ вѣка до Р. X.), открыты въ катакомбахъ2 на островѣ Ѳерѣ (Санторинѣ). Латинскій алфавитъ образовался изъ греческаго.



Финикійскій алфавитъ.

Изобрѣтеніе во второй половинѣ ІХ-го вѣка (около 862 г.) азбуки для всѣхъ славянъ (а въ томъ числѣ и для насъ, русскихъ) приписывается св. Кириллу.3 Ранѣе изобрѣтенія славянской азбуки, тѣ славяне, ко-


1 Финикіяне — одинъ изъ древнихъ народовъ историческаго времени; по преданіямъ, они жили сперва у Персидскаго залива, а потомъ у Аравійскаго, оттуда перешли въ Палестину и Сирію и затѣмъ — въ Финикію. Финикіею называлась у грековъ и римлянъ узкая полоса земли въ 60 миль длиною и 1—5 шириною, образующая восточный берегъ Средиземнаго моря. Сами финикіяне называли свою землю Ханааномъ. Финикіяне славились искусствомъ мореплаванія, судостроеніемъ, а также опытностью въ торговлѣ, въ горнозаводскомъ и литейномъ дѣлѣ. Имъ приписывается открытіе стекла и пурпуровой (красной) краски.

2 Катакомбами называются подземные ходы и пещеры, встрѣчаемые въ окрестностяхъ Рима, Неаполя, въ Сиракузахъ и другихъ мѣстахъ. Онѣ служили первымъ христіанамъ мѣстомъ погребенія умершихъ.

3 Вопросъ о томъ, кѣмъ собственно изобрѣтена славянская азбука — Кирилломъ или его ученикомъ, Климентомъ, въ точности не рѣшенъ.


[ КИРИЛЛИЦА. 20 ]



Кириллица.

торые приняли христіанство отъ грековъ, писали греческими буквами, а обращенные въ христіанство миссіонерами1 западно-римской церкви—знаками латинскаго алфавита. Славянская азбука въ честь св. Кирилла названа Кириллицею. Кириллъ заимствовалъ изъ греческаго алфавита 24 буквы, а остальныя сочинилъ нарочно.

Помимо Кириллицы, у славянъ была еще другая азбука, такъ-называемая Глаголица, но она имѣла ограниченное распространеніе на западѣ Европы, у католическихъ славянъ, въ Хорватіи, Иллиріи; у восточныхъ славянъ болѣе извѣстна Кириллица.

 

Первыя надписи, по изобрѣтеніи письменныхъ знаковъ, дѣлались (высѣкались или вырѣзывались какими-либо острыми орудіями) на камнѣ, металлическихъ доскахъ, глиняныхъ плитахъ и, вообще, на матеріалѣ, неудобномъ для переноски и занимавшемъ много мѣста. Такъ, напримѣръ, десять заповѣдей Моисея были вырѣзаны на двухъ каменныхъ плитахъ. Понятно, что такого рода письмо не было пригодно для обыкновенныхъ житейскихъ сношеній: немыслимо было таскать съ собою тяжелыя каменныя и металлическія плиты. Поэтому и стали писать на навощенныхъ костяныхъ или деревянныхъ дощечкахъ (стилемъ—заостренною палочкою, иглою или штифтикомъ); такія дощечки были въ употребленіи еще въ ХІІІ-мъ столѣтіи. Кромѣ того, писали на листьяхъ растеній, на кожѣ животныхъ, на древесной корѣ, на различнаго рода тканяхъ (на полотнѣ и шелкѣ) и въ особенности на папирусѣ. Папирусъ и пергаментъ въ древности и въ средніе вѣка были самыми пригодными и распространенными матеріалами для письма. Бумага появляется значительно позже.

Папирусъ. Папирусъ появился впервые въ Египтѣ, но когда именно — неизвѣстно. Во всякомъ случаѣ, онъ былъ въ употребленіи уже въ глубокой древности. Шамполліонъ отыскалъ образчики, несомнѣнно относящіеся къ 3500 г. до Р. X. Египтяне хранили въ секретѣ выдѣлку папируса, поэтому-то онъ


1 Миссіонерами называются духовныя лица, посылаемыя въ языческія страны для проповѣдыванія христіанской вѣры.


[ ПАПИРУСЪ. ПЕРГАМЕНТЪ. БУМАГА. 21 ]

проникъ въ Грецію лишь въ VІІ-мъ вѣкѣ до Р. X. Папирусная бумага выдѣлывалась изъ болотнаго растенія, называемаго «папирусъ». Со ствола папируса отдѣляли тонкія полосы древесины въ родѣ того, какъ можно отдѣлить отъ коры березы тонкія полоски бересты. Отдѣленные листики сначала склеивались но длинѣ, затѣмъ наклеивались другіе листики, но уже поперекъ, потомъ опять вдоль и т. д. до извѣстной толщины. Послѣ того склеенныя полосы подвергались давленію (прессованію) и просушкѣ. Послѣдними операціями были обрѣзка краевъ и приведеніе листовъ въ извѣстный форматъ. Листы папируса подклеивались одинъ къ другому, образуя свитокъ, зачастую очень длинный (15—18 метровъ). На папирусѣ писали только съ одной стороны. Папирусъ выдѣлывался различныхъ качествъ — отъ очень тонкаго и бѣлаго до грубаго и желтаго. Самый лучшій папирусъ выдѣлывался въ Александріи. На папирусѣ писали такъ-называемымъ каламомъ — тростникомъ, очиненнымъ на манеръ пера.



Каламъ и чернильница. (Съ Помпейской живописи).

Пергаментъ. Кожа различныхъ животныхъ употреблялась для письма еще въ самыя отдаленныя времена. Объ этомъ упоминаетъ Геродотъ, знаменитый греческій историкъ, жившій въ V-мъ в. до Р. X. Точный годъ изобрѣтенія пергамента неизвѣстенъ. Названіе свое онъ получилъ отъ города Пергамы, гдѣ онъ особенно хорошо выдѣлывался. Пергаментъ приготовлялся изъ козлиной или бараньей кожи. Лучшіе сорта (велень) — изъ телячьихъ шкуръ. Кожи очищались отъ шерсти, скоблились, выравнивались и полировались пемзою. Пергаментъ отличался своею прочностью, но первоначально стоилъ очень дорого. Подешевѣлъ онъ только съ ХV-го вѣка, когда появилась бумага. Очень часто пергаментъ окрашивали въ пурпуровый (красный) и желтый цвѣта, при чемъ буквы на немъ писались золотомъ пли серебромъ.

Бумага. Изобрѣтеніе бумаги относится ко ІІ-му вѣку до Р. X. и приписывается китайцамъ. Въ VІІ-мъ и VІІІ-мъ вѣкахъ стали выдѣлывать бумагу японцы и сосѣдніе съ ними народы. Затѣмъ съ приготовленіемъ бумаги познакомились арабы, которые и завели мастерскія въ Сиріи, Палестинѣ, Сѣверной Африкѣ, Сициліи и Италіи. Крестовые походы распространили секретъ выдѣлки бумаги по Западной Европѣ. Въ Германіи стали выдѣлывать бумагу въ 1190 г., во Франціи — въ 1250, въ Италіи — въ 1275 г. До конца XIII-го вѣка бумага изготовлялась самымъ примитивнымъ способомъ. Существуетъ предположеніе, что первоначально матеріаломъ служила повсемѣстно хлопчатая бумага,1 и только по изгнаніи арабовъ, державшихъ въ своихъ


1 Хлопчатникъ — растеніе, дающее плоды, въ которыхъ сѣмена обмотаны тонкими волокнами. Волокна эти, отдѣленныя отъ сѣмянъ, даютъ такъ-называемую вату.


[ БУМАГА. 22 ]

рукахъ всю хлопчато-бумажную торговлю, обратились ко льну и коноплѣ. Изобрѣтеніе тряпичной бумаги относятъ къ ХІ-му вѣку или къ началу ХІІ-го. Древнѣйшіе документы на бумагѣ изъ тряпки, дошедшіе до насъ, относятся къ 1309 г. (подлинники допросовъ Тампліеровъ1 и канцелярскій протоколъ 1237 г., хранящійся въ Барселонѣ). Первое время бумага была сильно проклеена и только въ ХVІ-мъ вѣкѣ начали печатать на неклееной бумагѣ. Въ ХII-мъ вѣкѣ одновременно пользуются папирусомъ, пергаментомъ и бумагою (хлопчатою и тряпичною). Только съ средины ХІV-го вѣка тряпичная бумага входитъ во всеобщее употребленіе. Первая бумажная фабрика основана въ Равенсбургѣ въ 1290 г. Затѣмъ бумажное производство быстро распространилось по Германіи, Австріи, Италіи, Англіи и Испаніи (около университетскихъ городовъ).

На Руси бумага вошла въ употребленіе еще въ первой половинѣ ХІV-го вѣка (вѣроятно, занесли ганзейцы2 черезъ Новгородъ). Въ ХІV-мъ вѣкѣ была въ ходу больше итальянская бумага, а въ ХV-мъ и ХVІ-мъ вв. — французскаго приготовленія. Первая русская бумажная фабрика была устроена въ селѣ Каннино, Вантеевка тожъ, при рѣкѣ Учѣ, въ 30-ти верстахъ отъ Москвы. Затѣмъ устроилъ бумажную мельницу патріархъ Никонъ на рѣкѣ Пехрѣ, въ государевой Зеленой слободѣ (нынѣ село того же имени Бронницкаго уѣзда, Московской губ.). Правильное бумажное производство завелось лишь съ Петра Великаго (заимствовано изъ Голландіи). Въ 1716 г. устроена фабрика въ Дудергофѣ: въ 1720 г. — въ С.-Петербургѣ. Въ XVII-мъ столѣтіи выдѣлкою бумаги славились, кромѣ С.-Петербурга и Москвы, города Ярославль и Калуга.

На пергаментѣ и бумагѣ писали кистью, а потомъ — птичьимъ перомъ (лебединымъ, чаще же всего—гусинымъ). Стальныя перья появляются въ ХІV-мъ вѣкѣ. Карандаши, т.-е. палочки свинца въ деревянной оправѣ, вошли въ употребленіе въ началѣ ХV-го вѣка, хотя свойство свинца — оставлять слѣдъ, черту, было извѣстно еще въ ХІ-мъ вѣкѣ. Графитовые карандаши, появившіеся въ 1565 г., даже въ ХVII-мъ вѣкѣ были мало распространены. Чернила приготовлялись крайне разнообразно и были гораздо гуще нынѣшнихъ; римскія чернила дѣлались изъ сажи, гумми и воды.

Навощенными дощечками пользовались для всякаго рода небольшихъ записей и замѣтокъ, а также для переписки (въ этомъ случаѣ онѣ замѣняли нашу почтовую бумагу). Больше всего употребляли для письма папирусъ, но книгъ изъ него почти не дѣлали, по непрочности матеріала. Подъ именемъ книги мы разумѣемъ теперь нѣсколько отдѣльныхъ листовъ, написанныхъ или отпечатанныхъ и соединенныхъ вмѣстѣ одною стороною «въ


1 Тампліеры или Храмовники — члены рыцарскаго ордена, основаннаго во времена Крестовыхъ походовъ (въ 1118 г.) для защиты идущихъ на поклоненіе Св. Гробу Господню.

2 Ганзейцами назывались въ средніе вѣка члены нѣмецкихъ торговыхъ товариществъ, возникавшихъ за границею для взаимной помощи и защиты.


[ РУКОПИСНЫЯ КНИГИ. 23 ]

корешокъ». Изъ папируса дѣлали такъ-называемые свитки, т.-е. длинныя, но узкія полосы, которыя навертывались на палку. Пергаменту первое время тоже придавали видъ свитка, но затѣмъ форма его измѣнилась и приняла видъ обыкновенной книги. Свитокъ, намотанный на палку, назывался у римлянъ volumen (волюменъ); къ нему обыкновенно прикрѣплялся кусокъ пергамента (index, titulus — индексъ, титулусъ), на которомъ обозначалось названіе книги. Пергаментная книга, текстъ которой писанъ на обѣихъ сторонахъ страницы, называлась кодексомъ (codex). Нерѣдко написанное на пергаментномъ (иногда и на папирусномъ) листѣ соскабливалось и на немъ писался другой текстъ. Такіе манускрипты (т.-е. рукописи) назывались «палимпсестами». Со времени открытія письменныхъ знаковъ до великаго изобрѣтенія Гутенберга, т.-е. въ теченіе нѣсколькихъ тысячелѣтій, книги почти исключительно пе-



Дощечки, закрытыя и открытыя. (Съ Помпейской живописи).



Liber — листъ, развернутый для чтенія. (Съ Помпейской живописи).



Volumen — листы свернутыхъ и связанныхъ вмѣстѣ рукописей. (Найдены въ Геркуланумѣ).

реписывались отъ руки, или, говоря иначе, въ употребленіи были только рукописныя книги. Книги переписывались обыкновенно особыми спеціалистами-переписчиками.1 Одни изъ нихъ — простые писцы — переписывали сплошной текстъ, не трогая заглавныхъ буквъ (иниціа-


1 Спеціалистъ — лицо, посвятившее себя изученію какого-либо искусства, науки или ремесла.


[ РУКОПИСНЫЯ КНИГИ. 24 ]

ловъ), для которыхъ оставляли на страницахъ пустыя мѣста; другіе же, такъ-называемые «рубрикаторы», занимались исключительно выписываніемъ иниціаловъ, заставокъ и всякаго рода украшеній въ текстѣ и на поляхъ книги. Какъ иниціалы (заглавныя буквы), такъ и



Index — титулъ книги, привязанный къ срединѣ свитка. (Съ Помпейской живописи).



Codex. (Съ Помпейской живописи).

всѣ украшенія исполнялись очень часто въ краскахъ, а также золотомъ и серебромъ. Самый текстъ писался обыкновенно крупными и четкими буквами. Рукописныя книги пергаментныя, въ особенности съ богато раскрашенными иниціалами и заставками, стоили большихъ денегъ и



Граверъ на деревѣ (ксилографъ). (Факсимиле рисунковъ Іоста Аммана, гравированныхъ имъ самимъ на деревѣ. — Уменьшено).



Раскрашиватель картинъ при помощи трафарета. (Факсимиле рисунковъ Іоста Аммана, гравированныхъ имъ самимъ на деревѣ. — Уменьшено).

покупать ихъ могли только люди очень богатые. Дороговизна пергаментныхъ книгъ понятна: самый пергаментъ стоилъ очень дорого, переписчики же употребляли цѣлые мѣсяцы на писаніе текста и раскрашиваніе иниціаловъ и украшеній. Папирусные свитки, въ особенности тѣ, кото-


[ РУКОПИСНЫЯ КНИГИ. 25 ]



Отрывокъ изъ Псалтири VI-го вѣка, писанной серебряными буквами на пурпуровомъ веленѣ. (Находится въ Національной парижской библіотекѣ.—Уменьшено).



Отрывокъ изъ Евангелія VІІ-го вѣка. (Находится въ Національной парижской библіотекѣ.—Уменьшено).



Отрывокъ изъ латинской Библіи ІХ-го вѣка, писанной золотыми буквами на пурпуровомъ веленѣ. (Находится въ Національной пария;ской библіотекѣ.—Уменьшено).


[ ГРАВЮРА НА ДЕРЕВѢ. 26 ]

рые переписывались въ большомъ количествѣ экземпляровъ, стоили недорого. Для полученія большого числа копій въ Римѣ, напримѣръ, поступали такъ: одинъ человѣкъ громко диктовалъ, а переписчики записывали за нимъ. Понятно, что такимъ образомъ можно было получить заразъ столько копій, сколько было переписчиковъ. Главнѣйшіе



Св. Христофоръ. Древнѣйшая гравюра на деревѣ, съ датою 1423 г.

недостатки рукописныхъ книгъ (въ особенности — пергаментныхъ) заключались: 1) въ дороговизнѣ, 2) въ затруднительности полученія большого числа копій и, самое главное, 3) во множествѣ чрезвычайно важныхъ ошибокъ, которыя дѣлали иногда книгу совершенно непонятною и негодною къ употребленію.


[ ГРАВЮРА НА ДЕРЕВѢ. 27 ]

Къ какому времени относится изобрѣтеніе гравированія на деревѣ (ксилографія), т.-е. изготовленіе на деревянныхъ доскахъ выпуклыхъ изображеній, съ которыхъ можно было получать оттиски въ краскахъ, — въ точности неизвѣстно. Гравированными же досками, какъ способомъ



Отрывокъ изъ грамматики Доната,1 отпечатанной Гутенбергомъ ксилографическимъ способомъ. (Уменьшено).

полученія многочисленныхъ копій, стали пользоваться только со второй половины ХІV-го вѣка. Прежде всего ксилографія, или рѣзьба на деревѣ, была примѣнена къ печатанію или полученію оттисковъ игральныхъ картъ и священныхъ изображеній. На деревянныхъ доскахъ вырѣзали выпуклыя очертанія (абрисы) различныхъ фигуръ и затѣмъ,


1 Элій Донатъ — извѣстный римскій грамматикъ и риторъ, жившій въ срединѣ ІV-го вѣка по Р. X.


[ СПОСОБЫ ПЕЧАТАНІЯ ДО ГУТЕНБЕРГА. 28 ]

получивъ при помощи такихъ деревянныхъ гравюръ оттиски, раскрашивали ихъ отъ руки. Позднѣе стали вырѣзать на одной и той же доскѣ фигуры и текстъ (подписи), а затѣмъ гравировали (рѣзали) уже цѣлыя



Раскрашиватель. (Факсимиле рисунковъ Іоста Аммана, гравированныхъ имъ самимъ на деревѣ. — Уменьшено).



Переплетчикъ. (Факсимиле рисунковъ Іоста Аммана, гравированныхъ имъ самимъ на деревѣ. — Уменьшено).

страницы одного текста, т.-е. одинъ шрифтъ. Работы, отпечатанныя съ помощью деревянныхъ досокъ, называются ксилографическими. Самое печатаніе производилось такъ: доска покрывалась «водяною» (т.-е. приготовленною на водѣ, а не на маслѣ) краскою, потомъ на нее накладывался листъ бумаги, по которому водили или терли особымъ гладиломъ, смазаннымъ жиромъ или мыломъ (для того, чтобы онъ легче скользилъ). Вмѣсто гладила примѣнялись также кожаныя подушечки, набитыя шерстью или конскимъ волосомъ (мацы). Такимъ способомъ печатали только съ одной стороны, и весьма понятно — почему: если бы на отпечатанномъ листѣ попробовали получить оттискъ съ оборотной стороны, то, конечно, гладило, при нажиманіи листа къ доскѣ, размазало бы отпечатанный текстъ и тѣмъ испортило бы всю работу. Чтобы получить листъ, отпечатанный съ двухъ сторонъ, поступали очень просто: брали два листа и склеивали ихъ вмѣстѣ тѣми сторонами, на которыхъ текстъ не былъ отпечатанъ. Ксилографическое печатаніе обходилось очень дорого, такъ какъ для каждой страницы текста нужно было вырѣзать отдѣльную доску; само-



Типографы-печатники ХVI-го столѣтія. Факсимиле игральной карты, представляющей двойку (двѣ мацы). (Уменьшено).


[ СПОСОБЫ ПЕЧАТАНІЯ ДО ГУТЕНБЕРГА. 29 ]

печатаніе производилось медленно, а сдѣланныя ошибки исправить на доскѣ было очень трудно, а иногда и прямо невозможно, такъ что приходилось рѣзать новую доску. Если текстъ былъ вырѣзанъ вѣрно, то, конечно, печатаніе съ такихъ досокъ вполнѣ обезпечивало отъ тѣхъ досадныхъ ошибокъ, которыя зачастую совершенно искажали текстъ рукописныхъ книгъ. Поэтому-то полученіе печатныхъ оттисковъ ксилографическимъ способомъ нужно считать, во всякомъ случаѣ, чрезвычайно важнымъ шагомъ впередъ въ дѣлѣ книгопечатанія, хотя, по сравненію съ изобрѣтеніемъ Іоганна Гутенберга, ксилографическій способъ все-таки представляется настолько ничтожнымъ, что весь міръ единодушно признаетъ теперь одного только Гутенберга истиннымъ творцомъ и изобрѣ-



Переписчикъ (скрибъ). (Съ миніатюры ХV-го столѣтія. — Уменьшено).

тателемъ книгопечатанія: только съ него начинается настоящее книгопечатаніе. Въ ряду всякаго рода великихъ открытій всѣхъ временъ и народовъ изобрѣтеніе письменныхъ знаковъ и изобрѣтеніе книгопечатанія должны быть поставлены на первое мѣсто по своему значенію для человѣчества.

Не слѣдуетъ смѣшивать книгопечатаніе съ печатаніемъ вообще. Гутенбергъ не изобрѣталъ печатанія въ тѣсномъ значеніи этого слова, такъ какъ печатаніе, т.-е. полученіе оттисковъ (отпечатковъ) буквенныхъ или иныхъ изображеній механическимъ способомъ, тисненіемъ (натискомъ), при помощи какихъ-либо приспособленій, извѣстно было еще въ самыя отдаленныя времена. Задолго до Рождества Христова


[ СПОСОБЫ ПЕЧАТАНІЯ ДО ГУТЕНБЕРГА. 30 ]

печатали посредствомъ штемпелей или печатей: фигуры, буквы и цѣлыя слова вырѣзывались рельефно (выпукло) или вогнуто и въ обратномъ видѣ и порядкѣ, такъ что оттиски получались совершенно правильные, т.-е. буквы слѣдовали въ томъ порядкѣ, какъ слово произносится, и въ прямомъ видѣ, а не въ обратномъ. Штемпеля были деревянные и металлическіе. Вавилоняне1 оттискивали штемпелями на кирпичахъ цѣлыя надписи. Египтяне заимствовали употребленіе штемпелей, вмѣстѣ съ выдѣлкою кирпичей, отъ вавилонянъ. У римлянъ штемпелями клеймили рабовъ, скотъ, печеный хлѣбъ, кирпичи, черепицу, посуду и проч. Употребленіе перстней-печатей было очень распространено у вавилонянъ. Посредствомъ печатей также получались оттиски на монетахъ. Греки для выбиванія монеты пользовались иногда одновременно штемпелями вогнутыми и выпуклыми. Такъ, монеты VІІІ-го вѣка до Р. Х., съ острова Эгины, имѣютъ на одной сторонѣ рельефное изображеніе черепахи, а на другой — вогнутое (вдавленное) изображеніе квадрата, раздѣленнаго на четыре части. Штемпелями печатали безъ краски, но и печатаніе краскою было давно извѣстно.

Плиній Старшій2 съ особенною похвалою упоминаетъ объ изобрѣтенномъ Маркомъ Варрономъ3 способѣ, посредствомъ котораго тотъ воспроизвелъ портреты 700 знаменитыхъ историческихъ лицъ. Къ сожалѣнію, сочиненіе Баррона («Imagines»), въ которомъ помѣщены были эти портреты, не дошло до насъ и въ настоящее время нѣтъ возможно-


1 Вавилоніею, у древнихъ писателей, называлась южная часть Месопотаміи, т.-е. область, простирающаяся отъ пункта, гдѣ Тигръ и Евфратъ наиболѣе близко сходятся между собою, до Персидскаго залива (400 верстъ въ длину и 200 верстъ въ ширину). Впослѣдствіи Вавилонія захватила гораздо большую площадь. Вавилонія была страна въ высшей степени культурная: науки и искусства достигли въ ней большого совершенства и развитія (въ особенности — математика и астрономія). У вавилонянъ были школы (безграмотность представляла рѣдкое исключеніе), библіотеки, составлялись ежегодные календари, грамматики, словари, всевозможныя научныя руководства, изучались иностранные языки, преподавалась музыка и проч. Вавилонянамъ были также хорошо извѣстны архитектура, скульптура и живопись. О возникновеніи вавилонскаго царства ничего въ точности неизвѣстно. Однимъ изъ древнѣйшихъ царей былъ знаменитый Саргонъ I, царствовавшій за 3800 лѣтъ до Р. X. Въ надписяхъ Саргонъ изображается, какъ покровитель наукъ и литературы. Письменные знаки у вавилонянъ имѣли клинообразную форму. Разборомъ ихъ прославились: нѣмецкіе ученые — Гротефендъ, Лассенъ, французъ Бюрнуфъ и англичанинъ Роулинсонъ

2 Плиній Старшій — ученый римлянинъ, родился въ 23 г. по Р. X., погибъ въ 79 г. при изверженіи Везувія. Оставилъ послѣ себя естественную исторію (Historia naturalis) въ 37-ми частяхъ, которая была переведена на всѣ европейскіе языки.

3 Маркъ Теренцій Варронъ — знаменитый и величайшій ученый древняго Рима, родился въ 116 г. до Р. X., умеръ въ глубокой старости въ 27 г. по Р. X.


[ СПОСОБЫ ПЕЧАТАНІЯ ДО ГУТЕНБЕРГА. 31 ]

сти опредѣлить, въ чемъ состоялъ способъ Варрона, т.-е., какого рода печатаніе онъ примѣнилъ къ своему изданію.

По словамъ Плутарха,1 Агезилай2 воспользовался одинъ разъ для ободренія своихъ солдатъ такою хитростью: онъ написалъ на ладони слово «побѣда», въ обратномъ видѣ, и затѣмъ, приложивъ ладонь къ печени жертвеннаго животнаго, получилъ на ней отпечатокъ, который и показалъ солдатамъ. Хитрость удалась: къ солдатамъ вернулось мужество, и они побѣдили непріятеля.

Подвижныя (отдѣльно вырѣзанныя) буквы были также извѣстны римлянамъ и употреблялись при обученіи дѣтей. Объ этомъ упоминаютъ Квинтиліанъ3 и св. Іеронимъ.4 По свидѣтельству Квинтиліана пособіемъ при обученіи дѣтей письму, помимо отдѣльныхъ рельефныхъ буквъ, служили также прорѣзныя пластинки, для чего изготовлялись иногда трафареты5 цѣлыхъ страницъ. Стиль,6 слѣдуя всѣмъ изгибамъ прорѣзовъ и не уклоняясь въ стороны, необходимо долженъ былъ вычерчивать ровныя и красивыя буквы. Древніе египтяне пользовались трафаретами для воспроизведенія различнаго рода фигуръ въ над-


1 Плутархъ — знаменитый греческій писатель, родился въ половинѣ перваго вѣка по Р. X., умеръ въ 134 г. Пріобрѣлъ всемірную извѣстность своимъ сочиненіемъ «Жизнеописанія знаменитыхъ мужей Греціи и Рима».

2 Агезилай — царь спартанскій, вступилъ на престолъ въ 400 г. до Р. X., умеръ въ 358 г.

3 Квинтиліанъ — знаменитый римскій риторъ, жившій въ первомъ вѣкѣ по Р. X. Риторами назывались у грековъ и римлянъ лица, извѣстныя своимъ краснорѣчіемъ, а также преподаватели краснорѣчія.

4 Св. Іеронимъ — знаменитый своими сочиненіями, отецъ церкви, родился въ 330 г. по Р. X., умеръ въ 419 г., воспитывался въ Римѣ.

5 Трафаретъ — тонкая металлическая или, вообще, какая бы то ни было пластинка съ прорѣзаннымъ въ ней изображеніемъ. Пластинка накладывается на какой-либо предметъ, затѣмъ кистью съ краскою, щеткою или тряпкою проводятъ по пластинкѣ такъ, чтобы захватить всѣ прорѣзы, и тогда, по снятіи трафарета, на предметѣ получается изображеніе того рисунка, который прорѣзанъ въ пластинкѣ. Трафареты въ большомъ употребленіи у маляровъ, ко-

торые съ помощью ихъ раскрашиваютъ потолки, стѣны и проч. Въ Римѣ и Греціи трафаретами пользовались иногда для замѣны собственноручной подписи. Императоръ Юстиніанъ ставилъ свою подпись при помощи золотой прорѣзной пластинки. Такія же пластинки были у Теодориха, короля остъ-готовъ, и у императора Константина Великаго. Трафареты были въ ходу у нотаріусовъ и у многихъ частныхъ лицъ.

6 Стиль — металлическій инструментъ въ родѣ рѣзца или палочки съ заостреннымъ концомъ.


[ ИЗОБРѢТЕНІЕ КНИГОПЕЧАТАНІЯ. 32 ]

писяхъ и украшеніяхъ храмовъ, гробницъ и общественныхъ памятниковъ.

Цицеронъ,1 опровергая систему Эпикура,2 который доказывалъ, что міръ образовался отъ случайнаго соединенія атомовъ, говоритъ: «кто считаетъ это возможнымъ, почему не повѣритъ также и тому, что множество брошенныхъ на землю буквъ, представляющихъ 21 знакъ алфавита и изготовленныхъ изъ золота или какого-либо другого вещества, могутъ сами собою при паденіи расположиться въ такомъ порядкѣ, что образуютъ легко читаемыя лѣтописи Эннія?»3

Приводя послѣднюю выдержку, знаменитый французскій типографъ Дюпонъ (Paul Dupont) совершенно справедливо замѣчаетъ,4 что Цицеронъ почти коснулся пальцемъ изобрѣтенія Гутенберга.

Въ городѣ Упсалѣ (въ Швеціи, недалеко отъ Стокгольма) хранится такъ-называемое Евангеліе Ульфилы5 (Codex argenteus — серебряный кодексъ). Это Евангеліе отпечатано въ VІ-мъ вѣкѣ на пурпуровомъ веленѣ (пергаментѣ) серебряными и золотыми буквами. Нѣтъ сомнѣнія, что книга печаталась отдѣльными буквами, одна за другою, вѣроятно, по обыкновенному способу переплетчиковъ.6

Все вышесказанное доказываетъ, что какъ основныя правила печатанія, такъ равно и отдѣльныя буквы были извѣстны. Казалось, все наталкивало на изобрѣтеніе Гутенберга, тѣмъ не менѣе до него прошло еще не мало столѣтій. Позднѣе неизвѣстный изобрѣтатель ксилографическаго способа печатанія текста, о которомъ уже упоминалось выше, былъ, можно сказать, также на порогѣ изобрѣтенія книгопечатанія — стоило только распилить доски на отдѣльныя буквы, и все-таки честь геніальнаго открытія досталась всецѣло на долю великаго Іоганна Гутенберга.


1 Маркъ Туллій Цицеронъ — знаменитый римскій ораторъ, родился въ 107 г. до Р. X., умеръ 64 лѣтъ (былъ убитъ).

2 Эпикуръ — знаменитый греческій философъ, родился въ 341 г. до Р. X., умеръ въ 270 г.

3 Энній — римскій поэтъ, родился около 240 г. до Р. X.

4 Въ своей «Histoire de l’imprimerie».

5 Ульфила или Вульфила — первый епископъ готовъ, родился около 311 г., происходилъ отъ рабовъ-христіанъ, вывезенныхъ изъ Малой Азіи. Онъ перевелъ на готскій языкъ Священное Писаніе. Готы — народъ германскаго происхожденія, игравшій большую роль въ до-исторической жизни Россіи. Древнѣйшая родина ихъ была область на востокъ отъ нижней Вислы до Прегеля, но вліяніе готовъ, вѣроятно, распространялось на весь Прибалтійскій край.

6 Пергаментъ, при помощи кисточки, смазывался клеемъ, на клей накладывался листочекъ золота, а затѣмъ на этотъ листочекъ нажималась нагрѣтая металлическая буква. Клей, подъ вліяніемъ жара, высыхалъ именно въ тѣхъ мѣстахъ, которыхъ касались штрихи буквы, и, понятно, по снятіи (при помощи ваты или тряпки) золота и невысохшаго клея съ тѣхъ мѣстъ, которыхъ не касался нагрѣтый металлъ, на пергаментѣ получался оттискъ буквы.


[ ПЕРВЫЙ ПЕЧАТНЫЙ СТАНОКЪ. 33 ]

Въ чемъ же состояло собственно изобрѣтеніе книгопечатанія? Въ томъ, что Гутенбергъ первый началъ изготовлять отдѣльныя буквы съ очкомъ, обращеннымъ въ обратную сторону, составлялъ (набиралъ) изъ буквъ слова, строки и цѣлыя страницы и получалъ съ этихъ страницъ сразу (однимъ нажимомъ) оттиски на построенномъ имъ типографскомъ станкѣ. По отпечатаніи, Гутенбергъ разбиралъ наборъ, т.-е. разсортировывалъ каждую букву отдѣльно (а къ а, б къ б, р къ р и т. д.) и снова составлялъ (набиралъ) изъ тѣхъ же



Съ гравюры 1520 года.

буквъ новый текстъ, съ котораго и получалъ новые оттиски на томъ же станкѣ. Словомъ, Гутенбергъ первый указалъ намъ самый легкий, удобный, скорый и дешевый способъ, какъ составлять (набирать), даже съ небольшимъ количествомъ отдѣльныхъ буквъ, какой угодно текстъ и получать съ него на печатномъ станкѣ оттиски въ неограниченномъ числѣ экземпляровъ. Въ настоящее время мы набираемъ и печатаемъ наши книги именно по способу, указанному намъ Гутенбергомъ. Вся разница только въ томъ, что при помощи усо-


[ ПЕРВЫЙ ПЕЧАТНЫЙ СТАНОКЪ. 34 ]



Съ гравюры 1507 года. (На этомъ рисункѣ интересна фигура женщины-наборщицы. — Уменьшено).

вершенствованныхъ машинъ мы печатаемъ теперь гораздо скорѣе, но, къ сожалѣнію, не всегда лучше: нѣкоторыя инкунабулы1 могутъ служить и теперь образцами во всѣхъ отношеніяхъ превосходной работы, какъ по чистотѣ печати, красотѣ буквъ, такъ и по вкусу и изяществу исполненія. Хотя мы и не имѣемъ ни описанія, ни рисунка пресса Гутенберга, тѣмъ не менѣе, благодаря прекрасному обычаю первыхъ типографовъ отмѣчать свои труды знаками или орудіями своего ремесла, мы можемъ составить довольно вѣрное представленіе о книгопечатномъ станкѣ Гутенберга, и врядъ ли можно сомнѣваться въ томъ, что прессъ геніальнаго изобрѣтателя обладалъ уже всѣми тѣми составными частями, которыя являются существенною принадлежностью современныхъ ручныхъ прессовъ. Рисунки, взятые изъ книгъ, помѣченныхъ 1507, 1520 и 1564 гг., несомнѣнно доказываютъ, что прессы ближайшихъ къ Гутенбергу типографовъ-печатниковъ имѣли уже піанъ, т.-е. доску, съ помощью которой печатникъ могъ быстро и ровно нажимать на наборъ и также быстро прекращать нажимъ, — тимпанъ, рашкетъ, подвижной талеръ и даже графейки. Странно было бы предполагать, что современники Гутенберга и его ближайшіе послѣдователи въ печатномъ дѣлѣ, уже въ первые десятки лѣтъ по изобрѣтеніи книгопечатанія, успѣли усовершенствовать и существенно видо-



Съ гравюры 1564 года. (Уменьшено).


1 Инкунабулами называются книги, отпечатанныя до 1500 года, т.-е. въ первые десятки лѣтъ по изобрѣтеніи книгопечатанія, когда оно находилось еще, такъ-сказать, въ младенчествѣ, въ колыбели. Отъ латинскаго слова — cunae, cunabula — колыбель.


[ ПЕРВЫЙ ПЕЧАТНЫЙ СТАНОКЪ. 35 ]

измѣнить первоначальный печатный станокъ. Гораздо вѣрнѣе и правдоподобнѣе предположить, что ближайшіе къ Гутенбергу типографы прямо копировали устройство печатнаго станка съ пресса самого изобрѣтателя, а дальнѣйшіе печатники перенимали конструкцію (устройство) прессовъ другъ отъ друга. Въ виду вышесказаннаго, приводимые рисунки пріобрѣтаютъ большое значеніе. Подробное изученіе первопечатныхъ произведеній Гутенберга и Шеффера привело изслѣдователей также къ убѣжденію, что прессъ первопечатниковъ, дѣйствительно, обладалъ самыми существенными частями нынѣшнихъ ручныхъ печатныхъ станковъ. Не подлежитъ сомнѣнію, что Гутенбергъ работалъ деревяннымъ прессомъ, — тѣмъ болѣе чести великому первопечатнику, сумѣвшему съ ничтожными средствами достигнуть замѣчательныхъ результатовъ. Наборъ покрывался (набивался) краскою при помощи небольшихъ кожаныхъ подушечекъ съ ручками.1



Маца.



Французская рукопись ХІV-го столѣтія. (Отрывокъ перевода «Римской исторіи» Валерія Максима. — Уменьшено).


1 Такія кожаныя подушечки, набитыя конскимъ волосомъ или шерстью, были повсемѣстно въ употребленіи у печатниковъ до начала ХІХ-го столѣтія. У насъ, въ Россіи, ихъ называли «мацами».


[ 36 ]



Старѣйшій портретъ Гутенберга. (Оригиналъ портрета сгорѣлъ въ 1870 г. Копія находится въ Майнцѣ).

ІОГАННЪ ГУТЕНБЕРГЪ.

Іоганнъ (Іоаннъ) Гутенбергъ родился въ нѣмецкомъ городѣ Майнцѣ. Точный годъ его рожденія неизвѣстенъ (нѣкоторые изслѣдователи полагаютъ, что онъ родился въ 1396 г., другіе — въ 1398 или 1400). О дѣтскихъ годахъ и воспитаніи Гутенберга никакихъ точныхъ свѣдѣній не сохранилось. Родители его принадлежали къ патриціанской фамиліи.1 Неизвѣстно, вслѣдствіе какихъ причинъ Гутенбергъ покинулъ родной городъ и въ 30-хъ годахъ ХV-го столѣтія проживалъ въ Страсбургѣ, занимаясь, между прочимъ, полировкою полудрагоцѣнныхъ камней (агата, оникса и др.) и выдѣлкою зеркалъ. 1440 г. считается въ настоящее время годомъ окончательнаго изобрѣтенія книгопечатанія. По


1 Патриціями назывались въ то время отдѣльные вліятельные роды или фамиліи, имѣвшіе исключительное право участвовать въ управленіи городомъ.


[ ІОГАННЪ ГУТЕНБЕРГЪ. 37 ]

неимѣнію средствъ Гутенбергъ не могъ эксплоатировать1 своего изобрѣтенія, а потому, переселившись въ 1448 г. обратно въ Майнцъ, вступилъ въ компанію съ зажиточнымъ майнцскимъ гражданиномъ Іоганномъ Фустомъ. Фустъ ссудилъ лишь деньги (800 гульденовъ), а все дѣло долженъ былъ вести Гутенбергъ, прибыль же дѣлили пополамъ. Съ ничтожными средствами, съ малоопытными рабочими пришлось работать Гутенбергу, и все-таки онъ достигъ тѣхъ поразительныхъ результатовъ, которые въ настоящее время невольно заставляютъ спеціалистовъ дѣда преклоняться передъ геніальнымъ изобрѣтателемъ, сумѣвшимъ побѣдить всѣ техническія затрудненія, о которыхъ не могутъ составить себѣ понятія лица, мало знакомыя съ типографскимъ искусствомъ. Первыми работами Гутенберга были: латинская грамматика Доната, папскія индульгенціи2 и, наконецъ, двѣ Библіи (42-хъ-строчная и 36-ти-строчная).

42-хъ-строчная Библія, иначе называемая Мазаринская (потому что найдена въ библіотекѣ кардинала Мазарини), отпечатана въ 1453—55 гг. (она печаталась сначала Гутенбергомъ и Фустомъ, а закончена печатаніемъ Петромъ Шефферомъ и Фустомъ); 36-ти-строчная Библія появилась въ свѣтъ, какъ теперь доказано,3 позднѣе 42-хъ-строчной. Въ концѣ 1455 года типографія компаньоновъ, по рѣшенію суда, перешла въ руки Фуста (Фустъ предъявилъ къ Гутенбергу искъ за неплатежъ долга и выигралъ дѣло). Гутен-



Домъ, въ которомъ жилъ Гутенбергъ по возвращеніи своемъ въ 1448 г. изъ Страсбурга. (Принадлежитъ въ настоящее время пивоваренному товариществу).



Іоганнъ Гутенбергъ. (Съ гравюры 1698 г. Юліуса, находящейся въ Парижской національной библіотекѣ).


1 Эксплоатировать — извлекать выгоду, прибыль, пользу.

2 Индульгенціею называется прощеніе кающихся и освобожденіе ихъ отъ наказанія за содѣянные ими грѣхи. Прощенія эти выдавались и выдаются Западною церковью. Съ ІХ-го вѣка индульгенціи стали покупаться за деньги и пріобрѣтались очень легко, въ особенности, когда папа предпринималъ какое-либо дѣло, требовавшее большихъ затратъ, и, слѣдовательно, нуждался въ деньгахъ.

3 Доказалъ Дзяцко, профессоръ Гёттингенскаго университета, извѣстный нѣмецкій филологъ.


[ ПЕТРЪ ШЕФФЕРЪ. ІОГАННЪ ФУСТЪ. 38 ]

бергъ завелъ новую типографію и въ 1460 году отпечаталъ и выпустилъ «Католиконъ» (латинскую грамматику со словаремъ). Въ 1465 г. курфирстъ Адольфъ Нассаускій назначилъ Гутенберга своимъ пожизненнымъ камергеромъ. Когда умеръ Гутенбергъ — въ точности неизвѣстно (въ ноябрѣ 1467 г. или въ февралѣ 1468 г.). Похороненъ въ Майнцѣ, но могила его также неизвѣстна.

Дѣятельнымъ помощникомъ Гутенберга по печатанію былъ Петръ Шефферъ, улучшившій отливку литеръ и замѣнившій прежніе пунсоны1



Петръ Шефферъ.



Іоганнъ Фустъ.

стальными. Петръ Шефферъ былъ родомъ изъ Гернсгейма. Точный годъ его рожденія неизвѣстенъ. Спеціальность его была — раскрашиваніе заглавныхъ буквъ.

Отдѣлившись отъ Гутенберга, Фустъ и Шефферъ продолжали вести дѣло вмѣстѣ (между прочимъ, отпечатали Псалтирь). Въ 1462 г. Майнцъ


1 Пунсономъ называется вырѣзанное обыкновенно изъ стали, рельефное (съ выступающими и углубленными частями) изображеніе буквы или чего-либо другого (печати, герба и т. д.). Пунсонъ, вырѣзанный изъ мягкой стали, нагрѣвается на огнѣ до-бѣла и затѣмъ опускается въ холодную воду; это называется закаливаніемъ. Закаленный пунсонъ нельзя рѣзать и пилить напилкомъ, такъ какъ отъ закаливанія онъ дѣлается очень твердымъ, а потому и можетъ легко втискиваться или вбиваться, съ помощью молотка, въ любой мягкій металлъ, какъ напримѣръ, незакаленную сталь, желѣзо, мѣдь, свинецъ и т. п. Если взять мѣдную пластинку, поставить на нее стальной пунсонъ и ударить по немъ нѣсколько разъ молоткомъ, то на пластинкѣ получится (оттиснется) изображеніе пунсона, только въ обратномъ видѣ, т.-е. тѣ части, которыя на пунсонѣ выступали, будутъ на мѣдной пластинкѣ углублены и — наоборотъ. Такая мѣдная пластинка съ оттискомъ пунсона называется матрицею и служитъ для полученія, при помощи ея и словолитной машины, изображеній изъ какого-либо очень мягкаго металла (обыкновенно такъ-называемаго гарта — сплава изъ свинца, олова и сюрьмы).



Пунсонъ.


[ ПОЛЬЗА ИЗОБРѢТЕНІЯ ГУТЕНБЕРГА. 39 ]

былъ взятъ приступомъ графомъ Адольфомъ Нассаускимъ и подвергся разграбленію. Типографія Фуста и Шеффера была уничтожена, рабочіе разбѣжались, но уже два года спустя (въ 1464 г.) компаньоны возобновили работы попрежнему. По смерти Фуста, Шефферъ работалъ одинъ. Ему приписывается заслуга введенія такъ-называемаго «швабахерскаго» шрифта, не вышедшаго изъ употребленія и теперь. Шеферъ былъ одновременно типографъ и книгопродавецъ. Годъ смерти его неизвѣстенъ. Послѣднее его изданіе помѣчено 21-мъ декабря 1502 г.

Разгромъ Майнца принесъ большую пользу печатному дѣлу: рабочіе изъ типографій разбѣжались и разнесли повсюду секретъ книгопечатанія.

Одно изъ главныхъ достоинствъ изобрѣтенія Гутенберга заключалось въ томъ, что съ печатаніемъ стали немыслимы тѣ ошибки въ текстѣ, которыя дѣлались прежде, сплошь-и-рядомъ, невѣжественными переписчиками книгъ. Не одно драгоцѣнное сочиненіе погибло вслѣдствіе небрежной и неумѣлой переписки! Переписчики иногда до того искажали текстъ, что книга теряла всякое



Статуя Гутенберга въ Майнцѣ. Работы Торвальдсена.



Факсимиле подписи Петра Шеффера1 (подпись сдѣлана на книгѣ, находящейся въ Парижской арсенальной библіотекѣ и озаглавленной «In quartum sententiarum scriptum»). — Уменьшено.


1 «Ego Petrus Shoeffer, impressor librorum Maguntinus, recognosco me rece-pisse a venerabili magistro Johanne Henrici, cantore Parisiensi, tria scuta pro pretio hujus libri, quod protestor manu propria».

«Я, Петръ Шефферъ, майнцскій книгопечатникъ, признаю, что получилъ отъ достопочтеннаго магистра Іоганна Генрици, кантора парижскаго, три скута (?) въ уплату за эту книгу, что свидѣтельствую собственноручно».


[ ПОЛЬЗА ИЗОБРѢТЕНІЯ ГУТЕНБЕРГА. 40 ]

значеніе. А къ какимъ серьезнымъ послѣдствіямъ вели даже неумышленныя ошибки при перепискѣ книгъ религіознаго содержанія, намъ извѣстно изъ дѣла объ исправленіи патріархомъ Никономъ богослужебныхъ книгъ въ Россіи, при царѣ Алексѣѣ Михайловичѣ: цѣлые милліоны людей отдѣлились отъ Православной церкви потому лишь, что богослуженіе въ храмахъ совершалось по новымъ, исправленнымъ патріархомъ Никономъ, священнымъ книгамъ.

Всякому извѣстно, что для того, чтобы получить однообразную рукопись, необходимо исполненіе работы поручить одному переписчику, такъ какъ у каждаго лица свой (отличительный) почеркъ, и копіи одной и той же страницы, сдѣланныя разными руками, не походятъ одна на другую.

Типографскія буквы извѣстнаго шрифта (шрифты же, какъ увидимъ впослѣдствіи, бываютъ различные) ничѣмъ не отличаются одна отъ другой. Будетъ ли весь текстъ набранъ однимъ рабочимъ или многими ли-



Швабахерскій шрифтъ.

цами, — все равно: характеръ буквъ, т.-е. ихъ рисунокъ (такъ-сказать, почеркъ), во всемъ набранномъ текстѣ не измѣнится. И такъ какъ самое печатаніе заключается въ сниманіи оттисковъ съ одного и того же набора, то, очевидно, всѣ оттиски или копіи будутъ совершенно одинаковы. Дешевизна типографскихъ работъ, сравнительно съ переписываніемъ и вырѣзываніемъ текста, легко объясняется тѣмъ, что полученіе типографскихъ оттисковъ, въ неограниченномъ количествѣ, не представляетъ никакихъ затрудненій, а самый матеріалъ, изъ котораго состоитъ наборъ, по окончаніи печатанія, можетъ быть разобранъ на части и обращенъ на другую работу, т.-е. на образованіе новаго набора и на полученіе новыхъ оттисковъ.

Со времени изобрѣтенія книгопечатанія переписчики книгъ сдѣлались совершенно ненужными: ихъ замѣнилъ наборщикъ-типографъ.

Типографское печатаніе замѣняетъ, зачастую одновременно, работы переписчика, рисовальщика и чертежника, и притомъ въ совершенствѣ. Ни одинъ изъ самыхъ искусныхъ рабочихъ не возьмется переписать или вычертить нѣсколько тысячъ экземпляровъ одной и той же работы


[ ПОЛЬЗА ИЗОБРѢТЕНІЯ ГУТЕНБЕРГА. 41 ]

скоро, дешево и настолько точно и однообразно, чтобы каждый экземпляръ совершенно походилъ другъ на друга. Печатаніе даетъ намъ возможность получать вполнѣ точныя копіи въ неограниченномъ количествѣ, быстро и дешево. Въ настоящее время вовсе не трудно отпечатать, напримѣръ, нѣсколько сотъ тысячъ экземпляровъ листовъ въ какіе-нибудь 5—6 часовъ, и всѣ экземпляры будутъ совершенно одинаковы. Со времени открытія книгопечатанія, книги перестали быть достояніемъ людей только зажиточныхъ; цѣны на нихъ значительно пони-



Типографія. Старинная гравюра Теодора Галле, по рисунку Іоганна Страдануса (1523—1605).

зились и ихъ могъ уже пріобрѣтать всякій, обладавшій самыми незначительными средствами и желавшій чему-либо научиться. Геніальное изобрѣтеніе Гутенберга открыло всѣмъ и каждому легчайшій и вѣрнѣйшій путь къ самообразованію. Одно изъ важнѣйшихъ достоинствъ книгопечатанія заключается также въ томъ, что со времени Гутенберга стало почти немыслимо совершенное исчезновеніе какого-либо интереснаго сочиненія или труда. До изобрѣтенія книгопечатанія многія весьма важныя произведенія ученыхъ, какъ труды чисто спеціальные, не имѣвшіе широкаго распространенія въ публикѣ, переписывались въ крайне ограниченномъ числѣ экземпляровъ и потеряны для насъ навсегда. Въ на-


[ ШРИФТЪ ПЕРВОПЕЧАТНЫХЪ ИЗДАНІИ. 42 ]

стоящее время, когда книги печатаются тысячами и разсылаются во всѣ концы міра, трудно допустить, чтобы какое-либо важное сочиненіе погибло до послѣдней книги, тѣмъ болѣе, что теперь крайне легко повторить изданіе, что, дѣйствительно, и дѣлается.

 

Въ Западной Европѣ шрифтъ первыхъ печатныхъ изданій былъ готическій (угловатой формы), такъ какъ образцомъ для него послужили современныя германскія рукописныя книги. Переписчики въ свою очередь



Образцы рукописи XV-го вѣка.


[ СОРОКА-ДВУХЪ-СТРОЧНАЯ БИБЛІЯ. 43 ]



Снимокъ части страницы 42-хъ-строчной Библіи.

заимствовали для своихъ буквъ угловатыя и остроконечныя очертанія изъ готической архитектуры. Самое названіе «готика» дано итальянцами, въ знакъ презрѣнія ихъ къ этому, по ихъ мнѣнію, грубому, варварскому стилю (готическому, свойственному готамъ, т.-е. варварамъ). Названіе «варварскій» совершенно неподходящее къ готическому стилю, такъ


[ ТРИДЦАТИ-ШЕСТИ-СТРОЧНАЯ БИБЛІЯ. 44 ]



Снимокъ части страницы 36-ти-строчной Библіи.

какъ онъ отличается красотою и изяществомъ рисунка. Весьма понятно, что первые типографы брали за образецъ для своихъ печатныхъ шрифтовъ общепринятый національный рукописный шрифтъ, къ которому всѣ уже привыкли. Первопечатникамъ не было нужды выдумывать свой особый печатный шрифтъ: они просто скопировали общепринятыя и всѣмъ


[ ПОДРАЖАНІЕ ПЕРВОПЕЧАТНЫМЪ ИЗДАНІЯМЪ. 45 ]



Страница грамматики Доната, отпечатанной въ Австрійской государственной типографіи «Гутенберговскими» литерами, образцомъ для которыхъ послужили буквы 42-хъ-строчной Библіи.

хорошо знакомыя и понятныя рукописныя буквы. Если сравнить приведенные образцы рукописнаго шрифта и первопечатнаго, то не трудно убѣдиться въ томъ, что печатные шрифты представляли очень точную


[ ШРИФТЫ ПЕРВОПЕЧАТНЫХЪ ИЗДАНІЙ. 46 ]

копію рукописныхъ. Готическій шрифтъ и въ настоящее время не вышелъ еще изъ употребленія.

Свенгеймъ и Панарцъ, основатели первой типографіи въ Италіи (въ 1464 г., въ городѣ Субіако, недалеко отъ Рима), уже въ слѣдующемъ году выпустили книгу (сочиненія Лактанція1), отпечатанную римскимъ шрифтомъ, образцомъ для котораго послужилъ національный шрифтъ рукописей и многочисленныхъ надписей, высѣченныхъ на всевозможныхъ памятникахъ архитектуры, разсѣянныхъ по всей Италіи.



Шрифтъ Псалтири 1457 года.

Шрифтъ Свенгейма и Панарца былъ усовершенствованъ черезъ нѣсколько лѣтъ венеціанскимъ типографомъ, французомъ Іенсеномъ, который придалъ буквамъ болѣе округленную форму и выработалъ чрезвычайно красивый шрифтъ, извѣстный съ тѣхъ поръ у нѣмцевъ подъ названіемъ «антиква», у французовъ — «romain», у насъ, русскихъ, — подъ именемъ «латинскаго». Готическій и латинскій шрифты были самыми распространенными, да и теперь общеупотребительны: готическій — особенно въ Германіи, а латинскій — повсюду въ Европѣ. Курсивъ изобрѣтенъ венеціанскимъ типографомъ Альдомъ Мануціемъ. Первая книга, отпечатанная курсивомъ, была Виргилій (1501 г.).


1 Лактанцій — знаменитый христіанскій писатель III-го вѣка.


[ ШРИФТЫ ПЕРВОПЕЧАТНЫХЪ ИЗДАНІЙ. 47 ]

Первыя книги печатались крупнымъ шрифтомъ. Затѣмъ стали рѣзать буквы все меньше и меньше, пока не дошли до нонпарели. Уменьшеніе шрифта и увеличеніе строкъ вытекали изъ желанія воспользоваться бо́льшею площадью бумаги. Уже въ двухъ изданіяхъ Псалтири Шеффера мы видимъ разницу: первое изданіе имѣетъ 20 строкъ, второе — 23. Во второмъ изданіи и печать сжатѣе, такъ что



Начало Лактанція, напечатаннаго Свенгеймомъ и Панарцомъ, въ Субіако, въ 1465 г., римскимъ шрифтомъ.



Образецъ римскаго шрифта, усовершенствованнаго Іенсеномъ (1470 г.).

съ 175-ти страницъ Псалтирь сократилась до 136-ти страницъ. Конкуренція и удешевленіе стоимости книгъ играли также важную роль.

Первая типографія въ Италіи (въ Субіако) основана Свенгеймомъ и Панарцемъ въ 1464 г. Въ Венеціи первымъ типографомъ былъ Іоаннъ де-Спира (1469 г.).

Во Франціи первая типографія основана въ Парижѣ Ульрихомъ Герингомъ въ 1470 г. Въ 1500 г. въ Парижѣ было уже 66 типографій.

Въ Голландіи первая книга отпечатана Дирикомъ Мартенсономъ въ 1473 г. въ г. Аальстѣ.

Въ Англіи первымъ типографомъ былъ Вильямъ Какстонъ (1774 г.).


[ РАСПРОСТРАНЕНІЕ КНИГОПЕЧАТНАГО ИСКУССТВА ВЪ XV СТОЛѢТІИ 48 ]

Годъ Германія и Австрія Италія Швейцарія
1450 Майнцъ.
1460 Страсбургъ.
1461 Бамбергъ.
1462 Кельнъ.
1464 Субіако.
1467 Эльтвиль. Римъ.
1468 Аугсбургъ. Базель.
1469 Венеція. Миланъ.
1470 Нюренбергъ. Фолинъо. Треви. Верона. Беромюнстеръ.
1471 Шпейеръ. Болонья. Феррара. Флоренція. Неаполь. Павія. Тревизо.
1472 Кремона. Фивицано. Джези. Мантуя. Монтѳреале. Падуя.
1473 Эслингенъ. Лаугингенъ. Мерзебургъ. Офенъ. Ульмъ. Парма. Брешія. Мессина. С. Урсино.
1474 Маріенталь. Комо. Генуя. Савона. Туринъ. Виченца.
1475 Блаубейернъ. Бреславль. Любекъ. Пильзенъ. Тріентъ. Кальи. Казоле. Модена. Перуджія. Піаченца. Піеве-ди-Сакко. Реджіо. Бургдорфъ (?).
1476 Ростокъ. Поліано.
1477 Асколи. Лукка. Палермо.
1478 Эйштедтъ. Прага. Колле. Козенца. Женева.
1479 Вюрцбургъ. Пиньероль. Тоскулано.
1480 Фріули. Реджіо (М.). Нонантола.
1481 Лейпцигъ. Урахъ. Казале. Салуццола. Урбино.
1482 Вѣна. Мюнхенъ. Эрфуртъ. Меммин-генъ. Пассау. Реутлингенъ. Аквила.
1483 Магдебургъ. Пиза.
1484 Винтербергъ въ Богеміи. Нови. Сіена. Сончино. Камбери.
1485 Гейдельбергъ. Регенсбургъ. Пескіа. Удине. Верчелли.
1486 Брюннъ. Мюнстеръ. Шлезвигъ. Казалъ-Маджіоре. Кіассо. Вогера.
1487 Гаета.
1488 Стендаль. Градиска. Витербо.
1489 Гагенау. Куттенбергъ.
1490 Ингольштадтъ. Портичи.
1491 Гамбургъ. Краковъ. Нозани.
1492 Цинна.
1493 Фрейбургъ. Люнебургъ. Акви.
1494 Оппенгеймъ.
1495 Фрейзингъ. Форли. Скандіано.
1496 Оффенбургъ.
1497 Варко. Карманьола.
1498 Тюбингенъ.
1499 Сурзее.
1500 Ольмюцъ. Форцгеймъ.
Швеція: 1483. Стокгольмъ. 1491. Вадстена. Данія: 1490. Копенгагенъ. 1492. Лейра (?).

[ РАСПРОСТРАНЕНІЕ КНИГОПЕЧАТНАГО ИСКУССТВА ВЪ XV СТОЛѢТІИ 49 ]

Годъ Франція Нидерланды Испанія и Португалія Англія
1470 Парижъ.
1471
1472
1473 Ліонъ. Аальстъ. Утрехтъ.
1474 Левенъ. Валенсія.
1475 Сарагоса.
1476 Антверпенъ. Брюгге. Брюссель.
1477 Анжеръ. Дельфтъ. Девентеръ. Гуда. Севилья. Вестминстеръ.
1478 Шабли. Барселона. Оксфордъ.
1479 Пуатье. Тулуза. Нимвегенъ. Цволле. Лерида. Толоса. Сеговія.
1480 Канъ. Гассельтъ. Анжумъ. Уденарде. Лондонъ. С. Альбансъ.
1481 Вьенъ. Куленборгъ. Саламанка.
1482 Промантуръ. Замора.
1483 Труа. Гентъ. Гаарлемъ. Лейденъ. Шіедамъ. Жирона.
1484 Лудеакъ. Реннъ. Герцогенбушъ.
1485 Бургосъ. Ихаръ.
1486 Аббевиль. Толедо. Викерія. Гранада.
1487 Руанъ. Безансонъ. Мурсія.
1488 Тарагона.
1489 С. Кукуфате. Лиссабонъ. Пампелона.
1490 Доль. Гренобль. Орлеанъ.
1491 Ангулемъ. Дижонъ.
1492
1493 Клюньи. Нантъ. Вальядолидъ.
1494 Брага. Монтерей.
1495 Лиможъ. Шоонговенъ.
1496 Провансъ. Туръ.
1497 Авиньонъ.
1498
1499 Антрегьеръ. Мадридъ. Монтсератъ.
1500 Перпиньянъ. Хаэнъ.
Турція: 1490. Константинополь.

[ СВЯТЫЕ КИРИЛЛЪ И МЕѲОДІЙ. 50 ]

Русскій народъ образовался изъ многочисленныхъ славянскихъ племенъ: Полянъ, или собственно Руси, Сѣверянъ, Древлянъ, Лутичей, Тиверцевъ, Родимичей, Полочанъ, Дряговичей и другихъ. Въ началѣ русской исторіи, въ ІХ-мъ вѣкѣ по Р. X., племена эти, составлявшія въ свою очередь восточную отрасль обширнаго племени славянъ, жили отдѣльными группами (по теченію рѣкъ Днѣпра, Западной Двины, Волги, около озера Ильменя, по южнымъ притокамъ рѣки Припети и на востокъ отъ Днѣпра) и только впослѣдствіи слились въ одно цѣлое, въ одинъ народъ. Древнѣйшій славянскій языкъ, сохранившійся въ письменныхъ памятникахъ, есть древне-болгарскій. На этотъ языкъ, болѣе или менѣе общій и понятный для всѣхъ славянскихъ племенъ, были переведены въ срединѣ ІХ-го вѣка святыми Кирилломъ и Меѳодіемъ Евангеліе и богослужебныя книги.

Церковно-славянскій языкъ не есть древне-русскій языкъ, онъ никогда и нигдѣ не былъ народнымъ, разговорнымъ, въ томъ видѣ, въ какомъ онъ остается въ священныхъ книгахъ. Народъ русскій какъ прежде говорилъ, такъ и теперь говоритъ своимъ языкомъ. Церковно-славянскій языкъ, такъ-сказать, изобрѣтенъ Кирилломъ и Меѳодіемъ для перевода Священнаго Писанія, при чемъ они взяли въ основаніе нарѣчіе древне-болгарское, но пополнили его новыми словами, взятыми изъ другихъ нарѣчій (сербскаго, моравскаго и т. д.) и изъ чужихъ языковъ.

СВЯТЫЕ КИРИЛЛЪ И МЕѲОДІЙ.

Святые Кириллъ и Меѳодій, прозванные «просвѣтителями» славянъ, родились въ городѣ Солуни (гдѣ отецъ ихъ занималъ высокую военную должность), въ Македоніи (область, лежащая на сѣверъ отъ Греціи). Неизвѣстно въ точности, были ли они по происхожденію греки или славяне; во всякомъ случаѣ, славянскій языкъ они могли изучить еще въ дѣтствѣ, такъ какъ Македонія была уже въ то время населена славянами. Меѳодій, старшій изъ 8 братьевъ, былъ военнымъ и управлялъ 10 лѣтъ одною греко-славянскою областью. Оставивъ службу, онъ принялъ монашество и поселился на горѣ Олимпѣ. Кириллъ, самый младшій изъ братьевъ, родился въ 827 г. и до принятія передъ самою кончиною схимы назывался Константиномъ. Еще мальчикомъ онъ отличался выдающимися способностями, а потому и былъ взятъ ко двору, въ товарищи по ученію къ сыну византійскаго императора Михаила III. Здѣсь, подъ руководствомъ лучшихъ наставниковъ того времени, онъ


[ СВЯТЫЕ КИРИЛЛЪ И МЕѲОДІЙ. 51 ]

изучалъ литературу и науки. Блестящая свѣтская жизнь не прельстила Кирилла: онъ пренебрегъ почестями и удовольствіями, принялъ духовный санъ, сдѣлался священникомъ и удалился было въ монастырь, но друзья уговорили его возвратиться, и онъ занималъ одно время при византійскомъ дворѣ должность учителя философіи. Вскорѣ онъ опять ушелъ къ своему брату въ монастырь на горѣ Олимпѣ, гдѣ и провелъ нѣсколько лѣтъ, занимаясь науками. Жизнь обоихъ подвижниковъ, полная трудовъ и занятій, не осталась не замѣченною: византійское правительство стало посылать ихъ въ различныя мѣста проповѣдывать христіанство. Съ этихъ поръ и начинается миссіонерская просвѣтительная дѣятельность обоихъ братьевъ. Кириллъ и Меѳодій побывали у хазаръ,1 среди которыхъ жило много славянъ, населявшихъ тогда южные предѣлы нынѣшней Россіи, а въ 862—863 гг. оба брата дѣятельно занимались проповѣдью христіанства въ Моравіи.2

Богослуженіе у славянъ совершалось въ то время на латинскомъ, мало кому понятномъ, языкѣ. Кириллъ и Меѳодій перевели на славянскій языкъ всѣ необходимыя богослужебныя книги и стали приготовлять священниковъ изъ природныхъ славянъ. Благотворная дѣятельность святыхъ первоучителей возбудила зависть латинскаго духовенства: Кирилла и Меѳодія обвинили въ ереси, указывая на то, что надпись на крестѣ Спасителя была сдѣлана лишь по-еврейски, по-гречески и по-латыни; слѣдовательно, на этихъ только языкахъ и должно совершать богослуженіе, а никакъ не на славянскомъ, какъ это дѣлали братья и поставленные ими священники. Проповѣдниковъ вызвали для объясненія въ Римъ, къ папѣ Николаю I. Въ то время между Константинополемъ (Царь-градомъ) и Римомъ, т.-е. между Восточною и Западною церквами, не произошло еще раздѣленія, и всѣ христіанскіе проповѣдники обязаны были подчиняться требованіямъ и патріарха, и папы. Пока Кириллъ и Меѳодій добрались до Рима, папа Николай I умеръ, а заступившій его мѣсто, Адріанъ II, оправдалъ братьевъ и богослуженіе на славянскомъ языкѣ не только разрѣшилъ, но даже одобрилъ. Святой Кириллъ не вернулся изъ Рима: онъ тамъ заболѣлъ и, принявъ иноческую схиму, скончался 14-го февраля 869 г. Погребенъ онъ въ церкви св. Климента. По смерти брата Кирилла, св. Меѳодій былъ рукоположенъ въ санъ епископа и отправился на проповѣдь въ Паннонію.3 Латинское духо-


1 Хазары — татарскаго происхожденія. Въ ІХ-мъ вѣкѣ владычеству ихъ подпали всѣ земли отъ Яика до Днѣпра и Буга, и отъ Кавказа до средняго теченія Волги и Оки, а также и Крымъ.

2 Моравія составляетъ теперь часть Австрійской имперіи, но въ VІІІ-мъ и IX-мъ вѣкахъ это было самостоятельное государство, населенное славянами.

3 Паннонія — древне-римская провинція. Она занимала нынѣшнюю Венгрію и части Кроатіи, Босніи и Крайны.


[ УСТАВНОЕ ПИСЬМО. 52 ]

венство принялось опять преслѣдовать св. Меѳодія. Много пришлось ему вытерпѣть: онъ былъ даже заключенъ на три года въ тюрьму (съ 871 по 874 гг.), но всѣ гоненія не сломили его энергіи и не заставили отказаться отъ разъ начатой имъ просвѣтительной дѣятельности.

Св. Меѳодія вторично потребовали въ Римъ, но и на этотъ разъ онъ былъ оправданъ папою, который попрежнему одобрилъ его дѣятельность и разрѣшилъ продолжать богослуженіе на славянскомъ языкѣ. Вернувшись въ Паннонію, св. Меѳодій скончался 6-го апрѣля 885 года. Память просвѣтителей славянъ празднуется церковью 11-го мая.

 

Мы, русскіе, заимствовали Кириллицу вслѣдъ за принятіемъ христіанства. Первыя русскія рукописи, какъ напримѣръ, Остромирово Евангеліе,1 Изборники2 Святослава и друг., написаны кирилловскою азбукою. Азбука эта безъ существенныхъ перемѣнъ продержалась до XVІІІ-го столѣтія (до Петра Великаго). Кириллицею писались, а затѣмъ, позднѣе, и печатались, книги какъ духовнаго, такъ и свѣтскаго содержанія.

Первыя рукописи писались крупнымъ уставомъ (унціалами), т.-е. большими прямыми буквами, почти квадратной формы. Буквы писали прямо и старательно выводили отдѣльно одна отъ другой, не сливая ихъ между собою. Каждая буква писалась въ нѣсколько пріемовъ руки, а не сразу. Уставомъ писали крупно и мелко, медленно и довольно скоро. Связная скоропись появляется въ нѣкоторыхъ грамотахъ ХІV-го вѣка, но только съ концомъ ХVІ-го в. она становится бѣглою и совершенно связною. Наша древняя уставная скоропись отличалась отъ настоящаго устава только меньшимъ соблюденіемъ правильности и красоты рисунка буквъ, а не самымъ рисункомъ, и не допускала «связыванія», т.-е. необходимаго условія для быстрой работы, такъ какъ только при слитномъ письмѣ, когда нѣсколько буквъ могутъ быть выведены однимъ непрерывнымъ росчеркомъ пера, можно писать вполнѣ скоро. Уставное письмо — это своего рода печатаніе отъ руки. Уставъ сохранялся долго; онъ встрѣ-


1 Остромирово Евангеліе написано въ 1056—1057 гг. въ Новгородѣ, для Новгородскаго посадника, Іосифа Остромира, дьякономъ Григоріемъ. Посадникъ, первое послѣ князя сановное лицо въ Новгородѣ, избирался вѣчемъ, т.-е. народнымъ собраніемъ изъ богатыхъ и вліятельныхъ людей. Съ покореніемъ Новгорода въ 1428 г. Іоанномъ III Васильевичемъ, вѣче и званіе посадника были уничтожены.

2 Изборники — сборники статей, бо́льшею частью переводной литературы, были любимыми книгами древне-русскаго читателя, потому что разомъ знакомили со многимъ. Изборники Святослава — самые ранніе изъ такого рода книгъ (1073—1076 гг.).


[ УСТАВНОЕ ПИСЬМО. 53 ]



Снимокъ части листа (89 л., 1-й столбецъ) изъ Остромирова Евангелія, писаннаго Кириллицею, уставомъ, въ половинѣ ХІ-го вѣка.



Снимокъ части уставной рукописи ХІІ-го вѣка на пергаментѣ. (Уменьшено въ 2½ раза).


[ УСТАВНОЕ ПИСЬМО. 54 ]



Снимокъ полной страницы уставной рукописи XIII-го вѣка на пергаментѣ. (Уменьшено въ 3½ раза).

чается въ Россіи даже въ ХVI-мъ и ХVII-мъ вв. Съ теченіемъ времени уставъ замѣнился крупнымъ полууставомъ. Особенность полуустава заключается въ томъ, что правильныя черты превращаются въ болѣе или менѣе неправильныя, а углы — въ закругленія. По образцу крупнаго полуустава отлитъ шрифтъ первыхъ печатныхъ книгъ въ Россіи. Полууставъ дѣлается обычнымъ въ ХV-мъ вѣкѣ, при чемъ онъ становится мелкимъ.


[ ПЕРВЫЯ СЛАВЯНСКІЯ КНИГИ. 55 ]

Первая славянская книга (Новый Завѣтъ), на чешскомъ языкѣ, напечатана въ 1478 году, въ г. Пильзенѣ (въ Чехіи или нынѣшней Богеміи), готическимъ шрифтомъ, а не кирилловскими буквами. Первую славянскую книгу Кириллицею (Октоихъ) отпечаталъ Швайпольтъ (Святополкъ) Фѣоль въ Краковѣ, въ 1491 году. Два года спустя (въ 1493 г.) печатаніе книгъ славянскими буквами началось въ Венеціи, которая долгое время оставалась главною производительницею и поставщицею книгъ, печатаемыхъ славянскими литерами. Въ Черногоріи, въ Цетиньѣ, славянское книгопечатаніе появляется въ 1494 г. (отпечатанъ Октоихъ). Въ слѣдующемъ, 1495 г., выпущена знаменитая Псалтирь, представляющая рѣдчайшій образецъ славянскаго книгопечатанія, замѣчательный по красотѣ шрифтовъ и заглавныхъ буквъ, а также по изяществу работы.

Первыя русскія книги изданы въ 1517—1519 гг., въ Прагѣ, докторомъ Францискомъ Скориною (Псалтирь и Библія руска). Ни годъ рожденія, ни годъ смерти Скорины — неизвѣстны. По происхожденію онъ былъ русскій, родился въ Плоцкѣ и принадлежалъ къ богатой купеческой семьѣ; образованіе получилъ въ Краковскомъ университетѣ. Скорина не былъ типографомъ, а только переводчикомъ и издателемъ. Заслуги Скорины для насъ, русскихъ, громадны: онъ первый перевелъ Библію и другія церковныя книги на русскій языкъ, тогдашній западно-русскій (бѣлорусское нарѣчіе), и сдѣлалъ ихъ болѣе доступными пониманію народа, введя въ свои переводы русскія слова, объясняющія смыслъ церковно-славянскихъ. Въ типографскомъ отношеніи изданія Скорины были лучше современныхъ венеціанскихъ. Въ 1525 г. Скорина поселяется въ Вильнѣ, гдѣ и продолжаетъ выпускать православныя книги. Здѣсь имъ изданъ въ 1525 г. первый печатный церковнославянскій Апостолъ. Затѣмъ появляются Псалтирь, Часословецъ и друг. Виленскія изданія Скорины не уступаютъ пражскимъ. Послѣ 1525 г. извѣстія объ издательской дѣятельности Скорины прекращаются.

Въ русской землѣ спросъ на книги былъ значительный, чему доказательствомъ служитъ размноженіе сборниковъ и всякаго рода списковъ, особенно въ концѣ ХV-го и первой половинѣ XVI-го столѣтій. Тѣмъ не менѣе, въ теченіе почти цѣлаго вѣка со времени изобрѣтенія Гутенберга, типографій на Великой Руси не существовало, что́ вполнѣ объясняется необыкновеннымъ развитіемъ среди русскихъ людей книгописной дѣятельности. Переписываніе священныхъ книгъ считалось дѣломъ богоугоднымъ. Книги писались бо́льшею частью на харатьѣ (пергаментѣ), отсюда и названіе — харатейныя книги. Помимо добровольныхъ переписчиковъ, во всѣхъ городахъ были переписчики-промышленники, которые переписывали книги по заказу и найму, а также на продажу.


[ ОСНОВАНІЕ МОСКОВСКОЙ КНИГОПЕЧАТНИ. 56 ]

Рукописныя книги въ большомъ количествѣ продавались всюду на торжищахъ (на базарахъ, въ лавкахъ). Недостатка въ книгахъ въ русской землѣ не было, и именно это обстоятельство (т.-е. множество рукописныхъ книгъ) и тормозило возникновеніе книгопечатанія. Завести типографію побудила порча, или искаженіе, книгъ Священнаго Писанія и богослужебныхъ переписчиками, которые, вслѣдствіе невѣжества и небрежности, до того измѣняли иногда текстъ, что дѣлали книги совершенно негодными къ употребленію. Въ 1553 г. царь Иванъ Васильевичъ Грозный рѣшилъ устроить въ Москвѣ книгопечатню (типографію) для изданія священныхъ книгъ.



Одинъ изъ древнѣйшихъ русскихъ печатныхъ станковъ. (Съ фотографіи, бывшей въ числѣ экспонатовъ С.-Петербургской синодальной типографіи на «Первой всероссійской выставкѣ печатнаго дѣла»).


[ ПЕРВЫЕ РУССКІЕ КНИГОПЕЧАТНИКИ. 57 ]

ИВАНЪ ѲЕДОРОВЪ И ПЕТРЪ МСТИСЛАВЕЦЪ.

Первыми печатниками въ московской книгопечатнѣ были Иванъ Ѳедоровъ Москвитинъ, дьяконъ при кремлевской церкви Николы Гостунскаго,1 и Петръ Тимоѳеевъ Мстиславецъ. О воспитаніи и дѣятельности Ивана Ѳедорова до учрежденія книгопечатни свѣдѣній не сохранилось. Есть полное основаніе полагать, что онъ былъ одновременно печатникъ, словолитчикъ и пунсонщикъ. Помимо того, онъ хорошо владѣлъ перомъ. Петръ Тимоѳеевъ былъ подручнымъ Ивана Ѳедорова. У кого выучились наши первопечатники типографскому искусству, — неизвѣстно; по преданію — у итальянцевъ, или, какъ ихъ тогда называли, фряговъ. Древнѣйшіе типографскіе термины (итальянскаго происхожденія), изъ которыхъ многіе удержались до настоящаго времени, не могутъ, однако, служить неоспоримымъ подтвержденіемъ этого преданія, такъ какъ итальянскіе термины были общеупотребительны въ ХVI-мъ столѣтіи во всѣхъ европейскихъ типографіяхъ и могли быть занесены въ Россію, вмѣстѣ съ искусствомъ книгопечатанія, черезъ западную Русь, изъ Чехіи. Не слѣдуетъ забывать также, что товарищъ Ивана Ѳедорова по книгопечатанію, Петръ Тимоѳеевъ, прибылъ въ Москву изъ Мстиславля, гдѣ уже были извѣстны какъ пражскія изданія Скорины, такъ равно и самое типографское искусство. Устройство Московской книгопечатни длилось десять лѣтъ. Печатать начали 19-го апрѣля 1563 года, а 1-го марта 1564 г. выпущена первая книга — Дѣянія апостольскія (или, просто, Апостолъ).2 Книга отпечатана на клееной бумагѣ, въ двѣ краски (черная и киноварь). Затѣмъ отпечатаны были Часовникъ и Евангеліе. Учрежденіе книгопечатни было встрѣчено въ народѣ недоброжелательствомъ: типографію сожгли, а печатники принуждены были бѣжать въ Литву (время бѣгства въ точности неизвѣстно), гдѣ нашли пріютъ у вельможи, князя Григорія Александровича Ходкевича (въ его имѣніи Заблудовьѣ), и уже въ 1568 г. начали печатать Евангеліе. Отсюда Петръ Мстиславецъ перебрался въ Вильну и сталъ работать тамъ при помощи купцовъ Мамоничей, которые перенявъ отъ него искусство книгопечатанія и воспользовавшись всѣми его типографскими принадлежностями, самого печатника устранили отъ дѣла. О судьбѣ Петра Мстиславца послѣ 1576 г. извѣстій не сохранилось. Иванъ Ѳедоровъ, проработавъ у Ход-


1 По имени чудотворной иконы святителя Николая, перенесенной въ 1505 г. въ Москву изъ села Гостуни, Лихвинскаго уѣзда, Калужской губерніи.

2 Нѣкоторые библіографы предполагаютъ, что нѣсколько церковныхъ книгъ были отпечатаны въ Москвѣ въ періодъ времени съ 1553 г. по 1563 г., т.-е. ранѣе «Апостола» Ивана Ѳедорова и Петра Мстиславца.


[ АПОСТОЛЪ ПЕРВОПЕЧАТНЫЙ. 58 ]



Апостолъ (первопечатный) 1564 г. (первый листъ дѣяній, г҃).


[ ГРАЖДАНСКІЙ ШРИФТЪ. 59 ]



Образцы перваго гражданскаго шрифта, отлитаго въ Москвѣ въ 1708 г.



Изъ первенца гражданскаго шрифта, «Геометріи», отпечатанной въ Москвѣ, въ 1708 г.



Образецъ набора славянскими и гражданскими буквами 1708 г.

кевича два года, побывалъ затѣмъ во Львовѣ и Острогѣ, гдѣ отпечаталъ знаменитую свою Острожскую Библію. Библія эта, по чистотѣ и изяществу исполненія, не уступаетъ лучшимъ современнымъ изданіямъ европейскихъ типографій. Затѣмъ Иванъ Ѳедоровъ опять вернулся во


[ РУССКОЕ КНИГОПЕЧАТАНІЕ ПОСЛѢ ИВАНА ѲЕДОРОВА. 60 ]

Львовъ; умеръ онъ 5-го декабря 1583 года и погребенъ на кладбищѣ св. Онуфрія во Львовѣ, но могила его неизвѣстна.

Послѣ бѣгства Ивана Ѳедорова и Петра Мстиславца книгопечатаніе въ Москвѣ пріостановилось на двадцать слишкомъ лѣтъ (за этотъ періодъ выпущена всего одна Псалтирь). Возобновленное лишь въ 1580 г.,



Заглавный листъ «Вѣдомостей» 1704 г. (Заглавнаго листа «Вѣдомостей» 1703 года не сохранилось ни одного экземпляра).

оно надолго уже не прекращалось, несмотря на смутное время и пожаръ типографіи, когда сгорѣли всѣ ея прежнія работы. Въ теченіе ХVII-го вѣка печатались почти исключительно церковныя книги. Изъ книгъ свѣтскаго содержанія извѣстны лишь два изданія: «Ученіе или хитрость ратнаго строенія пѣхотныхъ людей» (1647 г.) и «Уложеніе» царя Алексѣя Михайловича (1649 г.)


[ РУССКОЕ КНИГОПЕЧАТАНІЕ ПОСЛѢ ИВАНА ѲЕДОРОВА. 61 ]

Кириллицею до ХVIII-го вѣка писались и печатались всѣ книги духовнаго и свѣтскаго содержанія.

Петръ Великій, какъ извѣстно, отличался большою любознательностью и много читалъ. Привыкнувъ за время своихъ заграничныхъ путешествій по Западной Европѣ къ латинской азбукѣ и находя ее красивѣе Кириллицы, онъ рѣшилъ примѣнить латинскій шрифтъ къ печатанію свѣтскихъ книгъ. Въ 1708 г. выпущена первая книга — геометрія, отпечатанная вновь изобрѣтеннымъ русскимъ шрифтомъ, который при императрицѣ Екатеринѣ II (въ 1787 г.) получилъ названіе «гражданскаго» въ отличіе отъ церковно-славянскаго.

Первый нумеръ первой русской газеты вышелъ 2-го января 1703 г.

Гражданскій шрифтъ установился не сразу и впослѣдствіи подвергся многимъ измѣненіямъ.

Первая правительственная типографія въ С.-Петербургѣ учреждена въ 1711 году. Первый печатный станокъ, гражданскія литеры и нѣсколько рабочихъ были привезены изъ Москвы. При Петрѣ Великомъ заведены еще типографіи при Александро-Невской лаврѣ, въ Сенатѣ и въ Морской Академіи.

Первая частная типографія (Гартунга) разрѣшена въ 1771 году.


[ 62 ]



Типографія XVI — ХVІІ-го столѣтія (по Эрнести).

ТИПОГРАФІЯ.

Типографіею1 называется такая мастерская, въ которой печатаютъ книги, газеты, журналы, брошюры, разнаго рода таблицы, вѣдомости, бланки, картины, чертежи и проч. Перечислить всѣ типографскія работы очень трудно: ихъ слишкомъ много и онѣ чрезвычайно разнообразны. Печатать, на типографскомъ языкѣ, значитъ получать на бумагѣ, кожѣ или тканяхъ (напр., бархатѣ, полотнѣ, атласѣ и проч.) совершенно одинаковые и точные оттиски буквъ, рисунковъ или, вообще, какихъ-либо знаковъ, въ краскахъ, и притомъ механическимъ спосо-


1 Слово «типографія» — греческаго происхожденія и составлено изъ двухъ словъ: τύπος; — буква, фигура, оттискъ и γράφω — пишу. Въ ХV-мъ столѣтіи оно встрѣчается довольно рѣдко (напримѣръ, у Бернарда изъ Вероны, въ предисловіи къ изданію сочиненій Катулла 1493 г.; у Эразма, въ его письмѣ отъ 13-го февраля 1498 г.). Въ концѣ ХVІ-го столѣтія названіе «типографія» было общераспространено.


[ ТИПОГРАФІЯ. 63 ]

бомъ, т.-е. при помощи машинъ или иныхъ приспособленій, замѣняющихъ ручную работу. Можно опредѣлить типографское печатаніе и такъ: печатать — значитъ механическимъ способомъ оттискивать краскою на бумагѣ, кожѣ или тканяхъ буквы, рисунки, узоры или картины. Самое слово «оттискъ» указываетъ уже на то, что печатаніе производится посредствомъ давленія, натиска или нажиманія. Типографское печатаніе отличается отъ другихъ способовъ печатанія (литографическаго, металлографическаго и др.) главнымъ и существеннымъ образомъ тѣмъ, что для полученія типографскихъ оттисковъ или копій необходимо, чтобы всѣ отдѣльныя части предмета, съ котораго дѣлаются эти оттиски, находились въ одной плоскости и были исполнены рельефно, иначе говоря: въ типографіяхъ печатаютъ или дѣлаютъ оттиски только съ плоскихъ и непремѣнно рельефныхъ или выпуклыхъ предметовъ. Если печатаютъ съ буквеннаго набора, то всѣ отдѣльныя буквы должны быть не выше и не ниже одна другой; если же печатаютъ рисунокъ, то на клише1 всѣ штрихи и точки тоже должны лежать на одномъ уровнѣ.

Типографское печатаніе въ общихъ чертахъ заключается въ слѣдующемъ. Данный предметъ (буквенный наборъ или клише) покрывается или, какъ выражаются типографы, «накатывается», при помощи валика, тонкимъ слоемъ краски. Затѣмъ накладывается чистый листъ бумаги, который крѣпко нажимается и принимаетъ на себя краску съ тѣхъ мѣстъ, къ которымъ былъ прижатъ или придавленъ. Такимъ образомъ, если листъ былъ прижать къ буквенному набору, то на немъ оттиснутся буквы; если же бумага была прижата къ клише рисунка, то на бумагѣ оттиснется рисунокъ. Такой листъ бумаги, съ оттиснувшимися на немъ буквами или рисункомъ, и называется типографскимъ печатнымъ оттискомъ. Если я возьму гладкую дощечку, нарисую на ней нѣсколько квадратиковъ и черточекъ и попробую сдѣлать съ нихъ печатный оттискъ, то на листѣ бумаги получится просто черная плоскость, равная по величинѣ дощечкѣ, а не изображеніе моихъ фигуръ. Не трудно понять — почему. Рисунокъ квадратиковъ и черточекъ нисколько не измѣнилъ поверхности дощечки: она осталась такою же гладкою и ровною, какъ и была; иначе говоря: всѣ точки поверхности попрежнему остались на одномъ уровнѣ, ни выше, ни ниже одна другой, а, слѣдовательно, и валикъ, катаясь но дощечкѣ, передалъ свою краску всѣмъ точкамъ поверхности, или, другими словами, зачернилъ площадь дощечки сплошь. Отсюда и оттискъ получился сплошной черный. Этотъ примѣръ показываетъ, что нельзя получить типографскаго печатнаго оттиска съ нерельефнаго изображенія. Какъ же мы получимъ оттискъ


1 Клише — точная копія вырѣзаннаго на деревѣ или металлѣ рисунка, набора и проч. Клише изготовляются различными способами (гальванопластически — осажденіемъ мѣди, отливкою — изъ легкоплавкаго, но твердаго металла и т. д.) и служатъ для размноженія оттисковъ.


[ ТЕОРІЯ ПЕЧАТАНІЯ. 64 ]

съ нарисованныхъ на дощечкѣ квадратиковъ и черточекъ? Очень просто: стоитъ только сдѣлать ихъ рельефными или выпуклыми, т.-е. выше тѣхъ частей дощечки, которыя не должны выйти на оттискѣ. Для этого, не трогая нарисованныхъ квадратиковъ и черточекъ, я срѣжу немного, съ помощью ножа, стамески или другого какого-либо инструмента, на дощечкѣ тѣ мѣста, которыя окружаютъ мой рисунокъ. Тогда я получу квадратики и черточки рельефными, т.-е. выступающими надъ остальною поверхностью дощечки. При накатываніи, валикъ уже не передастъ своей краски, какъ это было раньше, всей площади дощечки, такъ какъ теперь многія ея части или точки лежатъ не на одномъ уровнѣ съ остальными, а значительно ниже, и валикъ, касаясь квадратиковъ и черточекъ, находящихся на одномъ уровнѣ, не достанетъ до поверхности самой дощечки, а, слѣдовательно, и не зачернитъ ее въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ я срѣзалъ немного дерево. Оттискъ дастъ мнѣ на бѣломъ фонѣ черные квадратики и черточки. Если же у меня будетъ нѣсколько квадратиковъ и черточекъ, но расположенныхъ не въ одной горизонтальной плоскости, т.-е.; если квадратики и черточки будутъ различной высоты, то на оттискѣ получатся изображенія только тѣхъ изъ нихъ, поверхности которыхъ лежать на одномъ уровнѣ, а остальные на оттискѣ не выйдутъ. Приводимый ниже рисунокъ, показывающій разрѣзъ такой доски и положеніе валика при накатываніи, даетъ полное понятіе, почему одни квадратики и черточки будутъ покрыты краской, а другіе — нѣтъ.

Если взять гладкую дощечку и ножомъ или, вообще, чѣмъ-нибудь острымъ сдѣлать нѣсколько углубленныхъ штриховъ (черточекъ и крестиковъ), то оттискъ дастъ намъ черную плоскость съ бѣлыми штрихами и крестиками. Это потому, что валикъ, катаясь по поверхности дощечки, зачернитъ ее и не передастъ своей краски только углубленнымъ мѣстамъ, до которыхъ не можетъ достать. Здѣсь самая поверхность дощечки представляетъ рельефную, выдающуюся, часть по отношенію къ углубленіямъ. Вышеприведенные примѣры даютъ понятіе, почему типографскій оттискъ можно получить только съ такого предмета, всѣ отдѣльныя рельефныя части котораго лежатъ въ одной плоскости. Такъ какъ въ типографіяхъ печатаютъ обыкновенно съ набора, который, представляя, въ общемъ, одно цѣлое, на самомъ дѣлѣ состоитъ изъ отдѣльныхъ буквъ и знаковъ, а также различнаго рода украшеній, то всѣ эти типографскіе отдѣльные знаки, буквы и украшенія, оставляющіе свои отпечатки на бумагѣ, дѣлаются непремѣнно одной высоты, такъ что поверхность каждаго набора образуетъ собою горизонтальную, совершенно ровную площадь, гдѣ ни одна буква, ни одинъ знакъ, ни одно украшеніе не выше и не ниже другого. Если на такой наборъ наложить ровно выстроганную дощечку, то она прикоснется одновременно ко всѣмъ буквамъ, знакамъ и украшеніямъ. Мы увидимъ впослѣдствіи, какъ поступаютъ типографы въ тѣхъ случаяхъ, когда нѣкоторые знаки, буквы или украшенія по какимъ-либо причинамъ измѣняютъ свою, высоту, т.-е. дѣлаются выше или ниже остальныхъ буквъ, знаковъ или цифръ. При печатаніи на такъ-называемыхъ ротативныхъ или цилиндрическихъ машинахъ, оттиски получаются не съ плоскаго горизонтальнаго набора, а съ


[ УСТРОЙСТВО ТИПОГРАФІИ. 65 ]

круглаго. Впослѣдствіи, говоря о печатныхъ машинахъ, я укажу, что вся разница въ печатаніи на обыкновенномъ ручномъ прессѣ и на ротативной машинѣ заключается лишь въ томъ, что въ прессѣ всѣ литеры набора, образуя одну горизонтальную плоскость, одновременно подвергаются нажиму и сразу передаютъ свой оттискъ листу бумаги, тогда какъ въ ротативныхъ машинахъ вся площадь набора, т.-е. всѣ литеры приводятся въ одну и ту же плоскость не сразу, а послѣдовательно, рядами, вслѣдствіе чего и самый нажимъ производится не сразу, а также послѣдовательно, частями, но въ одной и той же плоскости. На ручномъ прессѣ оттискъ цѣлой страницы дѣлается сразу, но можно было бы получить тотъ же оттискъ, печатая послѣдовательно строку за строкою, т.-е. поставить сначала одну строку и оттиснуть ее на бумагѣ, затѣмъ поставить на мѣсто первой строки вторую и, передвинувъ немного бумагу, тиснуть опять, и такъ далѣе до

конца страницы, замѣняя послѣдовательно однѣ строки другими и подвигая постепенно бумагу. Именно такого рода послѣдовательное печатаніе и примѣняется на ротативныхъ машинахъ; вся суть здѣсь только въ быстротѣ замѣны однѣхъ строкъ другими, а это достигается съ помощью круглаго набора (обыкновенно такъ-называемаго «стереотипа», т.-е. отлитаго изъ мягкаго металла клише, представляющаго точную копію набора).

Устраиваются типографіи чрезвычайно разнообразно, но существенныя части во всѣхъ однѣ и тѣ же. Самыя важныя отдѣленія — наборное и печатное. Обыкновенно типографіи состоятъ: 1) изъ конторы, гдѣ принимаются заказы, ведутся отчетныя и всякаго рода конторскія (бухгалтерскія) книги, производятся расчеты со служащими и поставщиками и проч.; 2) изъ наборныхъ, т.-е. комнатъ, въ которыхъ помѣщаются наборщики и метранпажи и гдѣ производятся всякаго рода наборныя работы, а также верстка ихъ; здѣсь же обыкновенно стоятъ ручные печатные прессы или станки для тисканія корректурныхъ оттисковъ; 3) изъ отдѣленій печатныхъ машинъ, гдѣ набранныя работы печатаются; 4) изъ отдѣленія паровыхъ или другихъ какихъ-либо, напримѣръ, газовыхъ, керосиновыхъ и т. п. двигателей, приводящихъ въ дѣйствіе всѣ печатныя машины и всякаго рода вспомогательные станки;1 5) изъ складовъ бумаги.


1 Въ небольшихъ типографіяхъ печатныя машины приводятся въ движеніе руками.


[ ПОСЛѢДОВАТЕЛЬНЫЙ ХОДЪ ТИПОГРАФСКИХЪ РАБОТЪ. 66 ]

Завѣдующаго типографскими работами называли прежде факторомъ, а теперь почти вездѣ общепринято называть — управляющимъ. Затѣмъ въ типографіяхъ работаютъ: наборщики, метранпажи, печатники, накладчики, пріемщики, тискальщики, мочильщики, машинисты, кочегары и т. д. Наборщики — главная рабочая сила каждой типографіи; они-то и набираютъ книги, т.-е. составляютъ изъ отдѣльныхъ буквъ слоги, слова и цѣлые періоды. Метранпажи руководятъ наборщиками и верстаютъ наборъ, т.-е. превращаютъ набранныя строки въ правильныя полосы (страницы) и подготовляютъ составленные изъ этихъ полосъ листы къ печатанію. Тискальщики «тискаютъ» (печатаютъ) на ручномъ прессѣ (станкѣ) оттиски, предназначаемые для просмотра корректора. Печатники слѣдятъ за печатаніемъ на машинахъ, производятъ «приправку», дѣлаютъ для рисунковъ «вырѣзки», наблюдаютъ за накладчиками и пріемщиками. Накладчики кладутъ во время работы печатной машины листы бумаги, на которыхъ получаются печатные оттиски. Пріемщики носятъ, заключаютъ и обкладываютъ формы (листы набора), а также смываютъ съ нихъ краску послѣ отпечатанія. Мочильщики считаютъ листы бумаги и мочатъ ихъ, такъ какъ печатаютъ обыкновенно на сырыхъ листахъ. Обязанности кочегаровъ и машинистовъ общеизвѣстны.

 

Послѣдовательный ходъ типографскихъ работъ обыкновенно слѣдующій: при пріемѣ заказа на печатаніе какой-либо книги, управляющій, или факторъ, вмѣстѣ съ заказчикомъ выбираютъ шрифты (по рисунку и кеглю), бумагу (по качеству или достоинству, цѣнѣ за стопу и размѣру листовъ), назначаютъ форматъ полосы или страницы, т.-е. длину и число строкъ, и условливаются между собою насчетъ нѣкоторыхъ подробностей изданія (чтенія корректуръ, количества экземпляровъ, доставленія оригинала, брошюровки и проч.). Затѣмъ, управляющій типографіею обыкновенно призываетъ метранпажа и, передавая ему оригиналъ, т.-е. рукопись, съ которой долженъ производиться наборъ, назначаетъ ему шрифтъ и форматъ полосы. Съ этихъ поръ ближайшая забота объ изданіи переходитъ къ метранпажу: онъ распредѣляетъ (раздаетъ, дѣлитъ на части) оригиналъ между своими наборщиками1,


1 Обыкновенно у каждаго метранпажа въ типографіи «свои наборщики». Это не потому, чтобы они были у него «на жалованьи» (всѣ наборщики полу-


[ ОБЩІЙ ПОРЯДОКЪ ТИПОГРАФСКИХЪ РАБОТЪ. 67 ]

верстаетъ полосы, распоряжается тисканьемъ корректурныхъ оттисковъ и своевременною отсылкою ихъ къ корректору, автору или издателю, слѣдитъ за исправленіемъ корректуръ; онъ же ведетъ обыкновенно всѣ необходимые, личные и письменные, переговоры съ авторомъ или издателемъ. Когда листъ приготовленъ къ печатанію, метранпажъ передаетъ послѣдній корректурный оттискъ съ надписью «печатать», сдѣланной на немъ авторомъ или корректоромъ, въ контору типографіи. Затѣмъ, по назначенію управляющаго, «спускаютъ» листъ на машину, т.-е. передаютъ въ печатное отдѣленіе, располагая полосы на талерѣ машины въ извѣстномъ порядкѣ, и приступаютъ къ печатанію. Предварительно держится такъ-называемая «сводка», т.-е. одинъ, сдѣланный на машинѣ оттискъ съ листа передается въ контору, гдѣ его свѣряютъ съ подписанною (къ печати) корректурою. Дѣлается это для того, чтобы удостовѣриться — всѣ ли указанныя въ корректурѣ ошибки исправлены. Прежде чѣмъ приступить къ окончательному печатанію, въ контору подается еще такъ-называемый «чистый листъ», т.-е. сдѣланный на машинѣ оттискъ листа, вполнѣ приготовленнаго къ печатанію. Чистый листъ тщательно просматривается и на немъ отмѣчаются (для мастера-печатника) всѣ техническія погрѣшности, а также иногда назначается число подлежащихъ отпечатанію экземпляровъ. Затѣмъ листы печатаются, складываются на короткое время въ кипы, пересчитываются и прессуются для уничтоженія натиска и приданія имъ ровной гладкой поверхности. Этимъ и заканчиваются всѣ собственно типографскія работы.2

Между метранпажами, наборщиками и остальными типографскими рабочими почти неупотребительны выраженія: изданіе, сочиненіе, книга, работа и проч., все опредѣляется однимъ словомъ — «дѣло»: «поступило новое дѣло», «дѣло такого-то кончилось», «на машину спущено дѣло такого-то», «выгодное и невыгодное дѣло» и т. д.


чаютъ одну и ту же плату съ тысячи буквъ), а просто потому, что они набираютъ лишь извѣстныя «дѣла» или работы, поручаемыя надзору и попеченію одного и того же метранпажа, съ которымъ имъ и приходится постоянно вступать въ переговоры и всякаго рода объясненія.

2 Я не упоминаю о многихъ промежуточныхъ работахъ, о которыхъ будетъ сказано въ своемъ мѣстѣ.


[ 68 ]

Приступая къ краткому изложенію теоріи и практики типографскаго дѣла, я начну прежде всего съ послѣдовательнаго описанія тѣхъ предметовъ, безъ которыхъ не можетъ обойтись ни одна типографія, и съ которыми приходится ежедневно имѣть дѣло каждому наборщику Къ такимъ принадлежностямъ относятся: касса, реалъ, литеры (буквы), матеріалъ (шпаціи, шпоны, квадраты, марзаны и проч.), верстатка, визорій, тенакль, шило и уголокъ. Нѣкоторыя принадлежности, менѣе необходимыя, будутъ описаны въ тѣхъ отдѣлахъ, гдѣ о нихъ идетъ рѣчь

Касса.

Шрифтъ-кассою, наборною кассою или, просто, кассою называется ящикъ для храненія приготовленнаго для набора шрифта.

Ящикъ этотъ сверху открытый, т.-е. безъ крышки, очень неглубокій, со многими отдѣленіями различной величины. Въ каждомъ изъ отдѣленій лежитъ одна только какая-нибудь буква, одного рода пробѣлъ или одинъ какой-либо типографскій знакъ. Такъ, въ отдѣленіи для прописной буквы А и лежатъ только однѣ прописныя буквы или литеры А, А, А; въ отдѣленіи для строчной буквы в — однѣ только строчныя в, в, в; въ отдѣленіи для запятой и лежатъ только знаки запятой и т. д. Названіе «шрифтъ-касса» — вполнѣ понятно: въ кассѣ лежитъ или хранится шрифтъ. «Наборною» касса зовется потому, что наборщикъ со-


[ КАССА. 69 ]

ставляетъ, или соединяетъ, буквы и знаки въ одно цѣлое (т.-е. набираетъ), беря ихъ изъ отдѣленій кассы. Ради удобства и сокращенія, шрифтъ-кассу или наборную кассу называютъ просто кассою. Всѣ кассы дѣлаются одной и той же высоты (иначе — глубины) и величины, но съ неодинаковымъ числомъ отдѣленій. Для каждаго самостоятельнаго алфавита есть особая касса, съ отдѣленіями по числу буквъ и знаковъ. Такъ, русская, славянская, французская, нѣмецкая, греческая кассы различаются между собою числомъ и величиною отдѣленій. Какъ уже сказано выше, для каждаго отдѣльнаго знака, или буквы, въ кассѣ есть особое отдѣленіе, а потому понятно, что чѣмъ больше въ какомъ-либо алфавитѣ буквъ и знаковъ, тѣмъ больше должно быть въ кассѣ и отдѣленій. Принятая въ Россіи русская касса имѣетъ 110 отдѣленій; французская — 152 отдѣленія; ново-греческая — 214 отдѣленій и т. д.

Отдѣленія въ кассахъ — неодинаковой величины. Въ русской кассѣ, напримѣръ, три сорта отдѣленій: большія — для буквъ, знаковъ и пробѣловъ, наиболѣе употребительныхъ, каковы: а, е, и, о, у, в, д, м, н, р, с, т, ъ, полукруглые, квадраты; среднія — для буквъ, знаковъ и пробѣловъ, менѣе употребительныхъ: б, ж, з, і, й, к, л, п, ф, х, ц, ч, ш, щ, ь, ы, я, ю, ѣ, круглые, тонкія и двойныя шпаціи, тире, точка, прописныя буквы отъ А до У включительно, и мелкія отдѣленія — для буквъ, знаковъ и пробѣловъ, наименѣе необходимыхъ для набора: ѳ, э, ѵ, двоеточіе, точка съ запятою, кавычки или такъ-называемыя «лапки», прописныя отъ Ф до конца алфавита, капительныя буквы и остальные типографскіе знаки (см. рис. на стран. 73).

Размѣры русской кассы: длина 15½ вершковъ, ширина — 23 вершка, высота или глубина — 1¼ вершка. Толщина стѣнокъ (обвязки), равно какъ и двухъ перегородокъ — продольной (А, см. рис. на стран. 73) и поперечной (Б), — ½ вершка. Тонкія перегородки отдѣленій дѣлаются



Касса и печатный станокъ ХVI-го столѣтія. (Съ гравюры 1564 года).


[ КАССА. 70 ]

въ 1/8 вершка. Вѣсъ пустой кассы (сосновой) = 20—22 фунта. Вѣсъ кассы съ отдѣленіями, наполненными (вровень съ краями перегородокъ) разложеннымъ шрифтомъ, — немного болѣе трехъ пудовъ.

Продольная (А) и поперечная (Б) перегородки, дѣлящія кассу на четыре части, служатъ для укрѣпленія кассоваго ящика, а, вмѣстѣ съ тѣмъ, облегчаютъ отыскиваніе необходимыхъ отдѣленій. Если бы всѣ перегородки были одной и той же толщины, то наборщикъ, вслѣдствіе однообразія отдѣленій, легко могъ бы ошибиться, принявъ сосѣднее отдѣленіе за то, которое ему нужно, особенно посрединѣ кассы. Толстыя перегородки оказываютъ ту же пользу, что́ и черныя костяшки на счетахъ. Буквы въ отдѣленіяхъ кассы разложены не въ алфавитномъ порядкѣ. Наиболѣе употребительные пробѣлы, буквы и знаки лежатъ въ отдѣленіяхъ нижней половины кассы, около продольной перегородки, по той простой причинѣ, что эти отдѣленія самыя удобныя для наборщика: за ними не приходится тянуться, они всегда у него, какъ говорится, «подъ рукою». Практика показала также, что распредѣленіе буквъ не по алфавитному порядку, а въ разбивку, способствуетъ быстротѣ какъ набора, такъ и разбора шрифта.

На днѣ. отдѣленій лежитъ обыкновенно толстая бумага или папка. Назначеніе ея — не давать проваливаться литерамъ въ щели, которыя образуются отъ раскалыванія дна, а также предохранять пальцы наборщика отъ занозъ и ударовъ о дерево. Бумага или картонъ предохраняютъ отчасти и шрифтъ (очко) отъ порчи во время разбора кассы, т.-е. во время распредѣленія шрифта по отдѣленіямъ кассы.

Нижняя стѣнка (брусокъ) кассы имѣетъ такъ-называемый «бортъ», т.-е., попросту, закраину (С), которая превышаетъ нѣсколько высоту кассоваго ящика. Закраина, или бортъ, служитъ опорою для кассъ, когда онѣ ставятся на реалы одна на другую. Безъ закраины отъ какого-нибудь толчка кассы могли бы соскользнуть внизъ и, если не упасть, то, во всякомъ случаѣ, своими выдающимися частями (углами) стѣснить стоящаго передъ реаломъ наборщика. Передняя стѣнка кассы имѣетъ всегда скобки, для удобства выдвиганія кассы изъ кассы-реала. Скобки бываютъ различныхъ родовъ, смотря по заказу.



Закраина или бортъ.

Помѣщаемые ниже рисунки даютъ полное понятіе о томъ, въ какомъ порядкѣ, т.-е., въ какихъ отдѣленіяхъ, лежатъ извѣстные знаки и буквы какъ русскаго, такъ и другихъ, наиболѣе употребительныхъ, шрифтовъ.


[ КАССА. 71 ]

Я привожу планы славянскихъ кассъ двухъ образцовъ: новаго и стараго. Славянскія кассы новаго образца употребляются въ С.-Петербургской Синодальной типографіи. Такого рода кассы стали изготовляться столярными мастерскими сравнительно недавно, — не болѣе 10-ти лѣтъ. Славянскія кассы стараго образца можно найти почти во всѣхъ петербургскихъ типографіяхъ.

Расположеніе литеръ и знаковъ въ кассахъ славянской, греческой и латинской провѣрены г. завѣдующимъ С.-Петербургскою Синодальною типографіею, а планъ кассы французской — въ типографіи А. Г. Тренке. Планы еврейскихъ кассъ сдѣланы въ типографіи г. Бермана — И. А. Цедербаумомъ.

Если при раскладкѣ литеръ въ русской, французской, нѣмецкой и другихъ кассахъ придерживаются одного, общепринятаго въ Россіи порядка (плана), то нельзя того же сказать о математическихъ кассахъ. Въ нихъ знаки раскладываются совершенно произвольно, въ каждой типографіи по-своему, а, вѣрнѣе, по личному произволу наборщиковъ, которыхъ и обвинять въ этомъ нельзя, такъ какъ они и сами не знаютъ, какого плана придерживаться, а рѣдкія типографіи даютъ имъ необходимыя указанія и средства избѣжать путаницы и смѣшенія разнородныхъ знаковъ. Математическій наборъ отличается большимъ разнообразіемъ, и, вслѣдствіе этого, типографіи имѣютъ въ достаточномъ количествѣ только тѣ знаки, которые имъ нужны. Далеко не во всякой типографіи, напримѣръ, найдутся знаки астрономическіе, геометрическіе и т. п., а если и найдутся, то не въ полномъ комплектѣ (комплектъ — полное число, полный составъ); отсюда выходитъ то, что въ однихъ и тѣхъ же отдѣленіяхъ кассы въ трехъ типографіяхъ лежатъ совершенно различные знаки. Переходя изъ одной типографіи въ другую, наборщикъ вездѣ встрѣчаетъ особое, незнакомое ему расположеніе. Послѣдствія такого порядка, или, вѣрнѣе, безпорядка, очевидны: при наборѣ какой-нибудь формулы, наборщикъ, хотя и съ большою потерею времени, найдетъ (разыщетъ) необходимые ему знаки, но при разборѣ не станетъ никогда задумываться и разбросаетъ ихъ прямо, какъ говорится, зря, не справляясь съ тѣмъ, попали ли знаки въ тѣ отдѣленія, въ которыхъ они лежали. Еще чаще наборщики кидаютъ математическіе знаки въ отдѣленія для капительныхъ буквъ, не давая себѣ даже труда разыскать математическую кассу.

Въ рѣдкихъ типографіяхъ эти кассы имѣютъ свое опредѣленное мѣсто: ихъ ежедневно переносятъ съ реала на реалъ; сегодня касса нужна одному наборщику, завтра — другому. Иной наборщикъ и положилъ бы знаки на мѣсто, да не знаетъ, гдѣ найти кассу, а терять время на разыскиваніе не всякій станетъ. Помочь бѣдѣ не такъ трудно: каж-


[ КАССА. 72 ]

дая типографія можетъ раскладывать математическіе и другіе знаки по своему плану, но должна вывѣсить въ наборныхъ изображеніе этого плана съ указаніемъ принятаго расположенія знаковъ. Понятно, что тогда можно требовать отъ наборщиковъ, чтобы они не бросали знаковъ въ капительныя отдѣленія, а «разбирали» ихъ въ математическія кассы, по указанному плану. Для математическихъ кассъ, кромѣ того, необходимо назначить опредѣленное мѣсто: это сбережетъ наборщикамъ время и избавитъ ихъ отъ разыскиванія кассъ по всѣмъ реаламъ, среди другихъ кассъ, которыя въ большихъ типографіяхъ считаются сотнями. Если нельзя отвести опредѣленнаго мѣста, то, во всякомъ случаѣ, крайне полезно было бы отмѣчать рѣдко употребляемыя, математическія и другія кассы, окрашивая ихъ борты въ разные цвѣта. Такого рода отличіе однѣхъ кассъ отъ другихъ заслуживаетъ, по-моему, полнаго вниманія типографовъ; оно введено въ типографіи «Новаго Времени».

Спеціально-математическія кассы, т.-е. предназначаемыя исключительно для набора математическаго, нужны только тѣмъ типографіямъ, которыя постоянно или, по крайней мѣрѣ, очень часто заняты печатаніемъ математическихъ сочиненій. Бо́льшая часть типографій могла бы обходиться «сборною» кассою, съ разложенными въ ней въ извѣстномъ, произвольномъ для каждой типографіи, порядкѣ знаками: математическими, календарными, аптекарскими, метеорологическими и т. д.

Кромѣ обыкновенныхъ алфавитныхъ кассъ, въ типографіи имѣются иногда еще малыя кассы, полукассы, четверть-кассы, кассы для дробей, матеріальныя, вспомогательныя кассы для набора мелкихъ работъ, кассы для линеекъ и проч. Малыя кассы, ошибочно называемыя наборщиками полукассами, отличаются отъ обыкновенныхъ только меньшими размѣрами, остальныя же изъ перечисленныхъ кассъ устраиваются спеціалистами-мастерами иногда по указаніямъ самихъ заказчиковъ, сообразно необходимости.

Кассы необходимо содержать въ порядкѣ, почаще выдувать изъ нихъ пыль мѣхомъ на открытомъ воздухѣ. Выдувать слѣдуетъ осторожно, иначе отъ сильной струи воздуха литеры вылетаютъ изъ своихъ отдѣленій и попадаютъ въ сосѣднія. При разборѣ или распредѣленіи (раскладкѣ) по кассамъ новаго шрифта не должно переполнять отдѣленій верхомъ, иначе литеры, такъ же, какъ и при неосторожномъ выдуваніи, могутъ попасть въ сосѣдніе ящики, и наборъ изъ такой кассы выйдетъ нечистымъ. Не слѣдуетъ ставить на реалъ болѣе двухъ кассъ, такъ какъ иначе очень легко отбить бортъ, тѣмъ болѣе, что кассы обыкновенно изготовляются безъ желѣзныхъ уголковъ, одинъ изъ которыхъ показанъ на рисункѣ (см. стран. 70). Такіе желѣзные уголки, скрѣпляя бортъ кассы съ боковыми ея стѣнками, не даютъ ему отрываться.


[ РУССКАЯ КАССА. 73 ]





ОБЩІЙ ВИДЪ РУССКОЙ КАССЫ.


[ ФРАНЦУЗСКАЯ КАССА. 74 ]





ОБЩІЙ ВИДЪ ФРАНЦУЗСКОЙ КАССЫ.


[ НѢМЕЦКАЯ КАССА. 75 ]





ЛАТИНСКАЯ КАССА


[ СЛАВЯНСКАЯ КАССА 76 ]



СЛАВЯНСКАЯ КАССА НОВАГО ОБРАЗЦА.

Примѣчанія: 1) Буквы, поставленныя въ скобкахъ, отлиты съ выемкою для подстановки къ нимъ надстрочныхъ знаковъ. 2) Надстрочныя титлы-буквы, какъ-то: ⷠ҇ ⷡ҇ ⷢ҇ ⷣ и т. д., разложены вмѣстѣ съ прописными, имъ соотвѣтствующими.


[ СЛАВЯНСКАЯ КАССА. 77 ]

Я знаю отлично, что очень многіе изъ русскихъ типографовъ найдутъ постановку плана на 76 страницѣ — неправильною. Не трудно, однако, убѣдиться въ томъ, что расположеніе обоихъ рисунковъ, заго-



СЛАВЯНСКАЯ КАССА СТАРАГО ОБРАЗЦА.

ловками «въ одну сторону», гораздо практичнѣе и удобнѣе обычнаго, рутиннаго, расположенія, когда книгу приходится поворачивать то вправо, то влѣво. Трудно не согласиться съ тѣмъ, что постановка обоихъ


[ ГРЕЧЕСКАЯ КАССА. 78 ]



ГРЕЧЕСКАЯ КАССА.

плановъ заголовками въ одну сторону удобнѣе для читателя, такъ какъ въ данномъ случаѣ, напримѣръ, этимъ значительно облегчается сличеніе расположенія литеръ въ обѣихъ кассахъ, стараго и новаго образцовъ. Я говорю объ этомъ подробнѣе, объясняя вёрстку текста съ рисунками.


[ ДРЕВНЕ-ЕВРЕЙСКАЯ КАССА. 79 ]





ЕВРЕЙСКАЯ КАССА. Для жаргона (т.-е. нѣмецкой транскрипціи).


[ СБОРНАЯ КАССА. 80 ]



ОБРАЗЕЦЪ „СБОРНОЙ КАССЫ“ ТИПОГРАФІИ „НОВАГО ВРЕМЕНИ“ (А. С. СУВОРИНА).


[ МАТЕМАТИЧЕСКАЯ КАССА. 81 ]



МАТЕМАТИЧЕСКАЯ КАССА.

Въ «Руководствѣ для типографщиковъ», составленномъ гг. Н. Ф. и Р. Н., помѣщенъ слѣдующій планъ математической кассы.


[ 82 ]



КАССА ДЛЯ МУЗЫКАЛЬНЫХЪ ЗНАКОВЪ.

Ширина кассы — 1 аршинъ 9 5/8 вершк ; длина — 1 аршинъ; глубина — 7/8 вершка. Цыфры, стоящія внизу знаковъ, означаютъ ширину ножки литеры, а поставленныя рядомъ со знакомъ — величину кегля (въ миллиметрахъ).


[ ФРАНЦУЗСКАЯ И НѢМЕЦКАЯ АЗБУКИ. 83 ]

Употребляемыя въ Россіи кассы иностранныхъ алфавитовъ имѣютъ свое особое расположеніе отдѣленій, несходное съ заграничнымъ, где тоже не придерживаются одного какого-нибудь опредѣленнаго типа; даже приводимые въ учебникахъ типографскаго дѣла планы кассъ различны.

Французская азбука.

ФОРМАПРОИЗНОШЕНІЕНАЗВАНІЕ
AaаА
BbбъБе
Ccсъ, къСе
DdдъДе
EeеЕ
FfфъЭфъ
Ggгъ, жъЖе
Нhхъ, ш, а1Ашъ
IiіИ
JjжъЖи
КkкъКа
LlльЭль
МmмъЭмъ
NnнъЭнъ
OoоО
PpпъПе
QqкъКю
RrръЭръ
SsсъЭсъ
TtтТе
UuюЮ
VvвъBe
WwвъДубль ве
Xxкс, съ, зъ1Иксъ
YyиИгрекъ
ZzзъЗетъ

Нѣмецкая азбука.

ФОРМАПРОИЗНОШЕНІЕНАЗВАНІЕ
AaаА
ВbбъБе
Ccцъ, къЦе
DdдъДе
EeеЕ
FfфъЭфъ
GgгъГе
Нhхъ1Ха
IiиИ
Jjі, жъІотъ
КkкъКа
LlльЭль
МmмъЭмъ
NnнъЭнъ
OoоО
PpпъПе
QqкъКу
RrръЭръ
Ssсъ, зъ, шъЭсъ
TtтъТе
UuуУ
VvфъФау
WWвъВе
XxксИксъ
YyиИгрекъ
ZzцъЦетъ

1 Или вовсе не выговаривается.


[ ГРЕЧЕСКАЯ И СЛАВЯНСКАЯ АЗБУКИ. 84 ]



Греческая азбука.



Славянская азбука.


[ КАССЫ ДЛЯ СИСТЕМАТИЧЕСКИХЪ ЛИНЕЕКЪ. 85 ]



КАССЫ ДЛЯ СИСТЕМАТИЧЕСКИХЪ ЛИНЕЕКЪ.



Образецъ французской кассы.


[ КАССЫ ДЛЯ ДРОБЕЙ И МАТЕРІАЛА. 86 ]

КАССЫ ДЛЯ ДРОБЕЙ И МАТЕРІАЛА.



Полукасса для линеекъ.



Касса для дробей.



Полукасса для дробей.



Касса для матеріала. Образецъ № 1.



Касса для матеріала. Образецъ № 2.


[ КАССЫ ДЛЯ ТИТУЛЬНЫХЪ ШРИФТОВЪ. 87 ]



Касса для титульныхъ шрифтовъ.



Полукасса для титульнаго шрифта русскаго и французскаго алфавитовъ.

Стоимость кассъ въ С.-Петербургѣ.

Большаякассарусская 4 р. к.
Малая» » 3 » »
Большая» французская 4 » »
Малая» » 3 » »
Большая» нѣмецкая 4 » »
Малая» » 3 » »
Большая» греческая 4 » 50 »
Малая» » 3 » 50 »
Большая» славянская » 50 »
Малая» » 3 » 50 »
Польская» » 4 » 25
»» малая 3 » 25 »
Титульная» русск. и французск. на 81 ящикъ 2 » »
Титульная» на 72 ящика 1 » 75 »

[ РЕАЛЪ. 88 ]

Реалъ.

Помѣщенные ниже рисунки даютъ ясное понятіе объ устройствѣ реаловъ и дѣлаютъ подробныя объясненія совершенно излишними. Назначеніе реаловъ — поддерживать (т.-е. служить подставкою) и хранить кассы. Верхняя доска, на которой лежитъ касса, дѣлается наклонною (подъ угломъ въ 20—25 градусовъ), для того, чтобы наборщику видно было расположеніе литеръ въ отдѣленіяхъ, что, какъ мы увидимъ впослѣдствіи, особенно важно при наборѣ. Кромѣ того, наклонъ кассы отчасти приближаетъ отдѣленія къ наборщику, и рукѣ его менѣе приходится тянуться за буквами, помѣщенными въ верхнихъ ящикахъ кассы. Практика показала, что самое удобное положеніе наборщика передъ реаломъ — когда локоть его опирается какъ разъ на бортъ (переднюю стѣнку) кассы. Если реалъ слишкомъ высокъ (по росту наборщика), то наборщикъ подкладываетъ что-нибудь, напримѣръ, доску подъ ноги; если реалъ низокъ, — ставитъ кассу на кассу.



На рисункѣ видны: кассы, тенакль, визорій, верстатка, уголокъ съ частью набора, шило, шпоны и разложенный по отдѣленіямъ кассы шрифтъ.

Касса-реалъ дѣлается съ наклонною и горизонтальною верхнею доскою. Иногда на горизонтальную доску накладываютъ отдѣльный треугольникъ, съ помощью котораго придаютъ кассѣ-реалу наклонъ, обычный для кассы (см. рис. на стран. 90)

Помѣщенный на страницѣ 90 (внизу, справа) рисунокъ изображаетъ очень хорошій реалъ. Такіе реалы, встрѣчающіеся во многихъ французскихъ типографіяхъ, особенно удобны для метранпажа.


[ РЕАЛЫ. 89 ]

Верхній рисунокъ страницы 89 представляетъ касса-реалъ, запирающійся на ключъ. Когда боковыя планки закрыты, кассы не могутъ быть выдвинуты. На рисункѣ одна планка заперта на ключъ, а другая — открыта. Ящики вверху реала назначаются для храненія оригинала, корректурныхъ оттисковъ и проч. Такіе реалы употребляются почти исключительно для титульныхъ шрифтовъ, какъ наиболѣе цѣнныхъ.

Второй рисунокъ представляетъ простой реалъ, иначе называемый — этажеркою. Такіе реалы предназначаются,какъ это и видно изъ рисунка, для постановки только одной кассы, необходимой для набора. Полки обыкновенно служатъ для помѣщенія спускальныхъ досокъ съ гранками и полосами. Для наборщика этажерки удобнѣе обыкновенныхъ касса-реаловъ, такъ какъ предоставляютъ ногамъ болѣе свободы

Стоимость реаловъ въ С.-Петербургѣ.

Реалъ для 8 большихъ кассъ съ 2 ящиками и замкомъ15р.
Реалъ для 9 большихъ кассъ безъ ящиковъ12»
Реалъ на ножкахъ (легкій) отъ 5 до8»
Реалъ для 10 малыхъ кассъ съ 2 ящиками12»
Реалъ для 11 малыхъ кассъ безъ ящиковъ10»
Реалъ для 11 малыхъ кассъ и 12 титульныхъ ящиковъ17»



Касса-реалъ для титульныхъ шрифтовъ.



Реалъ-этажерка съ одною формою и двумя спускальными досками.


[ КАССА-РЕАЛЫ. 90 ]



Простой реалъ или этажерка.



Итальянскій реалъ.



Касса-реалъ, общеупотребительный въ итальянскихъ типографіяхъ.



Французскій касса-реалъ.


[ КАССА-РЕАЛЫ И ФОРМО-РЕАЛЫ. 91 ]



Реалъ для акцидентныхъ работъ.



Касса-реалъ.



Простой или обыкновенный реалъ.



Формо-реалы съ 6 досками.


[ БУКВА ИЛИ ЛИТЕРА. НОЖКА. КЕГЕЛЬ. 92 ]

Буква или литера.

Собраніе буквъ какого-нибудь языка въ извѣстномъ, принятомъ, порядкѣ называется азбукою или алфавитомъ. Буква есть письменный или начертательный знакъ отдѣльнаго звука рѣчи.

Типографская буква или литера представляетъ собою четырехугольный металлическій брусочекъ или столбикъ, на одномъ концѣ котораго, на торцевой площадкѣ, находится очко, т.-е. выпуклое или рельефное изображеніе какого-нибудь письменнаго знака. Самый столбикъ называется ножкою буквы. Сторона или стѣнка литеры, къ которой обращена верхняя часть (верхъ) очка, носитъ названіе нижней (на рис. А), а противоположная ей — верхней (ея не видно на рисункѣ). Остальныя двѣ стѣнки называются боковыми (одна изъ нихъ, Б, видна на рисункѣ). Разстояніе отъ нижней стѣнки до верхней (по линіи КЛ) называется кеглемъ. Вѣроятно, прежде кеглемъ называлась ножка литеры. На это указываетъ самое названіе «кегель» (нѣмецкое der Kegel — кегля, столбикъ; по-французски: кегель — corps, буквально — тѣло; величина кегля — force de corps, крѣпость, вели-





КЛ — кегель (величина кегля). А — нижняя стѣнка. Б — боковая стѣнка. О — сигнатура (главный рубчикъ). Н — добавочные рубчики. МК — ширина литеры. ВГ — высота ножки. Де — ростъ литеры. Ж — очко. Ф — заплечики литеры.


[ РОСТЪ ЛИТЕРЫ. СИГНАТУРА. 93 ]

чина тѣла). Съ теченіемъ времени понятіе о кеглѣ, очевидно, отожествилось съ понятіемъ о величинѣ кегля, и теперь всѣ наборщики и словолитчики называютъ кеглемъ только разстояніе отъ К до Л. Части верхней (торцевой) площадки отъ основанія очка до краевъ литеры (ф) называются заплечиками.

Разстояніе (Де) отъ нижняго конца литеры до верхняго, включая сюда и очко, называется ростомъ литеры. Ростъ литеръ всѣхъ безъ исключенія шрифтовъ почти во всѣхъ типографіяхъ Россіи всегда одинъ и тотъ же и равняется 66 пунктамъ (немного болѣе полувершка). Въ очень немногихъ типографіяхъ ростъ шрифта отступаетъ отъ принятой величины, что должно представлять большія неудобства уже потому, что словолитчики изготовляютъ и держатъ на складахъ шрифты, линейки, украшенія и проч. одной лишь общепринятой мѣры, а, слѣдовательно, шрифты на бо́льшій или меньшій ростъ должны изготовляться по особымъ заказамъ и по болѣе возвышеннымъ цѣнамъ. При наборѣ литеры ставятся такъ, чтобы къ нижней стѣнкѣ верстатки прилегали нижнія стѣнки литеръ. Говоря простымъ языкомъ, литеры на верстаткѣ располагаются вверхъ ногами (очкомъ). Для того, чтобы наборщикъ



Общепринятая высота литеры (66 п.).



Положеніе литеръ на верстаткѣ (при наборѣ).

не ошибся стѣнкою литеры, т.-е. не принялъ верхней за нижнюю или наоборотъ, на нижней стѣнкѣ дѣлается полукруглый или прямоугольный рубчикъ.1 Рубчикъ этотъ (о), называемый «сигнатурою», находится ближе къ основанію брусочка, чѣмъ къ очку, и даетъ полную возможность наборщику поставить литеру въ верстатку совершенно правильно, т.-е. такъ, чтобы нижняя стѣнка литеры прилегала къ нижней стѣнкѣ верстатки и чтобы верхъ очка былъ кнаружи, т.-е. обращенъ къ наборщику. Для нѣкоторыхъ типографій словолитчики отливаютъ, по заказу, литеры съ рубчикомъ на верхней стѣнкѣ литеръ вмѣсто нижней.2 Помимо, такъ-сказать, главнаго рубчика, бываютъ еще другіе (добавочные) рубчики или нарѣзки (н, н). Они дѣлаются бо́льшею частью на той же нижней стѣнкѣ литеръ и служатъ для отличія шрифтовъ




1 Французская сигнатура.

2 Итальянская сигнатура.


[ РАЗЛИЧНАГО РОДА СИГНАТУРЫ. ОЧКО ЛИТЕРЫ. 94 ]

одного и того же кегля, сходныхъ (похожихъ между собою) по начертанію очка, но отличающихся какими-либо особенностями, не настолько рѣзкими, однако, чтобы онѣ сразу бросались въ глаза наборщику и позволяли ему безошибочно опредѣлить, къ какому именно шрифту принадлежитъ та или другая литера, Такъ, напримѣръ, въ типографіяхъ шрифтъ «корпусъ обыкновенный» словолитни Лемана отличаютъ отъ «корпуса обыкновеннаго» словолитни Францъ Марка по добавочному рубчику.

Понятно, что добавочныхъ рубчиковъ можетъ быть неограниченное число и различной формы, въ зависимости отъ требованія типографій. Ставятъ ихъ выше и ниже главнаго рубчика



Итальянскія сигнатуры.

Величина кегля опредѣляется или измѣряется на пункты, по прямому направленію отъ верхней стѣнки до нижней, или — наоборотъ, т.-е. отъ Л до К или отъ К до Л, что, конечно, одно и то же. Величина кегля для всѣхъ буквъ и знаковъ одного и того же шрифта всегда одна и та же. Такъ, въ миньонѣ величина кегля для всѣхъ буквъ равняется 7 пунктамъ ( ), въ корпусѣ — 10 пунктамъ ( ), въ цицеро — 11 пунктамъ ( ), въ миттелѣ — 14 пунктамъ ( ) и т. д. Въ типографіяхъ кегель нерѣдко называютъ «нумеромъ». Такъ, напримѣръ, говорятъ: «я набираю десятымъ нумеромъ», вмѣсто того, чтобы сказать: «набираю шрифтомъ, кегель котораго равенъ 10 пунктамъ». Величина верхней и нижней стѣнокъ, по направленію МК, измѣняется въ зависимости отъ ширины очка буквы: чѣмъ у́же очко, тѣмъ у́же и верхняя, и нижняя стѣнки и — наоборотъ.

Очко каждой типографской буквы имѣетъ обратную форму. Приводимый рисунокъ (на стран. 95, сверху) показываетъ положеніе на площадкѣ литеры очка прописныхъ и строчныхъ буквъ.

Въ бо́льшей части шрифтовъ очко, расположенное на верхней площадкѣ ножки литеры не выступаетъ за ея края, какъ это можно видѣть изъ помѣщеннаго ниже рисунка. Есть, однако, шрифты, очко которыхъ значительно выдается за края этой площадки и, какъ говорятъ наборщики, «виситъ». Такого рода очко мы видимъ въ шрифтахъ славянскомъ, рукописномъ, въ шрифтахъ на полный кегль и проч. Въ шрифтахъ общеупотребительныхъ зачастую отливаются съ висячимъ очкомъ буквы: й, д, щ, ц, запятыя, скобки. Такъ какъ при печатаніи на ручномъ станкѣ, или на скоропечатной машинѣ, очко литеръ подвер-


[ ОЧКО ЛИТЕРЫ. 95 ]



Положеніе очка строчныхъ и прописныхъ буквъ на верхней площадкѣ литеры.

гается довольно значительному давленію (натиску), то нерѣдко висячія части отламываются, превращая, напримѣръ, й (краткое) въ простое и (восьмиричное). Въ крупныхъ шрифтахъ обламываніе выдающихся или



Литеры и надстрочные знаки славянскаго шрифта съ висячими или выдающимися частями очка.



Литеры рукописнаго шрифта съ висячими или выдающимися частями очка.

висячихъ частей очка устраняется въ значительной степени тѣмъ, что выступающіе концы (хвосты) поддерживаются небольшими откосами, или расширеніями верхней части ножки. Привожу примѣры различнаго рода литеръ съ выступающими, висячими, частями очка.


[ ОЧКО ЛИТЕРЫ. РЕЛЬЕФЪ ОЧКА. 96 ]



Литеры рукописнаго шрифта.



Литеры рукописнаго шрифта.



Литеры сверху.

Вышеприведенные рисунки показываютъ также, что ножка нѣкоторыхъ литеръ въ шрифтѣ славянскомъ отливается съ прямоугольнымъ уступомъ (выемкою), въ который, какъ мы увидимъ впослѣдствіи, вставляется надстрочный знакъ.

Рельефъ очка, т.-е. его выпуклость или возвышеніе надъ верхнею площадкою ножки, не одинаковъ въ различныхъ словолитняхъ, но всегда достаточенъ для полученія хорошихъ типографскихъ оттисковъ. Хотя нѣкоторые словолитчики и выставляютъ на видъ, что ихъ очко рельефнѣе, выпуклѣе, другихъ словолитенъ, тѣмъ не менѣе каждому типографу хорошо извѣстно, что вся суть вовсе не въ рельефѣ. Для полученія отчетливыхъ печатныхъ оттисковъ важ-



Видъ сбоку.



Видъ сверху.



Видъ отдѣльныхъ буквъ сверху. Рукописный шрифтъ. Набрано слово «Петръ». К,К, — особыя приставки, которыя ставятся въ началѣ и концѣ каждой строки, для правильной и болѣе удобной ея заключки. (Увеличено).

но, чтобы всѣ штрихи литеры были, по возможности, съ отвѣсными стѣнками, рельефъ же очка не имѣетъ особаго значенія. При печатаніи листъ бумаги надавливается на наборъ, иначе говоря — прижимается къ


[ ОЧКО ЛИТЕРЫ. 97 ]

литерамъ. Такъ какъ литеры не представляютъ собою сплошной поверхности, а просто рядъ штриховъ и пустыхъ промежутковъ (углубленій), то бумажный листъ прижимается плотно лишь къ поверхности штриховъ, а въ углубленія немного вдавливается. Если стѣнки штриховъ достаточно отвѣсны, то бумага не коснется этихъ стѣнокъ; если же, наоборотъ, стѣнки отлиты съ большимъ наклономъ, то бумага прикоснется къ стѣнкамъ и оттискъ выйдетъ грязнымъ, такъ какъ валикъ, накатывающій на литеру краску, всегда оставляетъ часть этой краски на стѣнкахъ штриховъ. Чѣмъ мягче валикъ, тѣмъ болѣе онъ вдавливается въ промежутки, тѣмъ болѣе пачкаетъ боковыя стѣнки штриховъ.



Очко литеры.



Очко литеры.

Къ числу крупныхъ и досадныхъ промаховъ словолитчиковъ нужно отнести ихъ обычай отливать шрифтъ съ очкомъ буквъ на «свою» линію. Такъ, шрифты словолитенъ Лемана и Франца Марка не выдерживаютъ линіи т.-е. основанія литеръ обѣихъ словолитенъ не представляютъ одной непрерывной линіи, такъ какъ очко литеръ Лемана отстоитъ отъ верхней стѣнки ножки дальше, чѣмъ у Франца Марка. Понятно, что это не позволяетъ пользоваться въ одной и той же книгѣ одновременно шрифтами обѣихъ словолитенъ, заставляетъ типографовъ придерживаться преимущественно одной какой-либо фирмы1 и



Очко литеры.



Примѣръ шрифтовъ, не выдерживающихъ линіи при одномъ и томъ же кеглѣ (12 пунктовъ).


1 Фирма — имя торговаго дома.


[ ОДНООБРАЗНЫЙ СПОСОБЪ ОТЛИВКИ ЛИТЕРЪ. 98 ]

крайне стѣсняетъ ихъ въ выборѣ шрифтовъ. Между тѣмъ, уже давно указывались способы такой отливки литеръ, которая давала бы возможность пріобрѣтать шрифты «на одну линію» изъ различныхъ словолитенъ. Одинъ изъ нѣмецкихъ типографовъ предложилъ, напримѣръ, дѣлить кегель на семь частей. Три среднихъ части (3, 4, 5) онъ предназначаетъ для строчныхъ литеръ безъ хвостовъ: а, о, н, п, с, в, к и т. д.



Части 2, 3, 4, 5 — для прописныхъ и строчныхъ съ хвостами вверху: б, ѣ, ф и т. д.

Части 3, 4, 5, 6 — для строчныхъ съ хвостами внизу: р, у, ф и т. д.

Такое распредѣленіе частей назначено лишь для шрифта, такъ-сказать, нормальнаго типа. Словолитчики имѣютъ полную возможность отступать отъ него и рѣзать очко больше или меньше, переходя назначенные предѣлы, но соблюдая лишь то условіе, чтобы при отливкѣ основаніе очка начиналось обязательно на шестой линіи. Однообразный способъ отливки литеръ «на нижнюю линію» (каждаго кегля), принятый всѣми словолитчиками, безъ сомнѣнія, встрѣтилъ бы общее сочувствіе типографовъ и издателей, такъ какъ предоставлялъ бы въ ихъ распоряженіе обширный выборъ самыхъ разнообразныхъ шрифтовъ. Ни одинъ словолитчикъ не приведетъ основательныхъ и убѣдительныхъ доводовъ въ пользу «своей» линіи (кромѣ, разумѣется, собственной выгоды); доводы же въ пользу однообразной отливки шрифтовъ для всѣхъ очевидны.



Эти строки набраны шрифтами двухъ словолитенъ.

Помимо того, что шрифты разныхъ словолитенъ не держатъ линіи, литеры одной и той же словолитни, различныхъ кеглей, разнящихся другъ отъ друга лишь на 2, 3 пункта, тоже не держатъ линіи.



Эти строки набраны шрифтами одной и той-же словолитни.

Типографскія литеры отливаются обыкновенно изъ сплава свинца, сурьмы (антимонія) и олова. Сплавъ этотъ называется «гартомъ». Гартомъ наборщики называютъ также испорченныя и негодныя къ упо-


[ СОСТАВЪ СЛОВОЛИТНАГО МЕТАЛЛА. 99 ]

требленію литеры и поломанный и сдавленный матеріалъ, потому что такія литеры и матеріалъ идутъ въ переплавку, т.-е. представляютъ собою лишь металлъ, годный для отливки шрифта.

Составъ словолитнаго металла въ разныхъ словолитняхъ не одинаковъ. Чѣмъ больше въ немъ свинцу и чѣмъ меньше сурьмы и олова, тѣмъ шрифтъ хуже (мягче). Чѣмъ больше въ сплавѣ сурьмы, тѣмъ очко литеръ тверже и жестче. Иногда прибавляютъ къ словолитному металлу одинъ процентъ (или немного болѣе) мѣди. Знаменитая парижская словолитня Дидо отливала одно время литеры изъ сплава 90 частей свинца, одной части мѣди и 9 частей олова. Однако такого рода сплавъ, давшій превосходные результаты, былъ признанъ непригоднымъ, такъ какъ шрифтъ обходился слишкомъ дорого вслѣдствіе различнаго рода техническихъ затрудненій въ работѣ. Попытки отливать шрифтъ изъ сплава олова и цинка не дали хорошихъ результатовъ. Прибавленіе къ словолитному металлу въ незначительномъ количествѣ желѣза улучшаетъ на много качество шрифта, но дѣлаетъ его очень дорогимъ.

Вотъ составъ словолитнаго металла:

По Смальяну. По Кармаршу. Французскихъ словолитенъ. Англійскихъ словолитенъ.
Свинца 50 75—80 55 62 55 61,3 69,2
Сурьмы 40 20—25 30 24 22,7 18,5 19,5
Олова 10 съ незначительною
прибавкою олова
или мѣди (0,4%).
15 14 22,3 20,7 9,1
Мѣди 1,7

По Беслею (Besley). По Эрарду (Ehrardt).
Свинца1002
Сурьмы30
Олова 20 4
Никкеля 8
Кобальта 5
Мѣди 8 2
Висмута 2
Цинка 80

На всемірной выставкѣ въ Парижѣ былъ экспонированъ,1 между прочимъ, стеклянный шрифтъ, признанный всѣми типографами крайне непрактичнымъ и даже прямо непригоднымъ для типографскаго дѣла.

Крупные шрифты, афишные, изготовляются изъ металла (для облегченія вѣса съ пустотами, выемками и проч.) и дерева. Въ недавнее время нѣкоторые заграничные типографы стали примѣнять къ печатанію большія афишныя литеры, приготовленныя дома, т.-е., попросту, вы-


1 Выставленъ.


[ ЛИТЕРЫ ПЕРВОПЕЧАТНИКОВЪ. 100 ]

рѣзанныя съ помощью остраго ножа изъ кожи или линолеума и наклеенныя на деревяшки (въ ростъ шрифта). Всѣмъ извѣстно также, что литеры для штемпелей приготовляются изъ каучука. Для переплетчиковъ буквы и всѣ украшенія вырѣзываются или отливаются изъ мѣди, такъ какъ при оттискиваніи надписей на «крышкахъ» переплетовъ литеры должны быть сильно нагрѣты. Мелкій типографскій матеріалъ (шпаціи, шпоны, квадраты и пр.) отливается изъ болѣе мягкаго металла, чѣмъ литеры, а марзаны и бабашки почти изъ одного свинца, лишь съ самою незначительною примѣсью сурьмы. Объ отливкѣ шрифта будетъ сказано въ концѣ книги (въ Приложеніи).

 

Профессоръ Фаульманъ (авторъ иллюстрированной исторіи типографскаго искусства) предполагаетъ, что первоначально литеры отливались со сквозными отверстіями, черезъ которыя продѣвалась проволока, для того, чтобы въ набранныхъ строкахъ буквы не могли выскакивать (выдергиваться) при набивкѣ на нихъ краски. Валики,1 посредствомъ которыхъ въ настоящее время краска «накатывается» (передается) на литеры, вошли въ употребленіе лишь въ началѣ нынѣшняго столѣтія; ранѣе наборъ покрывался (набивался) краскою при помощи кожаныхъ подушечекъ («мацъ»), набитыхъ шерстью или конскимъ волосомъ (о чемъ я уже говорилъ на стран. 35). Краска намазывалась тонкимъ слоемъ на каменной плитѣ или гладкой деревянной доскѣ. Помощникъ печатника (подручный, или, какъ обыкновенно говорятъ въ типографіяхъ, «батырщикъ», отъ итальянскаго слова battitore — набивальщикъ) бралъ въ обѣ руки по подушечкѣ и ударялъ ими нѣсколько разъ по намазанной краскою плитѣ или доскѣ, а затѣмъ билъ подушечками другъ о друга, слегка вращая ими для того, чтобы краска распредѣлилась на нихъ какъ можно ровнѣе. Послѣ того уже батырщикъ покрывалъ краскою наборъ, т.-е., попросту, билъ подушечками по литерамъ. Нужно



Очко литеры.


1 Масса, покрывающая валики, которые накатываютъ на литеры краску, изобрѣтена неизвѣстно кѣмъ, а примѣнена къ печатанію (съ помощью мацъ) въ первый разъ (насколько это извѣстно) Фостеромъ, въ Англіи, въ Вейбриджѣ, въ типографіи С. Гамильтона. Мацы, приготовленныя изъ массы (смѣси клея и патоки), были въ большомъ ходу у печатниковъ отъ 1812 до 1828 гг. Къ печатнымъ машинамъ валики изъ массы примѣнилъ въ первый разъ англичанинъ Донкинъ (Donkin). Въ настоящее время масса для валиковъ изготовляется изъ смѣси животнаго клея, желатины и сахарнаго песку.


[ ПРОИСХОЖДЕНІЕ СИГНАТУРЫ. 101 ]

было большое умѣнье, чтобы слой краски на всѣхъ литерахъ былъ одинаковъ, т.-е. равной толщины. Краска типографская очень вязкая и клейкая, такъ какъ приготовляется на льняномъ маслѣ, уваренномъ до густоты сиропа (или патоки). При набивкѣ краскою набора литеры очень крѣпко приставали къ подушечкамъ и зачастую выдергивались. Проволока, продѣтая сквозь отверстія литеръ, не давала имъ выскакивать и удерживала ихъ на своихъ мѣстахъ. Позднѣе круглое сквозное отверстіе въ литерахъ было замѣнено полукруглымъ рубчикомъ сбоку ножки буквы (нынѣшняя сигнатура), и проволоку стали вкладывать (помѣщать) передъ строкою. Фаульманъ полагаетъ, что полукруглую сигнатуру ввелъ въ употребленіе извѣстный венеціанскій типографъ Іенсенъ (1470—1480 гг.). Еще позднѣе, когда съ усовершенствованіемъ способа отливки литеръ и шпацій явилась возможность заключать (зажимать) набранныя строки очень крѣпко, безъ опасенія выдернуть литеры изъ ряда остальныхъ буквъ, проволока стала безполезною; сигнатура осталась, но получила совершенно другое назначеніе. Какъ уже было сказано, она служитъ въ настоящее время единственнымъ и необходимымъ указаніемъ при наборѣ для правильной постановки литеръ въ верстатку. Первые наборщики въ такомъ указаніи не нуждались, такъ какъ наборъ производился медленно и всегда было возможно удостовѣриться въ томъ, ставится ли литера въ верстатку правильно или нѣтъ.

Предположеніе Фаульмана объ изготовленіи первыхъ литеръ со сквозными отверстіями и его объясненіе происхожденія сигнатуры не подкрѣплены достаточно вѣскими доказательствами и, конечно, могутъ оспариваться. Образцовъ литеръ, которыми работали первопечатники, не сохранилось и о нихъ дѣлаются до сихъ поръ лишь болѣе или менѣе правдоподобныя догадки. Весьма распространенное предположеніе о томъ, что Гутенбергъ печаталъ свои первыя произведенія подвижными деревянными литерами, кажется нѣкоторымъ знатокамъ и опытнымъ изслѣдователямъ типографскаго дѣла невозможнымъ.1 Если даже въ настоящее время, когда мы обладаемъ всякаго рода механическими рѣзательными, строгальными и шлифовальными станками, изготовленіе нѣсколькихъ тысячъ маленькихъ деревянныхъ, совершенно прямыхъ и правильныхъ прямоугольныхъ столбиковъ (брусочковъ), одинаковой высоты и толщины, но различной ширины, представляло бы крайне хитрую и трудную работу, то что́ же сказать про времена Гутенберга? Никто до сихъ поръ не попытался изготовить хотя бы одну тысячу2 такихъ деревянныхъ литеръ и поработать ими — только недѣлю. Вынутыя изъ


1 Какъ, напримѣръ, Бернару и профессору Берлану.

2 Опыты съ одною какою-нибудь строкою, составленною всего изъ десятка литеръ, не заслуживаютъ серьезнаго вниманія и совершенно безцѣльны.


[ ШРИФТЪ. 102 ]

печатнаго станка, формы, какъ извѣстно, очищаются отъ краски при помощи щелока (смываются). Не можетъ быть никакого сомнѣнія, что тонкія деревянныя пластинки, подвергнутыя вліянію сырости и затѣмъ высушенныя, да и, просто, подъ вліяніемъ бо́льшей или меньшей влажности воздуха, должны перекоробиться, утерять свою правильную форму, а, слѣдовательно, стать совершенно негодными къ употребленію. Гораздо правдоподобнѣе предположеніе о томъ, что Гутенбергъ производилъ лишь первые свои опыты съ подвижными деревянными буквами, которыя могли быть въ такомъ случаѣ болѣе крупными, чѣмъ литеры его первыхъ печатныхъ произведеній. Повторяю еще разъ, что о литерахъ, которыми набирались первопечатныя произведенія Гутенберга и Шеффера, до сихъ поръ ничего опредѣленнаго и точнаго неизвѣстно.

Шрифтъ.

Полное собраніе типографскихъ буквъ или литеръ, служащихъ для воспроизведенія письменныхъ знаковъ какого-нибудь языка, называется шрифтомъ.

Такъ какъ типографскими буквами мы можемъ воспроизводить (оттискивать) всевозможные письменные знаки, а у каждаго народа эти знаки свои, т.-е. отличаются отъ такихъ же письменныхъ знаковъ другихъ народовъ, то понятно, что шрифтовъ можетъ быть столько, сколько существуетъ самостоятельныхъ алфавитовъ. Такъ, собраніе типографскихъ литеръ, служащихъ для воспроизведенія письменныхъ знаковъ французскаго языка, называется французскимъ шрифтомъ; собранія литеръ, съ помощью которыхъ мы можемъ получить оттиски письменныхъ знаковъ нѣмецкаго или греческаго языковъ, называются нѣмецкимъ или греческимъ шрифтами и т. д.



Французскій текстъ.



Греческій текстъ.


[ ПРОПИСНЫЯ БУКВЫ И КАПИТЕЛЬ. 103 ]



Факсимиле нѣмецкаго текста изъ книги Т. Гёбеля «Die Graphischen Künste der Gegenwart», отпечатанной въ Штутгартѣ.

Помимо прописныхъ и строчныхъ буквъ, въ составъ типографскаго шрифта входятъ еще капительныя буквы, всѣ знаки препинанія, цифры и нѣкоторые общеупотребительные знаки, какъ-то: дефисъ или знакъ переноса (-), параграфъ (§), звѣздочка (* — знакъ выноски или примѣчанія), скобки () [], нумеръ (№) и такъ-называемый «мертвый знакъ» (†) (крестикъ, замѣняющій слово «умеръ»).

Какія буквы называются ПРОПИСНЫМИ и строчными — извѣстно каждому. Капительными буквами называются такія, очко которыхъ имѣетъ величину строчной буквы, а форму или начертаніе (рисунокъ) — прописной.

Капительныхъ буквъ 9 — а, б, е, і, р, с, у, ф, ѣ.

Тѣ же буквы строчныя — а, б, е, і, р, с, у, ф, ѣ.

Тѣ же буквы прописныя — А, Б, Е, I, Р, С, У, Ф, Ѣ.

Остальныя буквы не имѣютъ соотвѣтствующихъ капительныхъ, потому что рисунокъ ихъ или форма одинаковы какъ для прописныхъ, такъ и для строчныхъ знаковъ:

В в, К к, Н н, П п, М м, О о, Т т, Ж ж и т. д.

Такъ какъ одну и ту же букву можно изобразить (написать, нарисовать или начертить) чрезвычайно разнообразно, сохраняя присущую буквѣ характерную ея форму, т.-е. сохраняя тѣ принятые, условленные признаки, по которымъ мы отличаемъ одну букву отъ другой,1 то отсюда понятно и разнообразіе шрифтовъ по рисунку или начертанію очка буквы. (См. образцы шрифтовъ на стран. 104—108).


1 Такъ, прописная буква А должна непремѣнно изображаться двумя наклонными и сходящимися линіями (/\), соединенными третьего горизонтальною линіею (—). Буква Н должна изображаться двумя вертикальными линіями и одною горизонтальною и т. д.


[ ОБРАЗЦЫ ШРИФТОВЪ. 104 ]

ОБРАЗЦЫ ШРИФТОВЪ (РАЗНАГО КЕГЛЯ), РАЗЛИЧАЮЩИХСЯ МЕЖДУ СОБОЮ ПО РИСУНКУ (НАЧЕРТАНІЮ) ОЧКА.



Нонпарель на кегель 6.



Миньонъ на кегель 7.



Петитъ на кегель 8.



Корпусъ на кегель 10.



Цицеро на кегель 11.



Гробе-цицеро на кегель 12.


[ ОБРАЗЦЫ ШРИФТОВЪ. 105 ]



Терція на кегель 16.

ШРИФТЫ РАЗЛИЧНЫХЪ КЕГЛЕЙ.




[ ОБРАЗЦЫ ШРИФТОВЪ. 106 ]




[ ОБРАЗЦЫ ШРИФТОВЪ. 107 ]



ОТТЕНЕННЫЕ И ЦВЕТНЫЕ ШРИФТЫ НА РАЗНЫЕ КЕГЛИ.




[ КНИЖНЫЕ ШРИФТЫ РАЗЛИЧНОЙ ВЕЛИЧИНЫ КЕГЛЯ. 108 ]



Въ вышеприведенныхъ образцахъ шрифтовъ одноименныя буквы отличаются между собою рисункомъ (разнообразіемъ штриховъ) или начертаніемъ. Прежде каждому типографскому шрифту, представлявшему собою полное собраніе буквъ или литеръ, однообразныхъ (сходныхъ) по начертанію или рисунку, присвоивалось особое названіе.1 Дѣлалось это просто ради удобства, ради легчайшаго отличія одного шрифта отъ другого. Въ настоящее же время разнообразіе шрифтовъ (по рисунку очка) такъ велико, что словолитчики начинаютъ опредѣлять шрифты просто цифрами и въ своихъ печатныхъ каталогахъ2 надъ каждымъ образцомъ литеръ извѣстнаго рисунка указываютъ лишь величину кегля и нумеръ, присвоенный шрифту словолитнею. Такъ, напримѣръ:

№ 99,кегель 40
№ 359,кегель 18
№ 444,кегель 12 и т. п.

Величина кегля, какъ уже сказано, опредѣляется (измѣряется) числомъ пунктовъ, а потому и шрифты, по величинѣ кегля, чрезвычайно разнообразны. Титульные крупные шрифты измѣряются зачастую сотнями пунктовъ.

Самые употребительные книжные (текстовые) шрифты, по величинѣ кегля, — 6, 7, 8, 10, 11, 12. Шрифты на кегель 4 и 5 употребляются крайне рѣдко, а изданія, отпечатанныя болѣе мелкими шрифтами, — всѣ наперечетъ и представляютъ собою, такъ-сказать, курьезы типографскаго и словолитнаго искусствъ.


1 Какъ, напримѣръ, — египетскій, древній, англійскій, итальянскій и т. д.

2 Каталогъ — роспись, списокъ, указатель, перечень.


[ НАЗВАНІЯ ШРИФТОВЪ. 109 ]

Шрифты на кегель 13, 15, 17, 19, 21, 23, 25, 27, 29, 31, однимъ словомъ — всѣ нечетные свыше 11 пунктовъ не примѣняются въ типографскомъ дѣлѣ въ Россіи и Германіи. Во Франціи же, хотя и рѣдко, употребляются шрифты на кегель 7½ (Petit-Texte), 13 (St.-Augustin), 15 (Gros-Romain) и 21 (Gros-Paragnon). Въ Россіи и Германіи не въ ходу также книжные шрифты на кегель 18.

Нѣкоторымъ шрифтамъ опредѣленной величины кегля присвоены особыя названія, заимствованныя отъ иностранцевъ. Такъ,

шрифтъ на 4 пунктаназываетсядіамантъ,
» » 5 пунктовъ » перлъ,
» » 6 » » нонпарель,
» » 7 » » миньонъ,
» » 8 » » петитъ,
» » 9 » » боргесъ,
» » 10 » » корпусъ,
» » 11 » » цицеро,
» » 12 » » гробе-цицеро,
» » 14 » » миттель,
» » 16 » » терція,
» » 20 » » текстъ,
» » 24 » » двойное цицеро,
» » 28 » » двойной миттель,
» » 36 » » мелкій канонъ,
» » 40 » » крупный канонъ.




[ ШРИФТЫ РАЗЛИЧНОЙ ВЕЛИЧИНЫ КЕГЛЯ. 110 ]




[ КНИЖНЫЕ ШРИФТЫ РАЗЛИЧНОЙ ВЕЛИЧИНЫ ОЧКА. 111 ]

Нужно замѣтить, что за границею почти повсемѣстно шрифты опредѣляются въ настоящее время лишь по величинѣ кегля, и названія: «діамантъ», «перлъ», «нонпарель» и т. п. почти неупотребительны. Названія эти присвоены шрифтамъ еще въ то время, когда типографы каждому вновь вырѣзанному и отлитому шрифту считали необходимымъ дать какое-либо особое наименованіе. Нѣкоторые шрифты названы по сочиненію, которое впервые набиралось этимъ шрифтомъ. Такъ, напримѣръ, кегель 11 получилъ названіе «цицеро», потому что этимъ шрифтомъ впервые были отпечатаны сочиненія Цицерона (письма); «корпусомъ» (кегель 10) была отпечатана книга «Corpus juris civilis» (гражданскіе законы). Многіе шрифты названы по именамъ знаменитыхъ типографовъ, рѣзчиковъ пунсоновъ и словолитчиковъ. Таковы шрифты, извѣстные подъ названіемъ: этьенъ, эльзевиръ, сабонъ, гарамондъ и др.1

Названія: «перлъ» (жемчужный), «нонпарель» (внѣ сравненія), «миньонъ» (любимый, милый), «петитъ» (маленькій) даны въ зависимости отъ величины и качества шрифта. Объяснять происхожденіе названій всѣхъ шрифтовъ совершенно излишне.

По величинѣ очка книжные шрифты бываютъ: крупные, средніе и мелкіе. Точныхъ границъ между такими шрифтами не установлено. Мы не сдѣлаемъ, однако, ошибки, если всѣ шрифты до 9 пунктовъ отнесемъ къ разряду мелкихъ, шрифты на кегель 9, 10, 11, 12 — къ разряду среднихъ и всѣ дальнѣйшіе шрифты — къ разряду крупныхъ. Хотя на одномъ и томъ же кеглѣ очко буквы можетъ быть болѣе или менѣе крупно, тѣмъ не менѣе на кеглѣ въ 8 пунктовъ (не говоря уже о меньшихъ кегляхъ) крупнаго очка получить нельзя. Не слѣдуетъ упускать изъ виду, что въ опредѣленіяхъ величины очка всегда принимается во вниманіе лишь величина очка строчныхъ, а не прописныхъ; очко же строчной буквы никогда не бываетъ на полный кегель, т.-е. не занимаетъ по длинѣ всей площадки ножки; поэтому очко строчной буквы на кегель 8, никогда не равняясь 8-ми пунктамъ и только въ рѣдкихъ случаяхъ переходя за 4 пункта, очевидно, не можетъ считаться крупнымъ.

Всѣмъ типографамъ хорошо извѣстно также, что издатели книгъ избѣгаютъ «боргеса», «петита» и «нонпарели», считая ихъ мелкими, недостаточно четкими и утомительными для глазъ.

По формѣ очка, шрифты бываютъ:

, , , , , , и т. д. Неспеціалисты типографскаго дѣла (заказ-


1 Этьенъ — фамилія цѣлаго ряда знаменитыхъ французскихъ типографовъ, жившихъ въ ХVI-мъ и ХVII-мъ вв. Эльзевиръ — фамилія знаменитыхъ голландскихъ типографовъ. Сабонъ — франкфуртскій типографъ. Гарамондъ — французъ, рѣзчикъ пунсоновъ.


[ ШРИФТЫ — ОБЫКНОВЕННЫЙ И ПЛОТНЫЙ. 112 ]

чики, издатели) обыкновенными шрифтами называютъ шрифты, наиболѣе употребляемые при наборѣ и печатаніи книгъ, газетъ и журналовъ; типографы же подъ именемъ «обыкновеннаго» шрифта разумѣютъ особый опредѣленный шрифтъ, т.-е. извѣстнаго характернаго начертанія. Названіе «обыкновенный» шрифтъ въ типографскомъ быту противопоставляется также наименованію «плотный» шрифтъ въ томъ смыслѣ, что буквы обыкновеннаго шрифта нѣсколько шире одноименныхъ буквъ плотнаго шрифта.




[ ОБЫКНОВЕННЫЕ, ПЛОТНЫЕ, УЗКІЕ, ШИРОКІЕ И ЖИРНЫЕ ШРИФТЫ. 113 ]

Только путемъ долговременной практики наборщики и корректоры научаются отличать одноименныя буквы шрифтовъ: обыкновеннаго, плотнаго, узкаго, широкаго и т. д. Только привычные глаза сумѣютъ подмѣтить ту, иногда едва уловимую, разницу въ отношеніи ширины очка буквы къ его длинѣ, которая въ большинствѣ случаевъ служитъ единственнымъ основаніемъ или признакомъ для отличія одного шрифта отъ другого.



Одноименныя буквы плотнаго (пл.) и обыкновеннаго (об.) шрифтовъ.



Въ нижней строкѣ выдѣлены буквы обыкновеннаго шрифта; промежуткамъ соотвѣтствуютъ въ верхней строкѣ буквы плотнаго шрифта.

Многочисленныя сравненія одноименныхъ буквъ различныхъ шрифтовъ показываютъ, что въ «обыкновенныхъ» шрифтахъ, въ буквахъ н, и, п, длина очка всегда болѣе ширины его, но никогда не доходитъ до двойной ширины; въ «плотныхъ» шрифтахъ длина очка литеръ п, н, и или почти равняется двойной ширинѣ (очка), или ее нѣсколько превышаетъ. (Примѣры, см. стран. 104—108).

Въ [ узкихъ] шрифтахъ длина очка литеръ н, и, п превышаетъ ширину не менѣе, какъ въ два съ половиною раза. Въ [ широкихъ ] шрифтахъ, напротивъ, ширина очка буквъ н, и, п или равняется длинѣ, или ее превосходитъ. Отступленія отъ этихъ правилъ встрѣчаются, и они-то именно доказываютъ, что въ опредѣленіяхъ и названіяхъ шрифтовъ у словолитчиковъ господствуетъ полнѣйшій произволъ. (Примѣры, см. стран. 104—108).

Жирными шрифтами, или, какъ ихъ обыкновенно называютъ заказчики и издатели, «черными», „черненькими“, слѣдуетъ признавать всѣ тѣ шрифты, очко которыхъ рѣзко выдѣляется въ печати своею чернотою, что́ зависитъ отъ значительной ширины или толщины штриховъ очка буквы. Бо́льшею частью въ жирныхъ шрифтахъ ширина вертикальныхъ (продольныхъ) штриховъ очка во много разъ превосходитъ ширину горизонтальныхъ или поперечныхъ штриховъ. (Примѣры, см. стран. 104—108).

Курсивомъ или курсивными называются тѣ шрифты, литеры которыхъ по своей формѣ или рисунку похожи на рукописныя (обыкновенно съ наклономъ направо). Курсивъ изобрѣтенъ знаменитымъ венеціанскимъ типографомъ Альдомъ Мануціемъ. Пунсоны были исполнены извѣстнымъ рѣзчикомъ Францискомъ изъ Болоньи; у него же отлитъ и первый курсивъ, на который Альдъ Мануцій взялъ десятилѣтнюю при-


[ КОСЫЕ И РУКОПИСНЫЕ ШРИФТЫ. 114 ]

вилегію. Первая книга, отпечатанная курсивомъ, была сочиненія Виргилія (1501 г.). Альдъ Мануцій изобрѣлъ лишь строчныя буквы курсива, а прописныя взялъ изъ шрифта «антиква» (прямого латинскаго). Курсивный шрифтъ такъ понравился публикѣ, что, по истеченіи срока привилегіи, былъ введенъ почти повсемѣстно. Въ изданіи сочиненій Виргилія знаменитаго французскаго типографа Роберта Этьена мы встрѣчаемъ уже и прописныя буквы курсивнаго характера (въ примѣчаніяхъ; въ текстѣ же прописныя литеры — прямыя). Русскіе наборщики всѣ шрифты съ наклономъ вправо называютъ курсивными, а съ наклономъ влѣво — косыми. Опредѣленія такого рода слѣдуетъ признать совершенно неправильными, такъ какъ прямыя литеры, хотя бы и съ наклономъ вправо или влѣво, не представляютъ курсива, т.-е. шрифта, схожаго съ рукописнымъ, равно какъ и не одинъ только шрифтъ, литеры котораго наклонены влѣво, можетъ считаться косымъ. Общераспространенный курсивъ тоже подходитъ подъ опредѣленіе косого, такъ какъ штрихи литеръ рѣзко уклоняются вправо, т.-е. косятъ или стоятъ косо. Безъ сомнѣнія, курсивъ можетъ быть и прямымъ, т.-е. безъ наклона очка литеръ вправо. Гораздо правильнѣе называть курсивомъ лишь тѣ шрифты, которые имѣютъ всѣмъ хорошо извѣстное характерное начертаніе, а затѣмъ отличать косые шрифты «съ наклономъ очка вправо» и косые шрифты «съ наклономъ очка влѣво».

[ Рукописные ] шрифты представляютъ точное подражаніе ручной скорописи, съ соблюденіемъ непрерывной связи между отдѣльными литерами.

Соотвѣтственно различнымъ языкамъ (или, просто, по языкамъ) шрифты бываютъ: русскіе, французскіе, нѣмецкіе, англійскіе, греческіе, славянскіе, латинскіе, китайскіе и т. д.

Всѣ шрифты дѣлятся на обыкновенные текстовые и титульные.

Книжными шрифтами набираютъ текстъ книгъ, брошюръ, газетъ и проч. Титульными шрифтами набираютъ тѣ строки, которыя должны быть особенно выдѣлены и бросаться въ глаза (въ книгахъ — титула, обложки; въ газетахъ — объявленія, заглавныя строки и т. д.). Къ титульнымъ шрифтамъ должны быть отнесены и такъ-называемые «афишные». Шрифты бываютъ — со строчными (буквами) и безъ строчныхъ, на полный кегель (почти исключительно титульные шрифты) и не на полный.

Достоинство шрифта заключается, главнымъ образомъ, въ красотѣ очертаній, т.-е. въ рисункѣ очка, въ соблюденіи пропорцій отдѣльныхъ буквъ, въ безукоризненной «выдержкѣ линіи» (техническій терминъ — когда всѣ набранныя буквы образуютъ непрерывную и совершенно прямую линію, не выдаваясь, т.-е. не выходя за нее ни вверхъ, ни внизъ) и въ крѣпости металла, изъ котораго отлиты литеры


[ СИСТЕМА ШРИФТОВЪ. 115 ]

Старый шрифтъ, т.-е. бывшій уже въ употребленіи довольно продолжительное время, ни въ какомъ случаѣ не слѣдуетъ мѣшать со шрифтомъ новымъ. Наборъ, сдѣланный старыми и новыми литерами, крайне затрудняетъ мастеру «приправку» и отпечатанные оттиски (листы) получаются «пестрые», такъ какъ очко одноименныхъ буквъ выходитъ то черное, то сѣрое. Это зависитъ оттого, что нѣкоторыя буквы уже сдавлены, т.-е. штрихи очка сдѣлались шире и утратили свои рѣзкія очертанія.

Система шрифтовъ.

Всѣ типографскія величины (длина, ширина, высота и т. д.) измѣряются не линіями, дюймами или вершками, а пунктами и квадратами. Высота шрифта, величина кегля, ширина литеръ, высота и толщина пробѣловъ, толщина шпоновъ, реглетовъ и т. д., однимъ словомъ, величины, сравнительно, небольшія измѣряются пунктами; длина строкъ, длина линеекъ, реглетовъ, шпоновъ и пр. опредѣляются на квадраты. Ни Гутенбергъ, ни слѣдовавшіе за нимъ типографы не знали и не имѣли никакой опредѣленной типографской мѣры. Какъ ростъ литеръ, такъ и величина кегля различныхъ шрифтовъ у каждаго типографа опредѣлялись совершенно произвольно: у одного типографа ростъ шрифта былъ выше, у другого — ниже; величина кеглей тоже не была установлена и не измѣрялась какою-либо опредѣленною и принятою всѣми единицею. Словолитчики отливали шрифтъ по тѣмъ образцамъ, которые имъ давали или присылали типографы, и у каждаго была своя мѣра. Ни одинъ словолитчикъ не могъ держать запаса шрифтовъ, такъ какъ почти каждому типографу требовались литеры своей «домашней» высоты и толщины. Путаница, господствовавшая во всѣхъ типографіяхъ и словолитняхъ, возбуждала справедливыя нареканія и причиняла много непріятностей, главнымъ образомъ, самимъ спеціалистамъ печатнаго дѣла.

По мѣрѣ развитія и распространенія книгопечатанія въ Европѣ между типографами и словолитчиками все болѣе и болѣе начала ощущаться настоятельная необходимость въ установленіи правильной, однообразной и систематической отливки шрифтовъ. Англійскіе словолитчики первые пытались опредѣлить и установить величину кеглей, принявъ въ основаніе свою линейную мѣру. Но такъ какъ англійскій футъ не былъ еще математически установленною мѣрою и нѣсколько разъ измѣнялся въ своей длинѣ, то въ связи съ этими измѣненіями, само собою разумѣется, и величина кеглей не могла оставаться постоянною и должна была также измѣняться. Поэтому въ результатѣ получалась та же неопредѣленность величины одного и того же кегля, какъ и прежде.

Много было сдѣлано попытокъ установить правила систематической отливки шрифтовъ, много было потрачено времени и труда, но такъ какъ въ


[ СИСТЕМА ФУРНЬЕ. 116 ]

основаніе большей части системъ принимались величины или прямо произвольныя, или непостоянныя, то, понятно, ни одна изъ этихъ системъ не встрѣтила единодушнаго сочувствія и одобренія типографовъ и словолитчиковъ. Такъ дѣло шло до 1737 года, когда извѣстный типографъ-словолитчикъ, французъ Фурнье (младшій), предложилъ свою систему дѣленія шрифтовъ, при чемъ за основную единицу онъ принялъ такъ-называемый «типографскій пунктъ». По его системѣ каждый кегель заключалъ въ себѣ извѣстное число пунктовъ; такъ, нонпарель = 6 пунктамъ, петитъ = 8 и т. д.

Нормальною линейною мѣрою въ концѣ ХVIII-го столѣтія во Франціи былъ туазъ = 6 футамъ (pied de rоі), при чемъ каждый футъ равнялся 12 дюймамъ, каждый дюймъ = 12 линіямъ и линія = 12 пунктамъ. Два такихъ пункта (= 1/6 линіи), какъ говоритъ Фурнье въ изданномъ имъ руководствѣ для типографовъ, онъ принялъ за типографскій пунктъ.

Въ дѣйствительности, однако, типографскій пунктъ Фурнье, не извѣстно по какимъ причинамъ, оказался менѣе (тоньше) теоретически опредѣленнаго пункта, вслѣдствіе чего вся система Фурнье теряла свое научное основаніе, а самый типографскій пунктъ являлся величиною произвольною. Тѣмъ не менѣе, эта система, благодаря ея практичности и простотѣ, встрѣтила всеобщее сочувствіе типографовъ и стала входить въ употребленіе. За Фурнье останется навсегда заслуга установленія основной типографской единицы (мѣры) — типографскаго пункта.

Знаменитый парижскій типографъ Франсуа-Амбруазъ Дидо (1730— 1804 гг.) исправилъ неточность системы Фурнье, взявъ за основаніе постоянную и математически опредѣленную линейную мѣру, — тотъ же французскій королевскій футъ (pied de rоі), съ тою только разницею, что пунктъ Дидо — уже не произвольная величина, а математически точная. Система Дидо, крайне удобная и практичная, вошла во всеобщее употребленіе и въ настоящее время принята почти во всѣхъ государствахъ Европы, въ томъ числѣ и въ Россіи. Метрическая система, введенная во Франціи, Германіи, Австріи, Италіи, Испаніи, Турціи и др., нисколько не повліяла на систему Дидо, такъ какъ, въ дѣйствительности, между метрическимъ пунктомъ и пунктомъ Дидо нѣтъ никакой разницы, или, говоря иначе, эта разница неуловима.

Помимо системъ Фурнье и Дидо, извѣстны еще и другія: Гаазе, такъ-называемая «лейпцигская» и т. д. Всѣ эти системы, однако, имѣютъ примѣненіе, такъ-сказать, мѣстное, болѣе ограниченное, чѣмъ система Дидо, и потому подробно распространяться о нихъ не стану.




[ СИСТЕМА ДИДО. 117 ]

Система Дидо.

За основную мѣру (единицу) принятъ французскій королевскій футъ (pied de roi = 12 дюймамъ, при чемъ каждый дюймъ = 12 линіямъ). Одна шестая (1/6) линіи принята Дидо за основную типографскую мѣру и названа типографскимъ пунктомъ. Королевскій футъ по метрической системѣ = 324,84 миллим., или 864,07 метрическаго пункта.1 Въ метрѣ 2,660 пунктовъ. Разница между математически точнымъ метрическимъ пунктомъ и пунктомъ Дидо настолько ничтожна, что на практикѣ совершенно неуловима. Такъ, если бы можно было раздѣлить метръ на 2,660 равныхъ частей (метрическихъ пунктовъ), то съ 2,660 пунктами Дидо (предполагая, конечно, что они изготовлены математически точно) составилась бы разница въ толщину приблизительно одного листа писчей бумаги; именно: 2,660 пунктовъ Дидо превысили бы величину метра (составленнаго изъ 2,660 метрическихъ пунктовъ) на эту толщину. Очевидно, такая разница не можетъ имѣть никакого практическаго значенія. Знакомые съ французскими линейными мѣрами легко составятъ себѣ приблизительное представленіе о величинѣ типографскаго пункта, зная, что въ одномъ сантиметрѣ заключается почти 27 такихъ пунктовъ (26,6), а въ одномъ миллиметрѣ немного болѣе 2½ (2,6). Для незнакомыхъ съ метрическою системою привожу масштабъ, который даетъ приблизительное понятіе о величинѣ типографскаго пункта.



Дидо установилъ для шрифтовъ слѣдующія величины кеглей:

Diamant Діамантъ (У насъ не употребляется) 3пункт.
Sédanoise Седануазъ Соотв.нашемушр.діамантъ 4 »
Parisienne Паризьенъ »» » перлъ 5 »
Nonpareille Нонпарель »» » нонпарель 6 »
Mignonne Миньонъ »» » миньонъ 7»
Petit-Texte Пети-текстъ (У насъ не употребляется) 7,5 »

1 Метрическая система, въ основаніе которой положенъ метръ, введена во Франціи въ 1795 г.


[ СИСТЕМА ДИДО. 118 ]

GaillardГальяръСоотв.нашемушр.петитъ 8 пункт.
Petit-Romain Пети-Роменъ »»»боргесъ 9 »
Philosophie Филозофи »»»корпусъ 10 »
Сісérо Сисеро »»»цицеро 11 »
St.-Augustin Сентъ-Огюстенъ »»»гробе-цицеро 12 »
» » (У насъ не употребляется) 13 »
Gros-Texte Гро-Текстъ Соотв. нашему шр. миттель 14»
Gros-Romain Гро-Роменъ (У насъ не употребляется) 15 »
» » Соотв. нашему шр. терція 16 »
Petit-Paragnon Пети-Параньонъ (У насъ не употребляется) 18 »
» » Соотв. нашему шр. текстъ 20»
Gros-Paragnon Гро-Параньонънасънеупотребляется) 21 »
»» »»»» 22 »
Palestine Палестинъ Соотв. нашему шр. двойн. цицеро 24»

Квадратъ = 48 пунктамъ. Вышина шрифта = 62,70 пункта.

У насъ, въ Россіи, почти повсемѣстно принята вышина шрифта въ 66 пунктовъ. Тѣмъ не менѣе, есть еще типографіи, для которыхъ словолитчики изготовляютъ шрифты на бо́льшій или меньшій ростъ. За границею (въ Германіи, Франціи, Италіи и т. д.) также встрѣчаются типографы, которые, несмотря на всѣ невыгоды, придерживаются своего собственнаго «домашняго» роста.



Общепринятая высота литеры (66 п.).

Выгода и практичность системы Дидо очевидны: типографы и словолитчики получили типографскій пунктъ — точно опредѣленную и постоянную мѣру, которая, въ случаѣ нужды, можетъ быть всегда возстановлена, такъ какъ основаніемъ ей служитъ математически вычисленная и неизмѣнная единица. Всѣ словолитчики завели особые тщательно вывѣренные инструменты, называемые «типометрами» (кеглеизмѣрителями), строго опредѣленной мѣры (заключающей въ себѣ 288 типографскихъ пунктовъ), и съ помощью этихъ типометровъ стали отливать всевозможные шрифты и типографскія принадлежности съ такою точностью, что въ настоящее время не представляется уже никакой необходимости, дѣлая извѣстный заказъ, прилагать образцы для руководства словолитчика, во избѣжаніе какой-либо ошибки. Теперь всякій типографъ выписываетъ и получаетъ шрифты и весь необходимый для печатанія матеріалъ (шпаціи, шпоны, линейки, украшенія) изъ любой словолитни, вполнѣ увѣренный въ томъ, что никакой, даже ничтожной, разницы, какъ въ вышинѣ шрифта, такъ и въ величинѣ кеглей, не можетъ быть. Словолитчики завели обширные склады наиболѣе употребительныхъ шрифтовъ, что́ дало имъ возможность немедленно удовлетворять требованія многочисленныхъ своихъ заказчи-


[ ТИПОМЕТРЪ. 119 ]

ковъ. Типографы, въ свою очередь, получили возможность мѣняться шрифтами и пріобрѣтать типографскія принадлежности крайне выгодно, «по случаю», при продажѣ или прекращеніи работъ въ типографіяхъ, а также выписывать шрифты, главнымъ образомъ, типографскія украшенія, изъ-за границы, безъ боязни, что выписанныя принадлежности «не подойдутъ» къ имѣющимся въ типографіи шрифтамъ и матеріалу. Точность и однообразіе отливаемыхъ въ настоящее время типографскихъ принадлежностей значительно облегчаютъ работу наборщика, позволяютъ ему производить расчетъ набора и даютъ средство выполнять работу, сравнительно, быстро и красиво, соблюдая симметрію (соразмѣрность) и такую компактность (связность) отдѣльныхъ, иногда крайне мелкихъ частей, что весь наборъ представляетъ собою какъ бы отлитое изъ одного куска клише, а это, какъ увидимъ впослѣдствіи, необходимое условіе для полученія на машинѣ печатныхъ оттисковъ.

Типометръ.

Если бы словолитчикамъ приходилось провѣрять величину кегля шрифтовъ по одной литерѣ, по одному какому-нибудь знаку, то, безъ сомнѣнія, они тратили бы на свою провѣрку очень много времени и все-таки никогда не получили бы возможности отливать литеры съ та-



Типометръ. (Въ половину натуральной величины).

кою поразительною точностью, съ какою онѣ отливаются въ настоящее время, при помощи крайне простого и удобнаго инструмента, изобрѣтеннаго Фурнье и называемаго типометромъ. Устройство его понятно изъ прилагаемаго рисунка.

На небольшой деревянной подставкѣ (А), на двухъ колонкахъ (Б), помѣщенъ металлическій (стальной) угольникъ, образующій прямые углы


[ ТИПОМЕТРЪ. 120 ]

при пересѣченіи двухъ вертикальныхъ стѣнокъ (Ж и К) и одной горизонтальной (В). Всѣ три стѣнки сравнительно очень толстыя для того, чтобы не могли искривиться или погнуться и, вообще, измѣнить свою форму и вслѣдствіе этого повліять на точность измѣренія. Длина стѣнокъ Ж и В (т.-е. разстояніе отъ Г до Д) точно равна 288 пунктамъ Дидо. У Фурнье, который, какъ я уже говорилъ, изобрѣлъ типометръ (названный первоначально «прототипомъ»), длина этихъ стѣнокъ равнялась 240 пунктамъ, но Дидо увеличилъ ее на 48 пунктовъ. Ширина (ДЕ) стѣнки В равна высотѣ шрифта (у насъ, въ Россіи, 66 п.).

Посмотримъ теперь, какъ пользуются типометромъ для измѣренія величины кегля. Положимъ, что мы отливаемъ шрифтъ нонпарель, т.-е. на кегель 6 пунктовъ. Такъ какъ внутренняя длина типометра равна 288 пунктамъ, то, понятно, на стѣнкѣ В должно помѣститься ровно 48 кеглей (6 × 48 = 288). Поэтому мы беремъ 48 пробныхъ литеръ и кладемъ ихъ на стѣнку В плашмя, т.-е. кеглемъ (или очкомъ) на́-бокъ. Если поставленныя и плотно прижатыя другъ къ другу литеры совпадутъ точно съ концомъ (или, говоря иначе, съ концевою стѣнкою) ДЕ типометра, то это будетъ служить несомнѣннымъ доказательствомъ того, что кегель каждой литеры точно равенъ 6 пунктамъ. Въ самомъ дѣлѣ, предположимъ, что кегель каждой литеры вышелъ въ пробной отливкѣ всего на 1/24 пункта больше (толще) назначеннаго кегля (6 п.). Когда мы поставимъ 48 такихъ пробныхъ кеглей на типометръ, то увидимъ, что литеры будутъ выдаваться за стѣнку типометра на два пункта, такъ какъ 1/24 часть пункта, повторенная 48 разъ (по числу помѣщенныхъ на типометрѣ литеръ), составитъ ровно 2 пункта. Убѣдившись по типометру, что величина кегля превысила назначенную, мы, съ помощью особаго винтика на словолитной машинѣ, уменьшаемъ нѣсколько величину кегля и, сдѣлавъ новую пробную отливку, попрежнему ставимъ на типометръ 48 литеръ и смотримъ, совпадаютъ ли онѣ съ концомъ типометра или нѣтъ. И такъ продолжаемъ до тѣхъ поръ, пока не послѣдуетъ вполнѣ точнаго совпаденія литеръ съ концевою стѣнкою типометра, чтò легко узнать, приложивъ тонкую стальную линейку (о) одновременно на ребра стѣнокъ В и Ж и на послѣднюю литеру. Съ помощью этого остроумнаго прибора можно обнаружить самыя незначительныя разницы въ кегляхъ литеръ. Безъ типометра было бы почти немыслимо замѣтить въ двухъ литерахъ разницу въ 1/24 пункта, такъ какъ эта величина (1/24) настолько ничтожна, что, взятая сама по себѣ, одна, совершенно ускользаетъ отъ нашихъ обыкновенныхъ измѣрительныхъ инструментовъ.

Изъ всего, сказаннаго выше, ясно, что устройство типометра основано на принципѣ суммированія (сложенія) или соединенія въ одно цѣлое множества незначительныхъ самихъ по себѣ величинъ, которыя,


[ ТИПОМЕТРЪ. 121 ]

однако, въ общей сложности дѣлаются замѣтными и уловимыми. Поясню это еще такимъ примѣромъ: если на одну изъ чашекъ обыкновенныхъ (торговыхъ) вѣсовъ положимъ одинъ золотникъ, а на другую чашку — одинъ золотникъ и одно пшеничное зерно, то стрѣлка вѣсовъ не покажетъ никакой разницы: чашки останутся въ равновѣсіи; но если на одну чашку тѣхъ же вѣсовъ положить 300 золотниковъ, а на другую — 300 золотниковъ и 300 пшеничныхъ зеренъ, то стрѣлка обнаружитъ несомнѣнно, что вторая чашка нагружена больше, и это потому, что одно пшеничное зерно по своему незначительному вѣсу не въ состояніи повліять на точность обыкновенныхъ торговыхъ вѣсовъ (не особенно чувствительныхъ),



Типометръ съ 24 литерами (гробе-цицеро), положенными для провѣрки кегля. На рисункѣ ясно видно, что послѣдняя литера не совпадаетъ со стѣнкою В, а выдается за нее; это значитъ, что кегель пробныхъ литеръ вышелъ въ отливкѣ нѣсколько больше 12 пунктовъ. (Уменьшено).

тогда какъ прибавка 300 зеренъ представляетъ уже, сравнительно, значительную тяжесть, которая заставитъ одну чашку перетянуть другую.

Такъ и въ вышеприведенномъ примѣрѣ: одна двадцать-четвертая часть пункта совершенно неуловима на глазъ, тогда какъ повторенная 48 разъ (т.-е. величина въ 48 разъ бо́льшая) дѣлается уже замѣтною, особенно при сравненіи ея съ другою величиною (длиною типометра).

Для словолитчиковъ типометръ является инструментомъ первостепенной важности, такъ какъ безошибочно указываетъ имъ, что кегель отлитыхъ литеръ больше или меньше требуемаго. Сообразно съ этимъ указаніемъ, словолитчики регулируютъ работу словолитныхъ машинъ и, повторяя неоднократно повѣрку кегля по типометру, достигаютъ поразительно точной отливки всякаго рода типографскихъ принадлежностей (литеръ, шпацій, украшеній и т. д.). Только спеціалисты, близко знакомые съ типографскимъ дѣломъ, въ состояніи оцѣнить значеніе изобрѣтеній типографскаго пункта и типометра, такъ какъ имъ хорошо


[ ТИПОГРАФСКІЙ МАТЕРІАЛЪ. 122 ]

извѣстно, съ какою, можно сказать, математическою точностью изготовляются въ настоящее время литеры и прочія составныя части самыхъ разнообразныхъ шрифтовъ. Къ сожалѣнію, однако, имена Фурнье и Дидо, этихъ остроумнѣйшихъ изобрѣтателей типографскаго пункта и типометра, знакомы лишь очень немногимъ, среди интересующихся типографскимъ дѣломъ.

Привожу таблицу, которая служитъ словолитчикамъ для провѣрки кегля при помощи типометра.

Чтобы наполнить типометръ, нужно:

нонпарели на кегель 6 48 литеръ
миньона » » 7 41 » и 1 пунктъ (шпація).
петита » » 8 36 »
боргеса » » 9 32 »
корпуса » » 10 28 » и 8 пунктовъ.
цицеро » » 11 26 » и 2 пункта.
гробе-цицеро » » 12 24 »
миттеля » » 14 20 » и 8 пунктовъ.
терціи » » 16 18 »
двойного цицеро » » 24 12 »

Типографскій матеріалъ.

Въ широкомъ смыслѣ подъ типографскимъ матеріаломъ нужно понимать всѣ принадлежности типографскаго тисненія, т.-е. скоропечатныя машины, ручные прессы, литеры, марзаны, шпаціи, краску, валики, бумагу и т. д.; въ тѣсномъ же смыслѣ въ типографіяхъ подъ именемъ матеріала подразумѣваютъ только тѣ металлическія части или принадлежности, которыя употребляются при наборѣ и печатаніи и служатъ для образованія пробѣловъ, или «пустыхъ» и «бѣлыхъ» мѣстъ; иначе говоря, такія части, которыя не даютъ оттиска на бумагѣ, потому что дѣлаются ниже роста литеръ. Къ типографскому матеріалу относятся: марзаны, бабашки, полубабашки, квадраты, три-четверти-квадраты, полуквадраты, круглые и полукруглые, шпаціи, шпоны и реглеты.


[ ШПАЦІИ. 123 ]

Шпаціи.

Шпаціями называются небольшіе металлическіе четырехугольные брусочки и пластинки, предназначенные почти исключительно для образованія въ строкахъ промежутковъ между словами и отдѣльными буквами. Высота шпацій на 12 пунктовъ ниже роста литеръ. Всѣ шрифты, отличающіеся между собою величиною кегля, имѣютъ свои особыя шпаціи, такъ какъ послѣднія, т.-е. шпаціи, въ ряду литеръ занимаютъ, по направленію длины очка буквы, то же пространство, чтò и самая литера. Къ числу шпацій, безъ сомнѣнія, слѣдуетъ отнести и такъ-называемые «полукруглые», «круглые» и «квадраты», извѣстные въ типографіяхъ подъ именемъ «пробѣловъ», по слѣдующимъ соображеніямъ: 1) самое слово «шпація» есть не больше, какъ искаженное итальянское spazio (латинское — spatium, французское — espace), что́ означаетъ въ переводѣ — промежутокъ или пробѣлъ; 2) полукруглый и квадратъ въ нѣкоторыхъ кегляхъ прямо называются шпаціями. Такъ, напримѣръ, полукруглый шрифта на кегель 6 въ шрифтѣ на кегель 9 уже называется тройною шпаціею (по ширинѣ), а въ шрифтахъ на кегель 10, 11, 12 — просто шпаціею на три пункта. Полуквадраты, три-четверти-квадраты и квадраты въ шрифтахъ на кегель 24, 36 и 48 являются простыми шпаціями. 3) Какъ шпація, такъ и полукруглые, круглые и квадраты, главнымъ образомъ, предназначаются (употребляются) для образованія промежутковъ или пробѣловъ въ строкахъ, для чего къ каждому кеглю приготовляются свои шпаціи, полукруглые, круглые и квадраты.

Почему два пробѣла называются круглымъ и полукруглымъ, хотя въ дѣйствительности они представляютъ квадратъ и полуквадратъ (прямоугольникъ)? Я врядъ ли ошибусь, предполагая, что это — старинныя, чисто народныя обозначенія (вмѣсто равный, ровный), не вышедшія изъ употребленія и теперь. Развѣ мы не говоримъ: «3 р. 95 к., или, положимъ, для «круглаго» счета — 4 р.», «верстатки мнѣ обошлись «круглымъ» счетомъ по 2 р. 50 к.» и т. д.? «Круговая» порука — когда за одного неисправнаго члена прочіе платятъ поровну. Крестьяне въ деревняхъ квадратную десятину называютъ и до сихъ поръ круглою. Ясно, что «круглый» (пробѣлъ) означаетъ квадратъ, т.-е. площадь съ равными сторонами, какъ это и есть на самомъ дѣлѣ, такъ какъ сѣченіе (поперечный разрѣзъ) круглаго представляетъ квадратъ. Обозначеніе полукруглаго вытекаетъ изъ перваго опредѣленія (круглаго).


[ ШПАЦІИ. 124 ]

Шпаціи изготовляются1 по слѣдующей таблицѣ:

Полуторныя шпаціи. Тройныя шпаціи. Полукруглые (пробѣлы). Круглые (пробѣлы).
п. п. п. п. п. п. п. п.
Дляшрифтовъна кегель 6 1 2— 3— 6
»» » 8 1 2 22/3 4— 8
»» » 9 1 2 3— 9
»» » 10 1 2 2½ 3 31/3 4 5— 10
»» » 11 1 2 2¾ 3 32/3 11
»» » 12 1 2 3— 4— 6— 12
»» » 14 1 2 42/3 7— 14
»» » 16 1 2 4— 51/3 8— 16

Въ Италіи изготовляются шпаціи въ ¾ пункта.

Круглымъ (пробѣломъ) называется тотъ брусочекъ, всѣ стороны котораго — одной и той же ширины (равной величинѣ кегля шрифта). Въ сѣченіи круглый представляетъ квадратъ . Полукруглый (пробѣлъ) составляетъ половину круглаго, а потому два полукруглыхъ замѣняютъ одинъ круглый. Въ сѣченіи полукруглый представляетъ прямоугольный параллелограмъ ( ).



Тройныя шпаціи составляютъ одну третью часть круглаго; слѣдовательно, три тройныхъ шпаціи замѣняютъ одинъ круглый (или равняются круглому); такъ: + + = .

Не слѣдуетъ смѣшивать тройной шпаціи со шпаціею въ 3 пункта. Тройная шпація только въ шрифтахъ на кегель 9 равняется 3 пунктамъ, въ другихъ же шрифтахъ она меньше или больше, какъ это можно видѣть изъ приведенной выше таблицы.

Хотя шпаціи въ 1½ пункта отливаются для всѣхъ величинъ кеглей, тѣмъ не менѣе типографы стараются ихъ избѣгать, такъ какъ разница (въ толщинѣ) между однопунктовыми и полуторными шпаціями настолько незначительна, что малоопытные наборщики смѣшиваютъ ихъ между собою и въ одно и то же отдѣленіе кассы кладутъ зачастую (при разборѣ, напримѣръ) шпаціи двухъ родовъ, чего, конечно, допускать не слѣдуетъ. Шпаціи въ 2¼ (въ к. 9), 2½ (въ к. 10) и 2¾ (въ к. 11) потому въ употребленіи, что знаки препинанія (точка, запятая, двоеточіе, точка съ запятою, восклицательный знакъ) отливаются обыкновенно на полъ полукруглаго, а, слѣдовательно, при корректурѣ, при выкидкѣ перечисленныхъ знаковъ, удобнѣе сразу поставить шпацію


1 Въ с.-петербургской словолитнѣ Лемана.


[ ШПАЦІИ. 126 ]

равной съ выкинутымъ знакомъ толщины, чѣмъ двѣ составныхъ (которыя къ тому же не замѣнятъ по толщинѣ выкинутаго знака), или переключать строку, измѣняя пробѣлы, ради одной выкинутой литеры. При наборѣ, вообще, слѣдуетъ избѣгать составныхъ шпацій; такъ, не должно ставить двухъ полукруглыхъ вмѣсто круглаго, двухъ тонкихъ — вмѣсто одной двухъ-пунктовой шпаціи.

Шпаціи — самый необходимый матеріалъ для наборщика: безъ нихъ онъ не можетъ обойтись, такъ какъ только съ помощью ихъ всѣ строки набора приводятся къ одной и той же длинѣ. Значеніе шпацій выяснится, главнымъ образомъ, въ главѣ о наборѣ.



Квадратами, три-четверти-квадратами и полуквадратами называютъ довольно толстыя (обыкновенно отъ 4-хъ пунктовъ), короткія металлическія пластинки, шириною въ 48, 36 и 24 пункта. Квадраты и проч. отливаются сообразно величинамъ кеглей, какъ и шпаціи, высотою на 12 пунктовъ ниже роста шрифта. Изъ вышесказаннаго ясно, что хотя квадратъ и носитъ такое названіе, однако, въ дѣйствительности, это — металлическая пластинка шириною въ 48 пунктовъ и высотою въ 54 пункта, т.-е. параллелограмъ, а не квадратъ. Квадраты въ 48 пунктовъ изготовляются у насъ для шрифтовъ всѣхъ кеглей. Квадраты, три-четверти-квадраты и полуквадраты ставятся тамъ, гдѣ, во избѣжаніе потери времени, не выгодно ставить круглые и полукруглые (въ колонъ-цыфрахъ, красныхъ, пробѣльныхъ и концевыхъ строкахъ и т. п.). Выше было сказано, что квадратъ, равно какъ и пунктъ, играютъ въ типографскомъ дѣлѣ роль измѣрительныхъ единицъ (т.-е. служатъ мѣрами, мѣрками): пунктъ — для величинъ незначительныхъ, а квадратъ — для величинъ болѣе крупныхъ.

Въ типографіяхъ принято называть (совершенно неосновательно) «пробѣлами» только круглые, полукруглые и квадраты. Если сказать наборщику: «принесите мнѣ разныхъ пробѣловъ», то онъ принесетъ именно полукруглыхъ, круглыхъ и квадратовъ, а никогда не подумаетъ даже захватить шпацій, шпоновъ, бабашекъ и марзановъ, хотя, строго говоря, и они тоже служатъ для образованія промежутковъ или пробѣльныхъ мѣстъ.


[ ЛИГАТУРЫ ИЛИ ДВОЙНЫЯ ЛИТЕРЫ. 126 ]

У первыхъ типографовъ не было того разнообразія шпацій, какое находится въ настоящее время въ распоряженіи каждаго наборщика. Первоначально употреблялись шпаціи только одного рода, вслѣдствіе чего и пробѣлы между словами могли быть одного размѣра. Приведеніе строкъ къ одной и той же длинѣ достигалось съ помощью различнаго



Азбука и двойныя буквы («лигатуры») 42-хъ-строчной Библіи Гутенберга.

рода сокращеній и выбрасыванія буквъ. Почти каждая буква имѣла одинъ или нѣсколько условныхъ знаковъ, указывавшихъ на сокращенія. Помимо сокращеній слоговъ и даже цѣлыхъ словъ, наборщикъ пользовался и тѣмъ, что какъ заглавныя, такъ и строчныя буквы изготовля-



Образцы нѣкоторыхъ общеупотребительныхъ сокращеній и «лигатуръ» (двойныхъ буквъ). Литеры отлиты въ 1768 г., въ Гарлемѣ, въ Голландіи, словолитчикомъ Эншеде (J. Enschedé) съ матрицъ ХV-го столѣтія.

лись различной формы, что́ давало возможность одну букву, болѣе широкую (по очку), замѣнить одноименною же буквою, но болѣе узкою и — наоборотъ. Большую помощь оказывали наборщику «лигатуры», т.-е. такія литеры, очко которыхъ представляетъ соединеніе въ одно цѣлое очка двухъ одноименныхъ или разноименныхъ буквъ (ихъ называютъ


[ ШПОНЫ. 127 ]

теперь «двойными» или «слитными литерами»). Приведенные выше образцы сокращеній, лигатуръ (двойныхъ буквъ) и литеръ «разной» формы вполнѣ наглядно объясняютъ, чѣмъ восполняли первые типографы недостатокъ шпацій и что́ давало имъ возможность получать строки одной и той же длины.

Нельзя опредѣлить съ точностью ни времени появленія разнородныхъ шпацій, ни указать того типографа, который ввелъ ихъ въ употребленіе. Какъ уже было сказано, до середины ХVІІІ-го столѣтія каждый типографъ имѣлъ шрифты, отлитые на свой «домашній» кегель. Никакой опредѣленной мѣры для измѣренія типографскихъ величинъ не существовало и шпаціи отливались произвольно. Каждый типографъ довольствовался только тѣмъ, чтобы «круглый» состоялъ изъ какого-нибудь опредѣленнаго числа шпацій.

Шпоны.

Шпонами называются металлическія пластинки, служащія для увеличенія пробѣловъ или промежутковъ между строками.1 Обыкновенно книжный и газетный наборы бываютъ двухъ родовъ: «безъ шпоновъ» и «на шпоны». Безъ шпоновъ наборъ выходитъ сжатѣе (компактнѣе),



Шпонъ.

убористѣе, но, вслѣдствіе близости одной строки къ другой, не такъ легко читается и поэтому утомляетъ зрѣніе, особенно когда шрифтъ мелкій. Наборъ на шпоны (тѣми же литерами) выглядитъ гораздо красивѣе и читается значительно легче. Бо́льшая или меньшая величина пробѣловъ или промежутковъ между строками настолько измѣняетъ видъ набора, что не-спеціалисты зачастую одинъ и тотъ же текстъ, набранный однимъ и тѣмъ же шрифтомъ безъ шпоновъ и на шпоны, принимаютъ за два набора различными шрифтами. Почти всѣ изданія, не говоря уже о роскошныхъ, набираются и печатаются со шпонами; безъ шпоновъ издаются почти исключительно однѣ справочныя книги, въ которыхъ стараются выгадать какъ можно больше мѣста, и втиснуть побольше текста.


1 «Для разбивки строкъ», — какъ говорятъ наборщики.


[ ОБРАЗЦЫ НАБОРА НА ШПОНЫ. 128 ]

Образцы набора на шпоны и безъ шпоновъ.

(Всѣ четыре примѣра набраны однимъ шрифтомъ).



Наборъ безъ шпоновъ.



Наборъ на шпоны въ 3 пункта.



Наборъ на шпоны въ 2 пункта.



Наборъ на шпоны въ 1 пунктъ.


[ ШПОНЫ. 129 ]

Шпоны бываютъ:



Шпоны отъ шести пунктовъ называются «реглетами». Самые употребительные шпоны — тонкіе (на одинъ пунктъ) и двойные (на два пункта). Обыкновенно шпоны рѣжутся по формату — цѣльные, но иногда употребляются и составные — изъ двухъ неравныхъ частей; тогда набираютъ вперебивку, т.-е. въ одной строкѣ ставятъ длинный шпонъ и къ нему «въ стыкъ» — короткій, а въ слѣдующей строкѣ сперва ставятъ короткій шпонъ и затѣмъ рядомъ длинный. Это дѣлается для того, чтобы



Слѣдуетъ ставить составные шпоны такъ.



Не слѣдуетъ ставить такъ.

строки набора не ломались по шву. Слѣдуетъ избѣгать ставить «въ стыкъ» составные тонкіе шпоны, такъ какъ концы ихъ часто заходятъ одинъ за другой, чѣмъ нарушается правильность набора.

Если наборъ дѣлается на шпоны, то можно набирать безъ наборной линейки; однако и въ этомъ случаѣ гораздо удобнѣе работать съ линейкою (см. стран. 145). Высота шпоновъ на 10—12 пунктовъ менѣе высоты литеръ. Шпоны большею частью необходимы при версткѣ какихъ бы то ни было полосъ текста, такъ какъ только съ помощью ихъ гранки смѣшаннаго, т.-е. не сплошного (съ пробѣлами и надписями), текста приводятся къ одному и тому же точному формату полосъ (по длинѣ).

Если наборъ дѣлается безъ шпоновъ, то прежде чѣмъ связать гранку, слѣдуетъ заложить сверху и снизу по шпону, а также проставить 2—3 шпона между строками, раздѣливъ гранку приблизительно на равныя части. Со шпонами гранка будетъ крѣпче и менѣе способна перекашиваться.

Шпоны употребляются зачастую при мелкихъ и табличныхъ работахъ. Въ этихъ случаяхъ «шпоники» рѣжутся въ ½, ¾ квадрата и т. д. (по цѣлымъ частямъ квадратовъ).



Мелкіе шпоны.

Набранная безъ шпоновъ гранка, поставленная на спускальную доску, быстро высыхаетъ и очень легко разстраивается (обсыпается) отъ


[ РЕГЛЕТЫ. 130 ]

самаго незначительнаго толчка; въ этомъ случаѣ правильность строкъ нарушается, т.-е. онѣ искривляются, и отдѣльныя буквы, слоги, а нерѣдко и цѣлыя слова изъ однѣхъ строкъ попадаютъ въ сосѣднія и перепутываются между собою, какъ это можно видѣть изъ прилагаемаго ниже примѣра.

При наборѣ шпоны кладутся обыкновенно въ одно изъ отдѣленій кассы для знаковъ.



Реглеты.

Реглетами, какъ уже сказано, называются толстые шпоны отъ шести пунктовъ (6, 8, 10, 12 и т. д.). Длина реглетовъ — произвольная.

Примѣры:



Реглетами пользуются при версткѣ набора въ два или нѣсколько столбцовъ, когда не хотятъ отдѣлять столбцовъ другъ отъ друга линейками, а также при наборѣ текста «въ рамкѣ». Если наборъ верстается въ нѣсколько столбцовъ и въ текстѣ помѣщаются рисунки, которые выходятъ за форматъ одного столбца, то лучше отдѣлять столбцы не


[ МАРЗАНЫ. 131 ]

линейками, а реглетами, такъ какъ при печатаніи «на оборотъ» реглеты не будутъ пересѣкать и портить рисунка.

Реглеты преимущественно употребляются въ газетномъ наборѣ, при версткѣ столбцовъ. Причина тому простая: форматъ газетныхъ столбцовъ — постоянный, длина строкъ — одна и та же, а потому, конечно, гораздо удобнѣе и скорѣе ставить заранѣе нарѣзанные реглеты, чѣмъ составлять пробѣльныя строки изъ квадратовъ и другого болѣе мелкаго матеріала

Если верстаютъ въ 2, 3 или, вообще, въ нѣсколько столбцовъ, безъ линеекъ, то промежутокъ (слѣдовательно, реглетъ) можетъ равняться круглому для кеглей 9, 10, 11, 12 и выше. Для шрифтовъ съ меньшимъ кеглемъ промежутокъ между столбцами, по мнѣнію многихъ извѣстныхъ французскихъ и итальянскихъ типографовъ, долженъ быть немного больше (шире) круглаго того кегля, какимъ набираются столбцы. Надо избѣгать составныхъ реглетовъ.

Марзаны, бабашки.

Марзаны — это металлическіе (обыкновенно — гартовые, иногда чугунные) бруски различной длины и ширины; отливаются они не сплошными, а съ пустотами внутри, для уменьшенія вѣса. Марзаны употребляются, главнымъ образомъ, при «обкладываніи» полосъ набора на



Гартовый марзанъ.



Чугунный марзанъ.

талерѣ стола или печатной машины.1 Съ помощью ихъ образуютъ необходимые промежутки между полосами и подгоняютъ послѣднія такъ, что въ отпечатанномъ и сложенномъ (сфальцованномъ) листѣ всѣ страницы текста приходятся точно одна противъ другой. Марзаны иногда называютъ «форматами».


1 Талеромъ въ типографіи называютъ чугунную, ровно выстроганную доску.


[ МАРЗАНЫ. БАБАШКИ. 132 ]

Выраженіе «обкладывать» полосы произошло оттого, что полосы набора обставляются (обкладываются — отъ глагола «обложить») со всѣхъ сторонъ марзанами. Безъ марзановъ нельзя печатать: составленный изъ отдѣльныхъ буквъ наборъ развалился бы, такъ какъ при печатаніи шнурки, которыми связываются полосы, снимаются. Во время печатанія какъ отдѣльныя строки, такъ и самыя полосы удерживаются на своихъ мѣстахъ именно марзанами, которые, въ свою очередь, очень крѣпко зажимаются въ рамѣ (см. рис. на стран. 134). Правильно набран-



Гартовый марзанъ.

ныя и заключенныя полосы, обложенныя марзанами и зажатыя, такъ крѣпко держатся въ рамѣ, что ее можно свободно поднимать и ставить на ребро, безъ опасенія разсыпать наборъ. Марзанами пользуются въ наборѣ вездѣ, гдѣ только нужно образовать большіе пробѣлы: при наборѣ афишъ, объявленій, начальныхъ и концевыхъ книжныхъ полосъ, шмуцъ-титуловъ и т. д.

Самые лучшіе марзаны чугунные, потому что они легче гартовыхъ и постоянно сохраняютъ свои размѣры. Гартовые марзаны дешевле, но



Полубабашка.



Трехъ-четвертная бабашка.



Бабашка.

они отъ частаго зажиманія въ рамахъ машины сдавливаются, а кромѣ того, — и главнымъ образомъ, — теряютъ свою точную форму отъ небрежнаго обращенія съ ними рабочихъ.

Марзаны изготовляются шириною въ ½, ¾, 1, 2, 3 квадрата, длиною — отъ 2 до 12 квадратовъ.

Бабашка — это родъ металлическаго кубика, пустого внутри, съ равными сторонами, каждая въ 48 пунктовъ. Высота бабашекъ приблизительно на 12 пунктовъ ниже роста литеръ.


[ ВЕРСТАТКИ. 133 ]

Бабашки и полубабашки употребляются тамъ, гдѣ нельзя поставить марзановъ и гдѣ невыгодно (во избѣжаніе потери времени) примѣнять квадраты и полуквадраты. Бабашки всегда — гартовыя. Форма бабашекъ видна изъ рисунка.

Верстатка.

Самый необходимый для набора текста приборъ или инструментъ называется верстаткою или верстатью. Объяснить на словахъ устройство верстатки довольно трудно. Приводимые рисунки даютъ, однако, настолько ясное понятіе объ этомъ инструментѣ, что дѣлаютъ подробныя поясненія совершенно излишними.



а — боковая неподвижная стѣнка. с — боковая (концевая) неподвижная стѣнка. г — нижняя стѣнка. к — подвижная стѣнка. е — обхватъ съ винтомъ (или клапаномъ).

г — нижняя стѣнка; а и с — боковыя стѣнки, всѣ три неподвижныя; к — боковая стѣнка, подвижная. Эта стѣнка можетъ передвигаться вдоль по верстаткѣ. Обхватъ е, скользящій по стѣнкамъ а и г, не позволяетъ подвижной стѣнкѣ отдѣлиться (упасть) съ верстатки, а съ помощью винтика стѣнка можетъ быть укрѣплена неподвижно въ любомъ мѣстѣ вер-


[ ВЕРСТАТКИ. 134 ]

статки. Стѣнка устраивается подвижною для того, чтобы съ помощью одной и той же верстатки можно было набирать строки разнаго формата, т.-е. разной длины. Ширина нижней стѣнки г и двухъ боковыхъ с и к равна 3/8 вершка, а стѣнки а = ¾ вершка. Верстатки дѣлаются большею частью изъ тонкаго желѣза различной длины. Длина обыкновенной



Табличная верстатка.

верстатки — 5½ вершковъ, вѣсъ — 23 лота. Есть верстатки съ зажимнымъ винтомъ и съ зажимнымъ клиномъ; послѣднія — удобнѣе и прочнѣе, такъ какъ винтъ отъ постояннаго завертыванія и развертыванія довольно скоро стирается и перестаетъ держать. Для набора таблицъ и большихъ объявленій изготовляются особыя, длинныя верстатки (по ука-



Правка корректуры «на машинѣ».

занію заказчиковъ), иногда съ нѣсколькими подвижными стѣнками. Для правки корректуръ (такъ-называемыхъ «сводокъ») «на машинѣ», т.-е., когда наборъ уже находится въ печатномъ отдѣленіи, на талерѣ (доскѣ) машины, имѣются особыя деревянныя верстатки. Наборщикъ, по просмотрѣ корректурнаго оттиска, беретъ необходимые ему знаки, буквы


[ ТЕНАКЛЬ И ВИЗОРІЙ. 135 ]

и матеріалъ, кладетъ ихъ въ верстатку и идетъ къ машинѣ, гдѣ обыкновенно ставитъ верстатку прямо на наборъ. Металлическая верстатка въ этихъ случаяхъ можетъ попортить очко литеръ; деревянную же верстатку можно ставить на наборъ безъ опасенія смять или сдавить буквы.1 Современная верстатка, въ которую набирается сразу нѣсколько строкъ, изобрѣтена въ 1796 г. ліонскимъ наборщикомъ Губертомъ Реемъ (Hubert Rey). До того времени набирали всего по одной строкѣ, а потому верстатки были очень неглубокія.



Деревянная верстатка, употребляемая при правкѣ корректуръ на машинѣ.

Тенакль и визорій или дивизорій.

Тенакль (по-нѣмецки Tenakel) — это деревянный небольшой плоскій брусокъ, оканчивающійся снизу выступомъ и ножкою съ острою иглою или крестообразнымъ распиломъ, съ помощью которыхъ тенакль укрѣпляется (втыкается) на перегородкахъ кассы. Тенакли съ иглой почти не употребляются, такъ какъ остріе иглы портитъ перегородки (иногда даже прямо расщепляетъ ихъ). Рукопись или печатный оттискъ, съ которыхъ производится наборъ, такъ-называемый «оригиналъ», помѣщается на тенаклѣ вдоль плоскаго брусочка, упираясь снизу въ выступъ, и закрѣпляется (т.-е. предохраняется отъ паденія) визоріемъ — вилообразнымъ (въ родѣ камертона) деревяннымъ же обхватомъ. Назначеніе визорія двоякое: удерживать на тенаклѣ оригиналъ и служить указателемъ набираемыхъ строкъ, для чего наборщикъ, по мѣрѣ набора, передвигаетъ визорій вдоль тенакля книзу, располагая его такъ, чтобы скользящая по оригиналу рейка (одинъ изъ концовъ вилки) проходила какъ разъ подъ набираемыми строками. Визорій держится на тенаклѣ треніемъ; иначе говоря, оба конца вилки плотно обхватываютъ брусочекъ тенакля




1 Къ сожалѣнію, наборщики почти всегда правятъ сводки на машинѣ съ обыкновенною, желѣзною верстаткою.


[ ШИЛО. 136 ]



Оригиналъ, укрѣпленный на тенаклѣ при помощи визорія.

и зажимаютъ его. Слѣдуетъ всегда набирать съ визоріемъ, такъ какъ онъ предотвращаетъ до извѣстной степени пропуски и облегчаетъ наборщику нахожденіе тѣхъ строкъ, которыя слѣдуетъ набирать вслѣдъ за набранными.

Шило.

Шило необходимо наборщику не только для правки корректуръ, т.-е., когда одна или нѣсколько буквъ или знаковъ должны быть замѣнены другими, но также при самыхъ разнообразныхъ случаяхъ наборной практики. Нижній конецъ ручки шила дѣлается всегда плоскимъ, такъ какъ имъ приходится осаживать и выравнивать вставляемыя въ


[ ШИЛО. ЩИПЧИКИ. 137 ]

наборъ литеры и проч. Самыя удобныя шилья тѣ, въ которыхъ стальная игла (или, какъ говорятъ наборщики, «жигало») отвинчивается и можетъ быть ввинчена острымъ концомъ въ ручку, такъ что наборщикъ имѣетъ возможность носить такое шило постоянно въ карманѣ, безъ

опасенія наколоться. Пропажа простыхъ шильевъ, оставляемыхъ на кассахъ или въ незапертыхъ ящикахъ, — самое обыкновенное явленіе во всѣхъ типографіяхъ. Стоимость простого шила 15 коп., а съ отвинчивающеюся иглою — 35 коп.

Щипчики.

Щипчики нужны при мелкихъ табличныхъ работахъ, для вытаскиванія мѣдныхъ частей (линеекъ, уголковъ и проч.).



Правка корректуры щипчиками.

Стоимость щипчиковъ — 35 коп.

Въ Италіи правка корректуръ производится исключительно съ помощью щипчиковъ.


[ УГОЛОКЪ. НАБОРНЫЯ ДОСКИ. 138 ]

Уголокъ.

Уголокъ — это узенькая дощечка съ выступающею подъ прямымъ угломъ закраиною или бортикомъ. Закраина эта охватываетъ дощечку съ лѣвой стороны и нижней, оставляя свободными верхній край и правый боковой. Въ правомъ верхнемъ углу, снизу, имѣется небольшой штифтикъ, который не даетъ уголку, поставленному на кассу, соскальзывать внизъ. Уголокъ необходимъ наборщику, такъ какъ на него «выставляются» (ставятся, переносятся) съ верстатки набранныя строки, на немъ связываются гранки и проч. При наборѣ уголокъ помѣщается въ верхней, лѣвой или правой части кассы. Уголки дѣлаются цѣликомъ деревянные, деревянные же, но съ металлическими по борту полосками, и металлическіе.



Деревянный уголокъ.



Металлическій уголокъ.

Наборныя доски.

Устройство ихъ совершенно понятно изъ рисунка. Онѣ изготовляются разныхъ форматовъ, смотря по заказу, бо́льшею частью изъ цинка съ деревянными бортами. Наборныя доски замѣняютъ уголки и



Наборныя доски.


[ НАБОРНЫЯ ДОСКИ СО СРЕДНИКАМИ. 139 ]



Наборныя доски со средниками или языками.



Наборная доска со средникомъ или языкомъ.



Спусканіе гранки со средника или языка.

употребляются: широкія — при наборѣ таблицъ, объявленій, обложекъ и проч. мелочныхъ работъ, узкія — при версткѣ полосъ, а также при наборѣ, для выставленія большихъ (длинныхъ) гранокъ (при наборѣ газетномъ, наборѣ адресовъ и проч.). Наборныя доски изготовляются иногда съ выдвижными «языками» (т.-е. выдвижными днами), которыя называютъ также «средниками».



Наборная доска со средникомъ или языкомъ.


[ 140 ]

ОБЩЕЕ ПОНЯТІЕ О НАБОРѢ.

Набирать — значитъ составлять изъ отдѣльныхъ, подвижныхъ буквъ и знаковъ слоги, слова и цѣлыя рѣчи (т.-е. текстъ). То лицо, которое выполняетъ эту работу, т.-е. тотъ рабочій, который составляетъ (набираетъ) изъ отдѣльныхъ подвижныхъ буквъ и знаковъ слоги, слова и цѣлыя фразы, называется наборщикомъ. Самый текстъ, составленный изъ отдѣльныхъ подвижныхъ буквъ и знаковъ, называется наборомъ. Такъ какъ наборщику постоянно приходится составлять, т.-е. соединять въ одно цѣлое, помимо буквенныхъ и иныхъ знаковъ, еще множество разнородныхъ, но непремѣнно отдѣльныхъ (штучныхъ) подвижныхъ частей (украшеній), то подъ типографскимъ терминомъ «наборъ» нужно подразумѣвать вообще все то, что́ наборщикъ составилъ или соединилъ въ одно цѣлое, будутъ ли то буквенные или иные знаки, украшенія или другія какія-либо штучныя подвижныя части.

Прежде чѣмъ наборщикъ приступитъ къ работѣ, ему назначается шрифтъ, которымъ онъ долженъ набирать, и форматъ (строки). Форматъ этотъ опредѣляется длиною строки въ квадратахъ. Такъ, напримѣръ, наборщику говорятъ: «набирайте корпусомъ плотнымъ (такой-то словолитни), въ шесть съ половиною квадратовъ»; «эльзевиромъ двѣнадцатымъ (на кегель 12 пунктовъ), въ семь квадратовъ»; «обыкновеннымъ цицеро, въ пять три-четверти квадрата» и т. д. Прежде всего наборщикъ заключаетъ по формату верстатку и дѣлаетъ себѣ такъ-называемую наборную линейку. Заключить верстатку по формату, — значитъ укрѣпить (поставить) подвижную ея стѣнку такъ, чтобы между нею и неподвижною стѣнкою было именно то число квадратовъ, какое


[ НАБОРНАЯ ЛИНЕЙКА. 141 ]

назначено. Самый практическій способъ (особенно пригодный для учениковъ и малоопытныхъ наборщиковъ) заключить вѣрно верстатку слѣдующій: въ верстатку кладется назначенное число квадратовъ (лучше всего три, четыре ряда), или 15—20 обрѣзанныхъ точно по формату шпоновъ, затѣмъ закладывается небольшой клочекъ бумаги (писчей или синей, картузной) и послѣ этого подвижная стѣнка придвигается вплотную и крѣпко зажимается винтомъ или клиномъ. Вынувъ бумажку, мы увидимъ, что верстатка заключена именно такъ, какъ нужно, т.-е. квад-

раты и шпоны входятъ между стѣнками ни очень туго, ни очень слабо.1 Послѣ заключенія верстатки наборщикъ приготовляетъ наборную линейку. Для этого онъ беретъ гартовую или цинковую линейку (но не шпонъ) и кладетъ на нее назначенное число квадратовъ (глядя по формату). Затѣмъ шиломъ, или, вообще, чѣмъ-либо острымъ, очерчиваетъ съ обѣихъ сторонъ положенные квадраты и обрѣзаетъ линейку нѣсколько меньше мѣтокъ, оставивъ съ одной стороны (верхней), по концамъ, ушки, въ родѣ показанныхъ на рисункѣ.


1 Само собою понятно, что опытные наборщики заключаютъ верстатки, не прибѣгая къ помощи бумажки.


[ ОБЩЕЕ ПОНЯТІЕ О НАБОРѢ. 142 ]

Линейку нужно обрѣзать аккуратно, такъ, чтобы она входила въ заключенную (поставленную по формату) верстатку не очень слабо. Зазоръ можетъ быть допущенъ въ три-четверти пункта или въ одинъ пунктъ, — не больше, иначе знаки препинанія, отливаемые иногда на полтора пункта, будутъ заскакивать между линейкою и стѣнкою верстатки. Когда верстатка заключена и наборная линейка приготовлена, приступаютъ къ набору. Понятно, касса со шрифтомъ должна уже стоять на реалѣ Тенакль съ оригиналомъ укрѣпляется на кассѣ или съ лѣвой стороны, или съ правой (немного выше средины кассы), смотря по тому, откуда падаетъ свѣтъ — справа или слѣва. Лучше, если свѣтъ падаетъ справа. Уголокъ помѣщается въ противоположномъ тенаклю углу кассы, шило втыкается въ боковую стѣнку. Шпоны кладутся въ одно изъ отдѣленій кассы. Ящики или отдѣленія кассы не должны быть переполнены ве́рхомъ. Наборщикъ становится передъ реаломъ посрединѣ и беретъ верстатку въ лѣвую руку, такъ, чтобы она лежала на ладони нижнею стѣнкою книзу, опираясь на четыре пальца. Большой палецъ располагается сверху верстатки и при началѣ набора каждой строки касается подвижной стѣнки. Широкая, неподвижная (постоянная) стѣнка (а) верстатки обращена не къ наборщику, а отъ него; верхній конецъ верстатки (стѣнка с) обращенъ кверху, какъ показано на рисункѣ. По мѣрѣ набора, т.-е: по мѣрѣ приставки одной литеры къ другой, пальцы наборщика передвигаются и скользятъ къ закрытому концу верстатки, т.-е. къ стѣнкѣ с. Самый наборъ заключается въ слѣдующемъ: въ верстатку прежде всего ставится наборная линейка. Взглянувъ на оригиналъ, наборщикъ старается прочесть и запомнить (удержать въ памяти) возможно бо́льшее число словъ. Затѣмъ, мысленно произнося каждую букву отдѣльно, по порядку, беретъ литеры изъ отдѣленій кассы и ставитъ ихъ въ верстатку такъ, чтобы нижняя стѣнка литеры прилегала къ нижней стѣнкѣ верстатки, а очко обращено было къ наборщику. Надо непремѣнно стараться брать литеры


[ 143 ]



Наборщикъ передъ кассою.


[ ОБЩЕЕ ПОНЯТІЕ О НАБОРѢ. 144 ]

прямо за головку (за очко) и нижнею стѣнкою книзу, для того, чтобы, переворачивая въ рукѣ букву, не дѣлать лишнихъ движеній. Во время постановки литеры въ верстатку наборщикъ долженъ глазами намѣчать уже слѣдующую букву и брать ее, какъ сказано выше. Правильной постановкѣ литеры въ верстатку, какъ было уже сказано, способствуетъ сигнатура или рубчикъ. Большой палецъ, вытянутый вдоль верстатки, захватываетъ каждую вновь приставляемую литеру и прижимаетъ ее къ литерамъ, уже находящимся въ верстаткѣ. Каждый

разъ, какъ наборщикъ, захвативъ новую литеру, несетъ ее къ верстаткѣ, лѣвая рука приближается къ правой, наклоняя нѣсколько верстатку, для болѣе удобной постановки буквы, и обратнымъ движеніемъ (обратнымъ наклономъ) способствуя опусканію литеры до дна верстатки, иначе говоря — до соприкосновенія со стѣнкою а. Буквы располагаются въ верстаткѣ вверхъ ногами или головою (верхнею частью очка) внизъ. Такъ, напримѣръ, литеры слова «С.-Петербургъ» въ верстаткѣ будутъ стоять такъ, какъ видно на рисункахъ (см. стран. 93 и 145).

Окончивъ набирать первую строку, наборщикъ вынимаетъ за ушки (для этого-то они и дѣлаются) наборную линейку и кладетъ ее на набранныя литеры, надавливая на нихъ для выравненія. Безъ наборной линейки нельзя набирать, потому что литеры, поставленныя одна возлѣ другой въ верстатку, не представляютъ совершенно гладкой и ровной поверхности (обыкновенно нѣкоторыя изъ нихъ немного выдаются изъ общаго уровня съ одного или другого конца) и при наборѣ безъ линейки


[ НАЗНАЧЕНІЕ НАБОРНОЙ ЛИНЕЙКИ. 145 ]



На рисункѣ литеры, не выравненныя наборною линейкою, для наглядности, показаны съ бо́льшими выступами, чѣмъ это бываетъ въ дѣйствительности.

литеры, приставляемыя одна къ другой, не скользили бы по поверхности уже набранной строки, а задѣвали за ея выступы и задерживали бы работу

Наборная линейка, придавливая нижнюю набранную строку, выравниваетъ (подводитъ подъ одинъ уровень) всѣ ея литеры и вмѣстѣ съ тѣмъ облегчаетъ наборъ, такъ какъ вновь набираемыя буквы по ровной поверхности линейки скользятъ легко и безъ всякихъ задержекъ. Изъ этого объясненія вполнѣ понятно значеніе наборной линейки при наборѣ. Послѣ второй набранной строки опять перекладывается наборная линейка и наборъ литеръ продолжается въ прежнемъ порядкѣ. Такъ набираютъ всѣ строки до наполненія верстатки (число строкъ, помѣщаемыхъ въ верстатку, зависитъ отъ величины кегля). Затѣмъ набранныя строки «выставляются» (переносятся, ставятся) съ верстатки на уголокъ и наборъ продолжается попрежнему.

При наборѣ на шпоны, которые прокладываются между всѣми строками, можно набирать безъ наборной линейки, такъ какъ въ этомъ случаѣ самъ шпонъ играетъ роль линейки. Бо́льшею частью, однако, наборъ на шпоны производится также съ наборною линейкою, потому что шпонъ всегда ниже линейки, и литеры, когда ихъ ставятъ въ верстатку на шпонъ, зачастую задѣваютъ за его верхній край (упираются въ него).


[ ПОНЯТІЕ О РАЗЛИЧНАГО РОДА НАБОРАХЪ. 146 ]

Ученику, начинающему изучать наборное дѣло, слѣдуетъ повторять, и, какъ можно чаще, ставить на видъ правило: при постановкѣ литеръ въ верстатку, не дѣлать никакихъ лишнихъ движеній рукою и корпусомъ тѣла. Всякое, даже незначительное, движеніе, повторенное тысячи разъ, отзывается въ общемъ значительною потерею времени и излишнимъ утомленіемъ.

Набирая, нужно стоять передъ реаломъ и кассою прямо и, по возможности, ровно, опираясь на обѣ ноги. Не слѣдуетъ при каждой литерѣ наклоняться впередъ (надъ кассою), равно какъ и опираться на одну ногу, хотя бы и поочередно, что́ ведетъ къ искривленію ногъ.

Наборщики имѣютъ дурную привычку разговаривать между собою во время работы. Это должно безусловно воспрещаться, такъ какъ обычными послѣдствіями разговоровъ являются пропуски и самыя досадныя погрѣшности въ наборѣ.

Наборы бываютъ чрезвычайно разнообразны и различныхъ степеней трудности. Самый легкій и простой наборъ — сплошной. Онъ производится почти исключительно однимъ какимъ-нибудь шрифтомъ, а если въ него и входятъ другіе шрифты, то въ очень небольшомъ количествѣ и въ самой простой формѣ, не требующей отъ наборщика ни искусства, ни опытности. Образцами сплошного набора могутъ служить: наборъ газетнаго текста (исключая объявленій, курсовыхъ таблицъ, метеорологическаго бюллетеня, шахматнаго отдѣла и нѣкоторыхъ другихъ мелочей), наборъ журналовъ, отдѣльныхъ изданій и книгъ — романовъ, повѣстей, разсказовъ и т. д. Затѣмъ идетъ наборъ смѣшанный. Въ него входятъ уже нѣсколько шрифтовъ различныхъ кеглей; въ текстѣ попадаются выдержки на иностранныхъ языкахъ, дѣлаются разнаго рода надписи, подписи, сложные выводы, таблицы и т. п. Смѣшанный наборъ уже значительно труднѣе сплошного и не можетъ быть порученъ плохому, малоопытному наборщику, иначе метранпажу придется безпрестанно отрываться отъ работы и дѣлать необходимыя указанія. Смѣшанный наборъ бываетъ различныхъ степеней трудности. Къ болѣе легкимъ относится наборъ драматическихъ произведеній и стихотвореній; труднѣе набирать словари и учебники иностранныхъ языковъ, словари различнаго рода свѣдѣній, энциклопедіи, газетныя и книжныя объявленія, а также календари и т. п. Самымъ труднымъ наборомъ нужно считать наборъ техническихъ справочныхъ книгъ, математическихъ сочиненій, таблицъ и текста въ нѣсколько столбцовъ со многими шрифтами, надписями, рисунками и проч. Наборщику, конечно, приходится знакомиться со всѣми особенностями наборовъ послѣдовательно. Я привожу въ концѣ этой книги (въ приложеніяхъ) образцы нѣкоторыхъ смѣшанныхъ наборовъ


[ НАБОРЪ СПЛОШНОГО ТЕКСТА. 147 ]

Наборъ сплошного текста.

Текстомъ называются подлинныя слова и рѣчи какого-нибудь автора.1 Въ типографскомъ быту подъ текстомъ разумѣютъ просто буквенный или перемѣшанный съ цыфрами наборъ. Сплошнымъ текстомъ называютъ такой, который набирается однимъ шрифтомъ. Наборъ начинается обыкновенно отступомъ или абзацомъ.2 Сдѣлавъ отступъ, т.-е. поставя въ верстатку, положимъ, круглый, наборщикъ начинаетъ брать изъ кассы буквы, согласно оригиналу, начиная съ прописной. Окончивъ слово, ставитъ полукруглый или тройную шпацію (смотря по тому, какимъ шрифтомъ производится наборъ — обыкновеннымъ, широкимъ или плотнымъ),3 затѣмъ набираетъ слѣдующее слово, опять ставитъ полукруглый или тройную шпацію и такъ далѣе, до конца строки. Очень рѣдко случается, чтобы строка вышла (получилась) какъ разъ по формату, т.-е. была назначенной длины. Обыкновенно она или короче, или длиннѣе формата. Такъ иногда строка закончилась цѣлымъ словомъ, но остался порядочный зазоръ или свободный промежутокъ между послѣднею литерою и неподвижною стѣнкою верстатки, пли же нѣсколько буквъ слова вошли въ строку, а остальныя не помѣстились. Между тѣмъ всѣ строки набора должны быть безусловно одной и той же длины (т.-е. назначеннаго формата). Почему же всѣ строки набора должны быть непремѣнно одной и той же длины? почему требуется отъ наборщика такая точность въ работѣ, чтобы разница въ длинѣ набранныхъ строкъ никакъ не превосходила полупункта? Потому, что только съ набора, имѣющаго строки равной длины, можно получить на станкѣ (ручномъ прессѣ) или на скоропечатной машинѣ типографскій оттискъ. Каждый наборъ представляетъ собою собраніе или соединеніе въ одно цѣлое множества отдѣльныхъ металлическихъ прямоугольныхъ брусочковъ или пластинокъ. Всѣ эти брусочки или пластинки только приставлены другъ къ другу, но ничѣмъ не скрѣплены между собою. Если на какой-либо свободный наборъ, въ гранкахъ или полосахъ, надавить довольно крѣпко ладонью, то при подъемѣ ладони многія литеры къ ней пристанутъ и приподнимутся, т.-е. выскочатъ изъ набора. Во избѣжаніе этого выска-


1 Авторъ — сочинитель, творецъ какого-либо произведенія ума.

2 См. статью «Отступъ».

3 Пробѣлы или промежутки между словами и буквами наборщики зовутъ нерѣдко «разрядкою»; такъ, говорятъ: «въ этой строкѣ ровная разрядка», т.-е. пробѣлы равные; «разрядка между буквами не одинаковая», т.-е. промежутки не равные и т. д.


[ ВЫКЛЮЧКА СТРОКЪ. 148 ]

киванія литеръ, во время сниманія съ нихъ оттисковъ, т.-е. во время печатанія, ихъ крѣпко зажимаютъ въ желѣзной рамѣ. Такъ какъ закрѣплять отдѣльно каждую строку немыслимо, то ихъ зажимаютъ сразу, всѣ вмѣстѣ. Для этого вдоль цѣлаго ряда строкъ ставятъ длинныя металлическія пластинки (заключки), которыми и нажимаютъ на концы строкъ. Понятно, что если всѣ строки — одинаковой длины, то и заключки будутъ нажимать на нихъ равномѣрно, сдвигая и сжимая до извѣстной степени составляющія ихъ литеры, но если строки — различ-



Рама съ заключенными полосами.

ной длины, то заключки, зажимая болѣе длинныя строки, не коснутся короткихъ, или зажмутъ ихъ очень слабо, потому что типографскія литеры, отливаемыя изъ сплава, въ которомъ преобладаетъ главнымъ образомъ свинецъ, отличаются крайне незначительною эластичностью (упругостью) и сильно сопротивляются сжиманію. Вслѣдствіе этого длинныя строки, лишь немного сжавшись подъ вліяніемъ нажима заключекъ, не допустятъ послѣднихъ (заключекъ) зажать короткія строки, а по тому литеры такихъ слабо зажатыхъ строкъ, при надавливаніи на нихъ красочнаго валика, пристанутъ къ нему и выдернутся точно такъ же, какъ при нажимѣ ладонью на незакрѣпленный наборъ.

Наборщикъ приводитъ всѣ строки къ одной и той же длинѣ съ помощью шпацій. Сдѣлать строку надлежащей длины, или, какъ говорятъ въ типографіяхъ, «выключить строку», можно двумя способами: увеличеніемъ и уменьшеніемъ промежутковъ или пробѣловъ между словами. Понятно, что увеличеніе или уменьшеніе пробѣловъ находится въ полной зависимости отъ того, переноситъ ли («выгоняетъ») наборщикъ одну или


[ ВЫКЛЮЧКА СТРОКЪ. 149 ]

нѣсколько буквъ съ первой строки во вторую, или, напротивъ, беретъ («вгоняетъ») одну или нѣсколько буквъ со второй строки въ первую, т.-е. хочетъ помѣстить въ первой строкѣ именно тѣ буквы, которыя, при соблюденіи вышеуказанныхъ правилъ набора, превысили форматъ и не вошли въ верстатку. Какъ въ первомъ, такъ и во второмъ случаѣ для наборщика обязательно соблюденіе лишь одного правила: чтобы пробѣлы или промежутки между словами въ строкахъ были, по возможности, равной величины. Этого правила для внимательнаго и аккуратнаго наборщика вполнѣ достаточно: окинувъ опытнымъ взглядомъ набранную строку, онъ сейчасъ же замѣтитъ какъ число пробѣловъ, такъ и относительную ихъ ширину, а затѣмъ увеличитъ или уменьшитъ большее или меньшее число пробѣловъ, соображаясь съ тѣмъ приблизительнымъ числомъ пунктовъ, которое онъ думаетъ «вогнать» или «выгнать». Чѣмъ ровнѣе промежутки между словами, тѣмъ лучше и, безъ сомнѣнія, при увеличеніи пробѣловъ правильнѣе было бы прибавить шесть однопунктовыхъ шпацій въ шести пробѣлахъ, чѣмъ три двухпунктовыхъ — въ трехъ пробѣлахъ. На практикѣ, однако, идеальнаго уравненія пробѣловъ не соблюдается, да, собственно говоря, и нѣтъ надобности соблюдать, такъ какъ разница въ одинъ пунктъ (въ пробѣлахъ) замѣтна только глазу спеціалиста, а не обыкновенному читателю. Не должно ни въ какомъ случаѣ допускать значительной разницы въ ширинѣ пробѣловъ, а небольшая разница повредить красотѣ набора не можетъ. Къ сожалѣнію, немногіе наборщики заботятся объ относительно равномѣрной разрядкѣ: большинство торопится набрать по-



Выключенная строка.

больше и поскорѣе и, вмѣсто того, чтобы увеличить два-три пробѣла, предпочитаетъ сунуть крупную шпацію въ одно мѣсто, вслѣдствіе чего вовсе не рѣдкость въ одной и той же строкѣ встрѣтить пробѣлы очень узкіе и, сравнительно, очень широкіе. Не знаю, есть ли такіе наборщики, которые, замѣтивъ неравномѣрную разбивку въ смежныхъ строкахъ (въ одной строкѣ — очень узкую, а въ другой — очень широкую), по собственному побужденію, рѣшились бы перебрать нѣсколько строкъ и вы-


[ ВЫКЛЮЧКА СТРОКЪ. 150 ]

равнять въ нихъ пробѣлы. Если это и дѣлается, то обыкновенно по указанію корректора, метранпажа или автора. Вотъ нѣкоторыя указанія, которыми можетъ руководствоваться малоопытный наборщикъ при выключкѣ строкъ.

Если нужно увеличить пробѣлы, то шпаціи вставляютъ по порядку, отъ лѣвой руки къ правой, и съ правой стороны стоящей уже шпаціи:1 когда въ строкѣ нѣтъ знаковъ препинанія — если возможно, во всѣхъ пробѣлахъ поровну; если нельзя поровну, то по порядку у словъ, начинающихся прямою строчною буквою, круглою и прописною. Если въ строкѣ есть знаки препинанія, то, по возможности, во всѣхъ пробѣлахъ поровну; если нельзя, то сначала у точки, восклицательнаго и вопросительнаго знаковъ, у точки съ запятою, у двоеточія, запятой, затѣмъ по порядку передъ словами, начинающимися прямою строчною буквою, круглою и прописною буквою. При уменьшеніи пробѣловъ, поступаютъ наоборотъ, т.-е., если возможно, уменьшаютъ всѣ пробѣлы поровну, замѣняя стоящія шпаціи болѣе мелкими. Если нѣтъ въ строкѣ знаковъ препинанія, — уменьшаютъ пробѣлы по порядку у словъ, начинающихся съ прописной буквы, съ круглой и съ прямой строчной буквы. Если въ строкѣ есть знаки препинанія,


1 Прилагаемый рисунокъ объясняетъ наглядно, почему наборщикъ, при увеличеніи промежутковъ, ставитъ новыя шпаціи непремѣнно съ правой стороны стоящаго уже полукруглаго (или тройной шпаціи). Наборщику гораздо удобнѣе концомъ вставляемой шпаціи с отодвинуть буквы д, д, д вправо и вдвинуть шпацію въ промежутокъ, образовавшійся между полукруглымъ к и отклоненными вправо буквами д, д, д, чѣмъ стараться протиснуть новую шпа-



цію с между пробѣломъ п и литерами г, г, г, тѣмъ болѣе, что полукруглый к не представляетъ удобной закраины, за которую его можно было бы отклонить вправо, тогда какъ литеры, будучи выше пробѣловъ, образуютъ выступъ, весьма удобный для того, чтобы за него можно было захватить и отодвинуть литеры вправо. Влѣво ни литеры, ни шпаціи не могутъ быть отодвинуты, потому что онѣ плотно прилегаютъ другъ къ другу и къ подвижной стѣнкѣ верстатки.


[ НЕПРАВИЛЬНЫЕ ПЕРЕНОСЫ ЧАСТЕЙ СЛОВЪ. 151 ]

то сначала уменьшаютъ, по возможности, всѣ пробѣлы поровну; если же нельзя этого сдѣлать, то сперва у прописныхъ буквъ и по порядку у словъ, начинающихся съ круглой и прямой строчныхъ буквъ, затѣмъ у запятой, двоеточія, точки съ запятою, вопросительнаго и восклицательнаго знаковъ и, наконецъ, у точки.

Желая «вогнать» или «выгнать» одну или нѣсколько буквъ, а иногда и цѣлое слово, наборщикъ долженъ прежде всего сообразить, что именно удобнѣе ему сдѣлать, такъ какъ нѣкоторыя правила наборнаго дѣла ни въ какомъ случаѣ не могутъ быть нарушены. Наборщику необходимо помнить, что всѣ нижеприводимыя и имъ подобныя выраженія обязательно должны помѣщаться въ одной и той же строкѣ и не могутъ быть переносимы по частямъ изъ одной строки въ другую:

и. т. д. (и такъ далѣе) . . . и т.... || д.1
и т. п. (и тому подобное) . . . и т.... || п.
и проч. (и прочее) . . . и... || проч.
т.-е. (то-есть) . . . т.... || е.
т. к. (такъ какъ) . . . т — || к.
отдѣленіе I . . . отдѣленіе... || I
глава II . . . глава... II
Петръ I . . . Петръ... || I
Александръ II . . . Але... || ксандръ II
А. С. Пушкинъ . . . А. С.... || Пушкинъ
г. Николаевъ . . . г.... || Николаевъ
235 руб. . . . 235... || руб.
15 коп. . . . 15... || коп.
10547 . . . 10... || 547
съ 1875—76 гг. . . . съ 1875—76... || гг.
о. Іоаннъ . . . о ... || Іоаннъ
№ 25 . . . №... || 25
§ 12 . . . §... || 12
19 февраля 1861 г. . . . 19... || февраля 1861 г.
страница 10 . . . страница... || 10
рис. 14 . . . рис.... || 14

Знакъ выноски въ другую строку не переносится (напримѣръ: «учебникъ*» — нельзя поставить на одной строкѣ слово «учебникъ», а на другой знакъ выноски — *). Цыфра за скобкою — 1), 3) не можетъ быть отдѣляема отъ слова, которое за нею слѣдуетъ: 1) физика, 2) математика; 1) физика, 2)... || математика. Никакъ нельзя переносить тире, напримѣръ: зима была снѣжная, а лѣто — дождливое; зима была снѣжная, а лѣто.... || — дождливое. Односложныя слова не могутъ быть


1 Двумя вертикальными черточками || отдѣлены тѣ литеры и, вообще, тѣ части набора, которыя не могутъ быть перенесены въ другую строку.


[ ПРАВИЛА ПЕРЕНОСОВЪ ЧАСТЕЙ СЛОВА. 152 ]

раздѣляемы для переносовъ (крестъ, звонъ, звукъ, другъ, валъ, домъ, былъ, онъ, насъ, какъ и т. д.). Слѣдуетъ избѣгать, по возможности, окончаній утъ, ямъ, амъ, овъ, окъ и т. п. Нельзя дѣлать неблагозвучныхъ, рѣжущихъ ухо переносовъ. Одна буква (окончаніе слова) не переносится. Одинъ слогъ (изъ двухъ буквъ) при форматахъ свыше 4-хъ квадратовъ не переносится. Исключеніе дѣлается только для газетнаго набора, отличающагося многими неправильностями, не терпимыми въ книжномъ наборѣ. Объ этихъ неправильностяхъ будетъ сказано впослѣдствіи. Менѣе шести буквъ на «концевую»1 строку не переносится (исключеніе дѣлается для форматовъ ниже 4 квадратовъ и въ газетномъ наборѣ). Здѣсь указаны только тѣ переносы, которые не должны допускаться. Съ общими грамматическими правилами переносовъ, какъ и вообще съ элементарными2 правилами грамматики, каждый наборщикъ долженъ быть непремѣнно знакомъ настолько, чтобы не дѣлать самыхъ грубыхъ ошибокъ; иначе онъ будетъ отнимать непроизводительно (безполезно) время у корректора, и все-таки, въ концѣ-концовъ, наборъ его выйдетъ неудовлетворительнымъ, такъ какъ изъ множества указанныхъ корректоромъ ошибокъ нѣкоторыя останутся невыправленными. Наборщикъ, набирающій не чисто, или, какъ обыкновенно принято говорить, — «дѣлающій большую корректуру», не долженъ быть терпимъ въ типографіи.

На всякій случай привожу правила переносовъ частей слова изъ одной строки въ другую, предложенныя академикомъ Я. К. Гротомъ въ его руководствѣ «Русское правописаніе».

СЛОВА ПРОСТЫЯ.

1. Согласная, находящаяся между двумя гласными, начинаетъ новый слогъ: свѣ-ча, во-ро-та, су-ма-то-ха.

2. Изъ двухъ одинакихъ согласныхъ, стоящихъ между гласными, вторая переносится въ другую строку: сум-ма, кон-ный, рус-скій, жуж-жать, мас-са, Ал-лахъ.

Но передъ суффиксомъ,3 начинающимся съ согласной, двѣ одинакія буквы, принадлежащія къ корню слова, не должны быть раздѣляемы: класс-ный.

3. Когда согласная отдѣлена еремъ отъ другой согласной, то этою послѣднею начинается новый слогъ: день-ги, конь-ки, тюрь-ма, дѣть-ми, толь-ко, Оль-га.


1 «Концевая строка» — послѣдняя передъ строкою съ отступомъ, т.-е. послѣдняя строка періода рѣчи.

2 Начальными.

3 Суффиксъ — окончаніе.


[ ПРАВИЛА ПЕРЕНОСОВЪ ЧАСТЕЙ СЛОВА. 153 ]

4. Суффиксы, начинающіеся согласною и составляющіе слогъ, переносятся въ другую строку: бож-ба, враж-да, дѣв-ка, дерз-кій, болѣз-ни, жиз-ни, раз-ный, дур-ной, долж-но, кос-ный, вдох-нуть, дряб-лый, теп-лый, сѣд-ло, чис-ло, мет-ла, свѣт-ло, бед-ро, доб-рый, муд-рый, хит-рый, муж-ской, разн-ствовать, чув-ство, бѣд-ствіе, серд-це, корм-чій, выс-шій.

Суффиксы ство, скій не могутъ быть раздѣляемы, а должны быть переносимы цѣликомъ, т.-е. нельзя, напр., такъ переносить: «гречес-кій», «естес-тво» или «естест-во» вм. грече-скій, есте-ство.

5. Раздѣленіе двухъ или нѣсколькихъ стоящихъ сряду согласныхъ, изъ которыхъ ни одна не принадлежитъ къ суффиксу, зависитъ отъ свойства этихъ буквъ. Если стеченіе начинается плавными, носовыми или шипящими, то эти буквы остаются въ концѣ строки, а слѣдующія за ними съ своею гласною переносятся: гор-дость, дол-женъ, Дер-бентъ, тол-стый, дом-на, лом-ти, сун-дукъ, вин-ты, баш-макъ, фиж-мы, дыш-ло.

6. Если же стеченіе такихъ согласныхъ начинается не тѣми буквами, которыя означены въ предыдущемъ пунктѣ, а другими, особенно буквою с, то вся группа согласныхъ переносится: чи-стый, ко-сти, мо-сты, Мо-сква, го-сподинъ, ра-стеніе.

7. Сочетанія бл, вл, мл, жд, представляющія смягченіе губныхъ и зубного д, переносятся нераздѣльно: кро-вля, кора-бли, зе-мля, стре-млюсь, ку-пля, цѣ-плять, доса-ждать, стра-жду, вѣ-жды.

8. Въ заимствованныхъ словахъ двѣ буквы, отвѣчающія одной въ иностранномъ словѣ — кс, кз, пс (греч. ξ ψ), дж (анг. и итал. j, g) — не раздѣляются, а относятся обѣ къ послѣдующему слогу, если за ними нѣтъ согласной; когда же слѣдуетъ еще согласная, то онѣ остаются въ концѣ строки, а эта буква отъ нихъ отдѣляется: Але-ксѣй, синта-ксисъ, эпиле-псія, палим-псестъ, экс-педиція, Окс-фордъ, Ипс-вичъ, Ведж-вудъ.

9. Согласная в, употребленная для передачи греческой υ или латинской u передъ другою согласною, относится къ предыдущему слогу: ав-торъ, Ав-рора, ев-нухъ, Ев-ропа, Кав-казъ, рев-матизмъ.

10. Буква і, стоящая передъ и или умягченною гласною я, е, ю, можетъ быть отдѣляема отъ нихъ въ предыдущій слогъ: Гаврі-илъ, влі-яніе, гні-еніе, гні-ющій; но, находясь передъ а, о, въ словахъ иностраннаго происхожденія, гласная і не отдѣляется отъ нихъ, когда въ подлинномъ словѣ она составляетъ съ ними одинъ слогъ. Слѣдуетъ переносить: христіа-нинъ, мил-ліонъ, венеціан-скій, а не «христі-анинъ, миллі-онъ» и т. д.

11. Вообще не надо раздѣлять двухъ гласныхъ, составляющихъ въ иностранномъ словѣ дифтонгъ.1 Не слѣдуетъ писать: «Ло-ара, га-уптвахта» вм. Лоа-ра, гаупт-вахта (Loire, Hauptwache).

12. Мягкая или умягченная гласная (и, я, е, ю), отдѣленная еремъ отъ согласной, составляетъ съ нею одинъ слогъ и не можетъ быть безъ нея переносима въ другую строку. Нельзя переносить: «соловь-евъ, семь-янинъ» и т. п. вм. соло-въевъ, се-мья-нинъ, кре-стья-нинъ, пла-тьемъ.


1 Дифтонгъ — односложное сочетаніе двухъ гласныхъ (двойной звукъ).


[ ПРАВИЛА ПЕРЕНОСОВЪ ЧАСТЕЙ СЛОВА. 154 ]

13. То же правило соблюдается и въ заимствованныхъ словахъ, гдѣ ь служитъ для передачи звуковъ l mouillé или gn: бри-льянтъ, би-льярдъ, бата-льонъ, си-ньоръ.

14. Когда слогъ состоитъ изъ одной гласной въ началѣ или въ концѣ слова, то обыкновенно ее не отдѣляютъ отъ остальныхъ слоговъ, а переносятъ все слово, или присоединяютъ къ этой буквѣ еще слогъ, напр.: имя, ули-ца, осе-локъ, твое, а не: «и-мя, у-лица, о-селокъ, тво-е».

СЛОВА СЛОЖНЫЯ.

Сложными или составными называются такія слова, которыя, сверхъ коренного слога или слоговъ, содержать еще и представку; представкою же можетъ служить имя, предлогъ или нарѣчіе.

1. При переносѣ изъ строки въ строку слоговъ сложнаго слова необходимо отдавать себѣ отчетъ въ составѣ его, чтобы буквы, принадлежащія къ корню, не были относимы къ префиксу,1 и избѣгать такихъ, напр., переносовъ: «во-стокъ, выз-вать, сов-сѣмъ, нас-тавникъ, нель-зя, нес-носный» и т. д. вмѣсто: вос-токъ, вы-звать, со-всѣмъ, на-ставникъ, не-льзя, не-сносный. Вотъ еще нѣсколько образцовъ правильнаго переноса: на-дменный, по-здравить, по-мнить, по-двигъ, no-длинный, по-дробно, про-шлый, по-дошва, при-знакъ, по-дьячій, разо-брать, рас-четъ, пре-льстить, впо-тьмахъ, нѣ-кто.

2. Сложное слово можетъ быть раздѣляемо на составныя части даже и съ нарушеніемъ основныхъ правилъ раздѣленія простого слова на слоги, напр.: раз-умѣть, без-образіе. Ясно, впрочемъ, что къ представкѣ можетъ быть причисляемъ и цѣлый слогъ главнаго слова, напр.: разу-мѣть, безоб-разіе. Но неправильно было бы такое раздѣленіе: «pa-зумъ, бе-зобразіе». Подобные переносы позволительны только тогда, когда составъ слова неясенъ, или когда слово искажено; напр., по-душка (вм. под-ушка), поль-за (вм. по-льза), двад-цать (вм. два-дцать) могутъ быть такъ переносимы, хотя помѣщенныя въ скобкахъ раздѣленія были бы правильнѣе.

3. Правило о раздѣленіи сложнаго слова на основаніи его состава распространяется, хотя въ слабѣйшей степени, и на заимствованныя слова. Нельзя, напр., допускать довольно употребительнаго, особенно въ канцелярской практикѣ, но совершенно неправильнаго переноса: «контр-актъ, контр-агентъ» вмѣсто: кон-трактъ, кон-трагентъ (лат. con-trahere). Равнымъ образомъ слѣдуетъ такъ раздѣлять слова: аб-рисъ, адъ-ютантъ, дис-путъ, ин-спекторъ, об-латка, транс-парантъ, суб-сидія, суб-алтернъ.

4. Если послѣ предлога, оканчивающагося согласною, выпущена коренная согласная, то слѣдующая за нею гласная не можетъ начинать слога; нельзя переносить: «об-итать, об-ычай, раз-инуть» вм. оби-тать, обы-чай, рази-нуть. Неправильно было бы также писать: ра-зинуть».


1 Префиксъ — представка впереди корня слова.


[ ВЫКЛЮЧКА И ЗАКЛЮЧКА СТРОКЪ. 155 ]

Выключить строку, какъ я уже говорилъ, значитъ — сдѣлать ее надлежащей длины, надлежащаго формата. Каждая набранная строка, доведенная до извѣстной длины, должна быть закрѣплена въ верстаткѣ, или, какъ принято говорить, «заключена». Отсюда ясно, что «заключить» строку, значитъ — закрѣпить, зажать ее.

Одна и та же строка можетъ быть хорошо выключена и плохо заключена и, наоборотъ, плохо выключена и хорошо заключена. Въ первомъ случаѣ пробѣлы между словами будутъ приблизительно равной величины и, вообще, разбиты правильно, но литеры окажутся или очень слабо, или очень крѣпко зажатыми въ верстаткѣ. Во второмъ случаѣ строка, будетъ закрѣплена въ верстаткѣ ни очень слабо, ни очень туго, какъ нужно, но пробѣлы могутъ быть сдѣланы то очень широкими, то очень узкими.

Въ верстаткѣ всѣ строки выглядятъ одной и той же длины, хотя нѣкоторыя изъ нихъ заключены слабо, а другія очень туго. Только вынутыя изъ верстатки и поставленныя на уголокъ строки покажутъ, правильно ли онѣ были заключены или нѣтъ; въ этомъ случаѣ строки, которыя были заключены туго (крѣпко), окажутся болѣе длинными, сравнительно со строками, заключенными въ верстаткѣ слабо. Причина



тому понятна: каждая строка, набранная изъ отдѣльныхъ тонкихъ брусочковъ (литеръ) — эластична или упруга, т.-е., подвергнутая давленію, сжимается, а затѣмъ, но прекращеніи давленія, расширяется или возвращается къ прежней длинѣ. Въ верстаткѣ расширенію крѣпко сжатыхъ литеръ препятствуютъ стѣнки верстатки, между тѣмъ какъ на уголкѣ строки гранки не сдавливаются ничѣмъ (съ боковъ) и каждая изъ нихъ вытягивается, сообразно съ тѣмъ, насколько она была сжата. Если строки были заключены наборщикомъ небрежно, неравномѣрно, то разница въ длинѣ строкъ, въ гранкѣ, можетъ доходить до двухъ пунктовъ, что ни въ какомъ случаѣ не можетъ быть допущено.


[ ЗАКЛЮЧКА СТРОКЪ. 156 ]

Все вышесказанное доказываетъ, что строки должны заключаться очень старательно и точно: ни очень туго, ни очень слабо. Это вполнѣ возможно при томъ разнообразіи шпацій, которыя имѣются въ распоряженіи каждаго наборщика. Концевая строка, т.-е. послѣдняя въ періодѣ (иначе: строка передъ абзацомъ или передъ строкою, начинающеюся съ абзаца или отступа), если она коротка (т.-е. съ большимъ пробѣломъ), должна быть заключена слабѣе остальныхъ строкъ, такъ какъ она пополняется обыкновенно цѣлыми квадратами и полуквадратами, а потому менѣе эластична (упруга), чѣмъ остальныя строки, состоящія изъ отдѣльныхъ литеръ.

Если для заключенія строки нужно поставить тонкую шпацію, то нельзя втискивать ее въ пробѣлы послѣднею: она или согнется, или сломается и порѣжетъ наборщику пальцы. Въ такомъ случаѣ слѣдуетъ вынуть одну или нѣсколько буквъ съ праваго конца верстатки (въ концѣ строки), поставить на мѣсто тонкую шпацію и затѣмъ уже втиснуть вынутыя буквы. Слѣдуетъ избѣгать при наборѣ употребленія тонкихъ и, вообще, мелкихъ шпацій, замѣняя ихъ, по возможности, болѣе крупными, или, еще лучше, цѣльными.

При заключкѣ концевой строки, самыя мелкія шпаціи ставятъ къ литерамъ, а затѣмъ болѣе крупныя въ послѣдовательномъ порядкѣ (по ширинѣ), отъ лѣвой руки къ правой. Тонкая шпація и двойная не втискиваются въ верстатку послѣдними: слѣдуетъ сперва вынуть крупный матеріалъ, поставить шпаціи на мѣсто и затѣмъ уже заключить строку вынутымъ полукруглымъ, круглымъ или квадратомъ, вынутымъ съ праваго конца верстатки. Когда строка набрана, но еще не заключена окончательно, наборщикъ долженъ ее просмотрѣть («прочесть по свинцу») и немедленно исправить замѣченныя погрѣшности, а затѣмъ уже переходить къ набору слѣдующей строки. Весьма досадно, что этого важнаго правила придерживаются лишь очень немногіе, добросовѣстные наборщики; большинствомъ же оно или не исполняется, или выполняется крайне небрежно, между тѣмъ какъ внимательный просмотръ каждой строки значительно сократилъ бы работу корректора, такъ какъ очень многія погрѣшности могутъ быть предотвращены даже самымъ безграмотнымъ наборщикомъ, напримѣръ: перевернутыя буквы, литеры не того шрифта, ошибочно поставленныя буквы, вслѣдствіе невѣрно разобранной кассы, пропуски словъ, вдвойнѣ набранные слова или слоги и т. п.


[ ВЫКЛЮЧКА СТРОКЪ. 157 ]

Примѣры выключки строкъ.



Примѣръ, когда строка съ равными пробѣлами получилась случайно какъ разъ по формату, т.-е. назначенной длины, и не требуетъ ни уменьшенія, ни увеличенія промежутковъ между словами.



Случай, когда въ строку не вмѣщается 1 буква и ее надо вогнать, т.-е. уменьшить разрядку (пробѣлы).



Случай, когда въ концѣ строки остается пустое мѣсто въ 8 пунктовъ, которые надо размѣстить по строкѣ, т.-е. увеличить разрядку.



Случай, когда въ строку не вмѣщаются 2 буквы и ихъ надо вогнать, т.-е. уменьшить разрядку.



Случай, когда въ концѣ строки остается пустое мѣсто въ 9 пунктовъ, которые надо размѣстить по строкѣ, т.-е. увеличить разрядку.



Случай, когда въ строку не вмѣщаются 3 буквы, которыя желаютъ вмѣстить, и потому уменьшаютъ разрядку въ строкѣ.



Случай, когда вмѣсто того, чтобы вогнать въ строку не вмѣщающіяся буквы, предпочитаютъ убавить изъ строки еще 1 послѣднюю букву (ради правильности переноса), и потому является надобность увеличить разрядку.


[ ВЫКЛЮЧКА СТРОКЪ. 158 ]



Примѣръ выключки концевыхъ строкъ.

Если наборщикъ замѣтитъ, что онъ ошибся и поставилъ одну букву вмѣсто другой, — онъ беретъ указательнымъ и большимъ пальцемъ правой руки необходимую литеру за головку и концомъ ножки, противоположнымъ очку, приподнимаетъ замѣняемую букву снизу настолько, чтобы ее можно было прихватить (прижать) большимъ пальцемъ лѣвой руки. Въ то время, какъ палецъ не даетъ приподнятой литерѣ опуститься, новая литера вставляется въ образовавшійся промежутокъ, послѣ чего приподнятая буква захватывается пальцами правой руки и бросается въ отдѣленіе кассы. Точно также поступаютъ и при замѣнѣ одной шпаціи другою.

Пробѣлами, отдѣляющими одно слово отъ другого, при наборѣ обыкновеннымъ шрифтомъ или широкимъ, служатъ полукруглые, а при наборѣ плотнымъ шрифтомъ — тройныя шпаціи. Иногда, при очень сжатомъ наборѣ (въ лексиконахъ, справочныхъ изданіяхъ въ нѣсколько столбцовъ), вмѣсто тройной шпаціи употребляются шпаціи на два пункта. При наборѣ на полукруглый, разбивая (расширяя) пробѣлы, никогда не слѣдуетъ доводить ихъ до круглаго (это дѣлается только въ крайнемъ случаѣ) или дѣлать меньше двухъ пунктовъ. Вообще при на-борѣ(на полукруглый, тройную или четырехъ-пунктовую шпацію) лучше придерживаться правила: не доводить промежутковъ между словами до двойной ширины принятаго для разрядки пробѣла и не уменьшать болѣе, чѣмъ на половину. Отступленія отъ этого правила могутъ быть допущены только въ крайнихъ случаяхъ.

Знаки препинанія ставятся къ литерамъ вплотную, не отдѣляясь шпаціями. Въ сплошномъ наборѣ, помимо знаковъ препинанія, попадаются и другіе типографскіе знаки (скобки, звѣздочки, параграфъ и т. д.). Объ особенностяхъ набора ихъ и случаяхъ, когда они ставятся, будетъ сказано въ особой главѣ подробно. Нѣкоторые типографы отдѣляютъ знаки — вопросительный (?), восклицательный (!), двоеточіе и


[ ВЫДѢЛЕННЫЯ СЛОВА. ВЫСТАВЛЕНІЕ НАБОРА. 159 ]

точку съ запятой — двухъ-пунктовою шпаціею, а точки и запятые отдѣляютъ. Нѣтъ никакихъ основаній слѣдовать такого рода знаковъ препинанія.

Набирая слѣдуетъ обращать вниманіе на то, чтобы пробѣлы въ нѣсколькихъ смежныхъ строкахъ не приходились одинъ подъ другимъ, вслѣдствіе чего въ печати образуются бѣлые «коридоры», производящіе крайне непріятное впечатлѣніе.



Примѣры скопированы изъ отпечатанныхъ книгъ.

Слова, которыя почему-либо нужно выдѣлить (т.-е. обратить на нихъ особое вниманіе читателя), набираются, какъ въ сплошномъ, такъ и въ смѣшанномъ наборѣ, обыкновенно на разрядку, т.-е. каждая буква отдѣляется отъ другой шпаціею, чаще всего тонкою (въ 1 пунктъ), рѣдко — двухъ-пунктовою. Часто для выдѣленія словъ прибѣгаютъ также къ курсивнымъ шрифтамъ или жирнымъ (чернымъ), а иногда къ кавычкамъ или «лапкамъ». Опредѣленныхъ правилъ для выдѣленія словъ указать нельзя; все зависитъ отъ произвола или указанія завѣдывающаго типографіею, или, — что́ случается чаще всего, — отъ желанія автора или издателя.

Когда строки набраны, ихъ переносятъ на уголокъ. Если нужно «выставить» всего одну или двѣ строки и форматъ не великъ, то верстатка остается въ лѣвой рукѣ. Большой и указательный пальцы правой руки захватываютъ строки по концамъ и нажимаютъ ихъ не-


[ ВЫСТАВЛЕНІЕ НАБОРА. 160 ]



много къ наборной линейкѣ или шпону, между тѣмъ какъ безымянный и средній пальцы поддерживаютъ строки снизу (рис. А). Легкими движеніями (покачиваніями) справа налѣво и слѣва направо строки отдѣляются отъ верстатки и переносятся на уголокъ (рис. Б). Этотъ способъ




[ ВЫСТАВЛЕНІЕ НАБОРА. 161 ]

выставленія изъ верстатки одной или двухъ строкъ набора (при небольшомъ форматѣ) указанъ французскимъ типографомъ Лефевромъ, въ его превосходномъ руководствѣ типографскаго дѣла. Русскіе наборщики выставляютъ обыкновенно одну или двѣ строки, точно такъ же, какъ и



полную верстатку, по ниже приводимому способу, а если и поступаютъ по указанію Лефевра, то только въ крайне рѣдкихъ случаяхъ, напримѣръ, при наборѣ титуловъ и табличныхъ заголовковъ, когда нужно выставить одну или двѣ строки крупнаго шрифта. Если вся вер-



статка заполнена наборомъ, то ее ставятъ на кассу, къ борту (рис. В). Затѣмъ указательные пальцы обѣихъ рукъ располагаются по концамъ наборной линейки, лежащей на послѣдней набранной строкѣ, а большіе пальцы, наоборотъ, захватываютъ снизу первую строку, и лег-


[ СВЯЗЫВАНІЕ ГРАНКИ. 162 ]

кимъ нажимомъ отъ себя строки отдѣляются (опрокидываются) съ верстатки. Одновременно съ этимъ концы строкъ зажимаются съ боковъ согнутыми безымянными пальцами. Въ такомъ положеніи, т.-е. съ литерами, обращенными очкомъ отъ наборщика, строки переносятся на уголокъ. При этомъ, какъ только руки придутся надъ уголкомъ, строкипе-реворачиваютъ очкомъ кверху, опускаютъ на уголокъ, опираютъ концы строкъ на лѣвый бортикъ, отнимаютъ большіе пальцы и приставляютъ строки къ нижнему борту (рис. Г). По мѣрѣ перенесенія строкъ съ верстатки на уголокъ, на послѣднемъ (т.-е. на уголкѣ) накопляется все болѣе и болѣе набора. Неопредѣленное число набранныхъ строкъ, соединенныхъ вмѣстѣ, называется гранкою. Не слѣдуетъ дѣлать большихъ гранокъ (т.- е. вдвое болѣе ширины набора).

Сплошной текстъ набирается «на шпоны» и «безъ шпоновъ». Наборъ безъ шпоновъ — компактнѣе, т.-е., сжатѣе, а слѣдовательно, какъ занимающій менѣе мѣста на бумагѣ, и выгоднѣе для издателя; но онъ скоро утомляетъ зрѣніе читателя, а потому его избѣгаютъ и примѣняютъ бо́льшею частью лишь въ тѣхъ изданіяхъ, въ которыхъ дорожатъ мѣстомъ (бумагою), когда п самый текстъ набирается плотными (убористыми) шрифтами. Обыкновенно сплошной текстъ набирается «на шпоны» — тонкіе или двойные, очень рѣдко — тройные. (Примѣры набора «безъ шпоновъ» и «на шпоны» см. стран. 128).

Когда гранка достигла извѣстной величины, ее перевязываютъ шнуркомъ и переносятъ на «спускальную доску». Перевязывается гранка слѣдующимъ образомъ: уголокъ приставляется длинною закраиною плотно къ борту кассы. Наборщикъ беретъ между указательнымъ и большимъ пальцами лѣвой руки конецъ (въ ½—¾ вершка длиною) шнурка, т.-е. тонкой и очень крѣпкой бечевки, и, держа его (конецъ) на шпонѣ, положенномъ на послѣднюю строку набора, у лѣваго верхняго угла гранки, огибаетъ (держа шнурокъ указательнымъ и большимъ пальцами правой руки) этотъ уголъ, ведетъ шнурокъ вдоль всего набора до верхняго праваго угла, далѣе — по правой сторонѣ (вдоль первой строки) и какъ можно ближе къ борту уголка, до нижняго угла гранки, оттуда вдоль стороны, прилегающей къ лѣвому борту уголка (опять таки какъ можно къ нему ближе) и затѣмъ вдоль шпона къ углу, съ котораго началась вязка гранки. Дойдя до этого угла, наборщикъ отнимаетъ большой палецъ лѣвой руки, не выпуская конца шнурка изъ-подъ указательнаго пальца, прихватываетъ этотъ конецъ вторымъ обводомъ шнурка, послѣ чего большой палецъ опять захватываетъ выпущенный конецъ, а


[ СВЯЗЫВАНІЕ ГРАНКИ. 163 ]

правая рука ведетъ шнурокъ, сверху перваго обвода, попрежнему, къ правому верхнему углу гранки. Какъ только шнурокъ завернетъ за уголъ, лѣвая рука перестаетъ придерживать конецъ шнурка и переносится къ правой сторонѣ гранки, при немъ ладонь располагается сверху набора, большой палецъ упирается въ концы строкъ, прилегающихъ къ нижнему борту уголка, а четыре остальныхъ пальца придерживаютъ гранку сверху, указательнымъ пальцемъ нажимая на шнурокъ и не давая ему ослабнуть. Указательный и большой палецъ правой руки скользятъ въ это время вдоль шнурка, который наборщикъ навертываетъ на ладонь, и затѣмъ, упирая большой палецъ въ правый бортъ уголка, крѣпко натягиваетъ шнурокъ (рис. Д) и продолжаетъ второй обводъ къ углу, съ котораго начата вязка гранки. Во время натягиванія шнурка лѣвая рука съ праваго конца гранки переносится на лѣвый, придержи-



вал ее сверху и съ боковъ, какъ указано на рисункѣ. Дойдя до лѣваго верхняго угла, шнурокъ опять прихватываетъ свободный конецъ снизу, и наборщикъ начинаетъ третій обводъ шнурка поверху ранѣе сдѣланныхъ обводовъ. Послѣ того, какъ шнурокъ снова будетъ натянутъ въ правомъ углу, попрежнему упирая большой палецъ въ бортъ уголка, лѣвая рука скользитъ къ правому концу гранки, при чемъ шнурокъ придерживается сверху среднимъ пальцемъ, а сбоку (справа) — указательнымъ. Правая рука оставляетъ шнурокъ, отодвигаетъ немного гранку отъ праваго борта уголка, съ помощью шила (а никакъ не шпона!) продѣваетъ шнурокъ между обводами и наборомъ и образовавшуюся петлю подтягиваетъ на-уголъ, гдѣ она и зажимается. Не слѣдуетъ дѣлать длинной петли, такъ какъ она попадаетъ подъ гранку и, при развязываніи на талерѣ, ее трудно вытащить. Торчащіе концы шнурка пропускаются подъ его обводы. Когда гранка связана, ее отодвигаютъ немного отъ борта уголка и боль-


[ СПУСКАЛЬНЫЯ ГРАНКИ. 164 ]



шими пальцами осаживаютъ обводы шнурка книзу настолько, чтобы они приходились посрединѣ гранки или даже немного ниже, но никакъ не выше средины, иначе гранка можетъ легко разсыпаться. Послѣ того связанная гранка берется обѣими руками такъ, что большіе пальцы упираются въ концы строкъ, обращенныхъ къ наборщику, а остальные пальцы захватываютъ гранку съ противоположной стороны. Движе-



Спускальная доска.



Спускальныя доски (безъ набора и съ наборомъ).

ніемъ (наклономъ) къ себѣ, не отнимая большихъ пальцевъ отъ уголка, верхняя часть гранки приподнимается, и затѣмъ весь наборъ, съ литерами, обращенными очкомъ къ наборщику, отдѣляется отъ уголка и перено-


[ ПОРТПАЖЪ. 165 ]

сится на спускальную доску. Спускальная доска — это простая, гладкая и короткая, но широкая доска (обыкновенный размѣръ ея 18×14 вершковъ), толщиною около одного дюйма. По концамъ доски, съ двухъ сторонъ, снизу придѣланы узкіе бруски, высотою превышающіе ростъ литеръ. Бруски эти не даютъ доскамъ, когда онѣ поставлены одна на другую, касаться шрифта. Въ брускахъ сдѣланы выемки для болѣе удобнаго захвата руками при подниманіи доски. «Спускальными» доски



называются потому, что на нихъ, какъ принято говорить въ типографіяхъ, «спускаютъ», т.-е. ставятъ приготовленныя къ печатанію полосы, а также гранки.

Иногда наборщики ставятъ нѣсколько гранокъ одна на другую. При этомъ пользуются такъ-называемымъ «портпажемъ» (отъ французскаго слова porte-page). Это просто бумажная подкладка или свернутый въ два, три раза кусокъ толстой бумаги, въ длину и ширину немного болѣе величины самой гранки. Когда гранка связана, наборщикъ приготовляетъ портпажъ, затѣмъ отдѣляетъ наборъ отъ уголка обѣими руками, какъ было сказано выше, приподнимаетъ лѣвую руку и, приведя гранку въ вертикальное (стоячее) положеніе (по длинѣ), оставляетъ ее


[ ПЛАТА ЗА НАБОРЪ. 166 ]

въ одной правой рукѣ, которая легкимъ поворотомъ кисти обращаетъ гранку ребромъ къ наборщику и держитъ ее въ равновѣсіи, на вѣсу. Въ то же самое время лѣвая, свободная рука наборщика беретъ порт-пажъ и прикладываетъ его къ набору. Затѣмъ правая рука осторожно полуопрокидываетъ гранку на ладонь лѣвой руки и тотчасъ же захватываетъ наборъ по бокамъ вмѣстѣ съ портпажемъ. Послѣ того остается только отнести гранку и «поставить» ее, гдѣ предположено.

Нужно считать очень хорошимъ наборщикомъ такого, который въ продолженіе десяти часовъ работы постоянно набираетъ десять тысячъ буквъ, считая, что въ это же время онъ разбираетъ для себя и кассу. Такіе работники рѣдки. Обыкновенно въ теченіе десяти часовъ набираютъ по семи, восьми тысячъ, т.-е. по 800 буквъ въ часъ, такъ какъ на разборъ кассы употребляютъ два часа и на наборъ — восемь часовъ. Плата за наборъ производится съ тысячи буквъ.

Въ типографіи «Новаго Времени», напримѣръ, за сплошной (гладкій) наборъ въ книжномъ отдѣленіи платится: за русскій текстъ, шрифтами на кегль 7, 8, 10, 11, 12, 14 и 16 — по 18 копѣекъ съ тысячи, шрифтами на кегль 6 — 20 копѣекъ; за иностранные шрифты (новые языки) на 4 копѣйки дороже; за русскій текстъ съ выдѣленными словами курсивомъ или жирными шрифтами, а также съ нѣкоторыми выраженіями на иностранныхъ языкахъ, — на двѣ копѣйки дороже, т.-е., вмѣсто 18 и 20 коп. по 20 и 22 коп. Въ газетномъ отдѣленіи платится съ тысячи буквъ: за корпусъ обыкновенный — по 22 коп., за корпусъ плотный — по 22¼ коп. и за петитъ по 23 коп.

Къ сожалѣнію, во многихъ типографіяхъ тяжелый трудъ наборщика оплачивается крайне плохо: по 16, 15 и даже по 12 копѣекъ съ тысячи буквъ (въ нѣкоторыхъ московскихъ и провинціальныхъ типографіяхъ). За смѣшанный наборъ, за наборъ таблицъ, формулъ и т. п. платится по соглашенію наборщика съ завѣдующимъ типографіею. Иногда плата за смѣшанный наборъ доходитъ до двойной цѣны сплошного набора. Обыкновенно за наборъ несложныхъ таблицъ платится въ полтора раза дороже буквеннаго набора (того кегля, какимъ набирается текстъ); за наборъ таблицъ (формата «Русскаго Календаря А. С. Суворина») платится по 2 и по 3 р. съ таблицы (въ одну страницу). Понятно, что цѣны во всѣхъ типографіяхъ различны; я привожу лишь цѣны типографіи «Новаго Времени». За ночную работу и въ праздники полагается добавочная плата (такъ-называемая «премія») по одному рублю за день и за ночь. Въ среднемъ книжные наборщики зарабатываютъ не болѣе 30 рублей, а газетные — 75 рублей въ мѣсяцъ.


[ РАЗБОРЪ. 167 ]

Разборъ.

Начинающему изучать типографское дѣло, одновременно съ производствомъ самаго легкаго набора (сплошного текста), приходится также знакомиться и съ разборомъ, т.-е. съ разложеніемъ набранныхъ строкъ на ихъ составныя части. При наборѣ наборщикъ соединяетъ въ одно цѣлое разнаго рода буквы, знаки, украшенія и проч.; при разборѣ, наоборотъ, всѣ эти буквы, знаки и украшенія отдѣляются другъ отъ друга и разсортировываются (раскладываются) по тѣмъ отдѣленіямъ кассы, изъ которыхъ были взяты при наборѣ. Въ типографскомъ быту «разборомъ» называютъ, какъ самое раскладываніе (распредѣленіе) литеръ по отдѣленіямъ кассы, такъ и тотъ наборъ, который уже былъ отпечатанъ и долженъ быть разобранъ (раздѣленъ на литеры, шпаціи, шпоны, украшенія и проч.). Такъ, напримѣръ, говорятъ: «разберите эту гранку», «второй листъ (такой-то книги) уже разобранъ», «возьмите разборъ у метранпажа», «разбора корпуса нѣтъ», «разборъ разсыпали» и т. д. Обыкновенно отпечатанный наборъ приносится пріемщиками изъ печатнаго отдѣленія и оставляется въ наборной на спускальныхъ доскахъ. Каждый наборщикъ, по мѣрѣ надобности, отдѣляетъ себѣ (иногда на уголокъ) бо́льшее или меньшее количество строкъ и затѣмъ уже принимается за разборъ. Прежде всего съ разбора сдувается, если нужно, пыль и разборъ при помощи губки, смачивается водою. Потомъ отставляютъ въ сторону пробѣльныя строки, колонъ-цыфры и подстрочныя примѣчанія. Смачиваніе разбора водою способствуетъ отдѣленію одной буквы отъ другой, а вмѣстѣ съ тѣмъ не даетъ литерамъ разсыпа́ться, что́ нерѣдко случается въ сухомъ наборѣ. Обсыпаются бо́льшею частью концы гранокъ и концы строкъ; средина набора (въ особенности, когда наборъ долгое время стоялъ связаннымъ) обыкновенно «спекается», т.-е. литеры слипаются, склеиваются (образуя одинъ кусокъ) и безъ смачиванія водою съ трудомъ могутъ быть отдѣлены другъ отъ друга. Послѣ смачиванія и отставленія вышеупомянутыхъ строкъ, наборщикъ прикладываетъ шпонъ къ послѣдней строкѣ разбора (т.-е. къ тому концу, къ которому обращены основанія очка литеръ), захватываетъ шпонъ указательными пальцами обѣихъ рукъ и, согнувъ средніе пальцы, зажимаетъ ими строки съ обоихъ концовъ, т.-е. съ боковъ гранки. Легкимъ движеніемъ отъ себя, съ помощью большихъ пальцевъ, наборщикъ отдѣляетъ1 отъ гранки необходи-


1 Число строкъ, отдѣляемыхъ для разбора, не должно быть очень велико, иначе наборщикъ рискуетъ уронить, если не всѣ строки, то часть ихъ.


[ РАЗБОРЪ. 168 ]

мое число строкъ и отодвигаетъ ихъ немного отъ остального разбора. Затѣмъ прикладываетъ къ отдѣленнымъ строкамъ со стороны большихъ пальцевъ шпонъ или наборную линейку, захватываетъ строки, какъ по-



казано на рисункѣ (рис. Е), опрокидываетъ на себя и приподнимаетъ съ очкомъ, обращеннымъ къ себѣ. Послѣ того «подъемъ» — такъ называется отдѣленная часть разбора — передается въ правую руку, при чемъ



строки принимаютъ почти вертикальное (стоячее) положеніе и нѣсколько мгновеній удерживаются въ равновѣсіи (рис. Ж). Лѣвая рука одновременно принимаетъ положеніе, указанное на рисункѣ (рис. З), и прибли-


[ РАЗБОРЪ. 169 ]

жается къ правой рукѣ (рис. И). Послѣ этого подъемъ передается изъ правой руки въ лѣвую и остается въ ней, какъ показано на рисункѣ (рис. К) до разбора послѣдней строки. Самый механизмъ1 разбора таковъ:



держа подъемъ въ лѣвой рукѣ, наборщикъ накладываетъ на литеры, начиная съ праваго угла, средній и указательный пальцы правой руки и движеніемъ къ себѣ заставляетъ скользнуть буквы впередъ, подхваты-



вая ихъ снизу большимъ пальцемъ, какъ только онѣ выступятъ за подъемъ (рис. Л). Прочтя взятыя (отдѣленныя) литеры, наборщикъ легкими и послѣдовательными движеніями указательнаго и средняго паль-


1 Механизмъ — безсознательное дѣйствіе, вошедшее въ привычку и не требующее напряженія воли.


[ РАЗБОРЪ. 170 ]

цевъ отдѣляетъ одну букву за другою и кидаетъ ихъ въ тѣ отдѣленія кассы, которыя для нихъ назначены. Обыкновенно захватываютъ сразу не болѣе 10—12 буквъ, преимущественно цѣлыми словами (по шпацію слѣдующаго слова). Послѣ разбора первой строки, снимаютъ и откладываютъ въ сторону (въ одно изъ отдѣленій кассы) шпонъ (если наборъ на шпоны) и продолжаютъ работу попрежнему. Нѣкоторые наборщики раскладываютъ вынимаемые при разборѣ шпоны въ разныя отдѣленія, для того, чтобы они скорѣе просыхали. Матеріалъ при разборѣ слѣдуетъ



тщательно разсортировать, а не кидать разнородныя шпаціи — какъ это часто дѣлаютъ наборщики — въ одно и то-же отдѣленіе. Надписи должны быть также разобраны наборщикомъ. Разборъ идетъ приблизительно въ четыре раза скорѣе набора. Ни одинъ наборщикъ не обязанъ разбирать того, что онъ набралъ, но каждый долженъ «разобрать себѣ кассу», т.-е. приготовить шрифтъ для набора; за это ему особой платы не полагается, — платится только за наборъ. За разборъ наборщикъ получаетъ вознагражденіе (по часамъ) только въ томъ случаѣ, когда его «заставляютъ» разобрать тотъ или другой наборъ.


[ 171 ]

Изложить постепенный ходъ смѣшаннаго набора — нельзя. Составныя части его такъ разнообразны, что мнѣ пришлось бы ежеминутно уклоняться «въ сторону» и пояснять особенности набора тѣхъ или другихъ случайныхъ вводныхъ частей, которыя въ свою очередь крайне непостоянны и измѣнчивы по своей формѣ. Такъ, въ одномъ и томъ же смѣшанномъ наборѣ, на одной страницѣ могутъ встрѣтиться: математическая формула и примѣчаніе; на другой страницѣ — славянская цитата и выводъ; на третьей — подстрочный переводъ и таблица и т. д. Очевидно, что болѣе или менѣе подробное объясненіе особенностей набора математическаго, славянскаго текста, выводовъ, подстрочнаго текста, таблицъ и проч. отвлекло бы меня отъ главнаго предмета моего изложенія.


[ ОРИГИНАЛЪ. 172 ]

Въ виду этого я постараюсь теперь объяснить «въ отдѣльности» и, по возможности, кратко и ясно особенности всѣхъ тѣхъ частей, которыя могутъ входить въ составъ смѣшаннаго набора. При этомъ я изложу болѣе подробно нѣкоторыя стороны наборнаго дѣла, о которыхъ уже упоминалъ въ первыхъ (десяти) листахъ этой книги, а также буду говорить о многомъ, что́ такъ или иначе имѣетъ непосредственную связь съ типографскимъ искусствомъ.

Оригиналъ.

Оригиналомъ называютъ тѣ рукописные или печатные листки, текстъ которыхъ долженъ быть воспроизведенъ наборщикомъ посредствомъ отдѣльныхъ типографскихъ литеръ. Иначе говоря: оригиналъ есть тотъ рукописный или печатный текстъ, который копируется (воспроизводится буква въ букву) наборщикомъ.1 Отсюда выраженія: «весь оригиналъ на такую-то книжку полученъ», «наборщикамъ нечего дѣлать: не хватаетъ оригинала», «неразборчивый оригиналъ», «легкій» или «трудный оригиналъ» и т. д.

Оригиналъ обыкновенно хранится у метранпажа и распредѣляется имъ между наборщиками, сообразно способностямъ каждаго: одному дается — больше, другому — меньше; одному — наборъ болѣе легкій, другому — болѣе трудный и т. д.

Если наборъ не спѣшный, то каждый наборщикъ получаетъ приблизительно такое количество оригинала (такое количество листковъ), которое хватаетъ ему обыкновенно на цѣлый день работы. При спѣшной работѣ иногда даже одинъ листокъ разрѣзывается на части, по нѣсколько строкъ, и поручается многимъ наборщикамъ (такого рода случаи нерѣдки при газетномъ наборѣ).

Слѣдуетъ всегда помнить, что наборное дѣло тогда только идетъ успѣшно и выгодно, какъ для самого наборщика, такъ и для типографіи, когда работа производится безостановочно, когда наборщикъ набираетъ буква за буквой непрерывно, въ теченіе, сравнительно, продолжитель-


1 Оригиналомъ въ типографіяхъ называютъ также рисунки, планы и чертежи, которые приходится воспроизводить типографскимъ способомъ, посредствомъ набора изъ линеекъ и прочаго типографскаго матеріала.


[ ОРИГИНАЛЪ. 173 ]

наго промежутка времени, не затрудняясь чтеніемъ оригинала и не пріостанавливая работы для разбора одного или нѣсколькихъ словъ или фразъ. Поэтому, прежде, чѣмъ приступить къ набору, наборщику слѣдуетъ всегда внимательно прочесть данный ему оригиналъ, если не весь сразу, то, по крайней мѣрѣ, по частямъ, и разобрать заранѣе всѣ затруднительныя и неясныя мѣста. Пробѣгая фразу за фразой, многія сомнительныя и непонятныя выраженія и слова угадываются легко по смыслу, тогда какъ, взятыя и прочитываемыя отдѣльно, не могутъ быть разобраны, а если и прочитываются, то всегда съ бо́льшею потерею времени, чѣмъ въ томъ случаѣ, когда рукопись проглядывается толково, со смысломъ, отдавая себѣ отчетъ въ прочитанномъ и понимая каждую фразу. Понятно, что я говорю преимущественно объ оригиналѣ, написанномъ неразборчивымъ почеркомъ, или-же съ помарками, перечеркиваніями, приписками между строкъ, на поляхъ и проч.

При наборѣ, читать оригиналъ слѣдуетъ всегда съ визоріемъ, такъ какъ онъ облегчаетъ отыскиваніе набираемыхъ строкъ и предупреждаетъ пропуски. Нерѣдко въ оригиналѣ многія строки начинаются съ одного и того-же слова. Въ этихъ случаяхъ, безъ визорія ошибиться очень легко, принявъ одну строку за другую, особенно когда наборъ производится невнимательно, при общемъ разговорѣ, въ которомъ принимаютъ участіе, къ сожалѣнію, нерѣдко всѣ находящіеся въ наборной.

Читая оригиналъ, нужно стараться удержать въ памяти возможно большее число словъ, — если можно, — цѣлую фразу.

Окончивъ наборъ послѣдняго слова набираемой рѣчи, въ то время, какъ рука беретъ шпацію, глаза должны пробѣгать уже слѣдующую часть оригинала.



Всѣ излишнія, хотя-бы кратковременныя, но частыя остановки отзываются вредно, какъ на заработкѣ наборщика, такъ равно и на успѣшности работы.

Только тотъ наборщикъ, который набираетъ быстро, чисто и много, можетъ считаться хорошимъ работникомъ и всегда будетъ цѣниться въ любой типографіи. Наборная работа, по видимому, очень легкая, требуетъ большого вниманія и сосредоточенія всѣхъ способностей наборщика. Одна изъ этихъ способностей — и чрезвычайно важная — заключается именно въ умѣніи читать быстро оригиналъ, не останавливаясь ежеминутно для разбора того или другого слова. Чѣмъ развитѣе и гра-


[ ОРИГИНАЛЪ. 174 ]

мотнѣе наборщикъ, тѣмъ легче дается ему это умѣнье. Отсюда ясно: насколько важно для наборщика образованіе. Изъ недоучки, едва умѣющаго разбирать грамоту, затрудняющагося надъ каждымъ мало-мальски «мудренымъ» (для него) словомъ, незнакомаго съ правилами правописанія, никогда не выйдетъ хорошаго работника. Такой наборщикъ — сущая мука для корректоровъ, заработокъ-же его — ничтожный и невѣрный, такъ какъ плохая работа влечетъ за собою нерѣдко удаленіе изъ типографіи.

Если при предварительномъ чтеніи оригинала наборщикъ встрѣтитъ отдѣльныя выраженія или цѣлыя фразы, которыя должны быть выдѣлены курсивомъ, черными или жирными шрифтами или-же набраны иностранными литерами, то лучше всего такія мѣста набрать немедленно, т.-е. не приступая еще къ набору самого текста. Причина тому простая: кассы курсивныхъ, черныхъ (жирныхъ) и иностранныхъ шрифтовъ держатся въ типографіяхъ обыкновенно въ очень ограниченномъ количествѣ и составляютъ, такъ сказать, общее достояніе всѣхъ наборщиковъ, которые набираютъ изъ нихъ по мѣрѣ надобности. Такъ, изъ одной и той-же курсивной кассы могутъ набирать нѣсколько наборщиковъ, если въ ихъ оригиналахъ встрѣчаются слова, которыя должны быть выдѣлены курсивомъ. Понятно, что работать у одной и той-же кассы одновременно нѣсколькимъ человѣкамъ невозможно, а потому зачастую приходится ожидать очереди, для того, чтобы набрать два, три слова и, вернувшись къ своей кассѣ и прерванной работѣ, черезъ нѣсколько минутъ повторить то же самое и такъ иногда много разъ въ день. Не лучше-ли сразу набрать всѣ выдѣленныя слова? — Этимъ сбережется время и себѣ, и товарищамъ.

Въ случаѣ какого-либо недоразумѣнія, встрѣтившагося при чтеніи оригинала, слѣдуетъ обратиться за разъясненіемъ къ метранпажу или, если возможно, къ корректору. Только корректоры, да и то далеко не всегда и не всѣ, придерживаются правила подчеркивать извѣстнымъ, различнымъ, но опредѣленнымъ, способомъ слова, которыя должны быть выдѣлены курсивомъ, капителью, жирнымъ шрифтомъ и проч.1 Громадное большинство авторовъ не имѣютъ никакого понятія или очень


1 Въ Италіи, почти повсемѣстно, корректоры подчеркиваютъ выдѣляемыя слова такъ:




[ КОРРЕКТУРА. КОРРЕКТОРЪ. 175 ]

смутное о техникѣ набора и для различнаго рода «особенностей» набора выдумываютъ обыкновенно «свои», чисто произвольные знаки, значеніе которыхъ поясняютъ метранпажу, при передачѣ ему оригинала.

Если, при распредѣленіи рукописи, метранпажъ забудетъ почему-либо пояснить значеніе условныхъ знаковъ, принятыхъ авторомъ, то наборщикъ обязанъ спросить объ этомъ, а не набирать выдѣленныхъ словъ шрифтами «по своему усмотрѣнію или разумѣнію».

Каждый наборщикъ долженъ обращаться крайне бережно съ порученнымъ ему оригиналомъ: не пачкать его или, какъ обыкновенно говорятъ, «не захватывать» грязными руками, не рвать и не дѣлать на поляхъ какихъ-либо ненужныхъ надписей.

Для успѣшности работы оригиналъ всегда долженъ быть написанъ четко и непремѣнно на одной сторонѣ листка бумаги, такъ какъ нерѣдко его приходится (какъ, напримѣръ, въ газетномъ наборѣ) разрѣзать на части и распредѣлять между многими наборщиками.

Корректура. Корректоръ.

Еслибы всѣ книги печатались въ томъ видѣ, въ какомъ строки набора выходятъ изъ верстатки наборщика, то, пожалуй, многіе отказались-бы совсѣмъ отъ чтенія, или предпочли-бы старинныя рукописныя



Приборъ для тисканія (преимущественно газетныхъ) корректуръ съ набора въ гранкахъ.

книги печатнымъ. Причина тому та, что наборъ, вышедшій непосредственно изъ рукъ наборщика, всегда болѣе или менѣе полонъ ошибокъ, искаженій, пропусковъ и прочихъ погрѣшностей, нерѣдко совершенно измѣняющихъ смыслъ текста и даже дѣлающихъ его непонятнымъ


[ КОРРЕКТУРА. КОРРЕКТОРЪ. 176 ]

Въ виду этого каждый наборъ, прежде чѣмъ поступить въ печатное отдѣленіе типографіи, просматривается и исправляется.

Какъ только наберется нѣсколько сотъ строкъ набора, съ нихъ дѣлается оттискъ,1 который и посылается корректору.

Корректоромъ называется лицо, которое отмѣчаетъ и указываетъ сдѣланныя наборщикомъ ошибки.

Тотъ типографскій оттискъ (набора), на поляхъ2 котораго корректоръ отмѣчаетъ замѣченныя имъ погрѣшности, носитъ названіе «кор-



Ручной станокъ (прессъ) для тисканія корректуръ (въ полосахъ, формахъ и листахъ).

ректурнаго оттиска» или просто «корректуры». Послѣднее обозначеніе, конечно, неправильно, такъ какъ «корректура» есть исправленіе ошибокъ набора, а не самый оттискъ съ помѣтками корректора. Самая отмѣтка или указаніе ошибокъ набора называется на типографскомъ языкѣ — чтеніемъ или держаніемъ корректуры. Отсюда выраженія: «такой-то хорошо держитъ корректуру», «плохо прочитана коррек-


1 На ручномъ типографскомъ прессѣ, называемомъ обыкновенно просто «станкомъ».

2 Поля — бѣлыя мѣста бумаги, остающіяся по сторонамъ текста.


[ ПЕРВАЯ КОРРЕКТУРА. 177 ]

тура», «я читаю первую корректуру», «авторъ самъ будетъ держать послѣднюю корректуру» и т. д.

Оттискъ на такъ-называемую первую корректуру дѣлается «въ гранкахъ», т.-е., подобравъ гранки различной величины, не развязывая ихъ, а только подставивъ одну подъ другую, въ томъ порядкѣ, въ какомъ строки слѣдуютъ одна за другою. Надо замѣтить, что наборщики начинаютъ набирать обыкновенно съ абзаца1 и оканчиваютъ тоже абза-



Первая корректура.

цомъ, т.-е. начинаютъ съ начала отдѣльнаго періода п заканчиваютъ концевою строкою періода, или же, если одинъ наборщикъ окончитъ наборъ, заключивъ строку на словѣ или полусловѣ, то другой наборщикъ, начиная свой наборъ, продолжаетъ неоконченный текстъ товарища. Если наборщику встрѣтится знакъ выноски, то онъ его ставитъ и, закончивъ строку, вмѣсто продолженія текста, немедленно набираетъ примѣчаніе; затѣмъ продолжаетъ набирать текстъ.


1 Я говорю теперь исключительно о книжномъ наборѣ.


[ ПЕРВАЯ И ВТОРАЯ КОРРЕКТУРЫ. 178 ]

Оттиски въ гранкахъ, на первую корректуру, дѣлаются съ большими полями, т.-е. столбцы гранокъ отстоятъ довольно далеко другъ отъ друга (вершка на два и болѣе, или квадрата на 4—6). Это для того, чтобы корректору хватило мѣста для отмѣтки исправленій, которыхъ всего болѣе бываетъ именно въ первой корректурѣ.

При оттискѣ (на первую корректуру) всегда прилагается и оригиналъ, съ котораго набирались оттиснутыя строки.

По полученіи отъ корректора первой корректуры, метранпажъ разрѣзаетъ ее на части и раздаетъ наборщикамъ для исправленія указанныхъ на поляхъ погрѣшностей. Понятно, что каждый изъ наборщиковъ получаетъ корректуру своихъ строкъ.

За исправленіе первой корректуры наборщики ничего не получаютъ; плохо набралъ, надѣлалъ пропусковъ, много ошибокъ — тѣмъ хуже для себя.

Всѣ указанныя корректоромъ погрѣшности должны исправляться безусловно и тщательно — всѣ до одной.

Въ первой корректурѣ должно исправлять только орѳографическія ошибки и отступленія отъ оригинала (пропуски, произвольныя сокращенія и перестановку словъ, неправильный наборъ выраженій, которыя должны быть выдѣлены, и проч.). Никогда не слѣдуетъ въ первой корректурѣ дѣлать исправленій слога, приписокъ, вставокъ и проч. Первая корректура, какъ я. уже говорилъ, исправляется наборщикомъ безплатно, и, понятно, онъ долженъ отвѣчать только за сдѣланныя противъ оригинала погрѣшности, а вовсе не за промахи автора.

Первую корректуру слѣдуетъ, по возможности, читать вдвоемъ, т.-е., чтобы одно лицо держало корректуру, а другое слѣдило по оригиналу. Это предупреждаетъ пропуски.

По исправленіи ошибокъ, указанныхъ въ первой корректурѣ, тѣ же самыя гранки тискаются во второй разъ и посылаются вновь корректору — иногда съ оригиналомъ, иногда безъ оригинала, въ зависимости отъ требованія корректора. Это — вторая корректура. Тискается она тоже въ гранкахъ.

Исправленіе ошибокъ, указанныхъ во второй корректурѣ, поручается наборщикамъ уже за особую плату (обыкновенно — «по часамъ», по 15 коп. за часъ работы).

Если изданіе перепечатывается, т.-е. наборъ дѣлается съ печатнаго оригинала, безъ измѣненій, то вторая корректура посылается обыкновенно не въ гранкахъ, а уже въ сверстанномъ видѣ (въ сверстанныхъ полосахъ).

Третья корректура, такъ-называемая «подписная», посылается въ сверстанномъ видѣ и представляетъ, такъ-сказать, «черновикъ» листа,


[ ТРЕТЬЯ И ПОДПИСНАЯ КОРРЕКТУРЫ. 179 ]

который долженъ быть отпечатанъ, а потому въ ней должно быть все то, что появится въ отпечатанномъ листѣ и совершенно въ томъ же порядкѣ.

Третью корректуру, которая вмѣстѣ съ тѣмъ бываетъ обыкновенно и послѣдняя, корректоръ читаетъ (держитъ) безъ оригинала.

Если исправленій немного и притомъ несущественныхъ, то на послѣдней корректурѣ корректоръ дѣлаетъ обыкновенно надпись:1 «по исправленіи, печатать».

Листы съ «тиснутыми» на первую и вторую корректуры гранками называются формами, независимо отъ числа помѣщенныхъ на нихъ гранокъ. Форма можетъ быть большая и небольшая. Поэтому въ типографіяхъ можно услышать отъ метранпажа: «я послалъ корректору семь формъ; формы большія — выйдетъ пять листовъ», «задержка за корректурою: у корректора на вторую корректуру восемь формъ, да у автора на первую корректуру шесть формъ» и т. д.

Я упомянулъ здѣсь о трехъ корректурахъ, но ихъ бываетъ иногда больше и меньше. Если авторъ читаетъ самъ корректуру, то одновременно съ корректоромъ или послѣ него посылаются корректуры и автору. Во всякомъ случаѣ, если корректуру держитъ самъ авторъ, то спускать листы въ машину, т.-е. печатать ихъ, слѣдуетъ только тогда, когда авторъ напишетъ на послѣдней корректурѣ: «печатать».

Каждая типографія отвѣчаетъ за исправленіе всѣхъ ошибокъ, помѣченныхъ въ послѣдней (подписной) корректурѣ корректора или автора, и если указанныя погрѣшности не исправлены, то издатель имѣетъ право требовать, чтобы листы были перепечатаны и никакая порядочная типографія, дорожащая своею репутаціею, не откажетъ въ удовлетвореніи этого законнаго требованія заказчика.

Книги (неспеціальныя), набираемыя съ рукописей, издаются обыкновенно (но не обязательно) «по тремъ корректурамъ», т.-е. каждый листъ просматривается корректоромъ три раза: первая корректура — въ гранкахъ, вторая корректура — тоже въ гранкахъ и третья корректура — въ сверстанномъ видѣ (въ сверстанныхъ полосахъ).

Въ нѣкоторыхъ типографіяхъ чтеніе первой и второй корректуръ поручается одному корректору, а послѣдней (подписной) — другому. Такого порядка нельзя одобрить, такъ какъ каждый корректоръ правитъ «по-своему», и наборщикамъ приходится возстановлять слова и знаки, вычеркнутые первымъ корректоромъ, и, наоборотъ, выкидывать изъ набора то, что было имъ оставлено безъ измѣненія. Вообще чтеніе корректуръ двумя корректорами, помимо доставленія непроизводительной работы наборщикамъ, порождаетъ всегда только пререканія между


1 Оттого-то эта корректура и называется «подписною».


[ КОРРЕКТОРЪ. 180 ]

самими корректорами и, въ большинствѣ случаевъ, лишь ухудшаетъ качество корректуры, нарушая ея однообразіе.

Изданія, набираемыя съ печатнаго оригинала, выпускаются зачастую по двумъ лишь корректурамъ, чего, конечно, нельзя одобрить, такъ какъ двухъ корректуръ всегда недостаточно. Большая ошибка предполагать, что, набирая съ печатнаго оригинала, наборщикъ сдѣлаетъ значительно менѣе ошибокъ, чѣмъ при наборѣ съ рукописи. Вся суть въ наборщикѣ, а не въ оригиналѣ. Хорошій, развитой и опытный наборщикъ съ неразборчивой рукописи наберетъ грамотно и чисто, между тѣмъ какъ плохой наборщикъ-недоучка, набирая съ печатнаго оригинала, приведетъ въ отчаяніе любого корректора. Печатный оригиналъ, какъ и хорошая рукопись, ускоряетъ и облегчаетъ чтеніе оригинала, но мало вліяетъ на качество работы, такъ какъ всякій наборщикъ, прочтя фразу, набираетъ ее уже на память, при чемъ плохой наборщикъ съ отличнаго и грамотно написаннаго или отпечатаннаго оригинала наберетъ всегда неграмотно и скверно. Все это хорошо извѣстно корректорамъ, которые удивляются лишь чистому и толковому набору, а не набору, полному самыхъ грубыхъ ошибокъ и искаженій: скверный наборъ — обычное явленіе для корректора.

Я вовсе не хочу сказать, что для наборщика рѣшительно все равно: набирать ли съ печатнаго оригинала или съ неразборчивой рукописи. Моя цѣль указать только на то, что наборъ съ печатнаго оригинала такъ мало вліяетъ на качество работы, что вовсе не оправдываетъ сокращенія числа обычныхъ корректуръ.

Только близко знакомые съ практикою типографскаго дѣла могутъ оцѣнить работу корректора, а между тѣмъ отъ его опытности и добросовѣстности зависятъ въ значительной степени какъ репутація типографіи, такъ нерѣдко и успѣхъ изданія.

Работы корректора никто не замѣчаетъ и не оцѣниваетъ, а работа эта трудная и, сравнительно, плохо оплачиваемая. Корректоръ можетъ исправить тысячу ошибокъ — никто его за это не похвалитъ: «это только его обязанность»; но Боже спаси пропустить въ цѣломъ листѣ (въ 50,000 буквъ) хотя бы одну буквенную опечатку! На голову корректора обрушатся непремѣнно самые нелестные эпитеты, въ родѣ: невѣжда, неучъ, безграмотный, никуда негодный корректоръ и проч.

Корректоръ выправляетъ не только буквенныя ошибки, но зачастую и слогъ автора.

Хорошій корректоръ долженъ быть не только безусловно грамотнымъ человѣкомъ, но также разносторонне образованнымъ и знающимъ, по крайней мѣрѣ, два новыхъ языка: французскій и нѣмецкій. Помимо отличнаго знанія правилъ грамматики и умѣнья писать безъ ошибокъ,


[ КОРРЕКТОРЪ. 181 ]

корректоръ долженъ быть еще основательно знакомъ съ техникою типографскаго дѣла и обладать способностью и навыкомъ читать самыя связныя и неразборчивыя рукописи.

Грамотныхъ и образованныхъ корректоровъ много, но вполнѣ опытныхъ и знающихъ хорошо типографское дѣло — очень мало, а между тѣмъ только съ такими опытными корректорами и мыслимы хорошія, роскошныя изданія.

Недостаточно указать на корректурномъ оттискѣ пропуски, неточности и орѳографическія ошибки. Корректоръ долженъ отмѣтить также чисто техническіе промахи наборщика и метранпажа: перевернутыя буквы, одноименныя литеры разныхъ шрифтовъ (даже знаки препинанія), неправильную разрядку словъ (пробѣлы) и строкъ (шпоны), неправильныя концевыя строки и концевыя полосы, неправильно поставленные рисунки, попорченныя литеры, неправильную пагинацію,1 неправильно выдѣленныя слова (вмѣсто, напримѣръ, курсива, набранныя жирнымъ шрифтомъ и т. п.), неправильно набранныя и невѣрно поставленныя нормы и сигнатуры, невѣрные (въ типографскомъ отношеніи) переносы, неодинаковые шрифты надписей одного и того же рода и проч.

Самые плохіе корректора — авторы. Они читаютъ и видятъ вовсе не то, что напечатано, а «на память», — то, что сложилось въ ихъ головѣ. Кромѣ того, почти всѣ авторы считаютъ себя безусловно грамотными и, придерживаясь своей собственной орѳографіи, заставляютъ слѣдовать ей и корректора. Въ этомъ случаѣ, конечно, корректору приходится подчиняться желанію и требованію автора; досадно, однако, что при этомъ страдаетъ репутація типографіи, такъ какъ читатели всѣ ошибки, происшедшія по винѣ автора, приписываютъ небрежности типографіи. Помимо сказаннаго, нужно еще замѣтить, что авторамъ можно посылать по пятисотъ корректуръ и все-таки каждый разъ они найдутъ нужнымъ что-либо измѣнить и добавить.

Всѣ знаменитые типографы, славившіеся безукоризненною корректурою (Эльзевиръ, Этьенъ, Кекстонъ, Плантенъ и друг.), и близко знакомые съ типографскимъ дѣломъ давно признали, что невозможно выпустить книгу безъ ошибокъ. Этому не слѣдуетъ удивляться, если мы узнаемъ, что въ одномъ листѣ «Историческаго Вѣстника» заключается 41,000 буквъ, въ листѣ настоящей книги 40,000 буквъ, а въ одномъ листѣ справочной книги «Вся Россія» — 208,000 буквъ; въ одномъ листѣ (въ 8 столбцовъ) газеты «Новое Время» — 214,000 буквъ. Наборщикъ можетъ сдѣлать ошибку вовсе ненамѣренно. Если касса разобрана невѣрно, то вмѣсто буквы а легко взять другую, хотя рука и


1 Пагинація — нумерація страницъ.


[ КОРРЕКТОРЪ. 182 ]

захватитъ литеру изъ отдѣленія, назначеннаго для буквы а. Разобрать неправильно кассу — очень легко: стоитъ только ошибиться одною буквою — и болѣе десятка литеръ попадутъ не въ свои отдѣленія. Предположите, что у наборщика, разбирающаго слово «рукоприкладство», первая литера упала незамѣченною въ одно изъ отдѣленій кассы. Что́ изъ этого произойдетъ? Наборщикъ, называя мысленно каждую букву, кинетъ литеру у въ отдѣленіе для буквы р, литеру к — въ отдѣленіе буквы у и т. д., предполагая, что онъ разбираетъ слово «рукоприкладство», тогда какъ на самомъ дѣлѣ онъ разбираетъ «укоприкладство». Ошибка, конечно, замѣтится тотчасъ же, но ни одинъ наборщикъ не станетъ разыскивалъ въ отдѣленіяхъ невѣрно разобранныхъ литеръ: это отняло бы слишкомъ много времени.

При правкѣ корректуръ случается то же самое: наборщикъ беретъ литеру а изъ отдѣленія, для нея предназначеннаго, а вмѣсто того ему попадается литера, положимъ, к, случайно очутившаяся въ чужомъ отдѣленіи. Лишь очень немногіе наборщики, при правкѣ корректуръ, взявши литеру, взглянутъ на ея очко и удостовѣрятся въ томъ, что взята именно та буква, которая нужна; большинство же, захвативъ литеру изъ ея отдѣленія, ставятъ ее взамѣнъ вынутой, не глядя на очко, вполнѣ увѣренные, что не стоитъ терять времени на такого рода провѣрку.

Нерѣдко случается, что корректура отлично прочитана и всѣ ошибки исправлены, а между тѣмъ въ книгѣ оказываются опечатки. Объясненіе тому простое: во время самаго печатанія какая-нибудь буква выскочила (или была выдернута красочнымъ валикомъ). Вмѣсто того, чтобы позвать для исправленія наборщика или метранпажа, пріемщикъ или накладчикъ сами вставляютъ выскочившую букву на мѣсто «по своему разумѣнію» и, въ большинствѣ случаевъ, крайне неудачно. Хотя это и строго воспрещается, но никогда не выполняется, и очень многія книги обязаны своими опечатками исключительно рабочимъ при печатныхъ машинахъ.

Выпустить книгу (понятно, не маленькую, а листовъ въ 25—30 объемомъ) считается, какъ я уже говорилъ, крайне труднымъ, если не совсѣмъ невозможнымъ. Вотъ что́ можно порекомендовать каждому автору, желающему избѣжать излишнихъ погрѣшностей и досадныхъ опечатокъ:

Сдавать въ типографію оригиналъ четко написанный. Особенно нужно обращать вниманіе на то, чтобы собственныя имена, техническіе термины и фразы на иностранныхъ языкахъ были обозначены ясно и разборчиво.

Писать лишь на одной сторонѣ листа, оставляя противоположную страницу пустою, безъ текста. Для газетной работы это должно быть обязательно, такъ какъ при спѣшной работѣ зачастую приходится раз-


[ КОРРЕКТОРЪ. 183 ]

рѣзать оригиналъ на части, раздавая ихъ разнымъ наборщикамъ. Понятно, что оригиналъ, написанный съ оборотомъ, задержитъ спѣшный наборъ, такъ какъ съ одного и того же клочка оригинала два наборщика набирать одновременно не могутъ.

Не дѣлать большихъ измѣненій въ корректурѣ, для чего слѣдуетъ всегда заранѣе просмотрѣть оригиналъ и сдѣлать всѣ необходимыя поправки въ рукописи, ранѣе сдачи ея въ типографію.

Въ случаѣ неизбѣжности поправокъ и измѣненій въ корректурѣ (въ гранкахъ), стараться, по возможности, не затруднять наборщика и не заставлять его, ради выкидокъ и добавленій, перебирать весь наборъ или значительную его часть на верстатку, помня, что такого рода работа оплачивается довольно дорого за счетъ автора.

При корректурѣ въ сверстанныхъ полосахъ и листахъ слѣдуетъ поступать еще осторожнѣе, такъ какъ излишнія приписки или сокращенія, помимо переборки строкъ, влекутъ за собою нерѣдко переверстку нѣсколькихъ листовъ, что, конечно, удорожаетъ лишь расходъ по изданію.

Избѣгать употребленія въ одной строкѣ однихъ и тѣхъ же корректурныхъ знаковъ.

Крайне важно для корректора имѣть всегда подъ рукою необходимыя справочныя книги (словари, энциклопедіи, календари и проч.), такъ какъ, въ большинствѣ случаевъ, оригиналы пишутся неразборчиво, а ни одинъ корректоръ не можетъ знать всѣхъ техническихъ терминовъ и держать постоянно въ памяти безчисленное количество историческихъ событій, годовъ, чиселъ, всякаго рода именъ, фамилій, названій городовъ, рѣкъ и проч., не только русскихъ, но и иностранныхъ.

Трудъ книжныхъ корректоровъ оплачивается обыкновенно «съ листа». Такъ какъ форматъ и шрифтъ книгъ бываетъ различный, то, сообразно съ этимъ, и цѣны за корректуру чрезвычайно разнообразны. Каждая типографія устанавливаетъ эти цѣны «по-своему». Въ большинствѣ случаевъ вознагражденіе корректорамъ назначаетъ управляющій типографіею. Журнальные и газетные корректора получаютъ вознагражденіе помѣсячно. Книжная корректура у насъ, въ Россіи, держится корректорами, въ большинствѣ случаевъ, у себя на квартирѣ, газетная же — въ помѣщеніяхъ редакціи или типографіи. За границею книжная корректура читается обыкновенно въ помѣщеніи типографіи, при чемъ весьма нерѣдко корректоръ занимается въ одной комнатѣ съ наборщиками, чего, конечно, нельзя одобрить, такъ какъ шумъ, разговоры и постоянное движеніе въ наборныхъ развлекаютъ корректора и не даютъ ему возможности сосредоточиться на порученной ему работѣ.

Основное и необходимое правило корректуры заключается въ томъ, чтобы каждая ошибка или погрѣшность были указаны непремѣнно двумя


[ КОРРЕКТУРНЫЕ ЗНАКИ. 184 ]



Наборъ съ помѣтками корректора.


[ КОРРЕКТУРНЫЕ ЗНАКИ. 185 ]



Наборъ, въ которомъ ошибки, указанныя корректоромъ, исправлены.


[ КОРРЕКТУРНЫЕ ЗНАКИ. 186 ]

и притомъ совершенно одинаковыми знаками: однимъ — въ текстѣ, а другимъ — на полѣ корректурнаго оттиска, съ добавленіемъ необходимаго исправленія. Если мнѣ нужно, напримѣръ, букву а въ какомъ нибудь словѣ замѣнить буквою н, то я перечеркиваю ошибочно поставленную литеру а черточкою (|), ставлю такую же черточку на полѣ и около нея (черточки) букву н (|н). Наборщикъ, взглянувъ на корректурный оттискъ, видя черточку со стоящею около нея буквою н, беретъ изъ касссы литеру н и ищетъ въ текстѣ: какая литера перечеркнута черточкою. Найдя такую литеру, онъ вынимаетъ ее изъ набора, а вмѣсто нея вставляетъ новую литеру н. Если нужно одно слово замѣнить другимъ, то корректоръ перечеркиваетъ его, напримѣръ, такимъ знакомъ ([ |—| ]), ставитъ на полѣ такой же знакъ и около него пишетъ слово, которое должно быть поставлено вмѣсто набраннаго ([ |—| можно ]). Наборщикъ, прочтя на полѣ стоящее около знака [ |—| ] слово, набираетъ (составляетъ) его, затѣмъ ищетъ въ текстѣ то слово, которое перечеркнуто такимъ же знакомъ ([ |-н-е-л-ь-з-я-| ]), вынимаетъ это слово изъ набора и ставитъ вмѣсто него набранное (можно). Знаки на поляхъ корректурнаго оттиска выставляются преимущественно противъ (сбоку) тѣхъ строкъ, въ которыхъ находятся ошибки, помѣченныя соотвѣтствующими (парными) знаками. Корректурные знаки — чисто условные, т.-е. произвольные. Я привожу выше образецъ корректуры, по которому нетрудно составить себѣ довольно ясное понятіе о техникѣ корректурнаго дѣла. Многіе изъ приведенныхъ знаковъ, можно сказать, общеупотребительны въ типографіяхъ Россіи.


[ ПРАВКА КОРРЕКТУРЫ. 187 ]

Правка корректуры.

Когда наборщику приходится «править корректуру», т.-е. исправлять въ наборѣ указанныя корректоромъ ошибки (противъ оригинала, правилъ грамматики или правилъ типографскаго дѣла), то онъ поступаетъ такъ: если нужно замѣнить въ гранкѣ всего три, четыре литеры новыми, то гранку можно не развязывать; въ противномъ случаѣ, т.-е., когда исправленіи много, наборъ переносится на уголокъ и развязывается.

Вдоль правой стороны гранки не лишнее ставить марзанъ или реглетъ, — это предохраняетъ концы строкъ отъ обсыпанія.

При замѣнѣ одной буквы другою наборщикъ втыкаетъ конецъ тонкаго и остраго шила въ заплечикъ литеры, какъ разъ подъ очкомъ (рис. Л); приподнявъ ее немного, онъ переворачиваетъ шило въ рукѣ остріемъ кверху и, придерживая его четвертымъ (безымяннымъ) пальцемъ и мизинцемъ, (рис. М, М), захватываетъ приподнятую букву указательнымъ и большимъ

пальцами той же правой руки, бросаетъ ее въ отдѣленіе кассы и, взявъ необходимую для замѣны букву, вставляетъ ее на мѣсто вынутой, а затѣмъ осаживаетъ внизъ плоскимъ концомъ ручки шила. При втыканіи, нужно держать шило довольно круто (подъ угломъ приблизительно


[ ПРАВКА КОРРЕКТУРЫ. 188 ]

въ 45°), чтобы не попортить очка литеръ нижележащей строки. Шило должно быть непремѣнно тонкое и острое, иначе оно съ трудомъ входитъ въ металлъ, легко изъ него выскакиваетъ, при попыткахъ приподнять плотно зажатую литеру срывается и портитъ очко буквы. При замѣнѣ цѣлаго слова или нѣсколькихъ буквъ слѣдуетъ прежде всего всунуть шило въ пробѣлъ около того мѣста, которое подлежитъ исправленію: литеры подадутся вправо и наборщику удобно вынуть то, что нужно. Если вынимается цѣлое слово (въ началѣ строки), то, держа шило въ правой рукѣ на манеръ пера (при писаніи), прихватываютъ имъ послѣднюю литеру слова справа (немного выше средины), а указательнымъ пальцемъ лѣвой руки упираютъ въ начало строки (рис. Н) слѣва и, зажавъ

такимъ образомъ вынимаемую часть строки, приподнимаютъ ее до половины роста литеръ, нажимая немного книзу. Затѣмъ, не давая литерамъ опускаться, съ помощью пальцевъ и шила, выдѣляютъ тѣ, которыя подлежатъ замѣнѣ, захватываютъ ихъ, а остальныя осаживаютъ на мѣсто. Послѣ того остается вставить новыя буквы или сдвинуть слоги и слова, соблюдая уже указанныя правила выключки строкъ. Вмѣсто части строки (что самое удобное), вынимаютъ иногда одно слово, или нѣсколько слоговъ, при чемъ указательный или средній палецъ упираютъ въ литеру слѣва, въ пробѣлѣ, а справа — шило, (въ послѣднюю литеру слова или въ средину слова), предварительно отдѣливъ, конечно, осторожно, остріемъ шила однѣ буквы отъ другихъ (рис. О). Нѣкоторые русскіе типографы пробовали, при правкѣ корректуръ, замѣнить шило щипчиками, но принуждены были отказаться отъ этого нововведенія, вслѣдствіе значительной порчи очка буквъ, т.-е. именно вслѣдствіе той при-


[ ПРАВКА КОРРЕКТУРЫ. 189 ]

чины, которую желали устранить, замѣняя шило щипчиками; тѣмъ не менѣе въ Италіи и въ большей части Франціи правка корректуръ производится исключительно съ помощью щипчиковъ.

Иногда, при значительныхъ корректурахъ, т.-е. при вставкахъ или выкидкахъ многихъ словъ, приходится «перебрать на верстатку» всѣ набранныя строки или нѣкоторыя изъ нихъ. При этомъ французскіе на-


[ ПЕРЕБОРКА НАБОРА НА ВЕРСТАТКУ. 190 ]

борщики поступаютъ такъ: если нужно перебрать цѣлую гранку, то ее помѣщаютъ на уголокъ, обращая вниманіе на то, чтобы первая строка набора пришлась къ открытому концу продольной стороны уголка (по направленію лит. П). Наборщикъ беретъ въ лѣвую руку верстатку, указательный палецъ правой руки кладетъ на первую букву первой строки (со стороны кегля), а большой палецъ — сверху строки (со стороны нижнихъ стѣнокъ), захвативъ бо́льшее или меньшее число литеръ, глядя по необходимости. Нажимая обоими пальцами, наборщикъ приподнимаетъ буквы, поддерживая ихъ снизу согнутымъ третьимъ пальцемъ, какъ это хорошо видно на рисункѣ (П). Перенося отдѣленную часть строки на верстатку, наборщикъ дѣлаетъ кистью руки полуоборотъ, такъ что при постановкѣ литеръ указательный палецъ приходится уже со стороны подвиж-



Правка корректуры щипчиками.

ной стѣнки верстатки (рис. Р). Русскіе наборщики при переборкѣ строкъ на верстатку поступаютъ иначе: поставивъ на уголокъ гранку, такъ, чтобы начальныя ея строки приходились къ открытому концу уголка, наборщикъ беретъ верстатку въ лѣвую руку и затѣмъ упираетъ средній или безымянный палецъ въ начало верхней строки, какъ показано


[ ПЕРЕБОРКА НАБОРА НА ВЕРСТАТКУ. 191 ]

на рисункѣ С. Нажимая одновременно среднимъ (или безымяннымъ) пальцемъ въ начало строки, а указательнымъ (или указательнымъ и среднимъ) со стороны нижнихъ стѣнокъ литеръ, отдѣляютъ нѣкоторую часть набора (10—25 литеръ) и, приподнявъ въ положеніи, указанномъ

на рисункѣ Т, переносятъ на верстатку (рис. У). Не трудно убѣдиться (разсматривая и сравнивая рисунки) въ томъ, что пріемы русскихъ наборщиковъ при переборкѣ строкъ отличаются отъ вышеописанныхъ пріемовъ французскихъ и итальянскихъ наборщиковъ, что, конечно, нисколько не вліяетъ на успѣшность работы, такъ какъ въ такого рода вопросахъ все сводится на привычку: одинъ работаетъ такъ, а другой иначе, но результаты одни и тѣ же.

Такъ по частямъ «перебираются» (переносятся) на верстатку всѣ строки. Здѣсь указывается лишь механизмъ «переборки», т.-е. способъ перенесенія строкъ по частямъ, съ уголка на верстатку; понятно, что при этой работѣ наборщикъ соблюдаетъ обычныя правила набора, касающіяся выключки строкъ, переноса словъ и проч. Иногда прихо-


[ ПЕРЕБОРКА НАБОРА НА ВЕРСТАТКУ. 192 ]

дится перебрать всего двѣ-три строки, и притомъ такихъ, которыя находятся посреди гранки, расположенной на уголкѣ обычнымъ порядкомъ, т.-е. съ литерами, обращенными верхнею частью очка къ низу уголка. Въ этомъ случаѣ наборщикъ отдѣляетъ часть гранки, какъ разъ по тѣ строчки, которыя нужно перебрать, и отодвигаетъ ее немного кверху; затѣмъ беретъ перебираемыя строки и переворачиваетъ ихъ вверхъ ногами, т.-е. верхнею частью очка кверху, а затѣмъ поступаетъ съ наборомъ, какъ уже было сказано.

Исправляя корректуру, наборщикъ обязанъ выполнить въ точности всѣ сдѣланныя корректоромъ указанія, хотя бы послѣднія казались ему невѣрными и неосновательными; онъ долженъ исправлять, что́ ему указано, безъ всякихъ разсужденій, какъ машина.1 Если при наборѣ цѣнится наборщикъ грамотный, работающій «чисто», т.-е. безъ пропусковъ, безъ грубыхъ ошибокъ, то еще цѣннѣе тотъ, который постоянно выправляетъ всѣ до одной указанныя ему ошибки, сознавая, что иногда одна пропущенная опечатка (буквенная ошибка) влечетъ за собою большія послѣдствія и непріятности не только для него самого, но также для типографіи, для автора и издателя. Хорошіе наборщики, набирающіе чисто, обыкновенно исправляютъ корректуру тоже хорошо. Оно и понятно почему: — у хорошаго наборщика въ большой гранкѣ


1 Я особенно настаиваю на соблюденіи этого правила. При наборѣ наборщикъ можетъ еще исправлять (если это ему кажется необходимымъ) орѳографію оригинала и это не грозитъ опасностью для чистоты изданія, такъ какъ сдѣланные промахи и ошибки могутъ быть исправлены корректоромъ, но при исправленіи послѣдней корректуры фантазія наборщика можетъ повлечь за собою серьезныя недоразумѣнія.


[ ОТСТУПЪ. 193 ]

найдется всего нѣсколько ошибокъ, которыя ему нетрудно и недолго выправить; у плохого же, въ такой же гранкѣ, — десятки ошибокъ, да еще пропуски слоговъ, словъ, а нерѣдко и цѣлыхъ фразъ. При исправленіи большой корректуры приходится иногда перебирать строки на верстатку, что́ требуетъ извѣстной траты времени, а такъ какъ за первую корректуру наборщикъ ничего не получаетъ, то, понятно, онъ спѣшитъ и изъ ста указанныхъ ошибокъ, навѣрное, не выправитъ десяти, если не больше. Съ плохими наборщиками, аккуратно и точно исправляющими сдѣланные ими промахи, можно еще иногда мириться въ неспѣшныхъ (книжныхъ) работахъ, но съ недобросовѣстными работниками нужно поступать строго, не оказывая имъ ни малѣйшей поблажки. Корректора обыкновенно относятся крайне снисходительно къ малоопытнымъ и безграмотнымъ наборщикамъ, терпѣливо выправляя сотни ошибокъ, но совершенно справедливо требуютъ, чтобы ихъ замѣчанія выполнялись — всѣ до одного. За исправленіе первой корректуры, въ которой отмѣчаются лишь орѳографическія погрѣшности1 и ошибки противъ оригинала, какъ я уже говорилъ, наборщики особой платы не получаютъ, такъ какъ они сами виноваты въ сдѣланныхъ промахахъ: оригиналъ у нихъ передъ глазами и если они ему не слѣдуютъ, то сами и должны отвѣчать за свою небрежность и невниманіе.

Отступъ.

Отступомъ или абзацомъ (отъ нѣмецкаго слова Absatz — уступъ) называется пробѣлъ въ началѣ первой (начальной) строки каждаго періода. Наборщики называютъ абзацомъ также цѣлый періодъ. Отсюда выраженіе: «концевая строка абзаца». Отступы дѣлаются, соображаясь съ форматомъ строки. При форматахъ до 5 квадратовъ въ русскихъ типографіяхъ ставится обыкновенно «круглый», при 5—5½ квадратахъ — полтора круглыхъ, при 6—6½ кв. ставятъ 1½—2 круглыхъ. Точныхъ правилъ для величины отступовъ нѣтъ: всякій типографъ дѣлаетъ по своему вкусу, какъ ему кажется красивѣе (см. стран. 194). Нѣмецкіе типографы при форматѣ въ 6 квадратовъ дѣлаютъ отступы очень часто въ 2½ круглыхъ. Отступы остались намъ въ наслѣдіе отъ временъ рукописныхъ книгъ, когда въ началѣ каждаго большого періода оставлялись пробѣлы для вписыванія иниціаловъ (заглавныхъ буквъ).

Отступомъ называютъ также большой, во всю ширину полосы, пробѣлъ надъ текстомъ каждой начальной страницы.


1 Грамматическія, противныя правиламъ правописанія.


[ 194 ]



Образцы отступовъ, принятыхъ въ нѣкоторыхъ русскихъ типографіяхъ.


[ 195 ]



Полосы съ отступомъ, рядомъ полосы безъ отступа.


[ ОТСТУПЪ. 196 ]



Полоса съ отступомъ.


[ ОТСТУПЪ. 197 ]



Полоса того же формата безъ отступа.


[ ОТСТУПЪ. 198 ]

Помимо этихъ двухъ главныхъ отступовъ, принято называть отступами всѣ тѣ пробѣлы, которые ставятся иногда въ началѣ цѣлаго послѣдовательнаго ряда строкъ, какъ, напримѣръ, въ цитатахъ,1 въ книжныхъ каталогахъ, уставахъ и проч.

Примѣры:


1 Цитатою называютъ подлинныя слова какого-нибудь автора, приводимыя другимъ авторомъ.


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 199 ]

Колонъ-цыфры.1

Колонъ-цыфрами называются тѣ цыфры, которыми въ книгѣ обозначаются страницы по порядку, начиная съ первой. Главное назначеніе колонъ-цыфръ — облегчать нахожденіе той или другой страницы въ книгѣ. Колонъ-цыфрами опредѣляется также объемъ книги, т.-е. количество листовъ. За исключеніемъ предисловія, послѣсловія, содержанія или оглавленія, колонъ-цыфры набираются арабскими цыфрами.

Колонъ-цыфры ставятся: 1) посреди текста, надъ полосою, 2) въ верхнихъ углахъ текста (или полосы), 3) внизу текста, подъ полосою.

Колонъ-цыфры ставятся въ углахъ текста преимущественно въ тѣхъ случаяхъ, когда полосы набираются съ колонъ-титулами (т.-е. наборными — изъ буквъ — строками, стоящими надъ полосою). Иначе говоря: колонъ-цыфры ставятся въ углахъ въ тѣхъ случаяхъ, когда ихъ нельзя помѣстить посрединѣ, при чемъ чётныя колонъ-цыфры ставятся всегда въ лѣвомъ углу полосы, а нечётныя — въ правомъ, такъ что въ каждой книгѣ всѣ правыя страницы обозначаются нечётными цыфрами, а лѣвыя — четными. Внизу текста, подъ полосою, колонъ-цыфры ставятся бо́льшею частью въ роскошныхъ изданіяхъ. Причина тому простая: колонъ-цыфры ставятся для удобства читателя, а не ради украшенія. Одна, двѣ или три цыфры, стоящія отдѣльно, надъ полосою, производятъ нехорошее впечатлѣніе, тогда какъ, помѣщенныя подъ полосою, да еще набранныя мелкимъ шрифтомъ, онѣ не такъ рѣзко бросаются въ глаза.

Колонъ-цыфры (безъ колонъ-титуловъ), стоящія надъ полосами, въ углахъ или посрединѣ, набираются обыкновенно цыфрами того же кегля, что́ и текстъ. Не будетъ, однако, ошибкою выбрать для такихъ колонъ-цыфръ кегель пункта на 2 менѣе противъ кегля шрифта текста.

Колонъ-цыфры внизу текста, подъ полосами, набираются цыфрами меньшаго кегля, сравнительно съ кеглемъ текста (пункта на 2—3).

Если полосы — съ колонъ-титулами, то колонъ-цыфры ставятся непремѣнно въ углахъ (въ обыкновенныхъ, не роскошныхъ изданіяхъ) и набираются знаками одного и того же кегля съ литерами колонъ-титуловъ. Такъ, если колонъ-титулы набираются корпусомъ, то и колонъ-цыфры будутъ тоже на кегель 10.

Пробѣлъ, отдѣляющій колонъ-цыфры (безъ колонъ-титуловъ) отъ текста, долженъ быть равенъ кеглю шрифта текста [не менѣе; лучше


1 Наборщики называютъ ихъ обыкновенно кланцыфрами.


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 200 ]

даже (въ хорошихъ изданіяхъ) пункта на 2 болѣе]. Такъ, если набираютъ корпусомъ, то и колонъ-цыфры берутся изъ корпуса и пробѣльная строка составляется изъ квадратовъ, круглыхъ и полукруглыхъ» тоже корпуса (а иногда прибавляется къ пробѣлу шпонъ въ 2—3 пункта).

При колонъ-титулахъ колонъ-цыфры набираются тѣмъ же кеглемъ, что и литеры колонъ-титуловъ. Такъ, если колонъ-титулы набраны петитомъ, то и колонъ-цыфры должны быть изъ петита. Французскіе типографы, однако, нерѣдко подключаютъ къ колонъ-титуламъ колонъ-цыфры меньшаго кегля, находя, что колонъ-цыфра по величинѣ очка должна, по возможности, приближаться къ величинѣ очка шрифта колонъ-титуловъ. Я нахожу, что подключка меньшаго кегля къ бо́льшему въ колонъ-титулахъ совершенно безцѣльна и только затрудняетъ работу наборщика.

Вотъ примѣры различнаго рода колонъ-цыфръ:


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 201 ]


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 202 ]

Размѣръ линеечки (т.-е. ея длина) подъ колонъ-цыфрою зависитъ отъ формата строки: ниже (меньше) 5 квадратовъ ставятъ обыкновенно линеечку въ ½ квадрата, при форматѣ строки въ 6 и 7 квадратовъ — линеечка можетъ быть въ ¾ квадрата (или 1 квадратъ), при форматѣ строки въ 8, 9, 10 кв. — въ 1 квадратъ (или 1¼ квадр.), при форматѣ строки въ 12—15 квадратовъ можно поставить линеечку въ 1½ квадрата.

Украшенія отдѣляются отъ колонъ-цыфръ полукруглымъ (рѣдко), тройною шпаціею (при плотномъ шрифтѣ).

При наборѣ въ нѣсколько столбцовъ колонъ-цыфры ставятся иногда надъ каждымъ столбцомъ.

Колонъ-цыфры не ставятся:

1) На первой полосѣ (исключая тѣхъ случаевъ, когда колонъ-цыфры помѣщаются подъ текстомъ — тогда ставятся).

2) Во всѣхъ начальныхъ полосахъ.

3) На пустыхъ полосахъ.

4) На всѣхъ полосахъ, на которыхъ помѣщены рисунки, занимающіе всю страницу.

5) На титулахъ, шмуцъ-титулахъ, полосахъ съ фирмою, съ посвященіемъ и эпиграфомъ (если послѣдній занимаетъ отдѣльную страницу).

Если иногда приходится (что́ случается крайне рѣдко) сдѣлать полосу (страницу) шире назначеннаго формата, то колонъ-цыфры ставятся на обычномъ мѣстѣ, такъ что при печатаніи колонъ-цыфры противоположныхъ страницъ совпадаютъ.


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 203 ]

Колонъ-цыфры, стоящія надъ полосою (не въ углахъ), выключаются какъ разъ посрединѣ:

Примѣры выключки колонъ-цыфръ простыхъ и съ линеечками.

При наборѣ колонъ-цыфръ не лишнее ставить около (сбоку) цыфръ отъ единицы до 9 по 2 полукруглыхъ, а съ 10 до 99 — по одному полукруглому: 4 5 21 22. Это облегчаетъ перемѣну колонъ-цыфръ.

Иногда въ оконченныхъ печатаніемъ книгахъ дѣлаются прибавленія. Въ такихъ случаяхъ, вмѣсто колонъ-цыфръ для обозначенія страницъ нерѣдко ставятъ буквы — a, b, c, d и т. д.

Какъ я уже говорилъ, колонъ-цыфры въ текстѣ ставятся арабскими цыфрами, а въ предисловіяхъ, содержаніи, оглавленіи, введеніи — римскими. Исключеніе представляютъ лишь тѣ изданія, которыя перепечатываются безъ всякихъ измѣненій; въ нихъ нерѣдко всѣ колонъ-цыфры набираются арабскими цыфрами, при чемъ пагинація (нумерованіе, нумерація) страницъ, начинаясь съ единицы, идетъ послѣдовательно.

Колонъ-цыфры ставятся безъ точекъ.

Счетъ страницъ (арабскими цыфрами) текста начинается съ начальной полосы, при чемъ, однако, на всѣхъ начальныхъ полосахъ колонъ-цыфры не ставятся, хотя и идутъ въ счетъ.


[ КОЛОНЪ-ЦЫФРЫ. 204 ]

Таблица колонъ-цыфръ первыхъ страницъ листовъ разнаго формата.

листы по порядкуВЪ КАКУЮ ДОЛЮ ЛИСТА.
2-ю 4-ю 6-ю 8-ю12-ю 16-ю18-ю 24-ю
1 1 1 1 1 1 1 1 1
2 5 9 13 17 25 33 37 49
3 9 17 25 33 49 65 73 97
4 13 25 37 49 73 97 109 145
5 17 33 49 65 97 129 145 193
6 21 41 61 81 121 161 181 241
7 25 49 73 97 145 193 217 289
8 29 57 85 113 169 225 253 337
9 33 65 97 129 193 257 289 385
10 37 73 109 145 217 289 325 433
11 41 81 121 161 241 321 361 481
12 45 89 133 177 265 353 397 529
13 49 97 145 193 289 385 433 577
14 53 105 157 209 313 417 469 625
15 57 113 169 225 337 449 505 673
16 61 121 181 241 361 481 541 721
17 65 129 193 257 385 513 577 769
18 69 137 205 273 409 545 613 817
19 73 145 217 289 433 577 649 865
20 77 153 229 305 457 609 685 913
21 81 161 241 321 481 641 721 961
22 85 169 253 337 505 673 757 1009
23 89 177 265 353 529 705 793 1057
24 93 185 277 369 553 737 829 1105
25 97 193 289 385 577 769 865 1153
26 101 201 301 401 601 801 901 1201
27 105 209 313 417 625 833 937 1249
28 109 217 325 433 649 865 973 1297
29 113 225 337 449 673 897 1009 1345
30 117 233 349 465 697 929 1045 1393
31 121 241 361 481 721 961 1081 1441
32 125 249 373 497 745 993 1117 1489
33 129 257 385 513 769 1025 1153 1537
34 133 265 397 529 793 1057 1189 1585
35 137 273 409 545 817 1089 1225 1633
36 141 281 421 561 841 1121 1261 1681
37 145 289 433 577 865 1153 1297 1729
38 149 297 445 593 889 1185 1333 1777
39 153 305 457 609 913 1217 1369 1825
40 157 313 469 625 937 1249 1405 1873
41 161 321 481 641 961 1281 1441 1921
42 165 329 493 657 985 1313 1477 1969
43 169 337 505 673 1009 1345 1513 2017
44 173 345 517 689 1033 1377 1549 2065
45 177 353 529 705 1057 1409 1585 2113
46 181 361 541 721 1081 1441 1621 2161
47 185 369 553 737 1105 1473 1657 2209
48 189 377 565 753 1129 1505 1693 2257
49 193 385 577 769 1153 1537 1729 2305
50 197 393 589 785 1177 1569 1765 2353

[ КОЛОНЪ-ТИТУЛЪ. 205 ]

Считаю совершенно излишнимъ приводить колонъ-цыфры первыхъ страницъ листовъ въ 20, 32, 36 и 48 доли, такъ какъ эти форматы у насъ почти не употребляются. Чтобы узнать, съ какой колонъ-цыфры начинается первая страница любого листа, нужно помножить число предыдущихъ листовъ на число полосъ (страницъ) листа и прибавить къ полученному произведенію единицу. Такъ, напримѣръ, 23 листъ въ 16 долю начнется съ 705 колонъ-цыфры, потому что 22 (число предыдущихъ листовъ), помноженное на 32 (число страницъ листа въ 16-ю долю), даетъ 704 + 1 = 705.

Колонъ-титулъ.

Колонъ-титулами называются надписи, помѣщаемыя надъ полосами и отдѣленныя отъ нихъ пробѣльными строками. Надписи могутъ состоять изъ одного слога или цѣлаго слова (какъ, напримѣръ, въ словаряхъ), нѣсколькихъ словъ или цѣлой законченной фразы.

Колонъ-титулы указываютъ: 1) содержаніе страницы или статьи, 2) фамилію автора книги или отдѣльной статьи, 3) названіе книги, статьи, журнала, сборника и проч., 4) начальное или конечное слово текста и т. д.

Колонъ-титулы набираются всегда въ одну строку.

На первой страницѣ книги, равно какъ и на всѣхъ начальныхъ полосахъ (съ отступомъ сверху), а также на полосахъ съ политипажемъ (гравюрою, рисункомъ) во всю страницу, колонъ-титулы не ставятся

Колонъ-титулы набираются:

1) капителью или (рѣдко) курсивомъ того же кегля, что́ и текстъ;

2) прописными литерами меньшаго кегля (пункта на 2—3), сравнительно со шрифтомъ текста;

3) строчными съ прописными буквами шрифта меньшаго кегля (пункта на 2—3), чѣмъ шрифтъ текста.

Нѣкоторые французскіе типографы придерживаются слѣдующаго правила:

1) при наборѣ текста нонпарелью (к. 6) для колонъ-титуловъ берутъ капитель петита (к. 8), подключая нонпарельныя колонъ-цыфры;


[ КОЛОНЪ-ТИТУЛЪ. 206 ]

2) набирая миньономъ (к. 7), для колонъ-титуловъ подбираютъ капительныя литеры изъ шрифтовъ на кегель 9, съ колонъ-цыфрами шрифта к. 7;

3) при наборѣ текста петитомъ (к. 8), для колонъ-титуловъ берутъ прописныя нонпарели съ нонпарельными же колонъ-цыфрами;

4) при шрифтѣ текста на к. 9 колонъ-титулы набираются прописными миньона (колонъ-цыфры тоже на к. 7);

5) при шрифтѣ текста на к. 10, колонъ-цыфры набираютъ прописными петита (колонъ-цыфры тоже изъ петита);

6) набирая текстъ цицеро (на к. 11) или гробе-цицеро (на к. 12), для колонъ-титуловъ выбираютъ прописныя на к. 9 (колонъ-цыфры тоже на к. 9);

7) для колонъ-титуловъ, при шрифтахъ текста на к. 14 и 16, берутъ прописныя корпуса и гробе-цицеро съ соотвѣтствующими колонъ-цыфрами (т.-е. на к. 10 и на к. 12).

Колонъ-титулы набираются всегда въ красную строку, т.-е. съ одинаковыми пробѣлами по бокамъ, при чемъ колонъ-цыфры входятъ въ пробѣлъ.

Если колонъ-титулы очень короткіе, то слѣдуетъ разбить литеры на тонкія или двойныя шпаціи. Понятно, что въ одной и той же книгѣ не должно быть колонъ-титуловъ, разбитыхъ на шпаціи и набранныхъ безъ разбивки. При длинныхъ колонъ-титулахъ, хотя бы ихъ было въ книгѣ всего нѣсколько, слѣдуетъ всѣ колонъ-титулы набирать безъ разбивки.

Колонъ-титулы могутъ переходить съ одной страницы на другую (съ чётной — на нечётную). При этомъ нужно стараться не дѣлать некрасивыхъ, т.-е. неграмотныхъ дѣленій фразы. Такъ, нельзя набрать:

а слѣдуетъ:

Колонъ-титулы должны мѣняться сообразно перемѣнѣ содержанія текста (если только они указываютъ на такое содержаніе). Въ лексиконахъ (словаряхъ, энциклопедіяхъ, каталогахъ) колонъ-титулъ, состоящій обыкновенно изъ одного слова, слога или нѣсколькихъ буквъ, повторяетъ первое слово, первый слогъ или первыя буквы слова, а иногда также и послѣдняго (слова).

Колонъ-титулы заканчиваются точкою, а посреди ставятся, если нужно, другіе знаки препинанія.

При наборѣ длинныхъ колонъ-титуловъ допускаются сокращенія

Если длинный колонъ-титулъ, помѣщенный на двухъ страницахъ — чётной и нечётной — переходитъ на смежную чётную страницу, а са-


[ КОЛОНЪ-ТИТУЛЪ. 207 ]

мый текстъ на ней же и оканчивается, то весь колонъ-титулъ (съ двухъ полосъ) долженъ быть помѣщенъ на одной оборотной (чётной полосѣ), при чемъ слова могутъ быть значительно сокращены.

По мнѣнію нѣкоторыхъ извѣстныхъ французскихъ и итальянскихъ типографовъ, пробѣльная строка, отдѣляющая колонъ-титулъ отъ текста, не должна быть менѣе 6 пунктовъ, если текстъ набранъ на двойные шпоны, и менѣе 9 пунктовъ — при наборѣ текста на тройные шпоны. Обыкновенно же пробѣльная строка дѣлается равной строкѣ колонъ-титула, т.-е. если колонъ-титулъ набранъ петитомъ, то и пробѣльная строка будетъ заключать тоже 8 пунктовъ. Лучше, однако, пробѣлъ увеличить пункта на 2. При наборѣ «безъ шпоновъ», колонъ-титулъ можетъ быть отдѣленъ отъ текста четырехъ-пунктовымъ шпономъ.

Иногда колонъ-титулы состоятъ изъ однѣхъ цыфръ. Въ этихъ случаяхъ лучше выбирать цыфровые знаки по кеглю пункта на 4 (вообще значительно) меньше сравнительно со шрифтомъ текста.

Примѣръ:

Примѣры колонъ-титуловъ.


[ КОЛОНЪ-ТИТУЛЪ. 208 ]

Помѣщенные примѣры даютъ ясное понятіе о наборѣ колонъ-титуловъ.

Если колонъ-титулъ отдѣляется отъ текста пробѣльною строкою съ линеечкою (во всю ширину полосы), то пробѣлъ между колонъ-титуломъ и линеечкою долженъ быть меньше, чѣмъ пробѣлъ между линеечкою и текстомъ, а толщина самой линеечки въ расчетъ не принимается. Такъ, при наборѣ текста корпусомъ я могу набрать колонъ-титулъ капителью корпуса же и въ пробѣльной строкѣ (въ 10 же пунктовъ) поставить линеечку такъ, чтобы сверху ея было 4 пункта, а снизу (между линеечкою и текстомъ) — б пунктовъ. При отдѣленіи колонъ-титула и текста линеечкою не лишнее увеличить пробѣльную строку пункта на 2. Такъ, при наборѣ колонъ-титула петитомъ, можно пробѣльную строку сдѣлать въ 10 пунктовъ и заложить съ одной стороны (верхней) линеечки 4 пункта, а съ другой — 6 пунктовъ.


[ СИГНАТУРА. 209 ]

Сигнатура.

Сигнатурою, какъ я уже говорилъ, называется тотъ полукруглый или прямоугольный рубчикъ на ножкѣ литеры, по которому наборщикъ узнаетъ верхнюю и нижнюю стѣнки буквы и необходимый ему для правильной постановки литеры на верстатку. Есть, однако, и другая сигнатура; это — та цыфра, которая ставится на каждомъ листѣ подъ текстомъ (у насъ, въ Россіи), въ правомъ углу полосы (страницы).

Одна цыфра въ пробѣльной строкѣ рѣзко бросается въ глаза и производитъ некрасивое впечатлѣніе, а потому гораздо лучше, по-моему, ставить сигнатуру, вмѣстѣ съ нормою, съ лѣвой стороны, какъ это дѣлается зачастую въ Италіи. Напримѣръ:

Сигнатура указываетъ счетъ листовъ по порядку: первый, второй, третій и т. д. Сигнатура необходима какъ для метранпажа, такъ и для брошюровщика или переплетчика. Метранпажъ отличаетъ по сигнатурѣ одинъ листъ отъ другого (напримѣръ, при спусканіи въ машину), переплетчику же сигнатура указываетъ порядокъ подбора листовъ при составленіи полнаго экземпляра книги. Безъ сигнатуры, какъ метранпажъ, такъ и переплетчикъ могли бы легко перепутать листы.

Сигнатура ставится также на третьей полосѣ каждаго листа или, говоря иначе, на первой полосѣ второй формы каждаго листа, въ томъ же правомъ углу, подъ полосою, но только къ цыфрѣ прибавляется звѣздочка (3*, 4*).

По этой сигнатурѣ метранпажъ отличаетъ вторую форму каждаго листа отъ первой формы, а мастеръ-печатникъ провѣряетъ правильность разстановки полосъ на талерѣ машины. Безъ этой сигнатуры (со звѣздочкою) легко было бы ошибиться, спустить вторую форму неправильно (перевернувъ вверхъ ногами) и отпечатать листы, какъ принято говорить въ типографіяхъ, «на ростискъ», т.-е. такъ, что въ сложенномъ листѣ страницы не приходились-бы по порядку одна за другою, а въ разбивку. Это ясно изъ слѣдующаго примѣра.


[ СИГНАТУРА. 210 ]

Правильно спущенный листъ.

Неправильно спущенный листъ.

По отпечатаніи второго листа, при фальцовкѣ или брошюровкѣ, страницы слѣдовали бы въ такомъ порядкѣ: 1, 6, 7, 4, 5, 2, 3, 8.1

Сигнатура ставится или одна, или одновременно съ нормою, въ одной и той же (пробѣльной) строкѣ, справа подъ полосою, отступя отъ угла текста на полуквадратъ и болѣе. Французы и итальянцы зачастую ставятъ сигнатуру съ отступомъ въ одинъ и полтора квадрата. Для сигнатуры употребляется шрифтъ меньшаго кегля противъ текста, пункта на 2—3.

Сигнатура ставится въ пробѣльной строкѣ и отдѣляется отъ текста тѣмъ количествомъ пунктовъ, которое дополняетъ кегель сигнатуры до кегля пробѣльной строки. Такъ, если пробѣльная нижняя строка равна 12 пунктамъ, а для сигнатуры взятъ шрифтъ 8-пунктовый, то пробѣлъ между текстомъ и сигнатурою будетъ равняться 4 пунктамъ + толщина шпона, принятаго для разрядки (въ 1, 2 или 3 пункта).

На каждой перепечатываемой части листа ставится тоже сигнатура со звѣздочкою — лучше всего впереди цыфры. Напримѣръ, если перепечатывается осьмушка 6-го листа, то на ней ставится *6. Во избѣжаніе какихъ-либо недоразумѣній гораздо удобнѣе ставить сигнатуру въ перепечаткахъ на лѣвой сторонѣ полосы, а не на правой.

Сигнатуры набираются одинаково во всѣхъ листахъ.


1 Впрочемъ, я долженъ замѣтить, что сигнатура со звѣздочкою лишь до извѣстной степени обезпечиваетъ правильное печатаніе, такъ какъ вѣрно спущенный листъ можетъ быть также отпечатаннымъ «на ростискъ» въ томъ случаѣ, когда накладчику вздумается перевернуть отпечатанные «на бѣло» листы, не обычнымъ, принятымъ, порядкомъ. Это случается крайне рѣдко.


[ НОРМА. 211 ]

Норма.

Помимо сигнатуры, подъ первою полосою (страницею) каждаго листа, съ лѣвой стороны, ставится такъ-называемая норма. Это обыкновенно — названіе книги или фамилія автора, иногда и то и другое вмѣстѣ. Въ нѣкоторыхъ случаяхъ къ нимъ прибавляется еще обозначеніе тома, части и проч. Норма ставится почти исключительно для удобства переплетчика, для того, чтобы онъ не могъ перепутать листы различныхъ книгъ, одинаковаго формата. Она является не лишнею и для собственника книги, когда обложка или титулъ потеряны: по нормѣ можно возстановить какъ фамилію автора, такъ и названіе книги, а это въ нѣкоторыхъ случаяхъ чрезвычайно важно. Поэтому-то многіе извѣстные типографы не совѣтуютъ дѣлать въ нормахъ большихъ сокращеній, а тѣмъ болѣе — не ставить вовсе нормы.

Норма набирается различными шрифтами, но всегда меньшаго кегля, чѣмъ текстъ, если только для него не взятъ самъ по себѣ мелкій шрифтъ. Въ послѣднемъ случаѣ для нормы слѣдуетъ выбрать шрифтъ хотя бы и того же кегля, но съ очкомъ другого характера, т.-е. отличающимся отъ очка литеръ текста (курсивъ, черный и проч.).

Примѣры различнаго рода нормъ:

Если норма обозначаетъ фамилію автора и названіе книги, то первую лучше набирать капителью съ прописными, а второе (названіе кни-


[ НОРМА. 212 ]

ги) — курсивомъ съ прописной буквы. Если слѣдуютъ какія-либо дополненія, то они набираются обыкновеннымъ прямымъ шрифтомъ.

Норма, какъ и сигнатура, ставится въ пробѣльной строкѣ и отдѣляется отъ текста тѣмъ количествомъ пунктовъ, которое дополняетъ кегель нормы до кегля пробѣльной строки, и, кромѣ того, такимъ же шпономъ, какимъ отдѣляютъ строки текста между собою. Такъ, если пробѣльная строка (внизу полосы) равняется 10 пунктамъ, а для нормы выбранъ шрифтъ кегель 6, то пробѣлъ между нормою и текстомъ будетъ равенъ 4 пунктамъ — толщина шпона (въ 1, 2 или 3 пункта).

Между фамиліею автора и названіемъ книги ставится точка, запятая или двоеточіе. Правила опредѣленнаго для этого нѣтъ. По-моему, лучше ставить точку.

Если норма слишкомъ длинна, допускаются сокращенія, только не въ фамиліи автора, а въ названіи книги.

Въ Италіи сигнатура и норма ставятся съ лѣвой стороны.

Норма набирается съ отступомъ въ два или три круглыхъ, рѣдко — болѣе. Опредѣленныхъ правилъ на это нѣтъ.

Норма, равно какъ и сигнатура, должны быть набираемы совершенно одинаково во всѣхъ листахъ.

Если норма слишкомъ длинна и не можетъ быть достаточно сокращена, слѣдуетъ сдѣлать полосу короче на одну строку, наблюдая, однако, чтобы двухстрочная норма съ остальнымъ текстомъ равнялась назначенной длинѣ полосы.

Въ роскошныхъ изданіяхъ принято дѣлать норму какъ можно менѣе или вовсе ея не ставить. Иногда норма не ставится и по желанію автора.

Большею частью норму дѣлаютъ не болѣе 1/3—½ формата строки.


[ ПРОБѢЛЬНАЯ СТРОКА. — КОНЦЕВАЯ СТРОКА. 213 ]

Пробѣльная строка.

Пробѣльною строкою называется такая, которая набирается изъ однихъ пробѣловъ, у насъ, въ Россіи, большею частію изъ однихъ квадратовъ и полуквадратовъ, а заграницею и изъ круглыхъ.

Пробѣльныя строки ставятся вездѣ, гдѣ нужно образовать промежутки (пробѣлы) между строками; напримѣръ: между надписями, подписями, между колонъ-цыфрами и текстомъ и т. д., а также подъ полосами.

Пробѣльныя строки должны составляться всегда изъ крупнаго матеріала, лучше всего, если можно, изъ цѣлаго реглета. Во всякомъ случаѣ, въ подполосной строкѣ на углахъ должно ставить самый крупный матеріалъ (квадраты и полуквадраты).

Въ многостолбцовыхъ полосахъ, обыкновенно безъ шпоновъ и набираемыхъ мелкими шрифтами, равно какъ и въ одностолбцовомъ наборѣ, слѣдуетъ непремѣнно ставить шпонъ между текстомъ и нодполосною, пробѣльною строкою. Это дѣлаетъ полосы болѣе устойчивыми и крѣпкими.

Пробѣльныя строки подъ полосою дѣлаются обыкновенно изъ матеріала того кегля, какимъ набирается текстъ, и отдѣляются отъ текста тѣмъ же шпономъ, который ставится между строками. Лучше, однако, брать кегель для пробѣльной, подполосной строки, на 2 пункта больше сравнительно съ кеглемъ текста.

Концевая cтрока.

Концевою строкою называютъ ту, которая заканчиваетъ періодъ, а также тѣ прерванныя, незаконченныя строки, за которыми слѣдуютъ иногда таблицы, формулы, какіе-нибудь примѣры и проч. Концевыя строки большею частью бываютъ короче остальныхъ строкъ текста.

Концевою строкою никогда не должна начинаться страница. Иначе говоря, концевая строка никогда не можетъ быть перенесена одна на слѣдующую страницу, хотя бы она была полная, т.-е. равная по длинѣ со всѣми остальными строками текста. Самое меньшее, что допускается переносить, — это двѣ строки. Исключеніе дѣлается для одного газетнаго


[ КОНЦЕВАЯ СТРОКА. 214 ]

(спѣшнаго) набора: тамъ такія «висячія», какъ ихъ называютъ, строки допускаются, т.-е. терпимы. Все, что говорится о страницѣ, примѣняется и къ столбцу.

Если при версткѣ останется концевая строка, для переноса на слѣдующую полосу, то необходимо эту концевую строку или вогнать въ сверстанную уже полосу, или же выгнать изъ послѣдней одну строку и перенести ее вмѣстѣ съ концевою на слѣдующую полосу. Для того, чтобы вогнать концевую переносную строку, нужно выгадать для нея мѣсто. При этомъ поступаютъ различно. Такъ какъ въ типографской практикѣ приходится очень часто выгадывать въ полосахъ мѣсто для вгонки (т.-е. помѣщенія) одной или нѣсколькихъ строкъ, то я укажу нѣкоторые пріемы, которыми можетъ руководствоваться въ этихъ случаяхъ неопытный наборщикъ:

1) Прежде всего нужно обратить вниманіе, нѣтъ ли на сверстанной уже полосѣ или на ближайшихъ къ ней короткихъ концевыхъ строкъ, которыя можно было бы уничтожить, т.-е. вобрать въ предыдущія строки, уменьшивъ разрядку между словами.

2) Если на ближайшихъ полосахъ есть надписи, рисунки, подписи, таблицы, вывода, примѣчанія и проч., то уменьшаютъ около нихъ пробѣлы и выгадываютъ необходимое мѣсто.

3) Иногда примѣчаніе, набранное на двойные шпоны, разбиваютъ на тонкіе шпоны или даже выкидываютъ ихъ совсѣмъ.

4) Перебираютъ, если можно, выводъ болѣе мелкимъ шрифтомъ.

5) Если есть на полосахъ таблицы и притомъ набранныя на разрядку, то послѣднюю уничтожаютъ.

6) Уменьшаютъ, если возможно, табличный заголовокъ.

7) Уменьшаютъ отступъ на начальной полосѣ.

8) Если глава или, вообще, какой-либо самостоятельный отдѣлъ книги начинается не съ отдѣльной полосы, а на той же страницѣ, гдѣ помѣщается и конецъ предыдущей главы, отдѣла, части и т. д., то уменьшаютъ между ними пробѣлъ (въ которомъ можетъ и не быть надписи).

9) Если текстъ набирается на шпоны, то иногда приходится замѣнить ихъ болѣе тонкими или вовсе выкинуть.

10) Въ крайнемъ случаѣ увеличиваютъ длину полосы или нѣсколькихъ полосъ на одну строку.

Я указываю здѣсь только, какъ можно выгадать въ полосахъ мѣсто для помѣщенія одной или нѣсколькихъ строкъ, наборщикъ же долженъ самъ сообразить, какой изъ вышеприведенныхъ способовъ для него удобнѣе и менѣе повредитъ красотѣ и изяществу набора.

Въ тѣхъ случаяхъ, когда нужно выгнать изъ полосы одну или нѣсколько строкъ, поступаютъ наоборотъ, т.-е.:


[ КРАСНАЯ СТРОКА. 215 ]

1) Увеличиваютъ пробѣлы у надписей, рисунковъ, подписей, таблицъ, выводовъ, между текстомъ и примѣчаніями.

2) Дѣлаютъ на ближайшихъ полосахъ нѣсколько концевыхъ строкъ, если это, конечно, возможно, не портя примѣтно разрядки между словами.

3) Увеличиваютъ отступъ на начальной полосѣ, или же увеличиваютъ пробѣлъ между послѣдними строками главы и начальными слѣдующей, если только начало и конецъ главъ (отдѣловъ и проч.) помѣщаются на одной полосѣ.

4) Разбиваютъ примѣчаніе на болѣе крупные шпоны.

5) Перебираютъ выводъ или таблицу или увеличиваютъ заголовки.

6) Разбиваютъ текстъ на болѣе крупные (толстые) шпоны.

7) Въ крайнемъ случаѣ можно сдѣлать одну или нѣсколько полосъ короче на одну строку, при чемъ, въ такомъ случаѣ, норма и сигнатура помѣщаются уже не въ пробѣльной строкѣ, а на мѣстѣ выкинутой.

При вгонкѣ или выгонкѣ нѣсколькихъ строкъ во многихъ случаяхъ гораздо лучше обратиться прямо къ автору и попросить его сократить текстъ, или же приписать сколько нужно строкъ.

Если концевая строка вышла короче формата на 6—8 пунктовъ, слѣдуетъ сдѣлать ее полною, т.-е. увеличить пробѣлы между словами.

При небольшихъ форматахъ, до 4-хъ квадратовъ, никогда не слѣдуетъ дѣлать концевую строку менѣе какъ изъ 4-хъ буквъ. При форматахъ свыше 4-хъ квадратовъ самое меньшее, что можно допустить въ концевой строкѣ — это 6—8 буквъ. Я говорю: концевыя строки въ 4 и въ 6 буквъ допускаются, но, понятно, лишь въ тѣхъ случаяхъ, когда этого нельзя избѣжать, т.-е., когда невозможно вогнать буквъ концевой строки въ предыдущія строки, не обезображивая разбивки, т.-е. пробѣловъ между словами.

Короткія строки, выражающія законченную мысль или хотя бы и отдѣльныя слова и даже отдѣльные слоги, но находящіеся въ неразрывной между собою связи, не считаются концевыми строками. Напримѣръ: разговоры, перечни, инвентари, содержанія и проч.

Красная строка.

Въ словаряхъ — Академіи Наукъ, Даля, Толя, Брокгауза и Ефрона — красная строка опредѣляется, какъ «прописная, заголовокъ, новая строка»; въ типографскомъ быту, однако, красною строкою называютъ всякую строку, выключенную (поставленную) посрединѣ формата, т.-е.


[ СОЕДИНИТЕЛЬНЫЙ ЗНАКЪ. 216 ]

имѣющую по бокамъ равные пробѣлы. Въ красной строкѣ можетъ быть выключено какъ цѣлое, законченное предложеніе, такъ и часть его, одно или нѣсколько словъ и даже одинъ или нѣсколько слоговъ. Самый наборъ можетъ быть сдѣланъ однѣми прописными литерами, прописными со строчными или однѣми строчными — безразлично.

Примѣры «красныхъ строкъ»:



Если бы я набралъ такъ:



то вторую строку ни одинъ изъ наборщиковъ не признаетъ за «красную», хотя она и набрана прописными и сама по себѣ представляетъ новую строку. Сказаннаго вполнѣ достаточно для того, чтобы каждый составилъ себѣ совершенно ясное понятіе о томъ, что́ называется «красною строкою» на типографскомъ языкѣ.

Соединительный знакъ (-).

Наборщики зовутъ его знакомъ переноса, а еще чаще — дефисомъ. Поставленный между словами или слогами, соединительный знакъ указываетъ на то, что эти слова или слоги составляютъ одно цѣлое; отсюда понятно названіе «соединительный». Дефисомъ же (отъ латинскаго — divisus — раздѣлъ) знакъ называется потому, что, при переносѣ словъ изъ строки въ строку, ихъ приходится дѣлить на части (слоги).


[ СОЕДИНИТЕЛЬНЫЙ ЗНАКЪ. 217 ]

Нѣкоторые типографы (напримѣръ, Henry Fournier и М. Brun) совѣтуютъ во что бы то ни стало избѣгать переносовъ. М. Brun издалъ даже свое «Руководство типографскаго дѣла»1 (240 страницъ) безъ одного переноса. Этотъ типографъ впалъ, однако, въ другую крайность: переносовъ въ его книгѣ дѣйствительно нѣтъ, но зато разрядка между словами — прескверная. Большинство типографовъ держится того мнѣнія, что безъ переносовъ обойтись нельзя, да и нѣтъ необходимости и резона ихъ избѣгать, такъ какъ красотѣ набора переносы почти не вредятъ, тогда какъ неравномѣрная разбивка между словами производитъ крайне непріятное впечатлѣніе. Если возможно, то, конечно, лучше переносовъ не дѣлать, но избѣгать ихъ во что бы то ни стало — не слѣдуетъ. Надо стараться, однако, не допускать свыше пяти переносовъ подъ-рядъ.

Дефисъ ставится:

1) Въ двойныхъ фамиліяхъ:

Немировичъ-Данченко, Римскій-Корсаковъ и т. д.

2) Въ названіяхъ или выраженіяхъ, хотя и составленныхъ изъ двухъ словъ, но представляющихъ одно цѣлое:

Санктъ-Петербургъ, Сантъ-Яго, Ріо-Жанейро, контръ-адмиралъ, вице-губернаторъ, оберъ-прокуроръ, лейбъ-медикъ, унтеръ-офицеръ, нордъ-вестъ, портъ-монэ, прейскурантъ, прессъ-папье, контръ-паръ, мальчикъ-съ-пальчикъ.

кто-нибудь, что-либо, что-нибудь, мало-мальски, давнымъ-давно, просто-на-просто, по-дружески, по-русски, по-молодецки, изъ-за-границы, изъ-подъ стола.

котъ-Васька плутъ. (Крыловъ).

У Климыча-судьи часишки воръ стянулъ. (Крыловъ).

3) Дефисъ ставится между словами и при переносахъ всегда вплотную, не отдѣляясь съ боковъ шпаціями.

При сокращеніяхъ нерѣдко дефисъ замѣняетъ выпущенныя буквы:

г-нъ (господинъ), г-жа (госпожа), г-да (господа), д-ръ (докторъ), об-во (общество), Ал-дръ Ал-ѣевичъ (Александръ Алексѣевичъ), д-тъ (департаментъ) и проч.


1 «Manuel pratique et abrégé de la typographie francaise» par M. Brun.


[ ТИРЕ. 218 ]

Тире (—).

Тире ставится въ разговорахъ, въ началѣ фразъ, для выдѣленія рѣчей обоихъ собесѣдниковъ. Въ этихъ случаяхъ, если рѣчь набирается съ отступомъ, то тире помѣщается непосредственно за нимъ, отдѣляясь отъ начала фразы тѣмъ пробѣломъ, который принятъ для разбивки словъ, т.-е. полукруглымъ или тройною шпаціею:



Если фразы разговора набираются «въ подборъ» (непосредственно одна за другою, безъ отступовъ), то тире отдѣляется съ обѣихъ сторонъ принятымъ для разбивки пробѣломъ, или же (чаще) двухъ-пунктовыми шпаціями:



Тире ставится послѣ цыфры параграфа и точки, если строка выключена вмѣстѣ съ надписью «въ красную»:



Если знакъ параграфа вмѣстѣ съ надписью помѣщается впереди извѣстнаго періода, то тире ставится за надписью, а не непосредственно за цыфрою:




[ ТИРЕ. 219 ]

Въ обоихъ случаяхъ разбивка по обѣ стороны тире — на полукруглый или тройную шпацію.

Въ каталогахъ тире замѣняетъ повтореніе фамиліи автора:



Въ краткихъ содержаніяхъ, поставленное послѣ точки, тире отдѣляетъ одно заглавіе отъ другого:



Нерѣдко тире замѣняетъ выпущенныя слова:



Двумя тире отдѣляютъ вводныя фразы:




[ ТИРЕ. 220 ]

Тире ставится передъ неожиданною мыслью, передъ разительнымъ заключеніемъ предложенія:



Въ вышеупомянутыхъ трехъ случаяхъ тире отдѣляется отъ текста двухпунктовыми шпаціями.

Тире ставится часто между числами, замѣняя выпущенныя слова:

Въ 1854—56 гг. (вмѣсто: въ теченіе 1854, 1855 и 1856 гг.).

Въ ночь съ 10—11 февраля (съ 10-го на 11-е февраля).

Дайте 5—10 апельсиновъ (отъ 5 до 10 апельсиновъ).

Я прочиталъ 20—30 страницъ.

Отъ 6—7 вершковъ.

§§ 10—20 (т.-е. §§ 10, 11, 12, 13 и т. д. до 20-го).

Въ этихъ случаяхъ тире отъ цыфръ не отдѣляется шпаціями.

Въ газетномъ наборѣ тире зачастую ставится послѣ абзаца, отдѣляясь отъ текста полукруглымъ, въ началѣ отдѣльныхъ (самостоятельныхъ) небольшихъ извѣстій (въ отдѣлахъ хроники, телеграммъ и проч.).



Во многихъ случаяхъ, ради удобства выключки строкъ, вмѣсто тире набираютъ тѣ слова, которыя были имъ замѣнены

Напримѣръ, вмѣсто того, чтобы набрать:

Я къ тебѣ приду сегодня, а ты ко мнѣ — завтра,

набираютъ:

Я къ тебѣ приду сегодня, а ты ко мнѣ приходи завтра.


[ ТИРЕ. 221 ]

Въ главныхъ содержаніяхъ1 тире замѣняетъ какъ повторение однихъ и тѣхъ же словъ, такъ и повтореніе однѣхъ и тѣхъ же цыфръ. Напримѣръ:



Если въ столбцѣ набора находятся нѣсколько тире, то они выключаются аккуратно одно подъ другимъ, какъ это видно изъ приводимыхъ примѣровъ.

Тире (особенно двойное или знакъ равенства =) очень употребительно при наборѣ словарей, гдѣ оно служитъ для отдѣленія другъ отъ друга словъ и фразъ, имѣющихъ различный смыслъ и значеніе. Въ этихъ случаяхъ тире ставится всегда вертикально (| ||), отдѣляясь съ обѣихъ сторонъ принятыми для разрядки словъ пробѣлами (тройною или двухпунктовою шпаціями).


1 Я называю «главнымъ» подробное содержаніе книги, которое ставится впереди текста или позади его, въ концѣ книги, въ отличіе отъ второстепенныхъ, краткихъ, содержаній главъ, отдѣловъ и проч.


[ ЗВѢЗДОЧКА. 222 ]

Примѣръ:



Въ тѣхъ случаяхъ, когда въ строкѣ нужно выгадать нѣсколько пунктовъ, прежде всего могутъ быть вынуты шпаціи, стоящія по бокамъ тире.

Звѣздочка (*).

Звѣздочка ставится:

Въ подстрочныхъ примѣчаніяхъ (когда ихъ не болѣе 3-хъ, — иначе лучше ставить цыфры, такъ какъ трудно отличить сразу число звѣздочекъ) и въ соотвѣтствующихъ имъ знакахъ ссылокъ

*) || **) || ***).

Въ послѣднее время примѣчанія, хотя бы ихъ было на одной страницѣ менѣе трехъ, стали отмѣчать почти исключительно цыфрами.

Звѣздочкамъ должно быть отдано преимущество въ примѣчаніяхъ математическихъ сочиненій.

Звѣздочка ставится при именахъ и фамиліяхъ, при иниціалахъ, замѣняя выпущенныя буквы или прямо замѣняя полностью имя, отчество и фамилію:

Н. П. Д*** Н*** П*** Д*** Г-нъ Г. В*** Г-жа***

Звѣздочка не отдѣляется ничѣмъ отъ иниціала, у котораго поставлена.

Когда имена и фамиліи обозначаются одними иниціалами, со звѣздочкою или точками, то нельзя сокращать тѣхъ же словъ, въ одной и той же книгѣ, различно, т.-е. съ бо́льшимъ или меньшимъ количествомъ звѣздочекъ или точекъ.

Въ стихахъ звѣздочки * * * очень часто отдѣляютъ одну строфу отъ другой.

Звѣздочки ставятся въ сигнатурѣ на третьей полосѣ каждаго листа. Въ этихъ случаяхъ звѣздочку можно ставить передъ цыфрой: *3 *7 пли послѣ цыфры: 3* 7* — это безразлично.


[ СКОБКИ. 223 ]

Звѣздочка ставится также на всѣхъ перепечатываемыхъ частяхъ листа, вмѣстѣ съ соотвѣтствующею цыфрою. Въ этомъ случаѣ цыфру со звѣздочкою, указывающую, къ какому листу относится перепечатка, лучше ставить съ лѣвой стороны полосы, а не съ правой.



Звѣздочки ставятся нерѣдко въ словаряхъ, каталогахъ, въ таблицахъ и проч. для отличія словъ съ извѣстнымъ, опредѣленнымъ значеніемъ отъ другихъ словъ. Такъ иногда въ книжныхъ каталогахъ отличаютъ звѣздочкою изданія иллюстрированныя, а въ словаряхъ иностранныхъ языковъ звѣздочка ставится у словъ, начинающихся, положимъ, одною и тою же буквою, но имѣющихъ различное произношеніе.

Напримѣръ:



Скобки [ ] ( ) ⏞ }

Скобки употребляются въ тѣхъ случаяхъ, когда нужно рѣзче отдѣлить отъ предложенія вводныя слова, къ нему не относящіяся, или, вообще, слова, поясняющія предыдущія:




[ СКОБКИ. 224 ]

Скобки дугообразныя ( ) и прямоугольныя [ ] отдѣляются снаружи отъ словъ обычными пробѣлами, принятыми для разбивки даннаго набора, но внутри не отдѣляются или отдѣляются отъ заключенныхъ въ нихъ словъ однопунктовою шпаціею.



Скобки не отдѣляются отъ знака выноски:

(3) 4) ¹) *) 1] [2].

При наборѣ прямымъ шрифтомъ даже при словахъ, выдѣленныхъ курсивомъ, ставятся прямыя, а не курсивныя скобки. Исключеніе допускается только въ томъ случаѣ, когда весь текстъ или періодъ набранъ курсивомъ, или когда слово или цѣлая фраза, набранныя курсивомъ, стоятъ отдѣльно, въ особой самостоятельный строкѣ.



Прямоугольныя (иначе угловыя) или, какъ ихъ иногда называютъ наборщики, «деревенскія» скобки [ ] ставятся въ тѣхъ случаяхъ, когда, напримѣръ, во фразѣ, заключенной въ скобки, находится выраженіе или слово тоже въ скобкахъ



Считаю излишнимъ указывать, въ какихъ случаяхъ знаки препинанія ставятся передъ скобками и когда — послѣ скобокъ. Такого рода тонкости правописанія не обязательны для наборщика и всецѣло должны быть отнесены къ обязанности корректора.

Есть еще такого рода скобки: ⏞ (горизонтальныя) и { (вертикальныя). Назначеніе этихъ скобокъ — соединять тѣ строки, которыя относятся къ одному имени, названію, отдѣлу и проч.

Какъ стявятся скобки, соединяющія отдѣльныя слова или строки, видно лучше всего изъ нижеслѣдующихъ примѣровъ. Слѣдуетъ соблю-


[ СКОБКИ. 225 ]

дать непремѣнно только то правило, чтобы вершина скобки была всегда обращена къ тому слову, которое относится къ нѣсколькимъ строкамъ, а концы скобки захватывали первую и послѣднюю изъ этихъ строкъ.





Короткія скобки отливаются цѣльными, а длинныя составляются обыкновенно изъ частей. Впрочемъ, въ послѣднее время словолитчики стали изготовлять и длинныя скобки — цѣльными.


[ СКОБКИ. 226 ]

Мѣдныя скобки.



Французскія цѣльныя скобки въ 3 пункта.



Французскія цѣльныя скобки разной величины.



Англійскія составныя скобки.


[ КАВЫЧКИ. 227 ]

Кавычки ([ круглые кавычки-елочки ] «» „“)

Въ кавычки или, какъ ихъ чаще называютъ наборщики, въ «лапки» заключаютъ обыкновенно: 1) чужія1 слова (вносныя предложенія), 2) цитаты,2 3) прозвища, названія, заглавія и т. п. и, наконецъ, 4) авторы ставятъ въ кавычкахъ слова и выраженія, на которыя желаютъ почему-либо обратить особое вниманіе читателя.

Примѣры употребленія кавычекъ:

1) Вносныя предложенія.



Кавычки считаются обыкновенно за литеру, а потому при наборѣ столбцовъ, въ которыхъ слѣдующія одни за другими слова стоятъ въ


1 Не принадлежащія пишущему.

2 Цитата — выписка чужихъ рѣчей слово въ слово, безъ малѣйшихъ измѣненій.


[ КАВЫЧКИ. 228 ]

кавычкахъ и безъ кавычекъ, получается некрасивый для глаза изломъ литеръ, которыя не выдерживаютъ вертикальной линіи. Напримѣръ:



Я предлагаю набирать такъ:



2) Цитаты:




[ КАВЫЧКИ. 229 ]



Если цитируется большое количество строкъ, то кавычки ставятся въ началѣ и въ концѣ каждаго періода или какъ показано въ двухъ послѣднихъ примѣрахъ, т.-е. сбоку, въ началѣ каждой цитируемой строки. Первый способъ употребительнѣе. Въ началѣ каждой строки кавычки помѣщаются только по желанію автора или издателя.

Если приводимая цитата набрана шрифтомъ, рѣзко отличающимся отъ шрифта главнаго текста, то можно кавычекъ не ставить.

Цитируемые стихи въ кавычкахъ не ставятся.

Иногда въ стихахъ кавычки, по желанію автора или редактора, ставятся лишь въ началѣ каждаго куплета (а не въ началѣ и въ концѣ). Этого нельзя одобрить.

Въ цитатахъ кавычки отдѣляются отъ литеръ тѣмъ пробѣломъ, который принятъ для разрядки, т.-е. полукруглымъ или тройною шпаціею; въ остальныхъ случаяхъ кавычки ставятся вплотную къ литерамъ (какъ это можно видѣть изъ приведенныхъ примѣровъ).

Если при цитатѣ упоминается фамилія автора и названіе его труда, то необходимо, чтобы имя и фамилія автора и наименованіе его сочиненія отличались отъ текста. Лучше всего въ такихъ случаяхъ набирать имя (фамилію) автора капителью, названіе сочиненія — курсивомъ, затѣмъ прямымъ шрифтомъ — томъ, часть, страницу и проч.



Во Франціи и Италіи кавычки почти всегда отдѣляются принятымъ для разрядки пробѣломъ.

Кавычки слѣдуетъ ставить всегда «такъ», а не »наоборотъ«, т.-е. въ началѣ слова, строки, фразы или цѣлаго періода закругленіями или углами — влѣво, а въ концѣ слова, строки, фразы или періода — закругленіями или углами — вправо (см. вышеприведенные примѣры).


[ КАВЫЧКИ. 230 ]

Кавычки ставятся или вверхъ, или внизъ сигнатурою, смотря потому, въ какую сторону должны быть обращены закругленныя () или угловатыя (») части знака — вправо или влѣво.*

Въ концѣ цитатъ указывается обыкновенно названіе произведенія, изъ котораго заимствована приведенная цитата, а также и фамилія автора цитируемаго сочиненія. Если указывается одна фамилія автора, то она ставится или «въ подборъ», въ скобкахъ (прямыхъ), или въ отдѣльной строкѣ, отступя справа (отъ конца формата) на полъ или три четверти квадрата

Если текстъ книги (по формату) широкъ, а приводимая цитата имѣетъ короткія строки, то фамилію автора лучше набирать въ подборъ.

Фамилія автора — въ отдѣльной строкѣ — если она набрана курсивомъ, ставится безъ скобокъ, или же въ курсивныхъ скобкахъ. Фамилія автора, набранная «въ подборъ», всегда ставится въ скобкахъ.

3) Прозвища, названія, заглавія и проч.



4) Примѣры заключенія въ кавычки словъ и выраженій, которыя авторъ желаетъ почему-либо выдѣлитъ (обратитъ на нихъ вниманіе читателя).




* В оригинальном издании здесь опечатка. Вместо скругленной кавычки, которую Коломнин считает отдельным знаком, стоит угловая. — Прим. публ.


[ КАВЫЧКИ. 231 ]



Помимо вышеприведенныхъ примѣровъ, кавычки ставятся вмѣсто повторенія однихъ и тѣхъ же словъ, но не чиселъ,1 въ таблицахъ, выводахъ и проч., при чемъ въ этихъ случаяхъ кавычки выключаются какъ разъ посрединѣ выпущенныхъ словъ.



Наборщики, неизвѣстно по какимъ соображеніямъ, не ставятъ обыкновенно кавычекъ подъ союзомъ «и». Понятно, что это такого рода несущественная подробность наборнаго дѣла, на которой не сто́итъ останавливаться.

Въ таблицахъ и выводахъ одни и тѣ же числа, слѣдующія одно за другимъ, набираются цѣликомъ и не могутъ быть замѣнены кавычками. Напримѣръ:




1 Если въ строкахъ, слѣдующихъ за первою, строкою, одни и тѣ же слова повторяются и притомъ въ томъ же послѣдовательномъ порядкѣ.


[ ПАРАГРАФЪ. 232 ]



Параграфъ (§).

Знакомъ параграфа отмѣчаютъ обыкновенно слѣдующіе другъ за другомъ небольшіе отдѣлы или статьи. Можно сказать, что § замѣняетъ повтореніе словъ: «отдѣлъ», «статья», «періодъ» и т. д. При знакѣ параграфа ставится всегда цыфра.

§ 3. § 25. § 48.

Знакъ параграфа отдѣляется отъ слѣдующей за нимъ цыфры принятымъ для разбивки текста пробѣломъ (полукруглымъ или тройною шпаціею). У цыфры ставится точка.

Цыфра параграфа отдѣляется отъ текста тоже полукруглымъ или тройною шпаціею.

Если за цыфрою параграфа стоитъ тире, то оно отдѣляется, какъ отъ цыфры, такъ и отъ текста, двухпунктовою шпаціею.


[ НУМЕРЪ. — КРЕСТИКЪ. 233 ]



Если въ какомъ-нибудь текстѣ идетъ рѣчь о нѣсколькихъ параграфахъ, то можно обозначить слово «параграфы» или прописью (буквами), или же двойнымъ знакомъ §§ (безъ разбивки, вплотную), при чемъ за цыфрами точекъ не ставится.



Нумеръ (№.).

Знакъ нумера ставится обыкновенно съ цыфрою, отъ которой онъ отдѣляется или принятымъ для разбивки текста пробѣломъ (полукруглымъ или тройною шпаціею), или еще меньшимъ, но никакъ не бо́льшимъ:

№ 10; за № 23-мъ; к № 15-му и т. д.

Если въ текстѣ говорится о нѣсколькихъ нумерахъ, то знаки нумеровъ ставятся вплотную, безъ разбивки шпаціями. Напримѣръ:

въ послѣднихъ №№ «Новаго Времени» говорилось о...

Иногда знаки №№ замѣняютъ наборомъ. Напримѣръ:

Въ послѣднихъ нумерахъ «Новаго Времени» говорилось о...

Крестикъ (†).

Крестикъ, или, какъ его зачастую называютъ въ типографіяхъ, «мертвый знакъ», замѣняетъ слово «умеръ»:

МИХАИЛЪ ЮРЬЕВИЧЪ ЛЕРМОНТОВЪ, род. 1814 † 1841.

Лѣтъ 20—30 назадъ крестикъ употреблялся иногда, какъ знакъ выноски.

Крестикъ отдѣляется по бокамъ принятымъ для разбивки пробѣломъ, т.-е. полукруглымъ или тройною шпаціею.


[ МНОГОТОЧІЕ. 234 ]

Многоточіе ( . . . . || . . . . . . . . || ........... ).

Многоточіемъ, или, какъ говорятъ въ типографіяхъ, «отточіемъ», называется послѣдовательный рядъ точекъ, расположенныхъ на равномъ другъ отъ друга разстояніи.

Въ словолитняхъ знакъ точки отливается различно; такъ:

Точка, какъ знакъ препинанія, отливается на два пункта (въ шрифтахъ на кегель 6, 7, 8 и 9) и на половину полукруглаго (въ шрифтахъ на кегель 10, 11, 12 и т. д.).



Точка для отточія отливается на круглый и полукруглый. Напримѣръ, для шрифта на кегель 10.



Всѣ вышеприведенныя точки отливаются на нижнюю линію.

Точки для математическаго набора отливаются иногда на среднюю линію, обыкновенно по особому заказу, бо́льшею частью на круглый.

Примѣръ точекъ на среднюю линію: · · · · · · · · · · · ·

Для отточія въ типографіяхъ, гдѣ нѣтъ спеціально отлитыхъ для этой цѣли знаковъ, пользуются обыкновенными точками (служащими знакомъ препинанія), отдѣляя ихъ другъ отъ друга двухпунктовою, тройною или иными шпаціями.

Отточіе ставится:

1) Въ тѣхъ случаяхъ, когда авторъ хочетъ указать на недоговоренныя, пропущенныя слова; напримѣръ:




[ МНОГОТОЧІЕ. 235 ]

2) Въ цитатахъ, когда изъ чужого текста выписываются лишь тѣ мѣста и слова, которыя почему-либо необходимы автору книги, а остальныя пропускаются, какъ не имѣющія для него значенія:



3) Въ математическомъ наборѣ



4) Иногда точки, поставленныя между начальною и концевою буквами, замѣняютъ выпущенныя литеры. Напримѣръ:



Отточіе ставится въ выводахъ, таблицахъ, главныхъ содержаніяхъ (оглавленіяхъ), въ прейсъ-курантахъ, счетахъ и проч., указывая на связь двухъ частей между собою. Въ этихъ случаяхъ отточіе служитъ читателю, такъ сказать, направляющею, облегчая ему нахожденіе извѣстныхъ цыфръ или строкъ текста.

Примѣры:




[ МНОГОТОЧІЕ. 236 ]



См. также примѣръ на стран. 87.

Какъ набирается многоточіе, видно изъ приведенныхъ примѣровъ и будетъ пояснено еще, когда я буду говорить о выводахъ, таблицахъ, содержаніяхъ и т. д.

Если многоточія слѣдуютъ одно подъ другимъ, то точки должны непремѣнно приходиться одна подъ другою, на одной линіи. Выравниваютъ и выключаютъ многоточія, какъ въ таблицахъ, такъ и въ «содержаніяхъ», всегда отъ правой руки къ лѣвой.

Помимо перечисленныхъ знаковъ, въ типографскомъ наборѣ встрѣчаются иногда (въ настоящее время крайне рѣдко) знаки & или . Они замѣняютъ союзъ «и» при наборѣ названій сложныхъ (преимущественно иностранныхъ) фирмъ или торговыхъ домовъ. Напримѣръ:

«Фоксъ & сынъ».

«Бессемеръ  Компанія» и т. д.

Привожу ниже перечень различнаго рода знаковъ, наиболѣе употребляемыхъ при наборѣ нѣкоторыхъ спеціальныхъ изданій.

Перечислить и указать всѣ знаки, встрѣчающіеся въ типографскомъ наборѣ, — нельзя: ихъ слишкомъ много, да и нѣтъ никакой необходимости приводить ихъ всѣхъ, такъ какъ бо́льшая часть изъ нихъ примѣняется крайне рѣдко и въ исключительныхъ случаяхъ, т.-е. выдумывается авторами для одной какой-либо книги. Доказательствомъ этого служатъ каталоги словолитенъ, въ которыхъ, между прочимъ, помѣщаются знаки, ни для кого непонятные, кромѣ, разумѣется, тѣхъ авторовъ, которые заказали ихъ словолитнѣ и примѣнили въ своихъ изданіяхъ. Поэтому я ограничусь здѣсь лишь перечнемъ различнаго рода знаковъ, наиболѣе употребляемыхъ при книжныхъ и газетныхъ наборахъ.


[ ЗНАКИ. 237 ]

Математическіе знаки.

Алгебраическіе знаки.



Геометрическіе знаки.




[ ЗНАКИ. 238 ]

Астрономическіе знаки.

Знаки зодіака (а также мѣсяцевъ).



Знаки лунныхъ фазъ.



Знаки солнца, луны и планетъ (а также дней).



Знаки аспектовъ.1



Знаки лунныхъ узловъ.




1 Аспектъ въ астрономіи — названіе особаго расположенія планетъ, солнца и луны относительно другъ друга, какими они представляются для наблюдателя, находящагося на землѣ.


[ ЗНАКИ. 239 ]

Знаки, употребляемые въ картахъ метеорологическихъ бюллетеней Главной Физической Обсерваторіи въ С.-Петербургѣ.



Знаки для обозначенія праздниковъ, употребляемые въ календаряхъ.



Знаки аптекарскаго или медицинскаго вѣса.



Единицы аптекарскихъ величинъ означаются римскими цыфрами (строчными).




[ ЗНАКИ. 240 ]

Музыкальные знаки.



Разные знаки.




[ ПРИМѢЧАНІЯ. 241 ]





Гербъ типографовъ.

Примѣчанія.

Примѣчаніе есть поясненіе, переводъ или дополненіе какого-либо выраженія или слова, помѣщеннаго въ текстѣ.

Примѣчанія ставятся: 1) подъ полосою (такъ-называемыя подстрочныя примѣчанія или выноски), 2) въ самомъ текстѣ, 3) въ концѣ части, главы, отдѣла и пр. или 4) въ самомъ концѣ книги, за текстомъ.

Подстрочными примѣчаніями или выносками они называются потому, что помѣщаются внѣ текста, подъ строками, т.-е. «выносятся», выдѣляются изъ текста.

Чаще всего примѣчанія ставятся подъ полосою, отдѣляясь отъ нея однимъ пробѣломъ, или же — пробѣломъ и линеечкою.

Пробѣлъ между текстомъ и первою строкою примѣчанія бываетъ различный, въ зависимости отъ длины полосы, но никогда не долженъ быть менѣе кегля шрифта, которымъ набирается текстъ; лучше дѣлать его больше.


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 242 ]

Если между примѣчаніемъ и текстомъ нѣтъ линейки, то пробѣлъ можетъ быть шириною въ 2 строки; во всякомъ случаѣ, пробѣлъ этотъ долженъ быть настолько великъ, чтобы рѣзко отдѣлять примѣчаніе отъ текста.

Такъ какъ всѣ полосы должны быть непремѣнно одной и той же длины, то въ случаѣ примѣчанія полоса укорачивается на то количество строкъ, которое должно быть занято (замѣщено) строками примѣчанія или нѣсколькихъ примѣчаній. Остающееся пустое пространство (помимо пробѣльной строки) заполняется, до опредѣленной длины полосы, шпонами.

Примѣръ: Полоса въ 27 строкъ корпуса безъ шпоновъ, т.-е. длина полосы = 270 пунктамъ, не считая колонъ-цыфры и верхней пробѣльной строки. Нужно поставить примѣчаніе въ 7 строкъ петита.

Оставляю въ полосѣ 20 строкъ, которыя=200 пунктамъ.
Ставлю пробѣльную строку въ 12 пункт.=12 »
Ставлю примѣчаніе — 7 строкъ (петита)=56 »
_____________
268пунктовъ.

Остается (до длины полосы) 2 пункта. Прибавляю къ пробѣльной строкѣ шпонъ въ 2 пункта и получаю полосу назначеннаго формата = 270 пунктамъ.

Второй примѣръ:

Полоса въ 40 строкъ корпуса, на тонкіе шпоны, т.-е. длина полосы = 440 пунктамъ. Нужно поставить примѣчаніе (петитомъ) въ 11 строкъ.

Оставляю въ полосѣ 30 строкъ =300 пунктамъ,
30 шпоновъ =30 »
11 строкъ примѣчанія (петитъ) =88 »
11 шпоновъ примѣчанія =11 »
Пробѣльная строка =12»
___________
441 пунктъ.

Отнимаю отъ пробѣльной строки 1 пунктъ и получаю назначенную длину 440 пунктовъ.

На практикѣ метранпажъ не дѣлаетъ расчета, а приводитъ полосы къ одной опредѣленной длинѣ съ помощью полосной мѣрки, о чемъ будетъ сказано подробно въ главѣ о версткѣ.


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 243 ]

Если примѣчанія отдѣляются отъ текста пробѣломъ съ линеечкою, то послѣдняя (всегда тонкая) дѣлается: во всю длину строки (во всю ширину полосы), или же въ 1/6, 1/5, ¼ и 1/3 полосы. Понятно, что никакого указанія для выбора той или другой линеечки сдѣлать нельзя: все зависитъ отъ личнаго вкуса автора, издателя или — что́ всего чаще — метранпажа. Я могу только указать, что бо́льшею частью ставится линеечка въ ¼ длины строки текста.

Линеечка ставится посрединѣ пробѣла, отдѣляющаго примѣчаніе отъ текста, или пункта на два ближе къ тексту, чѣмъ къ примѣчанію. Послѣднее правильнѣе, такъ какъ назначеніе линейки — показать, что строки главнаго текста окончились и далѣе слѣдуютъ уже строки второстепеннаго текста, который не должно смѣшивать съ первымъ. Линейка, въ этомъ случаѣ играетъ какъ бы роль «кончика», который, безъ сомнѣнія, долженъ ставиться ближе къ предыдущему тексту, чѣмъ къ послѣдующему. Нечего и говорить, конечно, что я не придаю никакого серьезнаго значенія той или другой постановкѣ линеечки, такъ какъ эта деталь (подробность, частность) наборнаго дѣла не имѣетъ существеннаго значенія.

Можно обойтись и вовсе безъ линеечки, которая ставится никакъ не для красоты, а именно для болѣе рѣзкаго отдѣленія двухъ текстовъ. Почти во всѣхъ роскошныхъ заграничныхъ изданіяхъ примѣчанія отдѣляются отъ текста или однимъ пробѣломъ, или пробѣломъ съ линеечкою, всегда тонкою и занимающею не болѣе 1/6, 1/5 ширины полосы.

Выключаются линеечки большею частью къ лѣвому краю полосы и рѣдко посрединѣ.

Примѣчанія набираются всегда шрифтомъ меньшаго кегля (обыкновенно на два или три пункта) противъ текста, но одного и того же характера (рисунка).

Въ очень рѣдкихъ случаяхъ примѣчанія набираются шрифтомъ того же кегля, что́ и текстъ. Такъ, напримѣръ, бываетъ, что текстъ набирается, положимъ, корпусомъ обыкновеннымъ, а примѣчанія — корпусомъ же, но только плотнымъ. Такія отступленія отъ общихъ правилъ объясняются обыкновенно желаніемъ автора или издателя.

Если текстъ набирается на шпоны, то и примѣчанія — тоже, хотя дѣлаются исключенія для очень большихъ примѣчаній, которыя набираютъ иногда безъ шпоновъ, хотя бы текстъ былъ разбитъ на шпоны.

Бываютъ также случаи, когда изъ примѣчанія, набраннаго на шпоны, послѣдніе приходится вынуть, ради выгоды мѣста.

Каждое примѣчаніе начинается отступомъ, за которымъ слѣдуетъ знакъ «ссылки» на примѣчаніе, т.-е. тотъ же знакъ, которымъ отмѣчено въ текстѣ слово или мѣсто, потребовавшее поясненія.


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 244 ]

Знаками ссылокъ въ настоящее время служатъ звѣздочки и цыфры:



и такъ далѣе.

Сравнительно еще недавно знакомъ ссылокъ служилъ также крестикъ.

Если на страницѣ встрѣчается немного примѣчаній, т.-е. отъ одного до трехъ, то можно ставить звѣздочки; въ остальныхъ же случаяхъ предпочтительнѣе — цыфры. Въ сочиненіяхъ математическихъ знаками ссылокъ должны служить звѣздочки, во избѣжаніе возможныхъ недоразумѣній.

Ставятся ли звѣздочки или цыфры — ихъ нужно всегда помѣщать послѣ знаковъ препинанія (если такіе есть), а не впереди. Напримѣръ:

. . . книгопечатаніе.2 а не книгопечатаніе2.
. . . Гутенбергъ;24 а не Гутенбергъ24;
. . . Москва,123 а не Москва123,

Знаки ссылокъ, какъ въ текстѣ, такъ равно и въ примѣчаніяхъ, ставятся однородные, т.-е., если въ текстѣ стоитъ цыфра «на верхнюю линію» со скобкою, то и въ примѣчаніи соотвѣтствующій знакъ долженъ быть набранъ точно такъ-же. Поэтому, если въ текстѣ стоятъ слѣдующіе знаки ссылокъ:



то въ примѣчаніяхъ соотвѣтствующіе знаки ссылокъ должны быть набраны такъ:




[ ПРИМѢЧАНІЯ. 245 ]

Примѣчанія со звѣздочками слѣдуетъ выключать такъ:



а не такъ:



Примѣчанія должны непремѣнно быть помѣщены, или, по крайней мѣрѣ, начинаться, на той же страницѣ, на которой стоятъ соотвѣтствующіе знаки ссылокъ (на примѣчанія) въ текстѣ.

Знакъ ссылки можетъ находиться какъ разъ на послѣдней строкѣ текста.

Если примѣчаніе очень длинно, но помѣщается на страницѣ, то на ней можно оставить всего двѣ строки текста, но не менѣе, и помѣстить затѣмъ примѣчаніе.

Если примѣчаніе — почти въ цѣлую страницу, а на слѣдующей полосѣ примѣчаній нѣтъ, то, вмѣсто того, чтобы помѣстить все примѣчаніе на одной первой страницѣ, лучше раздѣлить его пополамъ и первую половину поставить на первой страницѣ, а вторую — на слѣдующей. При неравномъ числѣ строкъ, на первой страницѣ помѣщаютъ бо́льшую половину, а на слѣдующей — меньшую, т.-е. на одну строку. Это правило рекомендуется французскими и итальянскими типографами.

Если — послѣднее изъ числа нѣсколькихъ примѣчаній длинное, а на слѣдующей страницѣ нѣтъ примѣчаній, то можно послѣднее примѣчаніе перенести на слѣдующую страницу, помѣстивъ на первой не менѣе двухъ строкъ.

Если примѣчаніе очень длинно, а въ слѣдующихъ ближайшихъ строкахъ текста другихъ примѣчаній нѣтъ, то можно перенести примѣчаніе на нѣсколько страницъ, оставляя на нихъ не менѣе какъ по двѣ строки текста.

Если примѣчаніе придется на концевой полосѣ, то оно не ставится внизу ея, а въ концѣ текста, отдѣляясь отъ него обычнымъ (т.-е. такимъ же, какъ и на предыдущихъ страницахъ) пробѣломъ, послѣ чего ставится кончикъ или линеечка. Такого правила придерживаются многіе извѣстные типографы, французскіе и итальянскіе, и нельзя не признать, что помѣщеніе примѣчанія на концевой полосѣ непосредственно вслѣдъ за текстомъ гораздо красивѣе, чѣмъ обычное расположеніе внизу полосы, при чемъ примѣчаніе отдѣляется отъ текста широкою полосою пустого пространства, такъ какъ на концевыхъ полосахъ нерѣдко стоитъ


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 246 ]

всего 6—7 строкъ набора. Понятно, что въ томъ случаѣ, когда концевая полоса занимаетъ болѣе половины страницы, то примѣчаніе можетъ быть поставлено на обычномъ мѣстѣ.

Если примѣчанія помѣщаются подъ текстомъ, то знаки ссылокъ, т.-е. звѣздочки или цыфры, на всѣхъ страницахъ (на которыхъ есть примѣчанія) обыкновенно повторяются, начиная съ первой звѣздочки и первой цыфры. Такъ, если на одной страницѣ 3 примѣчанія, а на другой — два, то на первой страницѣ будутъ стоять одна, двѣ и три звѣздочки или цыфры 1, 2, 3, а на другой страницѣ — одна и двѣ звѣздочки или первая и вторая цыфры (1, 2). Можно, однако, цыфръ ссылокъ не повторять на каждой страницѣ, а вести ихъ въ послѣдовательномъ порядкѣ.

Если всѣ примѣчанія отнесены къ концу книги, части, отдѣла или главы, то знаки ссылокъ въ текстѣ всегда обозначаются цыфрами, которыя идутъ по порядку со страницы на страницу, т.-е. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9... 20, 23...35...127... и т. д. (а не повторяются на каждой полосѣ, начиная съ первой цыфры). Въ этомъ случаѣ цыфры, указывающія примѣчанія, должны быть (по очку) больше, сравнительно съ цыфрами ссылокъ.

Если нѣсколько ссылокъ стоятъ въ одной и той же строкѣ, а между тѣмъ первое примѣчаніе (относящееся къ первой ссылкѣ) занимаетъ почти всю страницу, то, конечно, нельзя соблюсти того основного правила, чтобы примѣчанія помѣщались или, по крайней мѣрѣ, начинались на той страницѣ, на которой находится относящійся до нихъ знакъ ссылки. Въ этомъ случаѣ второе примѣчаніе помѣщается, если возможно, на слѣдующей или дальнѣйшей страницѣ, при чемъ послѣ знака, соотвѣтствующаго ссылкѣ, ставится курсивомъ (строчными): „къ предыдущей страницѣ“ или „къ страницѣ такой-то“.

Примѣръ:



Длина строкъ примѣчаній равняется обыкновенно длинѣ строкъ текста.

Иногда, однако, случается (обыкновенно по желанію автора) при одностолбцовомъ наборѣ набирать примѣчанія въ два столбца, отдѣляя ихъ другъ отъ друга вертикальною линеечкою.

Примѣчанія помѣщаются обыкновенно одно подъ другимъ.

Только въ учебникахъ иностранныхъ языковъ примѣчанія ставятся зачастую «въ подборъ», т.-е. одно вслѣдъ за другимъ. Причина тому та, что примѣчанія въ такихъ книгахъ представляютъ обыкновенно не


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 247 ]

больше, какъ переводъ словъ и фразъ, помѣщенныхъ въ текстѣ; ихъ бываетъ иногда на одной страницѣ нѣсколько десятковъ, и, конечно, помѣщая такія примѣчанія (зачастую очень короткія) одно подъ другимъ, пришлось бы занять много мѣста, а слѣдовательно, израсходовать лишнее количество бумаги, между тѣмъ всѣ учебники стараются по возможности удешевлять. Это и заставляетъ экономить на бумагѣ, помѣщая примѣчанія «въ подборъ».

Если въ книгѣ (не въ учебникѣ) очень много примѣчаній, — лучше всего помѣщать ихъ въ концѣ книги, части, отдѣла и т. д., конечно, если только авторъ не имѣетъ ничего противъ этого.

Примѣчанія, помѣщенныя въ концѣ текста, не представляютъ никакихъ техническихъ особенностей.

При наборѣ въ два столбца примѣчанія также набираются въ два столбца.

При наборѣ примѣчаній въ два столбца, цыфровые знаки ссылокъ повторяются въ каждомъ столбцѣ, начиная съ единицы, какъ и при обыкновенномъ одностолбцовомъ наборѣ.

Если примѣчаніе не помѣщается въ одномъ столбцѣ, то оно переносится во второй столбецъ той же страницы, при чемъ строки дѣлятся такъ, чтобы какъ въ первомъ столбцѣ, такъ и во второмъ было равное число строкъ примѣчаній. Если же число строкъ не равное, то въ первомъ столбцѣ одною строкою можетъ быть больше.

Если въ двухстолбцовомъ наборѣ встрѣтится надпись, относящаяся къ обоимъ столбцамъ, а слѣдовательно, проходящая «насквозь», т.-е. во всю ширину страницы, и въ этой надписи стоитъ ссылка на примѣчаніе, то послѣднее набирается обыкновенно тоже во всю ширину текста, при чемъ и всѣ остальныя примѣчанія, относящіяся къ первому и второму столбцу, набираются одинаково — въ ширину полосы. А если послѣднее примѣчаніе переходитъ на слѣдующую страницу, то и тамъ всѣ примѣчанія набираются въ одну строку, проходящую черезъ два столбца.

Я не вижу никакого основанія слѣдовать такому обычаю типографовъ, поступаясь единообразіемъ и симметріею набора. По-моему, слѣдуетъ просто знакъ ссылки у надписи, проходящей черезъ два столбца, вмѣсто цыфрового замѣнить буквеннымъ, а самое примѣчаніе помѣстить или въ первомъ, или во второмъ столбцѣ, соблюдая обычный порядокъ послѣдовательности ссылокъ. Если бы я поставилъ не букву, а цыфру, то неизвѣстно было бы, въ которомъ изъ двухъ столбцовъ искать примѣчаніе, относящееся къ надписи, такъ какъ въ обоихъ столбцахъ могли случиться однѣ и тѣ же цыфры, между тѣмъ какъ буква, не нарушая цыфрового порядка примѣчаній каждаго изъ столбцовъ, сразу указываетъ читателю на примѣчаніе, относящееся къ надписи. При та-


[ ПРИМѢЧАНІЯ. 248 ]

комъ способѣ набора и версткѣ примѣчаній единство набора всей книги нигдѣ не нарушается или, вѣрнѣе, нарушается только одинъ разъ, да и то незамѣтно, тогда какъ при другомъ порядкѣ расположенія примѣчаній (указанномъ выше) несомнѣнно приходится поступаться красотою и симметріею набора.

Если, помимо примѣчанія, относящагося къ сквозной надписи, нѣтъ на страницѣ другихъ примѣчаній, то оно можетъ быть набрано въ ширину полосы, хотя и тутъ, по-моему, набору въ два столбца должно быть отдано предпочтеніе.

Если примѣчаніе къ надписи, захватывающей оба столбца, не очень велико, а въ столбцахъ имѣются свои примѣчанія, то, въ крайнемъ случаѣ, можно поступить такъ: примѣчанія къ тексту набрать обычнымъ порядкомъ, т.-е. въ одинъ столбецъ, а примѣчаніе къ подписи — во всю ширину полосы (положимъ въ 2 столбца) и помѣстить его внизу одностолбцовыхъ примѣчаній, отмѣтивъ знакъ ссылки у подписи и знакъ у самаго примѣчанія — буквами.

Если примѣчаніе ставится въ текстѣ, а не подъ полосою, то его слѣдуетъ набирать всегда шрифтомъ болѣе мелкимъ, чѣмъ текстъ, или же плотными шрифтами того же кегля, при чемъ въ началѣ примѣчанія ставится самое слово «примѣчаніе», набранное на разбивку (на тонкія шпаціи) съ прописной буквы, а остальныя строки — съ отступами.

Можно набирать также текстъ такого примѣчанія курсивомъ или шрифтомъ, отличнымъ отъ шрифта главнаго текста.

Гораздо лучше, однако, набирать всѣ строки такого примѣчанія съ отступомъ, а первую строку — съ двойнымъ отступомъ.


[ ВЫНОСКИ (БОКОВЫЯ). 249 ]

Выноски (боковыя).

Помимо подстрочныхъ примѣчаній, выносками называются также тѣ короткія строки, которыя помѣщаются на поляхъ1 листа, или же въ текстѣ полосы, но къ самому полю, отдѣляясь въ послѣднемъ случаѣ отъ набора съ трехъ сторонъ пробѣлами.




1 Полями называются бѣлыя части бумаги (листа), окружающія со всѣхъ сторонъ текстъ. На каждой страницѣ четыре поля: 1) верхнее — надъ текстомъ, 2) нижнее — подъ текстомъ, 3) наружное поле (на нечетной страницѣ — справа текста, а на четной — слѣва) и 4) поле въ корешокъ (на нечетной страницѣ — слѣва текста, на четной — справа).


[ ВЫНОСКИ (БОКОВЫЯ). 250 ]

Выноски играютъ роль краткихъ содержаній или указаній того, что́ помѣщено въ текстѣ, приблизительно около того мѣста, противъ котораго поставлена выноска, а потому правильнѣе было бы называть ихъ боковыми надписями или боковыми содержаніями (вродѣ колонъ-титуловъ).

На нечетныхъ страницахъ выноски ставятся къ правому полю или въ правомъ полѣ, на четныхъ — къ лѣвому полю или въ лѣвомъ полѣ; иначе говоря: всегда къ наружному полю или въ наружномъ полѣ.

Выноски набираются обыкновенно шрифтомъ того же характера, но меньшаго кегля, чѣмъ текстъ, а если въ книгѣ есть примѣчанія, то шрифтами кегля меньшаго, чѣмъ въ примѣчаніяхъ. Въ рѣдкихъ случаяхъ боковыя выноски набираются шрифтами того же кегля, что и текстъ, но другого рисунка.

Можно набирать также выноски египетскимъ или жирнымъ шрифтомъ, если такими шрифтами набирались надписи въ текстѣ.

Выноски отдѣляются отъ текста пробѣломъ въ зависимости отъ формата. Извѣстный знатокъ типографскаго дѣла, нынѣшній директоръ Гутенберговской школы въ Парижѣ, г. Дезормъ, говоритъ,1 что пробѣлъ, отдѣляющій боковыя выноски отъ текста, при самыхъ маленькихъ форматахъ не долженъ быть менѣе трехъ пунктовъ, а при большихъ — не превышать 12-ти пунктовъ.

Длина строкъ выносокъ обыкновенно отъ 1/6 до 1/5 длины строкъ текста; всегда, однако, въ опредѣленныхъ частяхъ квадрата (¾ кв., 1 кв., 1¼ кв. и т. д.).

Выноски ставятся для удобства читателя.

Бо́льшею частью выноски набираются въ красную строку. Иногда-же — какъ обыкновенный текстъ, съ отступомъ и переносами.



Если выноски набираются въ красную строку, и притомъ цѣлыми словами, безъ переносовъ, то, понятно, нужно дѣлить слова грамотно, со смысломъ, а не какъ попало.

Такъ, нельзя набрать:




1 Въ своемъ учебникѣ типографскаго дѣла — «Notions de typographie»:


[ ВЫНОСКИ (БОКОВЫЯ). 251 ]

Слѣдуетъ раздѣлить слова такъ:



или:



или (при очень маленькомъ форматѣ):



Лучше всего набирать выноски въ красную строку, такъ какъ въ этомъ случаѣ не приходится разбивать словъ на шпаціи (для правильной выключки строкъ) или дѣлать неправильную (неравную) разбивку между словами.

Если набирать выноски въ красную строку почему-либо нельзя, то нужно стараться избѣгать разбивки словъ на шпаціи; лучше увеличитъ или уменьшить пробѣлы между словами. Это правило рекомендуется извѣстными французскими и итальянскими типографами.

Выноски должны быть всегда, по возможности, кратки.

Если выноска, набираемая съ отступомъ, выходитъ неудачною, лучше измѣнить немного форматъ ея строкъ (на полукруглый или круглый). При этомъ пробѣлъ увеличивается къ наружному полю, а не къ тексту. Если на страницѣ есть и другія выноски, то форматъ ихъ долженъ быть одинъ и тотъ же, иначе разница форматовъ выносокъ будетъ бросаться рѣзко въ глаза.

Первая строка выноски должна быть выключена противъ той строки (или тѣхъ строкъ), къ которымъ выноска относится.



Если выноска, состоящая изъ нѣсколькихъ строкъ, относится къ періоду, котораго только двѣ строки могли войти въ конецъ полосы, то такую выноску можно не переносить на слѣдующую страницу, а выключить такъ, чтобы ея послѣдняя строка приходилась противъ послѣдней строки полосы.


[ О ЦЫФРАХЪ. 252 ]

Примѣръ:



Въ нѣкоторыхъ (исключительныхъ) случаяхъ выноска можетъ быть продолжена въ подстрочныя примѣчанія, но никогда не должна превышать длины полосы (т.-е. выступать за нее, въ пробѣльную строку).

Въ нѣкоторыхъ историческихъ сочиненіяхъ вверху каждой страницы ставятся годъ, мѣсяцъ, а иногда и число. Въ этомъ случаѣ, для отличія такихъ строкъ отъ выносокъ, ихъ отмѣчаютъ сверху линеечкою, которая выключается въ одну линію съ колонъ-титуломъ или колонъ-цыфрою.



О цыфрахъ.

Цыфрами называются тѣ знаки, которыми обозначаются или выражаются числа.1 Цыфры бываютъ: арабскія, римскія и буквенныя. Самыя удобныя и простыя цыфры — арабскія. Всѣ числа изображаются ими легко и наглядно (понятно), а вычисленія производятся быстро и удобно. Римскія цыфры менѣе пригодны для вычисленій, и числа, написанныя римскими знаками, читаются съ извѣстнымъ напряженіемъ, такъ какъ они не такъ наглядны, какъ числа, изображенныя арабскими знаками. Самыя неудобныя цыфры — буквенныя; производство вычисленій съ ними крайне затруднительно. Цыфры-буквы были въ ходу у древнихъ грековъ, славянъ и у нѣкоторыхъ другихъ народовъ. Въ настоящее время онѣ сохранились и встрѣчаются почти исключи-


1 Иначе — количества.


[ РИМСКІЯ ЦЫФРЫ. 253 ]

тельно въ церковно-славянской печати. Римскія цыфры, до введенія арабскихъ знаковъ, были распространены повсюду въ Западной Европѣ, да и теперь еще не вышли окончательно изъ употребленія. Арабскія цыфры, появившіяся въ Европѣ, вѣроятно, въ XII вѣкѣ, общераспространены.

Типографу приходится имѣть дѣло съ цыфирными знаками всѣхъ трехъ родовъ; всего чаще, конечно, съ арабскими, затѣмъ съ римскими и очень рѣдко (исключительно въ церковно-славянскомъ наборѣ) — съ буквенными цыфирными знаками.

Римскія цыфры.

Основныхъ римскихъ цыфирныхъ знаковъ — 7.

I V X L C D M

Римскія цыфры1 имѣютъ значеніе постоянное. Такъ: I означаетъ всегда единицу, гдѣ бы эта цыфра ни стояла, но никогда не одинъ десятокъ, не одну сотню и т. д.; X — всегда означаетъ только десять; V — всегда пять; L — пятьдесятъ; C — сто; D — пятьсотъ и M — тысячу. Повтореніемъ начертаній однѣхъ и тѣхъ же цыфръ (I, V, X, L, C, D, M) и складываніемъ (суммированіемъ) ихъ получаютъ или выражаютъ всевозможныя числа. Такъ, число двадцать семь выразится слѣдующими римскими цыфрами — XXVII (т.-е. десять + десять + пять + единица + единица).

Число сто пятьдесятъ — CL (т.-е. сто + пятьдесятъ).

Число триста — CCC (т.-е. сто + сто + сто).

Число тысяча восемьсотъ девяносто семь — M DCCC XCVII [тысяча + пятьсотъ + сто + сто + сто + девяносто (XC) + пять + единица + единица]. Меньшая цыфра, стоящая справа бо́льшей, прибавляется къ ней. Меньшая цыфра, стоящая съ лѣвой стороны бо́льшей не присчитывается къ ней (не суммируется), а, наоборотъ, изъ нея вычитается.

Такъ, цыфры

IVвыражаютъчислочетыре (т.-е. пять безъ единицы).
IX» »девять (т.-е. десять безъ, единицы).
XL» »сорокъ (т.-е. пятьдесятъ безъ десяти).
XC» »девяносто (т.-е. сто безъ десяти) и т. д.

1 «Римскими» онѣ называются потому, что были введены въ употребленіе римлянами.


[ РИМСКІЯ ЦЫФРЫ. 254 ]

между тѣмъ какъ цыфры:

VIвыражаютъчислошесть(т.-е. пять + единица).
XI » »одиннадцать(т.-е. десять + единица).
LX » »шестьдесятъ(т.-е. пятьдесятъ + десять).
CX » »сто десять(т.-е. сто + десять) и т. д.

Въ послѣднихъ четырехъ примѣрахъ меньшія цыфры стоятъ справа бо́льшихъ.

Черточка, поставленная надъ цыфрою, увеличиваетъ ея значеніе въ тысячу разъ. Такъ, L означаетъ пятьдесятъ, а — пятьдесятъ тысячъ; М — тысячу, а — милліонъ; X — десять, а — десять тысячъ и т. д.

Если число состоитъ болѣе чѣмъ изъ трехъ тысячъ, то нерѣдко ставятъ число тысячъ и справа букву m (mille). Напримѣръ:

CXXIIm LVI = 122 056.

Изъ помѣщаемой ниже таблицы видно, что нѣкоторыя числа у римлянъ имѣли различное начертаніе.

Въ наборномъ дѣлѣ римскія цыфры ставятся:

1) Въ предисловіяхъ и послѣсловіяхъ: ими набираются обыкновенно колонъ-цыфры, вмѣсто арабскихъ знаковъ.1

2) При именахъ императоровъ, царей, князей, герцоговъ, принцевъ, фараоновъ, папъ и пр.

Императоръ Петръ I, Александръ III, Наполеонъ I, Царь Іоаннъ IV Васильевичъ, Фараонъ Тутмозисъ III, Герцогъ Козимо I Медичи, Папа Сикстъ V и т. д.

3) При обозначеніи столѣтій:

XIX столѣтіе, XV вѣкъ, XI в. и т. д.

4) При обозначеніи томовъ, частей, отдѣловъ, главъ, строфъ (въ стихахъ), явленій, дѣйствій (въ драматическихъ произведеніяхъ).

Томъ VI, Часть V, Отдѣлъ X, Глава VII, Дѣйствіе III, Явленіе I и т. д.

Во всѣхъ вышеприведенныхъ случаяхъ ставятся обыкновенно римскіе прописные знаки.


1 Объ отступленіяхъ отъ этого правила будетъ сказано ниже.


[ РИМСКІЯ ЦЫФРЫ. 255 ]



Сравнительная таблица римскихъ и арабскихъ цыфръ.


[ АРАБСКІЯ ЦЫФРЫ. 256 ]

Извѣстный современный итальянскій типографъ, Сальвадоръ Ланди, совѣтуетъ, однако, ставить прописные знаки при однихъ собственныхъ именахъ, а во всѣхъ остальныхъ случаяхъ употреблять капитель. Какъ напримѣръ:

Въ колонъ-титулахъ тоже лучше ставить строчныя римскія цыфры. Если числительное имя (порядковое) начинаетъ фразу, то лучше набирать его прописью:

Девятнадцатое столѣтіе ознаменовалось рядомъ геніальныхъ изобрѣтеній.

а не

XIX ст. ознаменовалось и т. д.

5) Въ оглавленіяхъ и содержаніяхъ.

6) На обложкахъ и титулахъ (иногда), при обозначеніи года изданія.

7) Въ нѣкоторыхъ другихъ исключительныхъ случаяхъ, по желанію автора или издателя.

Медицинскій или аптекарскій вѣсъ принято также обозначать римскими цыфрами, только не прописными знаками, а капителью, при чемъ послѣдняя (концевая) единица изображается всегда строчною j.

Арабскія цыфры.

Арабскія цыфры — 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 0 — введены въ употребленіе (въ Европѣ) арабами, которые, въ свою очередь, заимствовали ихъ (въ IX вѣкѣ) изъ Индіи. Точный годъ появленія арабскихъ цыфръ — неизвѣстенъ. Въ Испаніи онѣ встрѣчаются впервые въ рукописяхъ XIII вѣка (въ 1202 г.); въ Италіи, вѣроятно, раньше.

Въ Россіи арабскія цыфры ввелъ въ употребленіе Петръ Великій (въ 1702 г.). До него (какъ и теперь въ церковныхъ книгахъ, отпечатанныхъ Кириллицею) числа изображались буквами подъ титлами.

Арабскія цыфры мѣняютъ свое значеніе, сообразно занимаемому ими мѣсту или порядку, въ ряду другихъ цыфровыхъ знаковъ. Такъ:

1 выражаетъединицу.
11 »одиннадцать (т.-е. одинъ десятокъ + единицу, а не просто двѣ единицы).
22 »двадцать два (т.-е. два десятка + двѣ единицы)
222 »двѣсти двадцать два (т.-е. двѣ сотни + два десятка + двѣ единицы).

Изъ этихъ примѣровъ ясно, что одна и та же цыфра выражаетъ извѣстное количество или единицъ, или десятковъ, или сотенъ и т. д.


[ АРАБСКІЯ ЦЫФРЫ. 257 ]

Нуль (0) самъ по себѣ не выражаетъ никакого числа, но онъ играетъ важную роль при изображеніи чиселъ, указывая на отсутствіе единицъ извѣстнаго порядка. Такъ, въ начертаніи 301 нуль указываетъ на то, что число состоитъ изъ трехъ сотенъ и единицы, безъ десятковъ. Сочетаніемъ вышеприведенныхъ десяти цыфръ или цыфровыхъ знаковъ можно выразить всевозможныя числа. Съ появленіемъ въ Европѣ арабскихъ цыфръ, остальныя системы нумераціи были почти совсѣмъ оставлены. Въ настоящее время римскія цыфры употребляются только въ типографскомъ дѣлѣ и иногда въ надписяхъ на общественныхъ сооруженіяхъ, а цыфры-буквы примѣняются исключительно въ церковно-славянской печати.

Арабскія цыфры дѣлятся на классы:

На первомъ мѣстѣ (считая отъ правой руки къ лѣвой) стоятъ:

Классы отдѣляются обыкновенно другъ отъ друга запятыми или точками, что́ объясняется просто привычкою и рутиною, но вовсе не потребностью или удобствомъ.

Гораздо лучше отдѣлять въ печати классы другъ отъ друга небольшимъ пробѣломъ (двухъ-пунктовою или трехъ-пунктовою шпаціею), что́ уже и принято въ изданіяхъ Императорской Академіи Наукъ, а также во многихъ заграничныхъ.

Хотя въ печати и встрѣчаются цыфры нѣсколькихъ различныхъ начертаній, тѣмъ не менѣе преобладающимъ типомъ въ русскихъ изданіяхъ нужно признать одинъ, а именно тотъ, въ которомъ всѣ цыфирные знаки одной и той же величины.



Прямыя цыфры.



Курсивныя цыфры.

Вотъ образецъ цыфръ другихъ начертаній:

Отливаются цыфры въ общеупотребительныхъ (обыкновенныхъ) шрифтахъ на полукруглый.


[ СЛАВЯНСКІЯ И ГРЕЧЕСКІЯ ЦЫФРЫ-БУКВЫ. 258 ]



Сравнительная таблица славянскихъ и греческихъ-цыфръ-буквъ.


[ СЛАВЯНСКІЯ ЦЫФРЫ. 259 ]

Высшія количества выражались слѣдующими словами и знаками: тма  а⃝  = 10 т., легеонъ  а҈  = 100 т. (или словами: несвѣдь, невѣдь), леодръ  а҉  = милліонъ; десять леодровъ изображали кружкомъ изъ крестиковъ  а꙰  и называли вранъ или воронъ; десять вороновъ писали  а꙱  и называли колода; десять колодъ  ы꙲ , равныя тысячѣ милліоновъ, называли тма темъ.

Вышеприведенная таблица показываетъ, что въ славянскомъ счисленіи — двадцать семь самостоятельныхъ (основныхъ) цыфирныхъ знаковъ (девять — для единицъ, девять — для десятковъ и девять — для сотенъ), съ помощью которыхъ и изображаются необходимыя числа.

Въ числахъ 11—19 единицы ставятся съ лѣвой стороны, а въ дальнѣйшихъ — съ правой.



Тысячи изображались безъ титла, но съ приставкою съ лѣвой стороны знака ҂. Перечисленныя «высшія количества» встрѣчаются лишь въ старинныхъ рукописяхъ.

Славянскія цыфры, какъ я уже говорилъ, употребляются въ настоящее время исключительно въ церковно-славянской печати.


[ СТИХИ. 260 ]

Стихи.

Прозою называется обыкновенная разговорная рѣчь, безъ правильнаго послѣдованія или чередованія мѣрныхъ1 строкъ, тогда какъ стихами или стихотвореніями мы называемъ размѣренную рѣчь или, иначе, произведеніе, написанное мѣрными строками, т.-е. такими, въ которыхъ правильно повторяющіяся (черезъ опредѣленные промежутки) ударенія производятъ на наше ухо крайне пріятное (музыкальное) впечатлѣніе.



Эти три строки прозы Лермонтовъ передалъ слѣдующими стихами:



Въ вышеприведенныхъ трехъ строкахъ прозы я могу сдѣлать существенную перестановку словъ безъ всякаго ущерба для слуха читателя. Напримѣръ:



Какъ первыя три строки прозы, такъ и послѣднія не представляютъ размѣренной рѣчи, съ правильнымъ и повторяющимся чередованіемъ удареній, и наше ухо даже и не замѣтитъ перестановки словъ въ строкахъ, которыя и ранѣе звучали, такъ-сказать, безразлично, не лаская слуха красивыми ритмическими2 повышеніями и пониженіями голоса. Но не то будетъ, если сдѣлать перестановку словъ въ приведенныхъ стихахъ Лермонтова: ухо наше тотчасъ же замѣтитъ нарушеніе чудной гармоніи3 звуковъ.


1 Размѣренныхъ по слогамъ или удареніямъ; иначе говоря, — имѣющихъ извѣстное число слоговъ или удареній.

2 Ритмическій — мѣрный.

3 Гармонія — сочетаніе.


[ СТИХИ. 261 ]

Каждая отдѣльная строчка мѣрной, музыкальной (стихотворной) рѣчи называется стихомъ; слѣдовательно, въ цитированной строфѣ — 4 стиха.

Стихъ1-й Русалка плыла по рѣкѣ голубой,
»2-й     Озаряема полной луной,
»3-й И старалась она доплеснуть до луны
»4-й     Серебристую пѣну волны.

Стопою называется сочетаніе или соединеніе двухъ или трехъ слоговъ, изъ которыхъ одинъ всегда съ удареніемъ, а другіе — безъ ударенія.

Ударенія въ стопахъ могутъ быть на первомъ, второмъ или третьемъ слогѣ, но всегда приходятся правильно и однообразно, т.-е., если стихъ состоитъ, напримѣръ, изъ пяти одинаковыхъ стопъ и въ первой удареніе стоитъ на второмъ слогѣ, то и во всѣхъ остальныхъ (четырехъ) стопахъ только вторые слоги будутъ съ удареніями.

Число стопъ въ стихѣ бываетъ различно (отъ одной до восьми). Одностопные стихи встрѣчаются довольно рѣдко, а еще рѣже стихи — въ семь и восемь стопъ.

Помимо количества стопъ, стихи отличаются между собою и качествомъ стопъ, т.-е. по тому, на какой слогъ въ стопѣ приходится удареніе.

Размѣровъ стиховъ — пять. Они называются:

Хорейесливъдвухъ-слоговойстопѣудар.прих.напервыйслогъ
Ямбъ »»»» » » » »второй»
Дактиль »»трехъ» » » » »первый»
Амфибрахій »»»» » » » »второй»
Анапестъ »»»» » » » »третій»

Примѣры размѣровъ стихотвореній:




[ СТИХИ. 262 ]



Въ обыкновенной разговорной (прозаической) рѣчи каждое слово имѣетъ только одно удареніе,1 тогда какъ въ стихахъ одно и то же слово


1 Однослоговыя слова бòльшею частью даже вовсе не имѣютъ ударенія.


[ СТИХИ. 263 ]

можетъ быть съ нѣсколькими удареніями, если только оно входитъ въ составъ смежныхъ стопъ.

Стихи, въ которыхъ стопы состоятъ изъ цѣлыхъ словъ, встрѣчаются рѣдко:



Чаще отдѣльные слоги словъ входятъ въ составъ смежныхъ стопъ, какъ это и можно видѣть изъ приведенныхъ выше примѣровъ.

Чтобы опредѣлить размѣръ стиха, нужно прежде всего выдѣлить въ немъ ударенія и сосчитать ихъ. Я уже говорилъ, что въ каждой стопѣ можетъ быть только одно удареніе, а потому число ихъ (удареній) покажетъ и число стопъ. Затѣмъ нужно обратить вниманіе, на какой слогъ стопы приходится удареніе: на первый, второй или третій; это укажетъ намъ размѣръ стопы. Такимъ способомъ мы опредѣлимъ, напримѣръ, что стихъ написанъ пятистопнымъ ямбомъ, четырехстопнымъ хореемъ и т. д.

Умѣніе раздѣлять стихи на стопы, быстро и правильно, дается не такъ-то легко: для этого нужны большой навыкъ и хорошо развитое ухо. Только человѣкъ, обладающій чувствомъ ритма, сумѣетъ выдѣлить въ любомъ стихѣ правильно чередующіяся повышенія и пониженія голоса, которыя составляютъ одну изъ прелестей стихотворнаго изложенія и играютъ въ немъ ту же роль, что́ и тактъ въ музыкѣ.

Не всѣ стихи какого-либо стихотворенія имѣютъ непремѣнно одинаковое число стопъ: въ одномъ стихѣ ихъ можетъ быть больше, въ другомъ — меньше. Если число стопъ во всѣхъ стихахъ одно и то же, то стихи называются одномѣрными, въ противномъ случаѣ — разномѣрными. Надо замѣтить, однако, что порядокъ чередованія стиховъ съ неодинаковымъ числомъ стопъ обыкновенно правильно повторяется во всѣхъ строфахъ, при чемъ стихи съ созвучными окончаніями (риѳмами) имѣютъ одинаковое число стопъ.

Примѣры равномѣрныхъ стиховъ.




[ СТИХИ. 264 ]

Примѣры разномѣрныхъ стиховъ.



Бываютъ, однако, еще такъ-называемые вольные стихи. Такими стихами написаны, напримѣръ, «Горе отъ ума» (Грибоѣдова) и басни Крылова. Въ этихъ произведеніяхъ стихи, слѣдующіе другъ за другомъ, имѣютъ различное, произвольное число стопъ: одну, двѣ, пять, три, четыре, шесть и т. д. Въ вольныхъ стихахъ даже строки съ риѳмами (созвучными окончаніями) бываютъ неодинаковаго размѣра.

Строфою называется законченный стихотворный періодъ, т.-е. послѣдовательный рядъ стиховъ, въ которыхъ выражена какая-нибудь законченная мысль настолько ясно, что можетъ быть понята безъ дальнѣйшаго поясненія. Въ этомъ смыслѣ каждая строфа представляетъ собою обыкновенно какъ бы отдѣльное самостоятельное стихотвореніе. Я не стану говорить объ отступленіяхъ отъ этого правила, такъ какъ считаю излишнимъ входить во всѣ подробности стихосложенія.

Стихи только въ очень рѣдкихъ случаяхъ, какъ, напримѣръ, въ учебникахъ и хрестоматіяхъ, набираются, какъ проза, въ подборъ, ради экономіи набора и бумаги.



Обыкновенно же при наборѣ стиховъ руководствуются слѣдующими правилами.

Каждая строка стихотворенія, хотя бы она и не представляла собою законченной мысли или законченнаго предложенія, набирается отдѣльно и непремѣнно съ прописной буквы, такъ что набранное стихотвореніе состоитъ всегда изъ послѣдовательнаго ряда отдѣльныхъ строкъ, начинающихся съ прописныхъ буквъ. Въ послѣднее время въ нѣкоторыхъ книгахъ, во Франціи и Италіи, можно встрѣтить стихи, отпечатанные безъ соблюденія этого правила. Въ нихъ каждый новый стихъ начинается со строчной буквы, если только первое слово не собственное


[ СТИХИ. 265 ]

имя. Такого нововведенія нельзя одобрить, такъ какъ стихи, набранные съ прописныхъ буквъ, выглядятъ гораздо красивѣе.

Если строка стихотворенія выходитъ очень длинною (больше формата), то въ обыкновенныхъ, не роскошныхъ изданіяхъ, ее переносятъ въ конецъ слѣдующей строки, а если этого сдѣлать нельзя (по неимѣнію мѣста), то въ конецъ верхней (предыдущей) строки, отдѣляя слѣва перенесенные слоги или слова прямоугольною (деревенскою) скобкою. Въ этихъ случаяхъ перенесенные слоги или слова выключаются къ правому краю, безъ отступа.



Если слова или слоги, которые должны быть перенесены, не помѣщаются ни въ концѣ нижней, ни верхней строки, то изъ этихъ словъ или слоговъ дѣлаютъ отдѣльную строчку, при чемъ переносимыя части выключаются къ правой сторонѣ полосы, отступя слѣва, при длинѣ строки свыше пяти квадратовъ — на двѣ трети длины формата, а при строкѣ до пяти квадратовъ — на половину длины формата.

Къ этому вполнѣ ясному и опредѣленному правилу, котораго придерживаются преимущественно нѣмецкіе типографы, я могу еще добавить, что при очень короткихъ переносахъ (одного, напримѣръ, слова или нѣсколькихъ слоговъ) лучше дѣлать отступъ въ три четверти длины формата строки, а не въ двѣ трети.



Понятно, что метранпажъ, прежде чѣмъ раздать оригиналъ стиховъ наборщикамъ, обязательно долженъ его просмотрѣть и обратить особое вниманіе на самыя длинныя строки: онѣ-то и опредѣлятъ ему безошибочно величину отступа.


[ СТИХИ. 266 ]

Только въ крайне рѣдкихъ случаяхъ очень длинные переносы вынуждаютъ дѣлать отступъ въ двѣ пятыхъ длины строки.



Изъ всего вышесказаннаго ясно, что отступы при переносахъ стиховъ въ отдѣльную строку принято опредѣлять съ лѣвой стороны, а не съ правой, т.-е. первыя, а не послѣднія буквы переносимыхъ словъ должны быть на одной (вертикальной) линіи. Это можно объяснить тѣмъ, что глазъ нашъ уже привыкъ видѣть строки стиховъ выравненными съ одной лѣвой стороны. Я полагаю, однако, что ничто не мѣшаетъ набирать переносы стиховъ съ отступами справа на ¼, ½ или ¾ квадрата или же на 1, 2, 3 круглыхъ и т. д., въ зависимости отъ ширины формата. Это значительно облегчитъ работу наборщика, да и метранпажу не нужно будетъ проглядывать всего оригинала для опредѣленія отступа переносовъ.

Нельзя дѣлать въ стихахъ, ни при какомъ форматѣ, переноса въ отдѣльную строку одного слога изъ двухъ буквъ; такого переноса нельзя объяснить необходимостью, потому что дефисъ самъ по себѣ занимаетъ мѣсто одной или почти одной буквы, а для второй всегда можно его найти, уменьшивъ пробѣлы между словами. Переносы не набираются съ прописной буквы, а со строчной, если только первое переносимое слово не есть собственное имя.

Отступы при переносахъ должны быть во всѣхъ строкахъ одинаковые.

Въ роскошныхъ изданіяхъ длинную строку нельзя переносить, или, какъ говорятъ иногда наборщики, «переламывать», а слѣдуетъ прямо выпустить ее въ поле, т.-е. перейти за предѣлъ формата. Это правило рекомендуется извѣстнѣйшими французскими и итальянскими типографами.

Если въ большихъ стихотвореніяхъ, помѣщающихся на нѣсколькихъ страницахъ, нѣкоторые стихи не выходятъ по длинѣ за форматъ полосы, а другіе набираются въ двѣ строки, т.-е. съ переносами, то необходимо, чтобы пробѣлъ между стихомъ (строкою) безъ переноса и слѣдующею строкою былъ бы такой ширины, какъ будто между строками былъ переносъ (который выключается, какъ цѣльная строка, т.-е. отдѣляется отъ смежныхъ строкъ принятыми для разрядки шпонами).


[ СТИХИ. 267 ]



Примѣръ 1-й.



Примѣръ 2-й.


[ СТИХИ. 268 ]

Приведенный примѣръ (1) поясняетъ сказанное правило. Мы видимъ изъ него, что на открытыхъ страницахъ длинныя строки приходятся противъ соотвѣтствующихъ длинныхъ, а короткія (переносы) противопоставлены тоже короткимъ, или же пробѣламъ.

Вышеприведенная правильная выключка строкъ (длинныхъ противъ длинныхъ и короткихъ противъ короткихъ или пробѣльныхъ) представляетъ и то несомнѣнное удобство, что всѣ длинныя строки одной и той же доли придутся другъ противъ друга, а слѣдовательно, не будутъ «просвѣчивать» и вредить красотѣ набора: каждому читателю, конечно, не одинъ разъ приходилось досадовать на просвѣчиваніе несовпадающихъ («на оборотѣ») строкъ текста.

Если бы стихи были набраны, какъ показано въ примѣрѣ второмъ, то просвѣчиваніе строкъ было бы неизбѣжно.

Листы или доли листа, на которыхъ отпечатанныя съ двухъ сторонъ строки не совпадаютъ, т.-е. не приходятся одна противъ другой, а выступаютъ и просвѣчиваютъ въ пробѣлахъ (между строками), называются на типографскомъ языкѣ отпечатанными «неприводно». Такого рода печатаніе не должно быть терпимо, и «неприводные листы» считаются всегда бракомъ и не должны выпускаться изъ типографіи.

Въ страницахъ, набранныхъ, какъ показано въ вышеприведенномъ (первомъ) примѣрѣ, могутъ просвѣчивать лишь короткія строки (переносы) и то только та часть ихъ, которая не совпадаетъ съ противоположнымъ по долѣ переносомъ, или же тѣ короткія строки, которыя придутся противъ пробѣловъ. Такого рода (и притомъ неизбѣжное) просвѣчиваніе вполнѣ допускается.

Если мы сравнимъ нѣсколько страницъ (полосъ) стихотворенія (вродѣ вышеприведеннаго), въ которомъ преобладаютъ строки съ переносами, то увидимъ, при сравненіи ихъ между собою, что многія изъ этихъ страницъ отличаются на одну строку, какъ показано на слѣдующей схемѣ.1



Избѣжать такихъ неравныхъ2 страницъ или полосъ нельзя, не поступаясь болѣе существенными и общепринятыми правилами набора.


1 Схемою называется образецъ или приблизительная форма чего-либо. Такъ, напримѣръ, въ приведенной схемѣ линіи замѣняютъ буквенныя строки, но по этимъ линіямъ можно судить о расположеніи строкъ набора, о которомъ идетъ рѣчь.

2 Подобныя страницы только на глазъ неодинаковы, такъ какъ въ дѣйствительности рѣшительно всѣ до одной полосы между собою всегда равны, и


[ СТИХИ. 269 ]

Впослѣдствіи я скажу, что даже въ сплошномъ наборѣ, при строкахъ во всю ширину формата, приходится иногда дѣлать полосы на строку больше или меньше назначеннаго числа, а тѣмъ болѣе это можно допустить при наборѣ стихотвореній, въ которыхъ много длинныхъ стиховъ съ короткими переносами.

Всѣ пробѣлы между словами въ стихахъ должны быть одного размѣра, т.-е. равной ширины, такъ какъ выключка строкъ производится съ одной лишь стороны — справа, въ концѣ строки.

Если стихотвореніе разбито на строфы или куплеты,1 то первыя строки можно набирать съ отступомъ или безъ отступа. Обыкновенно въ этомъ случаѣ соображаются съ личными указаніями автора, редактора или издателя. Если изданіе перепечатывается безъ автора и редактора, то относительно отступовъ придерживаются указаній оригинала.

Обыкновенно между строфами и куплетами оставляются пробѣлы. Можно принять за правило дѣлать ихъ равными одной строкѣ набора съ принятыми для разрядки шпонами. Такъ, если стихи набираются цицеро, на двойные шпоны, то пробѣлъ будетъ равняться тринадцати пунктамъ. Я дѣлаю это указаніе для «будущихъ метранпажей», такъ какъ простому наборщику нѣтъ никакого дѣла до пробѣловъ между куплетами, строфами и отдѣльными стихотвореніями: онъ набираетъ всѣ строки, одну за другою, безъ всякихъ промежутковъ. Это дѣло метранпажа разбить строки на куплеты и строфы и отдѣлить ихъ другъ отъ друга пробѣлами. Хотя я и опредѣлилъ здѣсь, такъ-сказать, нормальный интервалъ или промежутокъ между отдѣльными частями стихотвореній, но долженъ добавить, что при версткѣ полосъ встрѣчаются зачастую такого рода обстоятельства, которыя вынуждаютъ измѣнить форму набора, увеличивъ или уменьшивъ пробѣлы въ сверстанной уже полосѣ. Такъ, напримѣръ, поступаютъ нерѣдко въ тѣхъ случаяхъ, когда необходимо выгнать или вогнать нѣсколько стиховъ.

Если пробѣловъ между куплетами нѣтъ, то лучше начинать первыя строки (куплетовъ) съ отступа.

Иногда, помимо пробѣловъ между строфами и куплетами, по желанію автора, редактора или издателя, ставятся звѣздочки (* | ** | ***)


пробѣлъ, которому соотвѣтствуетъ въ другой полосѣ строка набора, составляется изъ квадратовъ и проч. матеріала. Одна страница можетъ состоять изъ сплошного буквеннаго набора, а другая всего изъ нѣсколькихъ строкъ, но величина обѣихъ полосъ будетъ одинакова, такъ какъ во второй полосѣ все недостающее до величины полосы пустое пространство будетъ заставлено матеріаломъ, или составлено изъ квадратовъ, бабашекъ и проч.

1 Куплетомъ называется соединеніе въ одно цѣлое нѣсколькихъ стиховъ, обыкновенно — четырехъ.


[ СТИХИ. 270 ]

или какія-либо мелкія украшенія, а также цыфры (бо́льшею частью римскія). Случается, что строфы и куплеты набираются съ боковымъ отступомъ, т.-е. одна строфа ставится лѣвѣе, а другая — нѣсколько правѣе и т. д., вперемежку.



Стихи набираются бо́льшею частью обыкновенными шрифтами или эльзевирными. Никогда не выбираютъ для стихотвореній шрифтовъ: древняго, египетскаго и т. п. Всего чаще для хорошихъ и полныхъ изданій стихотвореній какого-либо автора берутъ шрифтъ цицеро или корпусъ съ крупнымъ очкомъ. Плотными шрифтами стихи набираются очень рѣдко.

Слѣдуетъ избѣгать дѣленія и переноса части строфъ и куплетовъ на другую полосу. Одна строка ни въ какомъ случаѣ не можетъ быть отдѣлена отъ остальныхъ. Я уже говорилъ о томъ, какъ поступаютъ въ тѣхъ случаяхъ, когда нужно выгадать мѣсто и вогнать или выгнать нѣсколько строкъ, а потому не стану повторять уже указанныхъ пріемовъ.

Если первыя двѣ строки куплета заканчиваются точкою, точкою съ запятою, вопросительнымъ или восклицательнымъ знаками, то слѣдующія строки куплета могутъ быть смѣло перенесены, такъ какъ вышеприведенные знаки препинанія никогда не ставятся на полуфразѣ, а всегда заключаютъ извѣстное цѣлое предложеніе или законченную мысль. Точно такъ же можно переносить двѣ строки куплета, слѣдующія за двоеточіемъ.

Наборъ словъ въ стихахъ дѣлается полностью, безъ сокращеній.

Числа набираются «прописью», т.-е. буквами, а не цыфрами.


[ СТИХИ. 271 ]

Иногда одинъ и тотъ же стихъ дѣлится на части и переносится на нѣсколько строкъ. Особенно часто это встрѣчается въ драматическихъ произведеніяхъ, написанныхъ стихами. Тамъ нерѣдко начинаетъ стихъ одно лицо, а продолжаютъ его, по частямъ, другіе. Въ этомъ случаѣ отдѣльныя части стиха набираются всегда съ прописныхъ буквъ и выключаются (ставятся), хотя и въ различныхъ строкахъ, но на мѣстахъ, соотвѣтствующихъ положеніямъ, которыя занимали бы тѣ или другія слова, если бы стихъ былъ набранъ въ одну строку.




[ СТИХИ. 272 ]

Если такой стихъ, раздѣленный на нѣсколько частей, очень длиненъ и выходитъ за форматъ полосы, то части стиха, помѣщенныя въ различныхъ строкахъ, могутъ немного заходить одна за другую.

Стихи съ короткими строками набираются часто въ два столбца.

Если въ двухъ-столбцовомъ стихотвореніи встрѣтится очень длинная строка, то ее переламываютъ, т.-е. переносятъ во вторую строку, или же (какъ это дѣлаютъ иногда французскіе типографы) набираютъ болѣе убористымъ (плотнымъ) шрифтомъ.

При наборѣ въ два столбца, куплеты должны ставиться другъ противъ друга.

Если при наборѣ въ два столбца остается лишній (нечетный) куплетъ, то онъ помѣщается посреди полосы, подъ послѣдними куплетами перваго и второго столбцовъ. Это дѣлается ради соблюденія симметріи.



Очень нерѣдко при наборѣ стихотвореній (особенно басенъ) нѣкоторые стихи выключаются съ бо́льшими или меньшими отступами. У французскихъ и итальянскихъ типографовъ существуетъ слѣдующій, чисто механическій пріемъ для опредѣленія этихъ отступовъ: они выключаютъ прежде всего самую длинную строку (стихъ) посрединѣ формата, при чемъ пробѣлъ слѣва образуется исключительно изъ круглыхъ и полукруглыхъ. Затѣмъ считаютъ въ строкахъ слоги и на каждый слогъ принимаютъ отступъ въ полукруглый. Такимъ образомъ, если самая длинная строка, положимъ въ 12 слоговъ, выключена съ отступомъ (слѣва) въ одинъ круглый (2 полукруглыхъ), то строка въ 10 слоговъ будетъ выключена съ отступомъ въ 2 круглыхъ (4 полукруглыхъ), строка въ 9 слоговъ — съ отступомъ въ 2½ круглыхъ (5 полукруглыхъ), строка въ 5 слоговъ — съ отступомъ въ 4½ круглыхъ (9 полукруглыхъ) и т. д.


[ СТИХИ. 273 ]

Примѣръ:



Нѣкоторые типографы принимаютъ за мѣру для отступовъ вмѣсто полукруглаго — круглый. Дезормъ1 признаетъ, однако, что нерѣдко приходится отступать отъ механическаго правила для опредѣленія отступовъ и дѣлать послѣдніе, соображаясь лишь съ общимъ видомъ и красотою набора.

Русскіе наборщики, при наборѣ стихотвореній, дѣлаютъ тѣ или другіе отступы, придерживаясь лишь указаній оригинала, а вовсе не принимаютъ въ соображеніе числа стопъ въ стихѣ, какъ объ этомъ говорится въ «Руководствѣ для типографщиковъ», изданномъ типографіею «Общественная Польза». Если просмотрѣть нѣсколько полныхъ собраній стихотвореній различныхъ авторовъ, то не трудно убѣдиться въ томъ, что въ русскихъ типографіяхъ стихи набираются совершенно произвольно, и о правильныхъ отступахъ, по числу стопъ, не можетъ быть и рѣчи. Я даже думаю, что врядъ ли изъ 500 наборщиковъ найдется хотя одинъ, который имѣлъ бы ясное понятіе о правилахъ стихосложенія и умѣлъ бы разбить стихи на стопы. Отсюда ясно, что если бы и было установлено правило — при наборѣ стиховъ дѣлать отступы по числу стопъ, то такое правило нисколько не облегчило бы работы наборщика, такъ какъ на практикѣ представлялось бы для него совершенно невыполнимымъ.

Конечно, было бы крайне желательно упростить, по возможности, трудъ наборщика и указать ему какой-либо чисто механическій пріемъ для опредѣленія отступовъ въ стихахъ, вродѣ французскаго пріема, пригоднаго въ очень многихъ случаяхъ, но, къ сожалѣнію, особенности русскаго языка и правописанія этого не допускаютъ: разница въ ширинѣ нашихъ слоговъ слишкомъ велика; такъ, напримѣръ, одинъ


1 Директоръ типографской школы Гутенберга, въ Парижѣ.


[ СТИХИ. 274 ]

слогъ1 состоитъ изъ одной, двухъ буквъ (о-на, э-то), а другой — изъ семи и даже восьми (страсть, всплескъ). При этомъ нельзя упускать изъ виду, что очень многія изъ нашихъ литеръ значительно шире (по начертанію) иностранныхъ — французскихъ, итальянскихъ (латинскаго алфавита), нѣмецкихъ (готическаго начертанія) и проч.

При наборѣ стихотвореній со стихами различной длины, какъ, напримѣръ, въ басняхъ, я предлагаю руководствоваться слѣдующими пріемами:

1) Прежде всего выключить самую длинную строку посрединѣ формата. При этомъ, если строка менѣе формата всего на нѣсколько пунктовъ (т.-е. на величину, меньшую круглаго), то всѣ эти пункты слѣдуетъ заложить съ одной правой стороны. Если строка менѣе формата на цѣлый круглый или даже съ пунктами, то заложить круглый — слѣва, а пункты — справа. Если строка короче формата на два круглыхъ, то пробѣлы, какъ спереди стиха, такъ и позади, должны быть равны. Если строка короче формата на 2 круглыхъ съ пунктами, то спереди стиха ставится, попрежнему, одинъ круглый, а позади — круглый съ пунктами. Если нужно раздѣлить 3 круглыхъ или 3 круглыхъ съ пунктами, то два круглыхъ закладываются спереди, а одинъ круглый съ пунктами — сзади и т. д. Однимъ словомъ, спереди стиха слѣдуетъ ставить только цѣлые круглые (одинъ, два, три и т. д.), а всѣ мелкія шпаціи закладывать справа.

2) Когда самая длинная строка выключена, надо выключить самый короткій стихъ, по возможности, посрединѣ формата, соблюдая, однако, то правило, чтобы спереди стиха стояли только круглые.

3) Для стиховъ среднихъ (по длинѣ) между самымъ длиннымъ и самымъ короткимъ можно выбрать нѣсколько отступовъ ступенями, если возможно, то черезъ два круглыхъ; некрасиво, когда въ смежныхъ, неравной длины, строкахъ отступы очень малы, такъ какъ въ этихъ случаяхъ наборъ производитъ впечатлѣніе безпорядочно, небрежно и неправильно выключеннаго, особенно если въ началѣ стиховъ стоятъ кавычки и тире, что, напримѣръ, въ басняхъ встрѣчается очень часто. Если между началомъ самой длинной строки и самой короткой стоитъ восемь круглыхъ, то, по-моему, совершенно достаточно для среднихъ строкъ выбрать три отступа — въ 2, 4 и 6 круглыхъ. Во всякомъ случаѣ, отступы всегда должны дѣлаться по числу цѣлыхъ круглыхъ. Въ нѣкоторыхъ случаяхъ, при наборѣ стиховъ съ различными отступами, молено дѣлать расчетъ, вмѣсто круглыхъ, — на четверти квадрата, т.-е.,


1 Число слоговъ въ словѣ опредѣляется числомъ гласныхъ буквъ: сколько гласныхъ, столько и слоговъ.


[ СТИХИ. 275 ]

вмѣсто одного круглаго, двухъ круглыхъ и т. д., дѣлать отступы въ 12, 24, 36 пунктовъ и т. д.1




1 Въ типографіяхъ нерѣдко приходится довольствоваться матеріаломъ не тѣмъ, какой нуженъ, а какой находится на-лицо.


[ СТИХИ. 276 ]



Если двѣ смежныхъ среднихъ строки имѣютъ одни и тѣ же отступы и въ началѣ одной изъ нихъ стоятъ кавычки, то гораздо лучше, по-моему, строку съ кавычками отставить вправо или влѣво на полукруглый: въ этомъ случаѣ прописныя буквы строкъ будутъ выдерживать вертикальную линію (т.-е. одна буква придется какъ разъ подъ другою), или же образуютъ отступъ на цѣлый круглый;1 иначе же получается отступъ (если смотрѣть на прописныя буквы) всего на полукруглый, что́ крайне некрасиво.



Въ этомъ примѣрѣ прописныя буквы Н Т Ч образуютъ непріятный для глаза изломъ, какъ будто литеры по небрежности и безпорядочно


1 Такъ какъ кавычки отливаются на полукруглый.


[ СТИХИ. 277 ]

поставлены то вправо, то влѣво. Мнѣ кажется, лучше набрать эти строки такъ:



Даже в нижеслѣдующемъ примѣрѣ:



я сдѣлалъ бы отступъ и набралъ такъ:



или же:



При наборѣ стихотвореній со стихами различной длины надо обращать особое вниманіе на красивое расположеніе строкъ, а потому метранпажъ не долженъ полагаться исключительно на наборщиковъ и, при версткѣ, отсчитывать только опредѣленное число строкъ и дѣлать тѣ или другіе пробѣлы между отдѣльными стихотвореніями. Метранпажъ обязанъ просмотрѣть, какъ набраны стихи, и, въ случаѣ нужды, измѣнить въ нихъ отступы. Понятно, что въ этомъ случаѣ все зависитъ отъ личнаго вкуса метранпажа.

Я уже упоминалъ о томъ, что въ русскихъ типографіяхъ стихотворенія набираются бо́льшею частью или по указаніямъ оригинала, т.-е. въ этомъ случаѣ попросту копируются, или же по личнымъ указаніямъ автора или редактора. При такихъ условіяхъ, безъ сомнѣнія, работа какъ наборщика, такъ и метранпажа значительно облегчается и даже должна прямо считаться легкою.

Верстаются стихотворенія всегда посрединѣ полосы; поэтому, если на одной и той же страницѣ помѣщено нѣсколько отдѣльныхъ стихотвореній различнаго формата, то у всѣхъ у нихъ должны быть различные отступы.

Къ сожалѣнію, очень многіе метранпажи пренебрегаютъ этимъ правиломъ, и вовсе не рѣдкость встрѣтить (особенно въ полныхъ собраніяхъ стихотвореній какого-либо поэта) страницы, на которыхъ одно стихотво-


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 278 ]

реніе выключено, приблизительно, посрединѣ, а другое — въ край, или же всѣ отдѣльныя стихотворенія отнесены къ одной сторонѣ.

Если въ прозѣ приводится (цитируется) какое-либо стихотвореніе, то оно набирается всегда болѣе мелкимъ шрифтомъ, сравнительно со шрифтомъ текста.

Кавычки въ началѣ и концѣ цитируемыхъ стихотвореній не ставятся.

Драматическія произведенія.

Драматическими произведеніями называются вообще всѣ театральныя сочиненія, исполняемыя или предназначенныя для исполненія (представленія) на сценѣ, въ лицахъ.

Всѣ театральныя пьесы раздѣляются обыкновенно на дѣйствія или акты, а дѣйствія — на сцены или явленія.

Текстъ драматическихъ произведеній набирается бо́льшею частью обыкновенными шрифтами, иногда — плотными (обыкновенными же) и эльзевирными, и никогда не — египетскими, древними и имъ подобными шрифтами, т.-е. не чисто текстовыми.

Драматическія произведенія бываютъ съ колонъ-титулами и безъ нихъ.

Колонъ-титулы набираются прописными и курсивомъ того же кегля, какимъ набирается и главный текстъ, или же капителью. Въ послѣднемъ случаѣ лучше взять капитель нѣсколько покрупнѣе, т.-е. пункта


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 279 ]

на два болѣе, иначе могутъ возникнуть недоразумѣнія въ тѣхъ случаяхъ, когда имена дѣйствующихъ лицъ набираются тоже капителью. Напримѣръ:



Изъ этого примѣра ясно видно, что слова «Пусть будетъ проклятъ тотъ...» и т. д. можно приписать Коріолану, тогда какъ это окончаніе рѣчи Агриппы, перенесенное на другую страницу. Понятно, что въ тѣхъ случаяхъ, когда имена дѣйствующихъ лицъ набираются не капителью главнаго шрифта, то она (капитель) можетъ быть съ удобствомъ примѣнена къ набору колонъ-титуловъ.

Драматическія произведенія набираются нерѣдко въ два столбца.

Каждое драматическое произведеніе набирается всегда нѣсколькими шрифтами, которые отличаются между собою величиною очка литеръ, а нерѣдко и начертаніемъ или рисункомъ. Крупнѣе всего набираются слова: дѣйствіе I, актъ III и т. д.; затѣмъ нѣсколько мельче — сцена II, явленіе IV и т. д.; еще мельче — имена дѣйствующихъ лицъ; для описанія обстановки пьесы выбираютъ обыкновенно шрифтъ меньшаго кегля, чѣмъ шрифтъ главнаго текста, а всего мельче набираются поясненія дѣйствій лицъ, принимающихъ участіе въ данной сценѣ. Впрочемъ, эти поясненія, или, какъ ихъ называютъ наборщики, «нѣмыя сцены», зачастую набираютъ тѣмъ же шрифтомъ, какимъ набирается и описаніе обстановки пьесы, или же курсивомъ.

Очень часто тотчасъ за словомъ: «сцена такая-то» или «явленіе такое-то», слѣдуетъ перечисленіе дѣйствующихъ лицъ этой сцены или явленія. Въ такихъ случаяхъ имена дѣйствующихъ лицъ выдѣляются не тѣми литерами, какими они набраны при разговорахъ, въ продолженіе дѣйствія, а какими-либо другими.


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 280 ]



Дѣйствующія лица безъ именъ, какъ, напримѣръ: лакеи, горничныя, солдаты, народъ, толпа, крестьяне, дѣти и проч., набираются тѣмъ шрифтомъ, какимъ набирается и описаніе обстановки пьесы, или же капителью, но меньшаго кегля сравнительно со шрифтомъ главнаго текста.




[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 281 ]

Слова: «дѣйствіе», «актъ» набираются бо́льшею частью прописными литерами обыкновеннаго шрифта (иногда плотнаго); «сцена», «явленіе» — прописными того же обыкновеннаго шрифта, но меньшаго кегля.

Имена дѣйствующихъ лицъ выдѣляются:

1) Капителью1 того шрифта, какимъ набирается главный текстъ.

2) Капителью1 шрифта болѣе крупнаго (пункта на 2—3), сравнительно со шрифтомъ главнаго текста.

3) Черными шрифтами — строчными съ прописными.

4) Курсивомъ — строчными съ прописными — того же кегля, какимъ набирается и главный текстъ.

Имена дѣйствующихъ лицъ выключаются бо́льшею частью въ красную строку, т.-е. по самой серединѣ полосы, и, если набираются капителью, то почти всегда на разрядку. При наборѣ курсивомъ или черными шрифтами разрядки не дѣлается. Въ нѣкоторыхъ изданіяхъ имена персонажей набираются не въ красную строку, а ставятся въ началѣ рѣчи, съ обычнымъ отступомъ.

Нѣкоторые русскіе и иностранные типографы не выключаютъ въ красную строку именъ дѣйствующихъ лицъ, если рядомъ съ ними стоятъ поясненія, а ставятъ посрединѣ полосы всю строку, т.-е. названіе дѣйствующаго лица съ относящимся къ нему поясненіемъ. Напримѣръ:




1 Съ прописными или безъ прописныхъ.


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 282 ]



Я не нахожу этого красивымъ и набралъ бы такъ:




[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 283 ]



Имена дѣйствующихъ лицъ отдѣляются отъ текста пробѣломъ, равнымъ кеглю главнаго шрифта или на 1—2 пункта менѣе съ принятымъ для разрядки текста шпономъ.



Если названія (имена) персонажей стоятъ впереди текста, то они отдѣляются отъ него точкою и тире (при наборѣ «въ подборъ»).


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 284 ]

Примѣръ:



Поясненія дѣйствій персонажей на сценѣ набираются бо́льшею частью прямыми шрифтами, но болѣе мелкими, сравнительно со шрифтомъ главнаго текста (пункта на два). Такъ какъ между кеглемъ шрифта, которымъ выдѣляются названія дѣйствующихъ лицъ, и кеглемъ шрифта поясненій (нѣмыхъ сценъ) почти всегда бываетъ разница, то приходится прибѣгать къ подкладыванію и накладыванію т.-е. къ выравниванію кеглей посредствомъ приставки къ верхнимъ и нижнимъ стѣнкамъ литеръ шпоновъ.1 Иногда, во избѣжаніе мѣшкотной работы выравниванія кеглей, поясненія набираются курсивомъ одного кегля со шрифтомъ, которымъ выдѣлены названія дѣйствующихъ лицъ. Этого нельзя одобрить, такъ какъ при такого рода наборѣ поясненія слишкомъ рѣзко выдѣляются, сравнительно съ текстомъ, т.-е. рѣчами персонажей, которыя, безъ сомнѣнія, имѣютъ бо́льшее значеніе въ пьесѣ, чѣмъ какія бы то ни было поясненія или нѣмыя сцены, облегчающія лишь исполнителю пониманіе роли и до нѣкоторой степени игру, а вовсе не составляющія необходимой и неизбѣжной принадлежности каждой театральной пьесы.

При наборѣ драматическихъ произведеній необходимо во многомъ придерживаться указаній оригинала; такъ, напримѣръ, если поясненія стоятъ въ рукописи рядомъ съ названіемъ дѣйствующаго лица, или, вообще, рядомъ съ текстомъ, то и въ наборѣ должно быть соблюдено то же самое, и ни одинъ наборщикъ не имѣетъ права, вопреки указаніямъ автора, руководствоваться своими личными соображеніями и то ставить поясненія рядомъ съ текстомъ, то — подъ нимъ.

Въ русскихъ типографіяхъ принято всѣ поясненія (исключая поясненія обстановки) — будутъ ли они стоять рядомъ (въ подборъ) съ текстомъ или названіемъ дѣйствующихъ лицъ, или подъ ними — заключать въ круглыя или прямоугольныя скобки. Французскіе и итальян-


1 Подкладываніе и накладываніе наборщики называютъ иногда «подключкою».


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 285 ]

скіе типографы въ тѣхъ случаяхъ, когда поясненія стоятъ рядомъ съ названіемъ дѣйствующаго лица, не заключаютъ ихъ въ скобки, а отдѣляютъ только запятой.




[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 286 ]



Вышеприведенные примѣры показываютъ, что французскіе и итальянскіе типографы въ тѣхъ случаяхъ, когда поясненіе, стоящее сбоку названія дѣйствующаго лица, очень длинно, отодвигаютъ это названіе (имя) влѣво1 и нерѣдко вровень съ началомъ строкъ текста, при чемъ окончаніе поясненія переносится во вторую строку или слѣдующія и выключается посрединѣ формата. Я, лично, нахожу, что отодвигать названіе или имя дѣйствующаго лица вплоть до начала формата полосы не слѣдуетъ, а лучше оставлять отступъ (въ два и болѣе круглыхъ, смотря по формату), иначе названіе персонажа не достаточно выдѣляется, въ особенности, если оно набирается капителью безъ прописныхъ, при чемъ, для симметріи,2 конечно, нужно дѣлать равный отступъ и съ правой стороны.

Считаю не лишнимъ замѣтить здѣсь, что, хотя и вовсе не рѣдкость встрѣтить театральныя пьесы отпечатанными такъ, что названія дѣйствующихъ лицъ въ нихъ не приходятся одно подъ другимъ, а стоятъ то посрединѣ, то ближе или дальше отъ края, тѣмъ не менѣе такого рода несимметрическій наборъ нельзя признать красивымъ и пріятнымъ для глаза. По-моему, слѣдуетъ всегда располагать названія персонажей одно подъ другимъ — въ красную строку, — будутъ ли при нихъ поясненія


1 Выключивъ названіе дѣйствующаго лида съ поясненіемъ «въ красную строку». При этомъ скобокъ обыкновенно не ставится, а поясненія отдѣляются отъ названія дѣйствующаго лица одною запяток».

2 Симметрія — соразмѣрность, соотвѣтственность.


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 287 ]

или нѣтъ. Отступленія отъ этого правила я допускаю только по требованію автора или издателя.

Поясненія среди текста (въ строку) всегда ставятся въ скобкахъ, ради удобства читателя и во избѣжаніе какихъ-либо недоразумѣній.

Поясненія въ концѣ рѣчей дѣйствующихъ лицъ очень нерѣдко набираются, по указаніямъ самихъ авторовъ, въ подборъ, т.-е. не подъ рѣчью, а въ одну строку съ послѣдними словами, отдѣляясь отъ нихъ лишь скобкою. Въ этомъ случаѣ части поясненія переносятся въ слѣдующую строку, а, если нужно, то и въ дальнѣйшія, какъ строки обыкновеннаго текста. Напримѣръ:



Если авторъ не настаиваетъ на безусловномъ исполненіи его указаній,1 то всѣ поясненія «въ концѣ рѣчи» лучше ставить подъ самою рѣчью, отдѣляя ихъ отъ главнаго текста принятымъ для разрядки шпономъ. При этомъ можно руководствоваться слѣдующими пріемами.

Всѣ поясненія должны выключаться съ небольшимъ отступомъ (въ одинъ, два или три круглыхъ — произвольно, глядя по формату полосы) съ правой стороны. Конечно, этотъ отступъ долженъ быть одинаковъ для всѣхъ поясненій, которыя ставятся «подъ рѣчью». Отъ праваго отступа, влѣво, строки поясненій могутъ занимать различное протяженіе, въ зависимости отъ величины поясненія. Напримѣръ:




1 Я уже говорилъ о томъ, что типографамъ волею-неволею приходится подчиняться всѣмъ требованіямъ авторовъ, редакторовъ и издателей. Объ этомъ зачастую можно только пожалѣть.


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 288 ]



Если поясненіе очень длинно, то его слѣдуетъ выключать въ красныя строки, при чемъ длинныя строки набираются или во всю ширину формата полосы, или же съ отступами, равными правому отступу, принятому для поясненій короткихъ, не занимающихъ всей ширины полосы.

Подстрочныя поясненія можно набирать въ скобкахъ и безъ скобокъ.


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 289 ]



Если названіе дѣйствующаго лица ставится въ красную строку, то поясненіе къ нему можно набирать различно:

1) если оно въ скобкахъ, то набирается до конца формата, а излишекъ переносится во вторую строку, при чемъ начало перенесенной рѣчи выравнивается по литерамъ первой строки поясненія.



Конечно, можно набирать первую строку поясненія и съ небольшимъ отступомъ справа, т.-е. не доводя до конца формата, — все зависитъ отъ вкуса.



2) Если поясненіе ставится безъ скобокъ, отдѣляясь лишь запятою, то первая строка его набирается до конца формата (или отступя справа),


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 290 ]

а слѣдующія переносятся подъ первую строку съ отступомъ (въ одинъ, два круглыхъ, глядя по формату).



Въ тѣхъ (очень рѣдкихъ) случаяхъ, когда поясненіе, поставленное рядомъ съ именемъ дѣйствующаго лица, очень длинно (по формату) и хотятъ непремѣнно избѣжать переноса на третью строку, можно сдѣлать изъ этого поясненія двѣ строки, сдвинувъ излишекъ второй строки влѣво, какъ показано въ нижеслѣдующемъ примѣрѣ.



Хотя правильнѣе было бы набрать такъ:



Я положительно не понимаю, какіе могутъ быть сдѣланы основательные доводы противъ набора въ красную строку тѣхъ поясненій, которыя обыкновенно ставятся рядомъ съ названіемъ дѣйствующаго лица. Напримѣръ:


[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 291 ]



При такого рода наборѣ можно обойтись безъ скобокъ, которыя въ большинствѣ случаевъ только нарушаютъ общую гармонію линій набора.

Наборъ поясненій (нѣмыхъ сценъ) «подъ именами» и «подъ рѣчами» дѣйствующихъ лицъ представляетъ то немаловажное удобство, что совершенно исключаетъ подключку, т.-е. выравниваніе кеглей шрифтовъ посредствомъ накладыванія и подкладыванія. Если не слѣдовать всецѣло примѣру итальянскихъ типографовъ, устранившихъ совершенно изъ набора драматическихъ произведеній скобки, какъ это видно изъ помѣщаемаго ниже примѣра, то все-таки, при подключкѣ однихъ только среди-текстовыхъ поясненій, работа наборщика значительно облегчится, такъ какъ вообще поясненія среди текста составляютъ меньшую часть сравнительно съ поясненіями при именахъ и въ концѣ рѣчей дѣйствующихъ лицъ.

Привожу образчикъ (цѣлую страницу) прекраснаго и оригинальнаго набора (на итальянскомъ языкѣ) драматическаго произведенія Габріэля д’Аннунціо «Sogno d’un mattino di primavera».


[ 292 ]




[ ДРАМАТИЧЕСКІЯ ПРОИЗВЕДЕНІЯ. 293 ]

Мнѣ кажется, что такой наборъ заслуживаетъ подражанія. Я лично нахожу чрезвычайно красивымъ какъ наборъ главнаго текста съ отступомъ, такъ и своеобразную выключку подстрочныхъ поясненій.

Поясненія обстановки пьесы, помѣщаемыя обыкновенно непосредственно за заголовками: «дѣйствіе такое-то», «сцена такая-то», «явленіе такое-то», набираются, какъ я уже говорилъ, шрифтами меньшаго кегля, сравнительно со шрифтомъ главнаго текста, но одного съ нимъ характера (начертанія или рисунка). Иногда поясненія обстановки набираются тѣмъ же шрифтомъ, что́ и поясненія, которыя ставятся при именахъ и въ концѣ рѣчей дѣйствующихъ лицъ. Лучше, однако, набирать поясненія обстановки нѣсколько крупнѣе, сравнительно съ другими поясненіями.




[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 294 ]



Перечень дѣйствующихъ лицъ пьесы помѣщается обыкновенно въ самомъ началѣ, на отдѣльной страницѣ, бо́льшею частью лѣвой, а иногда и на начальной полосѣ. Набирать перечень можно произвольными шрифтами. Я долженъ здѣсь повторить еще разъ, что вообще удачный подборъ литеръ при наборѣ драматическихъ произведеній всецѣло зависитъ отъ личнаго вкуса метранпажа.

Наборъ математическихъ произведеній.1

Приступая къ краткому изложенію элементарныхъ (самыхъ простыхъ) правилъ набора математическихъ произведеній, я долженъ прежде всего замѣтить, что наборъ математическихъ книгъ — самый трудный изъ всѣхъ наборовъ, съ которыми приходится имѣть дѣло въ типографіяхъ. Онъ требуетъ отъ наборщика не только основательнаго знанія техники наборнаго дѣла, но, главнымъ образомъ, большой смѣтки и опытности, а слѣдовательно, прежде всего, практическаго знакомства съ обычными, общепринятыми способами письменнаго изложенія (написанія) всякаго рода формулъ, выводовъ, теоремъ и проч. Наборщикъ математическихъ книгъ


1 Касса математическихъ знаковъ помѣщена на страницѣ 81.


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 295 ]

долженъ быть непремѣнно хорошо знакомъ со всѣми ариѳметическими, алгебраическими, геометрическими, тригонометрическими, астрономическими и проч. терминами. Такіе работники крайне рѣдки.

Ни для кого изъ близко стоящихъ въ настоящее время къ типографскому дѣлу не секретъ, что большинство нынѣшнихъ наборщиковъ ни въ какомъ случаѣ не могутъ быть отнесены къ тому интеллигентному классу, къ которому почему-то принято ихъ причислять. Да и откуда имъ быть интеллигентными? Поступающіе въ типографію для изученія наборнаго дѣла мальчики (13—14-ти лѣтъ) оканчиваютъ обыкновенно образованіе въ одномъ изъ двухклассныхъ городскихъ училищъ зачастую съ отмѣткою 3 (только удовлетворительно) по русскому языку и ариѳметикѣ. Это почти всегда означаетъ, что ученикъ пишетъ прескверно, т.-е. выводитъ вмѣсто буквъ іероглифы, дѣлаетъ много грубыхъ ошибокъ и въ состояніи рѣшать самостоятельно только самыя простыя ариѳметическія задачи. Такъ какъ никакихъ общеобразовательныхъ школъ при типографіяхъ не бываетъ1 и поступающіе въ нихъ ученики занимаются лишь практически однимъ наборнымъ дѣломъ, то, понятно, весь научный багажъ большинства наборщиковъ ограничивается только тѣми скудными свѣдѣніями, которыя они вынесли изъ городскихъ училищъ.

Недостаточное знаніе техники наборнаго дѣла, при счастливыхъ условіяхъ, пополняется до извѣстной степени съ годами и практикою, но пробѣлы и недочеты научнаго образованія наборщика такъ и остаются обыкновенно пробѣлами и недочетами на всю жизнь и сказываются ежедневно, какъ на его работѣ, такъ и на заработкѣ. Наборщику, добывающему насущный хлѣбъ тяжелою поденною работою, негдѣ и некогда учиться и пріобрѣтать знанія, упущенныя смолоду. Вполнѣ грамотные, развитые и образованные наборщики представляютъ рѣдкія исключенія и наперечетъ въ каждой типографіи.

Большая ошибка со стороны авторовъ-математиковъ предполагать, что наборщики обладаютъ достаточными познаніями для того, чтобы умѣть разобрать и правильно прочесть зачастую очень хитрую грамоту, составленную изъ разнородныхъ математическихъ знаковъ, изъ которыхъ каждый обязательно долженъ стоять на своемъ мѣстѣ!

Если сплошной наборъ русскаго текста является иногда (для малограмотныхъ, необразованныхъ и неразвитыхъ наборщиковъ), по незнанію наборщикомъ самыхъ элементарныхъ терминовъ и выраженій, довольно серьезною для него работою, то что́ же сказать о математиче-


1 Исключеніе представляетъ одна лишь типографія «Новаго Времени» А. С. Суворина.


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 296 ]

скомъ наборѣ, представляющемъ самое разнообразное сочетаніе всевозможныхъ знаковъ, терминовъ и выраженій!

Для большинства наборщиковъ оригиналы математическихъ сочиненій — тѣ же египетскіе іероглифы: ихъ стараются скопировать, не отдавая себѣ отчета въ работѣ и въ томъ, что́ набирается и ка́къ набирается.

Въ интересахъ самихъ авторовъ и издателей математическихъ сочиненій — доставлять къ набору четко и ясно написанный оригиналъ, въ которомъ каждый знакъ долженъ стоять на своемъ мѣстѣ.

Если авторъ пишетъ неразборчиво, — слѣдуетъ дать переписать рукопись опытному и знающему переписчику. Этимъ сберегутся время и трудъ наборщика и корректора, да и самого автора, которому не придется дѣлать излишнихъ указаній и объясненій.

Немыслимо требовать отъ наборщика такого знанія математики, какимъ обладаетъ не всякій студентъ университета перваго курса математическаго факультета.

Надѣяться на то, что наборщикъ въ затруднительномъ случаѣ станетъ искать указаній въ какомъ-нибудь спеціальномъ руководствѣ, — совершенно напрасно, такъ какъ для того, чтобы разобраться въ этомъ руководствѣ, нужны знаніе и извѣстная научная подготовка, которыя почти всегда отсутствуютъ.

Чаще всего наборщики обращаются въ затруднительныхъ случаяхъ за объясненіями къ корректорамъ, но послѣдніе бываютъ не всегда налицо, да, нерѣдко, и сами затрудняются дать необходимыя указанія, такъ какъ въ немногихъ типографіяхъ найдутся корректора — спеціалисты-математики.

Желающимъ ознакомиться подробно со всѣми особенностями и тонкостями набора математическихъ сочиненій я могу порекомендовать превосходное во всѣхъ отношеніяхъ руководство А. Д. Путяты, подъ названіемъ «Математическіе знаки и формулы», написанное прекраснымъ языкомъ и переполненное примѣрами набора, какъ самыхъ простыхъ математическихъ выраженій, такъ и сложныхъ формулъ высшаго анализа; въ настоящей же главѣ я ограничусь изложеніемъ лишь тѣхъ правилъ математическаго набора, которыя могутъ пригодиться наборщику не только тогда, когда ему придется имѣть дѣло съ не хитрыми формулами и не особенно сложными вычисленіями, но также и въ томъ случаѣ, когда въ обыкновенномъ наборѣ встрѣтятся какія-либо цыфирныя или, вообще, математическія выраженія или начертанія.


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 297 ]

Въ «обыкновенныхъ» шрифтахъ цыфры (не дробныя) отливаются на полукруглый, а въ другихъ (древній и проч.) различно, т.-е. одна цыфра шире, а другая — у́же. Напримѣръ:



Порядковыя числа набираются или прописью, или цыфрами съ буквеннымъ окончаніемъ черезъ дефисъ. Напримѣръ:

двадцать-второй сорокъ-седьмой
или 22-й 47-й
одиннадцатаго числа 11-го числа

При этомъ дефисъ не отдѣляется ни со стороны цыфръ, ни со стороны буквъ шпаціями, а ставится вплотную.

Буквенное окончаніе приставляется иногда къ числамъ для указанія падежа. Примѣры:

3-хъ, 7-ми, 10-ти, 3-мя, 8-ю.

Буквенныя окончанія слѣдуетъ приставлять, когда это только необходимо, во избѣжаніе недоразумѣній. Напримѣръ, если я хочу сказать «седьмой человѣкъ», то буквенная приставка необходима, иначе можно подумать, что рѣчь идетъ о семи человѣкахъ:

7-й человѣкъ
7 человѣкъ.

Дѣлить число и переносить часть его въ слѣдующую строку нельзя. Въ крайности надо сжать наборъ, а если это безусловно невозможно, то лучше всего число перенести въ слѣдующую строку, выключивъ первую пробѣлами.

Переносы частей формулъ, состоящихъ не изъ однихъ чиселъ, но изъ сочетанія чиселъ, буквъ и различнаго рода математическихъ знаковъ — допускаются. Правила переносовъ формулъ будутъ указаны ниже.

Въ столбцахъ и при наборѣ дѣйствій надъ числами (сложеніе, вычитаніе, умноженіе и т. д.) единицы должны приходиться подъ единицами, десятки подъ десятками, сотни подъ сотнями и т. д.




[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 298 ]

Если къ знаку радикала (√) присоединена горизонтальная черта, то послѣдняя должна проходить надъ всѣми цыфрами и знаками подкоренной величины:



Составныя именованныя числа изображаются различно. Напримѣръ:

1) 3 пуд. + 10 фунт. + 12 лот. + 1 зол.

2) Выкидывая знакъ +

3 пуд. 10 фунт. 12 лот. 1 зол.

3) Помѣщая, набранное мелкимъ шрифтомъ, наименованіе на верхнюю линію:

3пуд. 10фунт. 12лот. 1зол.

4) Помѣщая наименованіе на верхнюю линію, въ сокращенномъ (до одной буквы) видѣ, если только это можно сдѣлать безъ ущерба для ясности:

3п. 10ф. 12л. 1з.
11ч. 32м. 45с.

Градусы, минуты и секунды (при опредѣленіяхъ угловъ и дугъ) означаютъ знаками ° ′ ″. Напримѣръ:

10° 30′ 20″.

При опредѣленіи времени, минуты и секунды обозначаются буквами. Напримѣръ:

2ч. 32м. 53с. или: 2 ч. 32 м. 53 с.

Градусы температуры означаются значкомъ °:

15°—16° R. (Реомюра)
20° C. (Цельзія).

Въ типографіяхъ различаютъ два сорта дробей: такъ-называемыя прямыя:



и косыя:



Прямыя дроби отливаются на полукруглый, раздѣленный на двѣ равныя части. Въ первой (верхней) помѣщаются цыфры отъ 0 до 9 для


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 299 ]

числителей, а въ нижней — цыфры отъ 0 до 9 для знаменателей, а также черточка, отдѣляющая числителя отъ знаменателя. Примѣръ.



Косыя дроби отливаются на тройную шпацію, т.-е. въ одномъ кругломъ помѣщаются цыфра числителя, цыфра знаменателя и раздѣлительная (косая) черта. Примѣръ:



Для дробей, въ которыхъ числитель и знаменатель состоятъ изъ многихъ цыфръ, косые дробные знаки неудобны, такъ какъ они отнимаютъ много мѣста. Напримѣръ: .

Эта же дробь, выраженная прямыми дробными знаками, займетъ въ половину меньше мѣста — .

Въ прямыхъ дробяхъ числитель всегда выключается посреди знаменателя. Примѣръ:



При наборѣ цѣлаго числа съ дробью (смѣшанной дроби), для цѣлаго числа берутъ цыфры приблизительно вдвое крупнѣе (по кеглю) противъ цыфръ дробей. Такъ, если текстъ набираютъ шрифтомъ к. 12, то и для цѣлыхъ чиселъ слѣдуетъ взять цыфры к. 12, а для дроби въ половину меньше, т.-е. цыфры числителя и знаменателя (по очку) не должны превышать 6 пунктовъ.



Хотя словолитни и отливаютъ дробныя цыфры для обыкновенныхъ шрифтовъ на кегель 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, но въ типографіяхъ зачастую дроби составляются изъ обыкновенныхъ цыфръ, раздѣленныхъ линеечкою. Это неудобно, такъ какъ при такого рода наборѣ приходится зачастую выравнивать кегли, прибавкою шпацій или шпоновъ. Если, напримѣръ, при цѣломъ числѣ, выраженномъ цыфрами на к 12, составить дробь изъ двухъ цыфръ на к. 6, да еще поставить между числителемъ и знаменателемъ линеечку въ 2 пункта, то, очевидно, кегель дроби привыситъ кегель цѣлаго числа на эти 2 пункта.

Цѣлое число съ дробью не можетъ быть раздѣлено и перенесено по частямъ въ слѣдующую строку.

Въ десятичныхъ дробяхъ цѣлыя числа отдѣляются отъ дробныхъ запятою или точкою. Англичане и американцы отдѣляютъ цѣлое число отъ десятичной дроби точкою или запятою, поставленными посреди цыфръ или выше:




[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 300 ]

Иногда цѣлое число изображается болѣе крупными цыфрами, а десятичныя дроби мелкими. Напримѣръ:



Непрерывныя дроби набираются такъ:



Считаю излишнимъ приводить всѣ случаи набора непрерывныхъ дробей.

При наборѣ геометрическихъ обозначеній употребляются преимущественно курсивныя буквы латинскаго алфавита (прописныя и строчныя).



Тригонометрическія величины обозначаютъ начальными буквами ихъ названій. Шрифтъ берется прямой латинскій:

sin, cos, tang, cotg, cosec

Логариѳмъ изображается буквами log или Log или просто буквой L или l.

Формула есть выраженіе математическими знаками дѣйствій, которыя надо произвести надъ данными числами.

Алгебраическія числа изображаются преимущественно буквами латинскаго и греческаго алфавитовъ (иногда также нѣмецкаго и русскаго).

Понятно, что буквы, изображающія числа, должны отличаться отъ литеръ текста.

Для строчныхъ буквъ (означающихъ числа) берутъ курсивъ, а для прописныхъ обыкновенно какой-либо прямой шрифтъ, а иногда капитель.

Знаки + − = × · : отдѣляются обыкновенно въ формулахъ отъ буквъ и цыфирныхъ чиселъ двухъ-пунктовыми шпаціями. Послѣднія, впрочемъ, могутъ быть вовсе выкинуты въ тѣхъ случаяхъ, когда формулу приходится сжать.




[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 301 ]

Въ нѣкоторыхъ французскихъ и итальянскихъ изданіяхъ вышеприведенные знаки (+ − = × · :) отдѣляются отъ сосѣднихъ буквъ и цыфръ обычными, принятыми для разрядки словъ шпаціями.

Знаки + и − между числами (буквами) внутри скобокъ ставятся къ числамъ вплотную, не отдѣляясь отъ нихъ шпаціями.

Знаки + (плюсъ) и − (минусъ) внѣ скобокъ отдѣляются отъ послѣднихъ двухъ-пунктовою шпаціею.



Зачастую въ алгебраическихъ выраженіяхъ сбоку надъ буквами и подъ буквами стоятъ особые значки, цыфры и буквы — такъ-называемые указатели и показатели (степени).

Слѣдуетъ не смѣшивать ихъ между собою. Указатели отличаются:

Удареніями:



Арабскими цыфрами и буквами въ скобкахъ:



Римскими цыфрами безъ скобокъ:



Цыфрами, поставленными внизу буквъ:



Показатели (степени) отличаются цыфрами и буквами безъ скобокъ:



Всѣ надстрочные знаки (будутъ ли то указатели или показатели) въ типографіяхъ принято называть знаками на верхнюю линію, а подстрочные указатели — знаками на нижнюю линію.


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 302 ]

Надстрочные знаки или знаки на верхнюю линію, равно какъ и подстрочные знаки или знаки на нижнюю линію (буквы или цыфры), должны быть значительно мельче тѣхъ буквъ, возлѣ которыхъ поставлены, и притомъ набираться къ нимъ вплотную. Если формулы набираются шрифтами на кегель 12, 10, 9, то для надстрочныхъ и подстрочныхъ знаковъ (указателей) лучше всего выбрать нонпарель (кегель 6). При шрифтѣ на кегель 8, слѣдуетъ взять для надстрочныхъ и подстрочныхъ знаковъ шрифтъ на кегель 4, если только очко его крупное, иначе лучше набирать нонпарелью (ради ясности).



Для показателей при наборѣ формулъ шрифтами 12, 11 слѣдуетъ брать петитъ (к. 8), а для шрифтовъ 10 и 9 — миньонъ (к. 7).

При наборѣ алгебраическихъ формулъ косыя черты не употребляются; такъ, напримѣръ, формула не можетъ быть набрана %, потому что послѣдніе знаки служатъ выраженіемъ процентовъ, а не дроби.

Алгебраическая группа буквъ и цыфръ безъ знаковъ + или − называется одночленомъ. Въ такомъ одночленѣ буквы и цыфры набираются вплотную, безъ разбивки на шпаціи. Напримѣръ:



Если формула, слѣдующая за другою формулою или текстомъ, не помѣщается цѣликомъ въ одной съ ними строкѣ, то надо попробовать ее нѣсколько сжать, а если этого сдѣлать нельзя, то слѣдуетъ строку заключить пробѣломъ, а формулу перенести цѣликомъ въ слѣдующую строку.

Сжать формулу значитъ уменьшить пробѣлы и замѣнить знаки = + − такими же знаками, но болѣе узкаго шрифта, не трогая, т.-е. не мѣняя, шрифта литеръ.

Иногда конецъ формулы, съ согласія автора, продолжаютъ въ поле.

Очень длинныя формулы нерѣдко, по указанію автора, не желающаго ломать и переносить формулу въ другую строку, набираются вдоль полосы, или же перебираются болѣе мелкимъ шрифтомъ.

Иногда очень длинныя формулы печатаются на отдѣльномъ листкѣ, который при брошюровкѣ книги вклеивается, какъ вклеиваются всѣ рисунки, печатаемые на отдѣльныхъ страницахъ.

Длинныя формулы набираютъ такъ же, какъ распашныя таблицы, т.-е. наборъ, начатый на лѣвой страницѣ, переходитъ на правую.


[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 303 ]

Переносъ одной строки формулы на слѣдующую страницу не дозволяется. Надо сжать наборъ и избѣжать переноса. Иногда для того, чтобы выгадать необходимое мѣсто, приходится сжать наборъ на нѣсколькихъ предыдущихъ страницахъ.

Переносить формулу на слѣдующую страницу можно только тогда, когда остающаяся на полосѣ часть и переносимая состоятъ изъ нѣсколькихъ строкъ.

Во избѣжаніе недоразумѣній и непроизводительно затраченнаго времени на производство неправильной работы, необходимо о каждомъ переносѣ формулы доводить до свѣдѣнія автора и просить его указанія, какъ поступить въ данномъ случаѣ.

Лучше всего, конечно, не приступая къ набору, просмотрѣть оригиналъ и заранѣе попросить автора отмѣтить переносы въ длинныхъ формулахъ. Это значительно сбережетъ время, такъ какъ не всегда, въ нужную минуту, авторъ бываетъ на-лицо и, въ случаѣ затрудненія, придется или ожидать его указанія, или же продолжать набирать, какъ говорится, «на авось», съ рискомъ разобрать неправильно исполненную работу и начать ее сызнова.

Переносы формулъ изъ одной строки въ другую должны быть, такъ-сказать, математически грамотны. Ошибочно полагать, что каждую формулу можно переломить и перенести на любомъ изъ знаковъ: = + − и т. д.

Бо́льшею частью, правда, переносы возможны именно на этихъ, знакахъ, но всегда, и притомъ надо соображать, какъ удобнѣе (для читателя) и разумнѣе, т.-е., на какомъ именно знакѣ сдѣлать переносъ.

Примѣры правильныхъ (математически-грамотныхъ) переносовъ:



Французы выключаютъ переносы бо́льшею частью въ красную строку.

Одна формула, помѣщаемая въ строкѣ, выключается въ красную строку.




[ НАБОРЪ МАТЕМАТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. 304 ]

Нѣсколько короткихъ формулъ, помѣщаемыхъ въ одной строкѣ и не занимающихъ всей ширины формата полосы, выключаются также въ красную строку.



Пробѣлы между текстомъ и формулою, а также между двумя или нѣсколькими формулами не должны быть менѣе круглаго.

Если формулу раздѣляютъ на двѣ строки и первая строка набрана безъ абзаца, то перенесенная часть формулы выключается къ концу второй строки тоже безъ отступа. Если же начало формулы въ первой строкѣ сдѣлано съ отступомъ, то и перенесенная къ концу второй строки часть формулы выключается съ такимъ же отступомъ (отъ конца строки).

Для главнаго шрифта (которымъ печатается текстъ) математическихъ сочиненій самые пригодные кегли 12, 11, 10, для вспомогательныхъ шрифтовъ текста — кегли 8 и 7.

Многоэтажныя формулы слѣдуетъ набирать шрифтомъ меньшаго кегля, сравнительно съ другими формулами, иначе формула займетъ въ вертикальномъ направленіи очень много мѣста. Нужно выбирать по возможности мелкій, но четкій шрифтъ. Если для текста взятъ шрифтъ на кегель 11 или 10, то для набора многоэтажныхъ формулъ можно рекомендовать петитъ (кегель 8).

Знаки формулъ и знаки препинанія должны всегда выдерживать линію:



Всѣ части формулъ должны выключаться такъ точно, плотно и аккуратно, чтобы набранная формула представляла одинъ сплошной кусокъ и связанная не могла развалиться.


[ НАКЛАДЫВАНІЕ И ПОДКЛАДЫВАНІЕ. 305 ]

Страница можетъ начинаться формулою только въ крайнемъ случаѣ, когда этого избѣжать положительно невозможно, иначе формулѣ долженъ предшествовать всегда текстъ, хотя бы одна строка.

При наборѣ математическихъ сочиненій приходится въ обширныхъ размѣрахъ примѣнять «подкладываніе» и «накладываніе», т.-е. выравнивать шрифты различныхъ кеглей съ помощью приставки сверху и снизу литеръ различнаго рода матеріала (шпацій и проч.). Напримѣръ:



Накладываніе и подкладываніе.

Наложить, на типографскомъ языкѣ, значитъ — приставить какой-либо матеріалъ (шпоны, шпаціи и пр.) сверху, а подложить — приставить снизу. Къ накладыванію и подкладыванію прибѣгаютъ въ тѣхъ случаяхъ, когда нужно выравнять кегли различной величины или расположить «въ линію» литеры и знаки, которые сами по себѣ, поставленные рядомъ, стоятъ то выше, то ниже.

Если я наберу какую-нибудь фразу различными шрифтами, хотя и одного и того же кегля, то окажется, что очко литеръ не выдерживаетъ линіи, иначе говоря, — всѣ слова въ строкѣ стоятъ то выше, то ниже одно другого. Это производитъ на глазъ непріятное впечатлѣніе. Если я захочу выравнять всѣ слова по основанію (по нижней линіи) очка, то долженъ буду нѣкоторыя литеры приподнять, а для того, чтобы онѣ не опустились опять на свое мѣсто въ верстаткѣ, нужно подъ нихъ что-нибудь подложить, а именно: кусочки толстой бумаги, шпаціи, одинъ или нѣсколько шпоновъ, а иногда и болѣе крупный матеріалъ. Такъ какъ мои литеры всѣ одного кегля, то понятно, что буквы, которыя я приподнялъ, будутъ теперь выдаваться надъ неприподнятыми, и именно на величину подложенныхъ шпоновъ. Если я подложилъ, положимъ, 2 пункта (1 шпонъ въ 2 пункта), то литеры будутъ выступать надъ сосѣдними тоже на 2 пункта. Въ одной и той же строкѣ у меня теперь оказываются ли-


[ НАКЛАДЫВАНІЕ И ПОДКЛАДЫВАНІЕ. 306 ]

теры уже различныхъ кеглей, такъ какъ, очевидно, шпоны увеличили кегель тѣхъ буквъ, подъ которыми они подложены. Если бы я оставилъ наборъ въ этомъ видѣ, то литеры меньшаго кегля могли бы расположиться въ строкѣ то выше, то ниже одна другой, какъ это видно изъ помѣщеннаго ниже рисунка, а при печатаніи совсѣмъ выскочить изъ набора, такъ какъ онѣ были бы зажаты всего съ двухъ сторонъ, а не съ четырехъ. Въ виду этого я непремѣнно долженъ выравнять кегли и наложить по 2 пункта на тѣ буквы, подъ которыя не были подложены шпоны.

Привожу схематическіе рисунки, поясняющіе въ грубой формѣ все мною сказанное.



Строка, набранная шрифтами одного и того же кегля, но съ литерами, не выдерживающими линіи (по очку).



Строка, въ которой очки литеръ выравнены при помощи подкладыванія (подложены снизу куски шпона въ 2 пункта). Получились разные кегли.



Строка съ выравненными кеглями. На кегль въ 20 пунктовъ наложены сверху куски шпона въ 2 пункта.



Рисунокъ, показывающій, какъ могли бы приблизительно расположиться литеры, если бы при подкладываніи шпоновъ не были наложены такіе же шпоны сверху тѣхъ литеръ, подъ которыя ничего не было подложено.

Если какая-либо строка набрана литерами различныхъ кеглей, то всѣ буквы должны быть непремѣнно выравнены по нижней линіи очка. Напримѣръ:



При накладываніи и подкладываніи нерѣдко приходится прибѣгать къ помощи бумаги, такъ какъ самая тонкая шпація, въ 1 пунктъ, оказывается сравнительно слишкомъ толстою и не даетъ возможности достигнуть безукоризненно прямой линіи.


[ НАКЛАДЫВАНІЕ И ПОДКЛАДЫВАНІЕ. 307 ]

Къ накладыванію и подкладыванію прибѣгаютъ особенно часто при наборѣ: 1) математическихъ сочиненій, 2) драматическихъ произведеній, 3) объявленій, 4) надписей и проч.

Правилъ для накладыванія и подкладыванія нѣтъ: каждый наборщикъ выравниваетъ кегли какъ ему кажется удобнѣе и лучше. Слѣдуетъ обращать вниманіе лишь на то, чтобы выключка производилась какъ можно точнѣе и вѣрнѣе, а именно такъ, чтобы наборъ представлялъ одинъ кусокъ и при подъемѣ не могъ бы развалиться, или изъ него не могли бы выпасть какія-либо литеры. Шпоны при накладываніи и подкладываніи рѣжутся простымъ перочиннымъ ножомъ.

Нижеприведенные примѣры, а также помѣщенные на страницѣ 305, даютъ полное понятіе о томъ, какъ дѣлается накладываніе и подкладываніе.




[ ВЫВОДА. 308 ]

Вывода.

Выводъ есть слѣдствіе, заключеніе, итогъ, выведенный изъ разсужденія или вычисленія.

Вывода предлагаются читателю обыкновенно въ наглядной формѣ, дающей возможность быстро и ясно уразумѣть сущность или результаты обсуждаемаго вопроса.

Въ типографскомъ быту выводомъ называется наборъ, составленный обыкновенно изъ нѣсколькихъ столбцовъ, имѣющихъ самостоятельные заголовки или безъ нихъ и отдѣленныхъ другъ отъ друга продольными пробѣлами или промежутками (а не линейками), при чемъ каждый столбецъ состоитъ изъ цѣлаго ряда отдѣльныхъ, бòльшею частью короткихъ, цыфирныхъ или буквенныхъ строкъ.

Выводъ, въ которомъ столбцы и заголовки отдѣляются другъ отъ друга линейками, называется уже таблицею, а не выводомъ. Въ этомъ и вся разница между типографскимъ выводомъ и таблицею: въ первомъ случаѣ наборъ дѣлается безъ линеекъ, а во второмъ — съ линейками.

Каждый выводъ можно передѣлать въ таблицу и, наоборотъ, каждую таблицу превратить въ выводъ: все зависитъ отъ формата бумаги. Я говорю «можно», но изъ этого вовсе не слѣдуетъ, чтобы каждую таблицу, разъ позволяетъ мѣсто, обязательно было набирать въ видѣ вывода. Я хочу только сказать, что въ типографскомъ быту отличіе вывода отъ таблицы чисто внѣшнее — по линейкамъ.

Въ русскихъ типографіяхъ къ числу выводовъ относятъ всякій оригиналъ, набираемый, какъ говорятъ наборщики, «въ видѣ вывода», хотя въ дѣйствительности не всегда многостолбцовый наборъ изъ цыфръ и короткихъ буквенныхъ строкъ, отдѣленныхъ другъ отъ друга продольными промежутками, представляетъ выводъ въ общепринятомъ смыслѣ, т.-е. — слѣдствіе, заключеніе или наглядный результатъ извѣстнаго разсужденія. При дальнѣйшихъ объясненіяхъ, подъ именемъ «выводовъ» я буду подразумѣвать все, что́ набирается «въ видѣ выводовъ».

Выводъ набирается обыкновенно цыфрами и литерами одного кегля со шрифтомъ главнаго текста.

Разрядка между строками дѣлается та же, что́ и между строками главнаго текста. Исключеніе дѣлается лишь въ тѣхъ случаяхъ, когда необходимо по какимъ-либо соображеніямъ увеличить длину вывода.


[ ВЫВОДА. 309 ]



Столбцы вывода не занимаютъ обыкновенно всей ширины страницы, а располагаются, по возможности, съ отступами, какъ справа, такъ и слѣва полосы, и съ болѣе или менѣе значительными пробѣлами или промежутками между самыми столбцами, что́ зависитъ исключительно отъ числа и ширины послѣднихъ. Понятно, что чѣмъ меньше столбцовъ и чѣмъ они у́же, тѣмъ больше могутъ быть между ними пробѣлы и шире боковые отступы.



Въ крайнемъ случаѣ можно обойтись вовсе безъ боковыхъ отступовъ, но пробѣлы (промежутки) между столбцами не слѣдуетъ дѣлать меньше круглаго (въ ущербъ ясности набора).




[ ВЫВОДА. 310 ]

Если форматъ страницы позволяетъ, то не слѣдуетъ сдвигать или очень сближать столбцы вывода.

Слѣдуетъ соблюдать правило, чтобы боковые отступы были нѣсколько больше пробѣловъ между столбцами.

Величина пробѣловъ между столбцами вывода зависитъ нерѣдко отъ ширины заголовковъ, а именно въ тѣхъ случаяхъ, когда ширина заголовковъ превышаетъ ширину столбцовъ, надъ которыми они поставлены. Понятно, что въ этихъ случаяхъ боковые отступы могутъ быть менѣе пробѣловъ между столбцами.

Набирать вывода шрифтами меньшаго кегля, сравнительно со шрифтомъ главнаго текста, и съ меньшею разрядкою допускается лишь въ тѣхъ исключительныхъ случаяхъ, когда столбцы вывода, набранные съ раздѣлительными пробѣлами (промежутками) всего лишь въ одинъ круглый, все-таки превышаютъ по ширинѣ длину строки главнаго текста.

Если ширина такого вывода, набраннаго съ минимальными1 пробѣлами, превышаетъ длину строки текста на незначительную величину (положимъ, на одну десятую), то вывода можно не перебирать, особенно когда поля страницы достаточно велики и авторъ или издатель не соглашаются сдѣлать изъ вывода таблицу или измѣнить шрифтъ. Такіе случаи рѣдки.

Если авторъ или издатель не вмѣшиваются въ техническую часть набора и метранпажъ видитъ, что выводъ выходитъ шире формата полосы, то слѣдуетъ прежде всего уменьшить пробѣлы между столбцами, доводя ихъ, въ крайности, до одного круглаго; если этого не достаточно — взять для вывода шрифтъ болѣе мелкій и узкій (плотный), или же передѣлать выводъ въ таблицу. Въ послѣднемъ случаѣ мы сократимъ промежутки между столбцами до наименьшей допускаемой величины, т.-е. до двухъ пунктовъ, такъ какъ линейки, раздѣляющія одну графу отъ другой, иначе — одинъ столбецъ отъ другого, берутся всегда двухъ-пунктовыя (у насъ въ Россіи; заграничные типографы примѣняютъ въ таблицахъ зачастую линейки въ 3 пункта).

Если выводъ настолько широкъ, что не умѣстится въ продольную таблицу, то изъ него дѣлаютъ поперечную таблицу или, въ крайнемъ случаѣ, — распашную.2

Заголовки вывода набираются литерами приблизительно на 2—3 пункта мельче, сравнительно со шрифтами столбцовъ.

Заголовки бываютъ въ одну, двѣ, три строки и болѣе и ставятся надъ столбцами какъ разъ посрединѣ.


1 Минимальный — наименьшій.

2 О наборѣ таблицъ см. слѣдующую главу.


[ ВЫВОДА. 311 ]

Заголовки могутъ быть съ горизонтальными и вертикальными строками, смотря по мѣсту и удобству набора.

Строки заголовковъ выключаются между собою «въ красныя строки».

Если заголовки состоятъ изъ одной, двухъ и трехъ строкъ, то принято двухъ-строчной заголовокъ выключать (въ горизонтальномъ направленіи) такъ, чтобы онъ приходился посрединѣ трехъ-строчного, а одно-строчной — посрединѣ двухъ-строчного.



При наборѣ выводовъ мелкими шрифтами и безъ шпоновъ заголовокъ можетъ отдѣляться отъ столбца пробѣломъ всего въ 2 пункта. Обыкновенно же пробѣлъ этотъ дѣлается равнымъ кеглю шрифта, которымъ набраны столбцы.

Величина пробѣловъ, отдѣляющихъ строки заголовковъ отъ столбцовъ, зависитъ очень часто отъ величины того текста, къ которому относятся первыя (самыя верхнія) цыфры или первыя буквенныя строки рядомъ стоящихъ столбцовъ. Если текстъ, помѣщенный въ началѣ (вверху) перваго столбца, занимаетъ нѣсколько строкъ, то пробѣлы между заголовками и первыми цыфрами столбцовъ будутъ уже потому значительные, что цыфры, относящіяся къ извѣстному тексту, выставляются не противъ первой строки этого текста, а противъ послѣдней (концевой), самые же заголовки никогда не опускаются ниже первой строки текста, какъ это и видно изъ слѣдующаго примѣра.



Если выводъ очень длиненъ (а не широкъ) и не умѣщается въ полосѣ, то поступаютъ, глядя по обстоятельствамъ, различно. Напримѣръ:


[ ВЫВОДА. 312 ]

1) Уменьшаютъ самый выводъ, замѣняя толстые шпоны болѣе тонкими или вовсе выкидывая ихъ.

2) Если есть въ. полосѣ надписи, то уменьшаютъ около нихъ пробѣлы.

3) Выгоняютъ нѣсколько строкъ текста въ предыдущую полосу.

4) Переверстываютъ нѣсколько предыдущихъ полосъ.

5) Въ крайнемъ случаѣ переносятъ часть вывода на слѣдующую страницу, повторяя заголовки.

Понятно, что иногда выгадываютъ мѣсто въ полосѣ съ помощью обычныхъ пріемовъ, о которыхъ я говорилъ на страницахъ 214 и 215.

Цыфры въ столбцахъ выключаются такъ, чтобы единицы приходились подъ единицами, десятки — подъ десятками, сотни — подъ сотнями и т. д.

Цѣлыя числа съ дробями выключаются по цѣлымъ числамъ, тоже единицы подъ единицами, десятки подъ десятками и т. д.



Точки въ выводахъ и таблицахъ въ концѣ чиселъ не ставятся.

Строки столбцовъ, состоящія изъ римскихъ цыфръ, выключаются «въ красныя строки».




[ ВЫВОДА 313 ]

Пустыя мѣста (безъ цыфръ или текста) въ столбцахъ, въ соотвѣтствующихъ мѣстахъ, обозначаются знаками тире (—), которые выключаются посрединѣ столбца.



Вмѣсто послѣдовательнаго повторенія въ столбцахъ однихъ и тѣхъ же словъ или отдѣльныхъ слоговъ и буквъ ставятся кавычки (лапки). Одинаковыя же числа принято повторять полностью, такъ какъ этимъ облегчается подсчетъ столбцовъ и провѣрка или подведеніе итоговъ.




[ ВЫВОДА. 314 ]

Если столбцы вывода состоятъ не изъ цыфирнаго, а буквеннаго набора, то строки столбцовъ (кромѣ перваго, начальнаго) выключаются иногда «въ красныя строки», при чемъ нерѣдко допускаются сокращенія.



Первый, начальный, буквенный столбецъ выключается отдѣльными періодами, при чемъ бо́льшею частью первая строка дѣлается безъ отступа, а остальныя — съ отступомъ; такъ поступаютъ и въ другихъ столбцахъ, когда они набираются не «въ красныя строки».



Если періоды очень велики, то иногда первую строку набираютъ съ абзаца, а слѣдующія — безъ абзаца.

Итоги въ выводахъ отдѣляются отъ столбцовъ бо́льшею частью тонкою или полутупою линейкою. Линейка должна покрывать собою слово «итого». Полутупая линейка ставится, когда подведенъ одинъ итогъ. Если же имѣются рубрики1 «итого» и «всего», то надъ словомъ «итого» лучше поставить тонкую линейку, а надъ словомъ «всего» — полутупую.

Линейки, отдѣляющія столбцы отъ итоговъ, можно разсматривать, какъ самостоятельныя строчки, и, слѣдовательно, пробѣлъ между ними и столбцами долженъ быть обычный. Такъ, если наборъ дѣлается съ


1 Рубрика — заголовокъ, подраздѣленіе, отдѣлъ.


[ ВЫВОДА. 315 ]

разрядкою на два пункта, то и между послѣдними строками столбцовъ и линейкою должно поставить двухъ-пунктовый шпонъ. Линейки отъ итога отдѣляются тоже двухъ-пунктовымъ шпономъ.

Если наборъ дѣлается безъ шпоновъ, то въ томъ случаѣ, когда имѣется рубрика «итого», линейка, стоящая подъ словомъ «итого», можетъ быть отдѣлена съ обѣихъ сторонъ (т.-е. отъ послѣднихъ строкъ столбцовъ и итога) тѣми шпонами, которые приняты для разрядки строкъ главнаго текста, а если и главный текстъ идетъ безъ шпоновъ, то линейка отдѣляется съ обѣихъ сторонъ одно-пунктовыми шпонами.

Я уже говорилъ, что отточіемъ называется рядъ точекъ, стоящихъ на равномъ другъ отъ друга разстояніи. Въ выводахъ и таблицахъ отточіе служитъ направляющею линіею, т.-е указываетъ на тѣ цыфры или слова, которыя относятся къ данной фразѣ или данному слову. Безъ отточія можно было бы легко ошибиться и, положимъ, цыфры выше или ниже стоящія въ столбцѣ отнести не къ тому слову или мѣсту, которому онѣ соотвѣтствуютъ.

Точки для отточія отливаются на круглый и полукруглый.1 Какое ставить отточіе, — зависитъ отъ вкуса наборщика или метранпажа. По-моему, при незначительной длинѣ отточія и некрупномъ шрифтѣ лучше брать точки на полукруглый.

Отточіе ставится въ выводахъ и таблицахъ вовсе не для красоты, а для удобства читателя, для указанія того, что такая-то фраза или слово относятся къ такому-то числу или такой-то строкѣ. Въ виду этого, слѣдуетъ доводить отточіе какъ можно ближе къ тому числу или слову, на которыя оно указываетъ.

Въ таблицахъ отточіе во всѣхъ строкахъ должно отстоять на равномъ разстояніи отъ линеекъ, въ выводахъ же слѣдуетъ обращать вниманіе на самое длинное число столбца и по нему выравнивать отточіе остальныхъ строкъ. Въ этомъ случаѣ послѣднюю цыфру слѣва нужно приравнять къ линейкѣ таблицы, т.-е. ставить первую точку вплотную къ первой цыфрѣ и по этой точкѣ выравнивать всѣ точки другихъ строкъ (отточія).

Нерѣдко случается, что самое длинное число на много цыфръ превышаетъ другія числа одного и того же столбца. Въ этомъ случаѣ ряды отточія, выравненные по первой точкѣ, поставленной у самаго длиннаго числа, слѣдуетъ продолжать вправо, возможно ближе къ цыфрамъ.


1 Въ Италіи во многихъ типографіяхъ я видѣлъ отточіе, отлитое сразу кусками приблизительно въ 1 и 1½ квадрата. Нахожу это непрактичнымъ, такъ какъ одна или двѣ испорченныхъ (смятыхъ) точки дѣлаютъ негоднымъ къ употребленію цѣлый кусокъ.


[ ВЫВОДА. 316 ]



Точки надо начинать ставить отъ самаго длиннаго числа, т.-е. отъ 3 754 527. Поставить первую точку, на полукруглую, вплотную къ цыфрѣ 3 и затѣмъ вести влѣво, а потомъ и вправо, какъ показано.

ВТОРОЙ ПРИМѢРЪ:



Не слѣдуетъ ставить отточіе такъ, какъ показано въ нижеслѣдующемъ примѣрѣ, т.-е. доводя точки до начала заголовка.




[ ВЫВОДА 317 ]

Отточіе ставится не только между текстомъ и соотвѣтствующими числами, но и между цыфирными столбцами, если только промежутки между послѣдними настолько велики, что затрудняютъ читателю быстрое нахожденіе необходимыхъ чиселъ. По-моему, въ тѣхъ случаяхъ, когда пробѣлъ между столбцами превышаетъ три четверти квадрата, слѣдуетъ непремѣнно ставить отточіе.



ВТОРОЙ ПРИМѢРЪ:



Я привелъ лишь самыя существенныя и основныя правила набора выводовъ. Послѣдніе, по своей формѣ или наружному виду, бываютъ настолько разнообразны, что положительно нѣтъ никакой возможности дать опредѣленныя и вполнѣ точныя указанія, какъ поступить въ томъ или другомъ случаѣ. Если при наборѣ вывода встрѣтится какое-либо затрудненіе, то наборщикъ долженъ обратиться за указаніемъ къ метранпажу, который, при всемъ своемъ опытѣ, нерѣдко долженъ и самъ, какъ говорится, «поломать голову», прежде чѣмъ разрѣшить представившееся недоразумѣніе. Въ концѣ моей книги, въ приложеніи, я привожу образцы нѣкоторыхъ интересныхъ (въ типографскомъ отношеніи) образцовъ выводовъ.


[ ТАБЛИЦЫ. 318 ]

Таблицы.

Приступая къ изложенію элементарныхъ правилъ набора таблицъ, я долженъ прежде всего замѣтить, что табличныя работы должно отнести къ числу самыхъ трудныхъ среди всякаго рода типографскихъ наборовъ, такъ какъ онѣ требуютъ отъ наборщика большого вниманія, точнаго расчета, аккуратности, вкуса, смѣтки и отлично развитого глазомѣра, т.-е. способности подмѣчать «на глазъ», безъ пособія какихъ-либо измѣрительныхъ инструментовъ, малѣйшія разницы въ величинѣ пробѣловъ, линеекъ и проч. Форма таблицъ чрезвычайно разнообразна. Если бы я захотѣлъ привести образцы только наиболѣе употребительныхъ табличныхъ работъ, то и тогда пришлось бы занять ими не одинъ десятокъ страницъ этой книги. Я вовсе не имѣю претензіи научить кого-либо набирать безукоризненно всевозможныя таблицы, — я просто хочу указать нѣкоторые практическіе пріемы, которые помогутъ малоопытному наборщику или ученику избѣжать грубыхъ и нетерпимыхъ въ типографскомъ дѣлѣ промаховъ.

Таблица, какъ я уже говорилъ, отличается отъ вывода только тѣмъ, что столбцы и заголовки въ ней заключены между линейками, тогда какъ въ выводѣ столбцы и заголовки набора (цыфирнаго или буквеннаго — безразлично) отдѣляются другъ отъ друга простыми пробѣлами, безъ линеекъ.

Какъ вывода, такъ и таблицы безъ заголовковъ встрѣчаются очень рѣдко.

Таблица можетъ быть гораздо сжатѣе (убористѣе) вывода, потому что линейки, раздѣляющія графы одну отъ другой, выбираются обыкновенно не толще двухъ-пунктовыхъ, тогда какъ промежутки между столбцами въ выводахъ превышаютъ бо́льшею частью круглый.

Нельзя сказать, однако, чтобы табличный наборъ примѣнялся только въ тѣхъ исключительныхъ случаяхъ, когда нужно выгадать мѣсто: таблицы всегда понятнѣе и нагляднѣе выводовъ, особенно со многими и сложными заголовками, что́ встрѣчается на практикѣ очень часто. Линейки, отдѣляющія эти заголовки и графы, облегчаютъ читателю пониманіе (чтеніе) таблицы и, служа направляющими, позволяютъ быстро и безошибочно находить необходимыя числа и слова.

Таблицы набираются обыкновенно мелкими (убористыми) шрифтами. Самые удобные шрифты для книжныхъ таблицъ — нонпарель (к. 6) и петитъ (к. 8); миньонъ (к. 7) употребляется рѣже.


[ ТАБЛИЦЫ. 319 ]

Таблицы состоятъ обыкновенно изъ двухъ частей: верхней или заголовка и нижней, заключающей въ себѣ цыфры и линейки или (иногда) одни только линейки.

Графа — есть черта, отдѣляющая одинъ столбецъ отъ другого, но графою принято называть также въ таблицахъ самое пространство, заключенное между двумя чертами (линейками), притомъ совершенно безразлично — будетъ ли это пространство заполнено цыфрами или нѣтъ. Отсюда выраженія: «въ выводахъ графъ (линеекъ, чертъ) не бываетъ», «тонкая графа (черта)», «отдѣлите графою (чертою)», а также: «въ этой таблицѣ три широкихъ графы и двѣ узкихъ» (здѣсь уже въ смыслѣ пространства, промежутка между чертами), «поставьте въ этой графѣ цыфры въ красную строку» и т. д

Помимо обыкновенныхъ таблицъ, помѣщаемыхъ на страницахъ книгъ, среди текста, бываютъ еще таблицы «на отдѣльныхъ листахъ». Онѣ набираются, бо́льшею частью точно придерживаясь указаній оригинала и шрифтами различныхъ кеглей и начертаній. Такія таблицы зачастую рѣзко отличаются по своему виду отъ общеупотребительныхъ книжныхъ таблицъ и названіе «таблицы» присвоивается имъ въ томъ же смыслѣ, какъ и листу, заполненному чертежами или иными рисунками. Какъ на примѣръ такого рода табличныхъ работъ, могу указать на историческія, хронологическія и такъ-называемыя родословныя таблицы.

Самыя употребительныя при наборѣ таблицъ линейки — тонкія, двойныя тонкія, полутупыя и рантовыя, — всѣ на 2 пункта. Употребляются линейки и толще, но рѣдко.

Линейки для табличныхъ работъ должны быть непремѣнно систематическія, т.-е. нарѣзанныя не зря, а по системѣ Дидо, въ извѣстное число пунктовъ, для того, чтобы составляя отдѣльные куски, можно было получить линейки необходимой, опредѣленной длины.

О шпаціяхъ, употребляемыхъ при наборѣ таблицъ, говорить нечего: всякій знаетъ, что онѣ всегда бываютъ систематическія.

Таблицы набираются бо́льшею частью безъ разрядки, т.-е. безъ шпоновъ, а если наборъ идетъ «съ разрядкою», то она дѣлается въ 2, 4, 6 и болѣе пунктовъ, а никогда не въ 1 и 3 п. или въ крайне рѣдкихъ, исключительныхъ случаяхъ.

Наборъ таблицъ (т.-е. ихъ заголовковъ и графъ) производится всегда по расчету. Ширина таблицъ опредѣляется на квадраты и четверти квадратовъ (т.-е. опредѣленныя части квадратовъ). Напримѣръ — 4, 6, 8½, 6¾, 5¼, 10, 12 квадратовъ и т. д. При этомъ боковыя линейки должны заключаться въ общемъ счетѣ. Такъ, если я говорю, что ширина страницы 6¾ кв., то здѣсь считаны и боковыя линейки и, слѣ-


[ ТАБЛИЦЫ. 320 ]

довательно, показана вся ширина таблицы. Такого расчета слѣдуетъ неизмѣнно придерживаться, потому что при обкладываніи полосъ и формъ на талерѣ машины всѣ мастера-печатники употребляютъ исключительно крупные марзаны и не станутъ добавлять къ нимъ мелкій матеріалъ (шпаціи), ссылаясь на существенныя неудобства и невыгоды такой заключки формъ. И мастера совершенно правы. Наборщикъ никогда не долженъ затруднять работы печатника. Если таблицы выходятъ иногда изъ опредѣленнаго, удобнаго формата (разсчитываемаго, какъ я уже сказалъ, на квадраты или опредѣленныя части квадратовъ, какъ отливаются и марзаны), то только по неимѣнію (отсутствію) у наборщика систематическаго матеріала (т.-е. линеекъ), а этого въ благоустроенной типографіи не должно быть.

Графы, т.-е. промежутки между линейками, не дѣлаются никогда зря, какъ попало, а соображаясь съ числомъ цыфръ или буквъ, заключенныхъ въ этихъ графахъ, и непремѣнно въ опредѣленное и четное число пунктовъ, наиболѣе удобное для набора, т.-е. выбирается такой форматъ графы, который допускаетъ выключку съ помощью имѣющагося подъ руками матеріала, не прибѣгая къ очень мелкимъ шпаціямъ.

Самые удобные форматы графъ при наборѣ:

Нонпарелью6, 12,16,18,24,28,30, 32, 36 пунктовъ ит.д.
Петитомъ8, 12,16,20,24,28,32, 36, » »»»
Корпусомъ10, 12,16,18,20,24,30, 32, » »»»
Миньономъ7, 14,16,20,24,28, » »»»

Расчетъ таблицъ дѣлается, принимая въ соображеніе ширину заголовковъ и графъ, т.-е. число и длину заключающихся въ нихъ строкъ и цыфръ. Такъ, иногда:

1) Заголовокъ состоитъ изъ одного короткаго слова, но въ соотвѣтствующей ему графѣ должно быть помѣщено много цыфръ (9 и болѣе).

2) Въ графѣ мало цыфръ (всего 2—3), но заголовокъ надъ графою широкъ.

3) И заголовокъ, и число цыфръ позволяютъ сдѣлать графу не широкою, но этого не допускаетъ итогъ подъ графою.

Поэтому-то наборщикъ, приступая къ набору таблицы, прежде всего долженъ тщательно просмотрѣть данный ему оригиналъ и сообразить, по чему дѣлать расчетъ графъ: по заголовку или по числу цыфръ въ столбцахъ. Понятно, что наборщику должны быть извѣстны заранѣе какъ форматъ полосы, такъ и форматъ бумаги.

Размѣръ графъ дѣлается въ опредѣленное и четное число пунктовъ потому, что нечетный расчетъ крайне затрудняетъ наборщика, а иногда и прямо невозможенъ по неимѣнію нечетныхъ систематическихъ ли-


[ ТАБЛИЦЫ. 321 ]

неекъ. Предположимъ такой случай: набираю я нонпарелью и изъ двухъ графъ, имѣющихъ общій заголовокъ, одну графу дѣлаю въ 17 пунктовъ, а рядомъ стоящую — въ 24 Съ выключкою цыфръ въ графахъ я могу отлично управиться. Цыфры, какъ извѣстно, отливаются на полукруглый, т.-е., въ моемъ случаѣ, онѣ будутъ на 3 пункта. Привожу расчетъ нечетной графы (въ 17 пунктовъ) при различномъ числѣ цыфръ.

4 цыфры займутъ 12п.; шпаціи: правая 2 п., лѣвая 3= 17п.
3 » » 9» » » 2 » » 6= 17»
2 » » 6» » » 2 » » 9= 17»
1 цыфра займетъ 3» » » 2 » » 12= 17»

При пяти цыфрахъ я долженъ былъ бы сдвинуть знаки къ правой линейкѣ и заложить слѣва 2 пункта, такъ какъ закладывать съ боковъ по одному пункту неудобно и мелкихъ шпацій вообще при наборѣ таблицъ избѣгаютъ. Выключить цыфры въ графѣ съ форматомъ въ 24 пункта не представляетъ никакихъ затрудненій, но — что́ сдѣлалъ бы я съ заголовкомъ надъ двумя графами, т.-е., какъ ухитрился бы поставить линейку, захватывающую графы въ 17 и 24 п., при чемъ моя линейка должна была бы равняться 43 пунктамъ (17 п. + 24 п. + толщина раздѣляющей графы линейки = 2 п.)? Понятно, что съ четными систематическими линейками я не могу получить (составить) линейки, которая заключала бы въ себѣ нечетное число пунктовъ (въ моемъ примѣрѣ 43 пункта). Вотъ эта-та невозможность получить нечетныя величины, по отсутствію подходящаго матеріала, и заставляетъ русскихъ наборщиковъ дѣлать расчеты графъ въ таблицахъ (при общепринятыхъ линейкахъ на 2 пункта) всегда на четное число пунктовъ. Такъ, въ моемъ примѣрѣ, вмѣсто 17 пунктовъ, слѣдуетъ взять 18 пунктовъ.

Принятыя въ русскихъ типографіяхъ систематическія мѣдныя линейки изготовляются въ 6, 8, 10, 12, 14, 16, 18, 20, 24, 30, 36, 40, 42, 48 пунктовъ и т. д.

Понятно, что вмѣсто мѣдныхъ линеекъ, можно употреблять гартовыя и рѣзать ихъ, смотря по надобности, произвольной длины, даже съ нечетнымъ числомъ пунктовъ, но, не говоря уже о томъ, что изготовленіе математически точныхъ мелкихъ линеекъ изъ гарта представляетъ крайне копотливую и трудную работу, самое качество металла (его ломкость, хрупкость) исключаетъ почти всякую возможность получить вполнѣ удовлетворительные результаты.

Я не ошибусь, если скажу, что хорошая таблица можетъ быть сдѣлана только съ помощью систематическихъ мѣдныхъ линеекъ.

Я не говорю, конечно, объ исключительныхъ случаяхъ: есть такіе «искусники» между «старыми» наборщиками, которые сдѣлаютъ безу-


[ ТАБЛИЦЫ. 322 ]

коризненную таблицу съ помощью одного лишь гартоваго матеріала, но такіе работники въ настоящее время рѣдки.

Линейки трехъ-пунктовыя, четырехъ-пунктовыя и болѣе значительной толщины употребляются у насъ рѣдко, — только для большихъ таблицъ, да и то бо́льшею частью для ихъ окаймленія, — тогда какъ во Франціи и Италіи трехъ-пунктовыя линейки — самыя употребительныя даже для небольшихъ таблицъ, которыя у насъ, въ Россіи, и въ Германіи составляются почти исключительно съ помощью линеекъ въ 2 пункта. Во Франціи и Италіи изготовляются также систематическія мѣдныя линейки, какъ четныя, такъ и нечетныя: начиная отъ 6, черезъ два, четыре и шесть пунктовъ (какъ у насъ):

6, 8, 10, 12, 16, 20, 24, 30, 36, 42, 48.

И, начиная отъ 6 пунктовъ, — черезъ 3:

6, 9, 12, 15, 18, 21, 24, 27, 30 и т. д.

Съ помощью систематическихъ четныхъ линеекъ молено сдѣлать любую таблицу, а потому настоятельной потребности въ нечетныхъ линейкахъ нѣтъ.

Какъ я уже говорилъ, при наборѣ таблицъ употребляются обыкновенно четыре сорта линеекъ:

Рантовыя линейки служатъ лишь для окаймленія таблицы, т.-е. ставятся сверху и съ боковъ. Полутупыми — отдѣляются: 1) заголовокъ отъ нижней части таблицы; 2) существенно важныя графы или отдѣлы графъ отъ другихъ графъ, и 3) итогъ отъ ряда стоящихъ надъ нимъ столбцовъ (графъ). Двойныя тонкія линейки отдѣляютъ другъ отъ друга отдѣлы или графы второстепенной важности, а также, въ мелкихъ таблицахъ, заголовки отъ нижней части таблицы (вмѣсто полутупыхъ).

Тонкія линейки ставятся во всѣхъ остальныхъ случаяхъ.

Если въ таблицѣ два итога, то рубрику «итого» можно отдѣлять тонкою линейкою, а рубрику «всего» — полутупою. Если же въ таблицѣ только одинъ итогъ, то лучше ставить прямо полутупую.

Какъ французскіе, такъ итальянскіе и нѣмецкіе извѣстные типографы совершенно не сходятся между собою относительно того, какъ должно ставить линейки въ таблицахъ, т.-е. должны ли вертикальныя линейки графъ пересѣкать линію, отдѣляющую заголовокъ отъ нижней части таблицы, или, наоборотъ, заголовочная линейка должна прорѣзать


[ ТАБЛИЦЫ. 323 ]

графы. Французы и итальянцы ставятъ непремѣннымъ условіемъ, чтобы въ таблицахъ всѣ вертикальныя линейки были цѣлыя и пересѣкали заголовочную черту, тогда какъ нѣмецкіе типографы совершенно отдѣляютъ заголовокъ отъ нижней части таблицы и пропускаютъ цѣлую заголовочную линейку черезъ всѣ вертикальныя графы. Ни одна изъ противныхъ сторонъ не приводитъ достаточно вѣскихъ доводовъ въ подкрѣпленіе своихъ требованій, а потому вопросъ — какъ ставить линейки? — остается нерѣшеннымъ и предоставляется на личный вкусъ метранпажа или наборщика, чего, конечно, нельзя одобрить, такъ какъ вкусы бываютъ разные, а нерѣдко и весьма странные... чтобы не сказать болѣе.

Я лично полагаю, что нельзя безусловно слѣдовать указаніямъ ни французскихъ, ни нѣмецкихъ типографовъ. Вовсе нѣтъ нужды ставить вопросъ: такъ или этакъ? Въ одномъ случаѣ вертикальныя линейки могутъ пересѣкать горизонтальную черту заголовка, въ другомъ — наоборотъ. Если въ таблицѣ много графъ и нѣкоторыя изъ нихъ проходятъ насквозь, до рантовой линейки, то далеко не лишнее линейки, проходящія до рантовки, дѣлать цѣлыми. Въ этомъ случаѣ заголовочная горизонтальная черта будетъ состоять изъ нѣсколькихъ (немногихъ) кусковъ. Цѣлыя линейки, проходящія насквозь таблицы, до рантовой линейки, скрѣпляютъ наборъ вродѣ того, какъ проложенные въ нѣкорыхъ мѣстахъ шпоны скрѣпляютъ гранку, набранную безъ шпоновъ.

Если вертикальныя линейки въ таблицѣ не доходятъ до верхней рантовой, или если и доходятъ, но самая таблица очень мала (длиною 5—6 квадратовъ съ заголовкомъ), то горизонтальную заголовочную линейку лучше дѣлать цѣлою, а вертикальныя линейки — составными.

Я долженъ замѣтить, что тщательно выполненная наборщикомъ и аккуратно заключенная на талерѣ машины таблица всегда произведетъ хорошее впечатлѣніе, тогда какъ таблица, составленная небрежно, выглядитъ одинаково скверно, будетъ ли она выполнена по указаніямъ французскихъ или нѣмецкихъ типографовъ.

Цыфры въ столбцахъ слѣдуетъ выключать по возможности въ красныя строки. Если же сдѣлать этого нельзя, то пробѣлъ справа долженъ быть всегда меньше, чѣмъ слѣва. Если пробѣлъ въ графѣ можетъ быть сдѣланъ всего въ два или три пункта, то ихъ не слѣдуетъ дѣлить на двѣ части (т.-е. ставить одинъ пунктъ справа, а остальные — слѣва), а прямо заложить эти два или три пункта слѣва, сдвинувъ цыфры къ линейкѣ справа.

Цыфры ставятся: единицы подъ единицами, десятки подъ десятками и т. д. (какъ въ выводахъ).

Линейка подъ итогами должна быть всегда цѣлая и захватывать слово «итого» или «всего».


[ ТАБЛИЦЫ. 324 ]

Линейки табличныя должны быть, по возможности, цѣлыя. Если же цѣлыхъ линеекъ нѣтъ, то, составляя отдѣльные куски, нужно располагать ихъ «вперебивку», т.-е. такъ, чтобы стыки (мѣста соединенія) смежныхъ линеекъ не приходились другъ противъ друга.

Если графы таблицы должны быть пустыя, безъ текста или цыфръ, то промежутки (пространства) между линейками заполняются матеріаломъ — марзанами, квадратами, полуквадратами и т. д. Надо и въ этомъ случаѣ наблюдать за тѣмъ, чтобы стыки матеріала не приходились какъ разъ противъ стыковъ линеекъ, а также противъ стыковъ рядомъ (въ одной и той же графѣ) стоящаго матеріала.

При наборѣ графъ съ текстомъ или цыфрами, строки выключаются иногда не каждая отдѣльно, какъ въ обыкновенномъ наборѣ, а въ связи съ другими (сосѣдними) строками, т.-е. матеріалъ изъ числа шпацій, шпоновъ и проч. берется не одного кегля съ выключаемою строкою, а бо́льшаго, настолько, чтобы войти одновременно въ составъ сосѣдней строки. Такъ, если въ двухъ смежныхъ строкахъ нонпарели входятъ шпаціи, положимъ, въ 3 пункта, то берутся не двѣ отдѣльныхъ трехъ-пунктовыхъ шпаціи на к. 6, а одна шпація въ 3 пункта к. 12.

Вслѣдствіе этого, такія строки табличныхъ графъ скрѣплены одна съ другою, и мы не можемъ вынуть изъ графы полной строки, не разстраивая сосѣдней. Такого рода наборъ «въ перевязь» придаетъ устойчивость всей таблицѣ.

Если графы въ таблицахъ широки, то по бокамъ стоящихъ цифръ нерѣдко закладываются цѣлые реглеты пли толстые шпоны, вмѣсто мелкаго матеріала (квадратовъ, шпацій и проч.), но никакъ не нѣсколько тонкихъ шпоновъ сразу. Этого не дѣлается во избѣжаніе «распора» таблицы. Понятно, что реглеты и шпоны ставятся только тогда, когда наборъ идетъ безъ разрядки.

Что́ такое «распоръ», — поясню примѣромъ. Если взять 48 однопунктовыхъ шпоновъ (положимъ, въ ½ квадрата) и сложить ихъ вмѣстѣ, то они не будутъ равняться точно одному квадрату, а превысятъ его величину приблизительно на одинъ пунктъ; но если сложить вмѣстѣ 48 длинныхъ шпоновъ, то они превысятъ величину квадрата пунктовъ на б, если не болѣе. Это объясняется тѣмъ, что шпоны на практикѣ не представляютъ математически точныхъ и прямыхъ металлическихъ пластинокъ: незамѣтныя на глазъ, приставшія къ нимъ частицы пыли, грязи и проч. не позволяютъ шпонамъ соприкасаться вплотную и, такъ сказать, раздвигаютъ ихъ; кромѣ того, длинные шпоны выгибаются и сопротивляются сжиманію. Вотъ эти-то причины, вмѣстѣ взятыя, и производятъ «распоръ», т.-е. увеличиваютъ сопротивленіе шпоновъ при сжиманіи. Хотя нѣкоторые наборщики выравниваютъ и чистятъ шпоны


[ ТАБЛИЦЫ. 325 ]

(ножичкомъ), прежде чѣмъ поставить ихъ въ графу, но это не всегда помогаетъ. Оттого-то при наборѣ таблицъ нужно употреблять, по возможности, крупный матеріалъ, постоянно сохраняющій свою форму, а не прибѣгать къ тонкимъ шпаціямъ и шпонамъ.

Если таблица не помѣщается на одной страницѣ (въ длину), ее можно перенести, повторяя заголовокъ. Иногда во избѣжаніе повторенія заголовка графы означаютъ цыфрами.

Если продольная таблица выходитъ изъ формата полосы, ее превращаютъ въ поперечную.

Поперечная таблица можетъ быть нѣсколько болѣе формата полосы (глядя по величинѣ полей, на ½ и болѣе квадрата).

Поперечныя таблицы, начинаясь на четной страницѣ, иногда переходятъ на нечетную. Въ этомъ случаѣ заголовокъ не повторяется и пробѣлъ между лѣвою половиною таблицы (на четной страницѣ) и правою (на нечетной страницѣ) можетъ быть не болѣе полуквадрата, т.-е. соприкасающіеся пробѣлы или поля «въ корешокъ» — не болѣе 12 пунктовъ на каждой изъ страницъ

Продольною таблицею называется такая, линейки которой отъ заголовка идутъ вдоль страницы, сверху внизъ, параллельно корешку.

Поперечная таблица читается, повернувъ книгу поперекъ. Въ ней линейки, отдѣляющія графы одна отъ другой, перпендикулярны къ корешку.

Распашною таблица называется, когда она расположена на двухъ открытыхъ страницахъ, при чемъ линейки идутъ параллельно корешку, а заголовокъ, начинаясь на лѣвой, четной, страницѣ, переходитъ на правую, нечетную. Распашная таблица читается, не перевертывая книги, такъ же, какъ и продольная, потому что, въ сущности, это та же продольная таблица, только на двухъ страницахъ.

Въ распашной таблицѣ разстояніе или пробѣлъ между смежными (ближайшими къ корешку) графами долженъ быть какъ можно меньше: въ очень тонкихъ книгахъ или брошюрахъ, состоящихъ всего изъ 2-хъ, 3-хъ листовъ, пробѣлъ этотъ можетъ быть всего въ 12 пунктовъ, т.-е. по 6 пунктовъ на каждой изъ страницъ. Въ толстыхъ книгахъ пробѣлъ между смежными графами не долженъ превосходить полуквадрата, т.-е. быть равнымъ 12 пунктамъ на каждой страницѣ.

Линейки, какъ рантовая верхняя, такъ и заголовочная и итожная, должны быть на обѣихъ страницахъ, по возможности, сближены, т.-е. заходить на четной страницѣ за послѣднюю графу, а на нечетной — за первую графу, почти до ихъ соприкосновенія.

Нѣкоторые типографы, поставя послѣднюю линейку въ распашной таблицѣ на четной страницѣ, не повторяютъ ее на нечетной или — наоборотъ. Такого рода несимметричный наборъ производитъ некрасивое впе-


[ ТАБЛИЦЫ. 326 ]

чатлѣніе и не заслуживаетъ подражанія. Иногда таблицы дѣлаютъ безъ боковыхъ линеекъ. Въ изданіяхъ, полосы которыхъ сами по себѣ «въ рамкахъ», таблицы дѣлаются обязательно безъ боковыхъ линеекъ.

Предположимъ, что намъ данъ слѣдующій оригиналъ.

Форматъ страницы назначенъ 6 квадратовъ. Текстъ книги набирается корпусомъ.

Нельзя ли данный оригиналъ набрать выводомъ? Выводы, какъ уже было сказано мною выше, набираются обыкновенно тѣмъ самымъ шрифтомъ, что́ и текстъ. Просматривая столбцы, мы видимъ, что ихъ 10 и въ 9 изъ нихъ должны быть помѣщены числа, состоящія изъ 6 цыфръ, а въ десятомъ столбцѣ числа — по 4 цыфры. Такъ какъ цыфры отливаются на полукруглый, то каждый изъ девяти столбцовъ (въ 6 цыфръ) займетъ въ ширину 30 пунктовъ, а всѣ 9 столбцовъ — 270 пунктовъ, да послѣдній столбецъ съ числами въ 4 цыфры — 20 пунктовъ. Всего 290 пунктовъ. Форматъ данной страницы равняется 6 квадр., т.-е. 288 п., а столбцы, даже безъ необходимыхъ для вывода пробѣловъ, должны занять — 290 пунктовъ. Очевидно, что даннаго оригинала набрать выводомъ невозможно.

Нельзя ли набрать его продольною таблицею? Выберемъ сначала шрифтъ — петитъ (к. 8). Дѣлаемъ расчетъ:


[ ТАБЛИЦЫ. 327 ]

Ширина данной страницы = 6 квадр., т.-е. 288 пунктовъ, а по расчету, цыфры всѣхъ столбцовъ должны занять всего 254 пункта, т.-е. на 34 пункта менѣе. Теперь для насъ ясно, что изъ даннаго оригинала можно сдѣлать продольную таблицу: она не выйдетъ изъ назначеннаго формата страницы.

Просматривая заголовки, непосредственно стоящіе надъ цыфровыми столбцами, мы видимъ, что они очень простые и не требуютъ сами по себѣ1 широкихъ графъ; иначе говоря, мы можемъ придавать графамъ ту или другую ширину, не принимая въ соображеніе ширины заголовковъ. Если бы я придалъ всѣмъ графамъ ширину, соображаясь лишь съ числомъ заключающихся въ нихъ цыфръ, то, согласно приведенному выше расчету, вся таблица заняла бы у меня всего 254 пункта, т.-е. не заняла бы всей ширины полосы.

Противъ такой таблицы ничего нельзя сказать, такъ какъ она оказалась бы сдѣланною вполнѣ правильно. Бо́льшею частью, однако, таблицы дѣлаются аккуратно по ширинѣ полосы. Такъ какъ у меня осталось въ данномъ случаѣ, такъ сказать, въ запасѣ 34 пункта, то я распредѣляю ихъ по графамъ, какъ для меня удобнѣе (иногда соображаясь съ значеніемъ графъ). Я могу, напримѣръ, сдѣлать первую графу въ 26 пунктовъ, слѣдующія двѣ — по 36, а остальныя — по 24 пункта, что́ составитъ:

Или сдѣлать первую графу въ 26 пунктовъ, 3 графы — по 32 пункта и остальныя 6 — по 24 пункта.

Можно придумать и другое распредѣленіе излишнихъ пунктовъ — правилъ на это никакихъ нѣтъ. Бо́льшею частью излишніе пункты присоединяются къ первой графѣ, въ особенности, если она состоитъ изъ текста, а также къ тѣмъ графамъ, заголовки которыхъ шире или которыя содержатъ бо́льшее количество цыфръ.


1 Независимо отъ цыфръ.


[ ТАБЛИЦЫ. 328 ]

Сдѣлавъ расчетъ ширины графъ таблицы (или, просто, ширины таблицы), необходимо его записать — на всякій случай.

Нечего и говорить, что расчетъ ширины графъ таблицы, произведенный на бумагѣ, — самый удобный и вѣрный, но наборщики прибѣгаютъ къ нему рѣдко.1 Бо́льшею частью наборщики дѣлаютъ расчетъ ширины графъ практически: берутъ верстать и заключаютъ ее по назначенному формату полосы (т.-е. будущей таблицы); затѣмъ, съ помощью линеекъ (въ 2 пункта), квадратовъ, круглыхъ и шпацій, производятъ примѣрное дѣленіе графъ. Такъ, въ данномъ случаѣ, наборщикъ взялъ бы 11 двухъ-пунктовыхъ линеекъ, поставилъ бы въ верстать первую линейку, потомъ заложилъ бы, положимъ, полуквадратъ (24 пункта), опять поставилъ линейку, снова — полуквадратъ и такъ до конца, т.-е. до тѣхъ поръ, пока закончилъ бы постановкою одиннадцатой линейки.

Такъ какъ въ данномъ случаѣ наборщикъ увидалъ бы, что у него остаются свободными 34 пункта, то онъ и сталъ бы раздвигать нѣкоторыя графы, вставляя въ нихъ по нѣскольку пунктовъ, руководствуясь при этомъ исключительно своими личными соображеніями. Опытный, толковый и добросовѣстный наборщикъ, прежде чѣмъ расширять графы, обдумаетъ хорошенько, какія именно изъ нихъ слѣдуетъ увеличить и какія уменьшить, принимая во вниманіе относительное значеніе графъ между собою, а также беря въ соображеніе ширину заголовковъ. Плохой же наборщикъ не станетъ задумываться и расширитъ графы зря, какъ попало, уповая на то, что метранпажъ не замѣтитъ и не заставитъ передѣлывать.

Возьмемъ другой примѣръ: ширина таблицы 6 квадра